«Иллюзия справедливого мира» — одно из самых распространенных когнитивных искажений и психологических защит. Ей подвержены даже очень взрослые люди, которых, казалось бы, жизнь уже неоднократно била и должна была убедить в обратном. Но нет. Под постом о беженцах, к примеру, обязательно появляется человек, который пишет, что «я уверен, что те, кого выслали из Европы, были правонарушителями». Ну и прочее в духе «они не уважают законы страны, куда приехали». Какие они? Как именно не уважают? Знаешь ли ты хоть что-нибудь, чтобы это утверждать? Не важно совершенно. Людям очень нужно чувствовать, что в мире есть справедливость и уж с ними-то точно такого дерьма не случится, ведь они-то хорошие.

Очень болезненное прозрение случается, когда такой человек сам попадает в подобную ситуацию. И то не всегда.

У последних версий iOS появилась на редкость противная манера включать интернет совершенно без спросу. То есть ты выключаешь вайфай и мобильный инет вечером перед сном, а утром он у тебя включен. Куда ходил и что делал твой телефон без твоего участия — хз + батарея наполовину разряжена. Выключить «совсем» ты не можешь никак, нет такой опции. Разве что включить на ночь самолетный режим, но тогда и звонки принимать невозможно, а это часто важно. Бесит страшно.

Вообще я сейчас пытаюсь вернуть себе полноценное ощущение физического пространства: собственного тела и окружающей среды, а интернету оставить функцию коммуникации — передачи и получения данных. Потому что когда он становится моей средой обитания — это очень плохо для головы и психического здоровья. Пишу тексты ручкой на бумаге, стараюсь не забивать голову информацией, летящей туда рандомно, только потому что я какой-то сайт открыл. Надеюсь, получится.

#MentalHealthBlues На третий день выходных меня (увы, ожидаемо) накрыло такой тревогой и психосоматикой, что пришлось таки пить гидазепам. Ожидаемо, потому что со мной уже такое бывало. Парадоксально, но факт: работа меня часто заебывает, но при этом я чувствую себя лучше, потому что она дает некую внешнюю структуру, выстраивает мой день. Когда же я наедине с собой, подымается весь ил со дна сознания. Меня бесит бардак дома, но при этом дико тяжело убирать, прямо сверхусилия надо прикладывать, меня буквально физически трясет, кидает в пот, я не нахожу себя места и чувствую пронизывающую насквозь пустоту, тоску и тревогу. Что-то я делаю – вытираю пыль, пылесошу, стираю вещи, иду в душ, чтобы смыть с себя липкий тревожный пот, всю эту грязь и страх, но этого недостаточно. Меня бесит необходимость готовить, я не понимаю, что мне делать, мне хочется заснуть и проснуться, когда станет легче, и я часто ложусь спать днем, но это приводит к тому, что я просыпаюсь с мутной головой и не могу заснуть ночью. Сегодня спать днем намеренно не буду, чтобы пораньше лечь вечером. Мне нужно научиться выстраивать свою структуру дня, свои планы, свои смыслы, которые наполняли бы мой день. И как-то справляться с внутренним напряжением. Буду обсуждать это с терапевтом и психиатром, надеюсь, что постепенно найду решения и это уйдет.

Отличный образовательный ресурс об #ОКР (обсессивно-компульсивном расстройстве). На английском, правда, но и то хлеб. Подтипы ОКР, виды рекомендуемой терапии и медикаментов, распространенные стереотипы, связь с другими расстройствами, истории людей. Все очень просто и доходчиво описано. Я сегодня начал читать и там было много того, чего я не знал. Советую, в общем, кому актуально! https://www.intrusivethoughts.org/

Нашел очень хорошую статью об ОКР с тревожностью о здоровье (Health Anxiety OCD), которым собственно я страдаю. Думаю перевести ее на русский, чтобы и другим людям стало доступно, потому что не находил у нас настолько подробных и четких объяснений того, что это, как проявляется, на каких когнитивных искажениях и процессах основано итд. Для меня эта статья очень многое о моем состоянии разложила по полочкам. Вообще материалов об ОКР, его разновидностях, симптомах и методах лечения на русском или украинском языках ничтожно мало. Все, что есть, очень общее, часто написанное сложным медицинским языком и неполное.

В США же, к примеру, есть целые сообщества самопомощи, блоггеры на ютубе, которые говорят об этом, центры, специализирующиеся на терапии этого расстройства итд. Люди даже создали бота в FB, который разговаривает с тобой на эту тему, предлагает посмотреть обучающие видео от людей, которые сами страдают ОКР и делятся своим опытом. И это очень помогает: когда ты видишь, как женщина с юмором и эмпатией к себе и другим рассказывает о том, как она в свое время спустила тонну денег на медицинские обследования из-за ипохондрических навязчивых мыслей, как у нее была психосоматика, из-за того, что она нашла у себя кучу симтомов очередного спидорака, начитавшись интернета, и как она все же с этим справляется и ей помогает, а она помогает другим, становится значительно легче воспринимать свое состояние.

У нас же все материалы, которые я видел, очень сухие, медикализированные и неполные. Так что думаю на выходных перевести пару статей и предложить какому-нибудь большому псиактивистскому паблику, вроде F00-F99. #MentalHealthBlues #ОКР https://www.ocdbaltimore.com/health-anxiety-ocd/

Тот самый #ОКР бот вот тут, если что. Он говорит по-английски, но если это для вас не помеха – то пользуйтесь, это действительно хороший сервис. https://www.facebook.com/paxtheOCDbot/

Про жить в долг и вообще про ресурсы.
У меня есть подруга-психоаналитик Ира (Ира, привет). У Иры есть чудный муж-программист Игорь. И он, как программист и математик, с одной стороны, и как тонко чувствующий человек, с другой стороны, придумал чудную метафору - про батарейку.
Это немного похоже на знаменитую "теорию ложек" (кто не знает - погуглите), но даже еще проще и помогает быстрее.
Представьте, что у вас есть экран, на котором горит заряд батарейки.
На сколько процентов она сейчас заряжена?
А утром?
А после тяжелого совещания?
А после "выходных в семейном кругу"?
Совсем простой образ, который позволяет быстро отследить свое состояние. Мне кажется, что это может быть очень подходящим инструментом оценки для современных детей. Они хорошо понимают, что такое батарейка и зарядка, и себя с чем-то таким наверняка смогут сравнить.
Самое главное - помнить, что нужно заряжаться. У телефонов/компов есть power saver mode, в который они переходят автоматически. Дети тоже в него переходят автоматически - у них просто начинается истерика. У взрослых - в зависимости от степени проработанности и осознанности.
Было бы, конечно, здорово, если бы каждый (-ая) из нас продумали собственный критерий, когда уже понятно, что осталось 20% заряда, и пора на покой.
В человеческих (да и в обычных) батарейках есть еще фишка, что чем ниже заряд, тем больше времени понадобится на зарядку. И если вы вдруг разрядитесь в ноль, то помните, что восстанавливаться придется дольше.
Еще от себя добавлю, что мне кажется, мы привыкаем с детства работать до 5% и красного огонечка, а потом заряжаемся до 37% и такие "все, мне уже хватит, я побежал". Отчасти это историческое, отчасти семейное, что заботиться о себе не везде принято, и кажется, что хорошо, что люди работают на износ. Спойлер - ничего в этом хорошего нет. А вот плохого - до хуищи. Не забывайте заряжаться.

Я тут внезапно осознал, что последние десятилетия все время пытаюсь «стать кем-то», а не быть собой, как бы банально это не звучало. Не самовыражаться, а мимикрировать и приспосабливаться. Выживать, а не жить. Копировать, а не творить. И это пожирало меня изнутри. Я забыл, что у меня есть выбор. Выбор смотреть на свою ситуацию с другого ракурса. Увидеть в каких-то вещах, которые бесят моих внутренних родителей и прочих ментальных тюремщиков, не баг, а фичу. Я умел это в подростковом возрасте, а потом жизнь меня несколько раз со всей дури ударила через колено и сломала с хрустом мой внутренний стержень. И вот сейчас, мне кажется, он начал срастаться. Мой внутренний и внешний бардак — это не бардак, а творческий беспорядок, блять) Это ведьмин дом, лабиринт, полный ловушек и чудес одновременно. Мои заморочки — это не только боль и беспомощность, но и творчество. Я могу многое видеть и осмысливать нешаблонно. И это у меня никто не отберет. Сейчас уже нет. Перепуганная девочка и несчастная в браке женщина превратилась в существо на границе и вне их — гендеров, социальных стереотипов, языков, определений. Это все внешняя шелуха, разноцветные стекляшки, частицы разных паззлов, совокупность которых никогда не сложится в целое и непротиворечивое, потому что все однозначное — мертво, а я жив. И это чудо, как и любая жизнь.

Я прожил всю свою жизнь в панельках, в так называемых «чешках» – уродливых и бедных многоэтажных зданиях, которые стали для меня судьбой, проклятием, домом, но может быть и благословением. Я иногда представляю, что эта панелька высокая, как Вавилонская башня, верх ее уходит за облака. И внизу живет маленькая Юля, со своей мамой и бабушкой, где-то посредине (я надеюсь, что посредине) живу я, а выше обитают следующие версии меня. И чем выше я подымаюсь, тем шире горизонт. Иногда я спускаюсь ниже, чтобы увидеть что там внизу, но часто лестничную клетку застилает туман. Лампочки мигают, двери оглушающе скрипят и дождь идет с потолка, как в дешевом ужастике. А иногда там солнечно, играют дети, и моя мама идет с завода домой. И когда-нибудь, когда придет время, одна из моих следующих версий, последняя – подымется на крышу и взлетит. Но не упадет. Потому что некому уже будет падать. То, что погрузится над два метра землю, станет удобрением для деревьев и травы. А после меня останутся только буквы и чьи-то воспоминания.

Итак, сегодня шестой день, как я не хожу в офис, и большую часть времени я валяюсь, окуклившись в одеялко. Батарейку свою внутреннюю я, судя по всему, разрядил так основательно, что даже выйти на улицу за хлебушком ощущается как подвиг. Выхожу, когда кончаются сигареты))) Специально не заставляю себя ничего делать, жду, когда желание придет само. Благо, что могу сейчас себе это позволить. Делаю что-либо малюсенькими порциями. Останавливаюсь, как только начинаю чувствовать раздражение.

Пара абзацев об #ОКР в этой связи. Я еще напишу что-то более основательное и познавательное, когда и если будут силы, а пока немного информации для лучшего понимания. Я сейчас много читаю о своем диагнозе и стал гораздо лучше понимать, что со мной происходит, когда моя психика заходит в луп. В замкнутый круг тревоги, потребности на нее немедленно реагировать, судорожных поисков ответа или выхода, еще более нарастающей тревоги, последующих компульсивных действий, временного облегчения – и вновь тревоги по следующему поводу. На картинке под постом проиллюстрировано, как это работает.

Обсессивно-компульсивное расстройство – это такой системный баг в психике. Когда в ответ даже на мелкий триггер твое сознание заходит в режим «fight or flight», адреналин и кортизол выбрасываются в таких количествах, будто в тебя стреляют или потолок падает, и ты чувствуешь непреодолимую необходимость спасать себя прямо сейчас любой ценой.

ОКР – это взбесившийся антивирус. Он тормозит работу внутреннего компа бесконечными автоматическими фоновыми сканами, жрет ресурсы процессора, выдает кучу ложных срабатываний, запускает десятки всплывающих окон, помещает в карантин незараженные файлы и заставляет тебя все время чувствовать себя в опасности.

ОКР стоит на двух основаниях: одном фундаментальном страхе и одном когнитивном искажении, которые характерны для многих людей, но в случае с ОКР вызывают цепную реакцию психики:

1) Страх неопределенности. Людям с ОКР очень сложно переносить тот факт, что они не знают, случится ли с ними что-то плохое или нет, и что на их жизнь влияет куча не зависящих от них факторов.

2) «Иллюзия контроля» – вера в то, что если вовремя «принять меры», то можно «спастись» от угроз, присутствующих в нашей жизни. Это конгитивное искажение порождает цепную реакцию из навязчивых мыслей, компульсивных действий и негативных эмоций. Человек чувствует острую потребность срочно выяснить, что происходит и немедленно принять меры. Содержание навязчивых мыслей, при этом, может быть какое угодно. От ипохондрии (страха, что ты чем-то болен или можешь заразиться) до мыслей и картинок о совершении физического или сексуального насилия над близкими или посторонними людьми. Человек боится, что может причинить кому-то вред и впадает в панику. И надо срочно что-то с этим делать. Будто бы запустился обратный отсчет и любое промедление смертельно опасно.

В результате человек с ипохондрическим, к примеру, ОКР сначала читает кучу медицинских статей в инете, находит у себя симптомы самых страшных и неизлечимых болячек, которые его организм через психосоматику немедленно выдает (то есть ты начинаешь еще и чувствовать себя физически дерьмово), потом бежит по врачам, тратит кучу денег на обследования, часто влезая в долги. После обследования человек убеждается, что не болен (при этом становится легче), но через время тревога возвращается в форме «А что если врачи ошиблись?» и процесс запускается по новой. Вот это «А что если…» – главный пусковой механизм.

Также это когнитивное искажение порождает токсичный стыд за прошлые поступки, потому что сознание верит, что от твоих действий зависит все (что, конечно же не так) и путает корелляцию с причинно-следственной связью. Тут-то тебя и накрывает мыслями в духе «Если бы я не запивал винищем таблетки / правильно питался / занимался спортом / хорошо делал свою работу / итп, – ничего этого бы не было». У религиозного человека эти мысли приходят в форме «Если бы я не согрешил».

(продолжение) Компульсивные действия часто включают в себя защитные ритуалы с целью уберечься от угрозы. Я, например, пил сорбенты в диких количествах, веря что они могут «вычистить» болезнь из моего тела. Другие люди моют руки, носят маски. Если страх связан с другой темой, например, перфекционизмом, люди чувствуют потребность немедленно «все исправить», сделать все идеально, по сто раз перепроверяют свою работу. Иногда эти ритуалы совершенно иррациональны. Люди считают шаги, стараются не наступать на трещины между плитками на дороге, выкидывают одежду, в которой они были, когда случилась какая-то неприятность, потому что верят, что она вобрала «негативную энергию». Это так называемый страх «метафизического заражения» и он у меня тоже был, довольно сильно.

Что с этим делать – хороший вопрос. Как правило, при этом расстройстве назначают антидепрессанты + транки, если нужно. Но кроме медикаментов необходима также психотерапия. Есть специальные методики КПТ, при помощи которых можно научиться в безопасном сеттинге выдерживать тревогу и постепенно она будет сходить на нет. Я об этой методике только читал, хочу расспросить психиатра и терапевта. Возможно я отчасти смогу делать это сам. Сейчас для меня главное – научиться четко распознавать навязчивые мысли и тревогу, как порождение ОКР, и «никуда не бежать» когда они приходят. #MentalHealthBlues

#MentalHealthBlues Хозяйке на заметку. Недавно видал пост про лечение цистита психотерапией (в лучшем случае) и всякими околошаманскими практиками (в худшем). Что я имею на это сказать?

Как человек, который живет с психосоматикой большую часть своей сознательной жизни, я знаю, шо такое, к сожалению, бывает. Более того, у меня самого в свое время были симптомы похожие на цистит как реакция на стресс. НО.

Тут важно понимать, что мы делаем в первую и вторую очередь, когда у себя некие симптомы обнаруживаем.

Как человек, который, я повторюсь, живет с психосоматикой долгие годы, я в последнее время обычно делаю так, когда обнаруживаю у себя какой-то неведомый симптом – жру одно колесо гидазепама и смотрю, что будет. Если симптом внезапно куда-то девается в течение пары часов – это психосоматика, выдыхаем. Если нет – надо идти к урологу, например.

Если же вы человек, у которого нет никакого тревожного расстройства или психосоматики в анамнезе и вы чувствуете резь в уретре, с вероятностью 90% у вас банальный цистит, который противен и гадок, но лечится антибиотиками. И поэтому надо сначала пойти и сдать анализы, и уж если там чисто, и с почками все ок, то тогда уже думать про другие причины, в том числе психосоматические.

#MentalHealthBlues Здоровые люди что делают в 6 утра в воскресенье? Спят себе мирно. Что делаю я? Допиваю последнюю оставшуюся таблетку лирики, хоть лирика и вызывает у меня революцию в животе (похуй уже на это), в надежде что хоть после нее-то засну. 2 с половиной штуки гидазепама по 0,5 за день не возымели. Да, я почти не схожу с ума от тревоги, но спать все равно не могу((( Ненавижу это состояние. Ты уставший смертельно, и когда сидишь, кажется, что вот-вот вырубишься, но как только ложишься и гасишь свет, в голову лезет всякая херня и сон как рукой снимает. Ненавижу. Еще я ненавижу беспокоить людей по выходным, но завтра наверно напишу смс врачу с поздравлениями с праздником, извинениями за беспокойство и вопросом, можно ли ей позвонить проконсультироваться и когда ей было бы удобно поговорить. Бо шото нехорошо.

всем (около)психологически заинтересованным -
выложили в свободный доступ до 12 января оскаровский канадский мультик про групповую терапию в группе животных

The group includes Lorraine, a leech who suffers from separation anxiety; Cheryl, a praying mantis who can’t seem to keep a man; Todd, a pig with an eating disorder; Jeffrey, a bird with guilt issues; and Linda, an obsessive-compulsive cat. But this week’s session proves to be a challenge for the group when they’re joined by a reluctant new member: Victor, an ape with anger-management issues.

https://youtu.be/8eoytHRZQ9U

Психоанализ, война и мир

На этой странице я уже размещал несколько публикаций о психоаналитическом взгляде на проблемы войны и мира. Пожалуй, проще всего о перспективах профилактики военных действий высказался Эдвард Гловер – в книжке, написанной в период тревожного затишья между двумя европейскими бойнями:

«Если бы психолог был вынужден кристаллизовать в одной формулировке опыт прикладной индивидуальной психологии, чтобы одной фразой обозначить панацею, которую его наука может предложить охваченным войной видам, такая фраза, возможно, приняла бы форму новой шестой заповеди: Знай свой собственный (бессознательный) садизм» (Glover, E. (193) War, Sadism and Pacifism). https://archive.org/details/in.ernet.dli.2015.218097/page/n23

Конечно, психоаналитическая сова Минервы лучше видит в сумерках. Что могли сказать психоаналитики о бушующих войнах? Но когда войны заканчивались, наступало время собирать камни и думать о превентивных мерах. И желающие находились.

В качестве примера, напомню несколько фраз из статьи Паоло Фонды, которую, наверняка, многие знают:

«Я придерживаюсь мнения, что и мы, психоаналитики, можем играть роль участников культурных процессов, задачей которых, по сути, является формирование аналитической функции в обществе. В этот процесс мы можем внести не только вклад двенадцати тысяч муравьев…, которые "пережевывают конкретное и выделяют символическое", каждый сидя за своей кушеткой. Я думаю, что именно благодаря своей особой чувствительности и вниманию к отщепленным и вытесненным содержаниям, мы можем предложить культуре групп, к которым мы принадлежим, более адекватные подходы к переработке пронизывающих, непереносимых психических содержаний, связанных с последствиями войны…

Конец войны можно сравнить с пробуждением после насильственного патологического опьянения, когда человек оказывается в окружении последствий собственных разрушительных действий. … Так же как мы хороним наших дорогих мертвых в "отщепленных" пространствах, называемых кладбищами, чтобы мы могли дальше жить в своих домах, так и каждый народ, и все человечество должны иметь пространства для слишком травматических воспоминаний, где будут храниться ужасы и совершенные преступления. Эти пространства следует регулярно навещать, чтобы можно было проработать эти ужасы и преступления, как только это станет возможным, и интегрировать их в проработку траура по идеальному представлению о себе. Уже сам этот процесс может оберегать в нас настоящую гуманность. Возможно, таким путем катарсиса мы откроем для себя, что пространства боли и стыда являются той почвой, на которой может произойти истинная встреча между группами и индивидами, где может возникнуть честная и глубокая связь, позволяющая сосуществование, которое не будет лишь эфемерной взаимной терпимостью». (http://psyjournal.ru/articles/voyna-i-mentalnoe-funkcionirovanie-gruppy )

Существует довольно много психоаналитиков, которые принимали на себя «роль участников культурных процессов» в послевоенные и межвоенные годы. Некоторым из них – и их вкладу в построение послевоенного мира – посвящена недавно вышедшая книга профессора Тель-Авивского университета Michal Shapira «The War Inside
Psychoanalysis, Total War, and the Making of the Democratic Self in Postwar Britain»
https://www.cambridge.org/us/academic/subjects/history/twentieth-century-british-history/war-inside-psychoanalysis-total-war-and-making-democratic-self-postwar-britain
Автор исследует, как внешняя война влияла на психоаналитические теории «войны внутри», на войны внутри самого психоаналитического движения, а также – на поиски и установление мира. Как пишет один из рецензентов: «Psychoanalysis helped in braiding together the personal and domestic lives of citizens and a broader democratic ideology. These notions, however, did not merely exist in a psychoanalytic echo chamber. … Shapira’s book, then, also unpacks the processes by which psychoanalytic concepts were transmuted into social realities: these ideas were broadcast by Donald Winnicott and the BBC, codified into legal systems and disciplinary policies through the w

#MentalHealthBlues В состояниях, когда совсем нет сил, самое поганое – это гнилой токсичный стыд и вина. Чувство, что ты ленивое чмо и симулянт, которое не может собраться и превозмочь. Раньше в таких ситуациях я превозмогал – выпивал три ведра кофе / енергетик / принимал чего похуже – и ебошил на работу или еще куда там мне надо. Сейчас нарисовался прогресс – когда я чувствую себя совсем как говно, я пишу коллегам, что заболел (что, блять, правда, это болезнь) и остаюсь дома. Лежу в кроватке, не заставляю себя разгребать срач, езжу к психологу на такси. Начал хоть чутка жалеть себя, когда подкатило к четвертому десятку. Но чувства вины и стыда все равно есть, они разъедают как чертова ржавчина, и это бесит.

В очередной раз порадовался, что живу не в России. И посочувствовал людям, которым теперь в разы сложнее будет достать необходимое лекарство. Как человек, который сам его принимает по предписанию врача и будет принимать еще долго.

«Учредитель фонда помощи хосписам „Вера“ Нюта Федермессер на своей странице в фейсбуке рассказала, что прегабалин в сочетании с неопиоидными анальгетиками снимает сильную нейропатическую боль, которую нельзя снять морфином. Этот препарат должны получать более 500 тысяч человек ежедневно». https://takiedela.ru/news/2019/01/15/pregabalin-lirika/

Шаббат шалом!) Сегодня солнышко и тот самый день, который я посвящаю полному и сознательному нифиганеделанию. Поднял дозу пароксетина по совету врача, надеюсь, козленочком не стану)

Последние дни много читаю и смотрю про геноцид в Руанде и роль в нем ООН. У меня, конечно, особых иллюзий никогда не было, но когда в 1994-м, на минуточку, году за три месяца буквально вырезают миллион человек, а «международное сообщество» морозится (маленькая бедная страна в Африке, ни у кого никаких интересов там нет, всем посрать), это какбэ очень отрезвляет. При том, что ксенофобия там развилась при непосредственном участии бельгийского колониального правительства.

Очень поразила история канадского генерала Ромео Деллера, который руководил миротворческой миссией в то время и предупреждал свое начальство о надвигающемся пиздеце, когда его еще можно было остановить. Но ему не дали ни солдат, ни денег и приказали не вмешиваться. Когда начался замес, миротворцам отдали приказ уходить. Деллер его нарушил и остался, вместе с немногочисленными и плохо вооруженными миротворцами из африканских стран. Их было около 400 человек. Вместе они пытались худо бедно прятать и охранять тех тутси, кого могли, но это была капля в море. И сейчас этот человек страдает ПТСР и винит себя во всем. Тот случай, когда у человека есть совесть, а у системы нет.

Если интересуетесь темой, очень советую посмотреть документалку «Ghosts of Ruanda» — там и подробная история событий, и свидетельства выживших и очевидцев, в том числе — того же Ромео Деллера.

Я в последние время не очень много рефлексирую, нет психологических ресурсов. Но после последнего разговора с психотерапевтом крепко задумался о том, в чем же мой главный внутренний конфликт, который вызывает у меня дичайшую тревогу и всплывает из подсознания странными намеками – вроде навязчивого желания изучать катастрофы, геноциды и войны. Что я ищу, спросил я себя? И кажется сегодня я немного нащупал ответ.

У меня есть два токсичных чувства кроме страха – стыд и вина. И я подумал, что именно у меня их вызывает больше всего? И понял, что это ситуации, когда я кого-то подвел. Когда я пошел вразрез со своими осознанными этическими принципами.

В прошлом, особенно в детстве и юности, я совершал не самые приглядные поступки. Например, присоединялся к тем, кто буллили другого человека, хотя сам в прошлом сильно страдал от буллинга. Сплетничал за спиной. Общался с людьми, которые совершали насилие и не осуждал его. При этом я отлично понимал, что поступаю плохо и это вызывало и продолжает вызывать во мне огромное чувство вины. Перед теми людьми, которых я подвел. Я чувствую вину, потому что я был недостаточно крепок, чтобы удержать свое этическое ядро и не превратиться в тварь, которая просто выживает, несмотря ни на что. Которая думает только о себе. Я делал такие вещи, а потом испытвал дикий стыд и отвращение к себе. Мне казалось, что я недостоин хороших людей, потому что я слишком слаб морально.

Тут важен еще один момент. Я не из тех людей, которые думают о самоубийстве. У меня были моменты очень тяжелой депрессии, но о том, чтобы убить себя я не думал никогда. Я всегда в первую очередь хотел выжить, нисмотря ни на что. Иногда я терял надежду, но смерть для меня всегда была страшнее. И это тоже казалось и кажется мне некой моральной слабостью. Потому что я понимаю, что не могу гарантировать, что не сделаю что-то ужасное, если на меня наведут дуло винтовки и прикажут это делать. Это осознание заставляет меня чувствовать себя грязным. И я годами пытаюсь «отмыться», теша себя иллюзией, что если я сделаю что-то хорошее для других людей, я смогу искупить или - если мне сильно повезет - исправить свой моральный изъян. Я часто прыгал выше своей головы и ресурсов именно потому, что считал, что такой человек как я должен прыгнуть в два раза выше, чем кто угодно другой, потому что я прыгаю не с уровня земли, а из глубокой моральной ямы.

И сейчас, хотя я осознаю, что то, каким я был, не возникло в ваккуме, что это в значительной степени был результат окружения, воспитания и посттравматических защитных механизмов, я все равно в глубине души чувствую, что это будто бы отговорка, которой я пытаюсь оправдаться перед другими людьми и некой высшей силой или справедливостью, если она вдруг существует. #MentalHealthBlues

Продолжая изучать историю геноцида в Руанде, я задумался, почему в нем такую большую роль сыграло именно радио. Не газеты, не другие виды СМИ. Ответ оказался настолько простым, что я удивился, как сам не догадался раньше. Объяснил местный социолог в документалке Аль Джазиры.

Большинство людей в стране к середине ХХ века (и позже тоже) были неграмотными или малограмотными. Читать они не могли, а если могли, то с трудом. А вот слушать может каждый. Плюс далеко не во всех местах было электричество (да и сейчас далеко не везде есть), а радиоприемники могут работать от батареек. Если у тебя не было радио, ты мог пойти послушать к соседу. Плюс вся Руанда говорит на одном языке. Поэтому распространять пропаганду было очень легко. К тому же простые сельские (да и городские) жители воспринимали все, что передают по радио, как правду. Вспомним на минутку наших бабушек, для которых написанное в газете было истиной в последней инстанции. Если по радио говорят, что тутси плохие, значит так оно и есть.

Это был не единственный и возможно не главный фактор, но очень важный. Без этого не получилось бы настолько хорошо промыть мозги столь многим людям.