Боец скатывается с высокого уступа. Следующий за ним подаёт свой пулемёт и тоже сползает с полутораметровой высоты. Потом в руки ему попадает АК-12, ещё один калаш, а потом у него в руках оказывается фотокамера. Скатываюсь с высоты, а всё внимание уже на мне.

— А ты вообще кто такой? — с подозрением смотрит на меня боец в маске.
— Журналист.

Командир группы тихо выругался, но возражать не стал. Так мы познакомились с группой разведчиков, с которой увязался хвостом. Они тренировались штурмовать здание и нужно было скрытно подойти к объекту. Уже на подступе сидим с одним бойцом и ждём команды.

Пока другие продвигались и занимали точки, мы разговорились. Речь зашла о поддержке бойцов и гуманитарке, которую везут на фронт. Он так интересно начал говорить про варенье от бабушек и письма от детей. Хорошо, что успел включить камеру.

Простая кепка стала самым ценным грузом для гуманитарщиков по дороге обратно из зоны СВО. Евгений Федулов постоянно переживал не потеряли её.

«Точно забрали? Где она?» — несколько раз переспрашивал он и успокаивался, когда находил головной убор на приборной панели автомобиля.

А история получилась действительно трогательной. Мальчишка из Кондрово хотел отправить письмо на фронт. Но из-за соревнований пропустил день приёма посылок в школе. На выручку пришли волонтёры «Вместе» из Дзержинского района, выступив в роли почтальонов.

Но лучше просто посмотрите полную историю.

Надо бы, наверное, и тут выложить фильм о медиках. Придётся, конечно их сильно сжать для воспроизведения в Telegram.

Первое правило. Падая, нужно спасать камеру. Второе правило. Упав, нужно суметь быстро подняться.

На тренировке по зачистке здания, парни использовали дым. Он оказался очень злым. Тут же забил все лёгкие, дышат стало трудно. А запах потом ещё два дня до конца не выветривался. А на входе меня ожидал сюрприз из горы мусора, о которую благополучно запнулся. Благо, работал в перчатках.

Поездки на целый месяц за тысячу километров от дома. Опасность здесь всегда присутствует. Об этом напоминают следы прилётов, а ещё и прибитый к стене чей-то телефон: мобильники тут под запретом.

Но супруги Сидоровы вновь и вновь едут в госпиталь, чтобы помогать бойцам.

«Там всё другое», — отмечает Игорь.

В соцсети ВКонтакте фильм набрал почти 42 тысячи просмотров. Ещё его выкладывал у себя канал «Хиллер». Однако, не все захотели его репостить или продвигать. Конечно, у меня есть догадки почему именно… Но не суть важно.

«Страх есть всегда. И с каждым шагом он всё больше и больше. Молиться начинаешь на всех языках. По-другому никак. В голову такой бульон из мыслей лезет… Это надо перебарывать. Иначе захлестнёт», — делится со мной штурмовик.

Это один из частых вопросов, который задаю бойцам: «Страшно?» Просто хочется понять, что происходит в такие моменты с человеком, что он испытывает.

Многие почему-то думают, что крепкие парни на фронте ничего не боятся. Но это не так. Страх невозможно выключить. Это одно из основополагающих эмоций для человека. Страх основан на инстинкте самосохранения.

Потому… Бояться — это нормально. Испытывать страх — это нормально. Дело тут в другом… Как справляешься с этим чувством, вопрос в силе воли, преодолении себя и своих эмоций. На поле боя всё это выясняется гораздо быстрее.

«Ты видишь смерть в прямом эфире, — продолжает боец. — Рядом с тобой погибают те, с кем ещё вечером сидели и болтали. Когда у тебя на глазах умирают друзья и товарищи, всё меняется».

В этот момент чувство страха может переполнить, цепенеешь. Но этого нельзя допускать. Нет времени думать. Надо действовать. И ты либо преодолеваешь себя, либо всё тут же и заканчивается.

Иногда люди говорят, что они испугаются, не смогут. Некоторые кичатся, что всё преодолеют. Но это слова. Тут они не особо ценятся. Важнее дела и поступки. В общем-то, настало именно такое время.

Эту поездку мне обещали ещё летом 23-го года. Инструкторы по такмеду в Калуге только-только сдали экзамены и строили грандиозные планы. Звали с собой на полигон в зону СВО. Некоторые слились ещё до первого выезда. Кого жена не отпускала, кто на работе не мог отпроситься. Другие после первого посещения полигона мягко сливались, находя веские оправдания.

В общем, всё осталось лишь на словах.

А тут, внезапно, всё сложилось. И как-то быстро решались все проблемы, и мы были в дороге. Давно не ездил за рулём в дальние поездки. А тут ещё и условия непростые. Метель, туман, гололёд, сбоящий навигатор. Сверху всего этого ещё мигрень и боли в пояснице из-за старой травмы.

Но полигон удивил. Смотрите в ролике.

«Давай, я сейчас правильно замаскируюсь», — говорит мне снайпер.

С этим снимком забавно получилось. Парни подошли ко мне и попросили сделать несколько фотографий. Во-первых, им прислали гуманитарщики масхалаты. Надо отблагодарить. Во-вторых, просто для себя. Почему и не пофоткать, собственно.

Нашли в поредевшей от стрельбы лесополке местечко с кустами. Снайпер накидал веток, листиков. Как только всё было готово, то сразу стало понятно — не годится. На фотке было видно только дуло и, если приглядеться, то немного прицел. Пришлось все ветки разбирать и делать «неправильно». Просто ради кадра.

Мнение о западных бойцах, которые встречаются в рядах ВСУ. Об этом морпех 177 гвардейского полка рассказал в интервью во время одной из поездок на Курское направление.

Он продолжал рассказывать истории. Они звучали как-то обыденно, просто. Словно о том, как провёл выходной или удачно сходил в магазин.

Только истории у штурмовика на СВО совсем иные. Как выживали под обстрелом кассетных боеприпасов, как ночами прятались в яме полной грязи, как выполняли задачу, хотя противника было больше.

Сложно даже поверить, что всё это может выдержать и пережить человек. Но вот он… Передо мной. И понимаю одно… Любой материал, который бы я ни сделал бы будет куцым и ничтожным по сравнению с тем, через что проходят они.

«А сейчас тут будет раскуроченная машина», — говорит Эдик и показывает на обочину.

В кустах действительно притаилось нечто напоминающее седан. Понять, что за марка и модель уже не представляется возможным. По всей дороге разбросаны зубья дракона, приходится лавировать между выбоинами, не забывая при этом, что сзади нас ещё и прицеп.

Вдали заприметили столб дыма. Подъехав ближе, понимаем — горит военный КАМАЗ. Бойцы бегают вокруг него и что-то пытаются сделать. В голове проносится мысль: «Камикадзе? Прилёт?» Если бы так, то парни не бегали бы возле своего транспорта.

Разворачиваемся и останавливаемся около них. Эдик выхватывает огнетушитель и даёт парням. Это помогло сбить пламя. Ещё в багажнике находится лопата и парни закидывают песком и снегом машину.

Как оказалось загорелось колесо. Может тормоза заклинило или ещё какая-то гадость приключилась. Не суть важно.

В этот момент подоспели пожарные. В общем, мы понимаем, что нам смысла торчать уже нет. Отправляемся дальше.

В этот момент думаю… Меня много раз спрашивали, а что будешь делать: снимать или помогать. Говорил, что буду выполнять свою работу. А тут вот оно как… Про камеру вспомнил только, когда сели уже в машину, чтобы продолжить свой путь.