И правда!
В 2017 году исследователи из Оксфорда провели довольно странный эксперимент: людям дважды давали попробовать один и тот же шоколад, но под разную музыку.

Эксперимент показал, что под более «мягкую» музыку шоколад оценивали как более сливочный. Под «тяжёлую» как более горький и терпий. Причём удовольствие от шоколада почти не менялось, а менялось только восприятие вкусовых «нот». 🎵

Учёные объясняют это явлением crossmodal correspondence — мозг постоянно связывает информацию из разных органов чувств. Для него высокий звук, острые формы и кислый вкус могут принадлежать одной категории ощущений, а низкие частоты, плавные линии и сливочные текстуры к другой. Поэтому, наше восприятие вкусов может зависеть от большого количества факторов.

Но всё таки хорошо знать, что какой-то вкус, несмотря на музыку или погоду, всегда будет тебя радовать.

Ничто так не отпугивает ночные кошмары, как горячий шоколад и крепкие объятия.

Нил Гейман «Коралина»

...На меня у отца и мамы времени почти не оставалось. Я запомнила, что никому не была нужна, и всю жизнь сомневалась, что может быть по-другому. Шоколад был моей единственной любовью, и он меня ни разу не предал

Одри Хэпбёрн «О детстве»

Без меня этот шоколад – ничто. Но стоит его положить мне в рот, и он становится удовольствием. Он нуждается во мне

Амели Нотомб «Метафизика труб»

Жизнь как шоколад. Горечь помогает оценить сладость.

Французская поговорка

Что мы делаем в пять часов?

В викторианской Англии обедали довольно рано, а ужин подавали только около восьми вечера. Между приемами пищи проходило пять-шесть часов, и для многих людей из высшего общества, это было слишком долго. Герцогиня Бедфордская Анна Рассел (по слухам) начала просить приносить ей во второй половине дня чай, пирожные и сэндвичи, чтобы переждать до ужина. Постепенно она стала приглашать на этот небольшой перекус друзей.

Так обычная привычка превратилась в светский ритуал. К середине XIX века «Afternoon tea» стал частью английской культуры. На них важнее всего были беседы. Обсуждение новостей, литературы, политики, заключали деловые договорённости.

Интересно, что знаменитый «чай в пять» «five o'clock tea» — скорее крылатая фраза, чем строгое правило. Его могли подавать и в четыре, и в половине пятого.

Сервировка стола стала почти отдельным искусством: имело значение, какой выбрать сервиз, как расположить угощения и в каком порядке их подавать.

И, что кажется удивительным, традиция сохранилась и сегодня. Конечно, далеко не каждый британец ежедневно накрывает стол с этажерками и фарфором. Но привычка делать паузу на чай осталась частью культуры, которая сохраняется уже почти два столетия.

Такие чаепития были красивым поводом для того, чтобы увидеть друзей или важных людей, провести с ними время. Съесть сладкий шоколад или пирожное, помечтать о ужине или о чем-то чуть более великом.

Кто такая Прекрасная Шоколадница?

В 1745 году австрийский аристократ князь Дитрихштейн зашел в венскую кофейню, чтобы попробовать шоколадный напиток, о котором шло много разговоров в то время.
(Мы рассказывали об этом в одном из предыдущих постов)

Его официанткой оказалась Анна Бальтауф (Anna Baltauf), дочь обедневшего дворянина Мельхиора Бальтауфа. Как это бывает в сказках, встреча покорила его. Князь был покорён её обаянием и, несмотря на возражения своей семьи, взял девушку в жёны.

«Прекрасная Шоколадница» стала свадебным подарком для новой княгини, заказанным молодожёном у модного швейцарского художника Лиотара.

Портретист изобразил невесту в костюме официантки XVIII века, увековечив любовь с первого взгляда. (Именно эта версия — настоящая история Золушки — была популяризирована в буклетах компании Baker)

Сейчас в «Шоколатеке» проходит интеграция системы «Честный знак» — обязательной государственной маркировки товаров. Каждый из продуктов получает свой код, который позволяет отслеживать их путь. Это большой технический процесс, который затрагивает производство, упаковку и работу сайта.

Из-за этого на сайте временно недоступна функция самостоятельной сборки набора. Мы знаем, что это создает неудобства, и обязательно вернём её, как только завершим все настройки.

А пока мы снова собрали для вас готовые наборы. Классические сочетания, с которых для многих началось знакомство с нами.

Мы продолжаем трудиться, чтобы все работало правильно и рады, что проходим этот путь вместе с вами.

Немного развлечем вас ужасами!

При размышлениях о сладостях сразу возникают романтические образы и чувства.
Только вот это не всегда так однозначно. В XVII веке, по легенде, в мексиканском городе Чапас шоколад стал причиной церковного скандала и таинственного убийства. Давайте разберёмся в этом детективе...

В 1648 году местный епископ Бернардо де Салазар устал смотреть, как во время мессы дамы из высшего общества потягивают горячий шоколад. Они оправдывали это «медицинскими целями», но священника это раздражало, ведь шел пост.

Еписков запретил пить шоколад в храме и выставил солдат у дверей. Дамы взбунтовались! Они перестали ходить на мессу и требовали отмены безрасудства. Тогда епископ пошел ва-банк и пригрозил отлучением от церкви всем, кто вообще посмеет притронуться к шоколадному напитку.

Итог печальный: вскоре епископа нашли мертвым. Он выпил чашку горячего шоколада, которую (возможно!) подала ему донья Магдалена де Моралес — уважаемая и скромная горожанка. Доказать её вину не смогли, но никто в городе не сомневался в том, кто отравил священника.

Когда весть дошла до папы Александра VII, он, решил не рисковать жизнями своих епископов и в 1666 году объявил шоколад... разрешённым напитком.

Так что в следующий раз, когда будете пить горячий шоколад, помните: этот напиток не только согревает, но и вершил судьбы.

В балете «Щелкунчик» есть музыкальный номер, который, вы наверняка слышали — «Шоколад» (Испанский танец). Он открывает знаменитый дивертисмент во втором действии, где герои попадают в Страну Сладостей. За шоколадом следуют кофе, чай и марципан и каждое лакомство получает свою музыкальную миниатюру.

Почему его ещё называют испанский танец?
Для зрителей конца XIX века шоколад все ещё имел такую четкую ассоциацию. Ведь Испания первой привезла какао из Америки в Европу, а шоколад долгое время оставался напитком именно испанского двора.

Сам номер длится чуть больше минуты, но за это время Чайковский создает убедительный образ. Короткие, энергичные музыкальные ритмы сменяют друг друга почти без остановки, а акценты создают ощущение танцевального шага, придавая музыке праздничность.

Это небольшой, но интересный пример того, как что-то обыденное может вдохновить и даже стать частью знаменитого балета.

Вы виделись в одном из залов Эрмитажа.

Вот только этот странный чайник - не чайник вовсе, и даже не кофейник.
Обратите внимание на носик. Он расположен довольно высоко. Это сделано не случайно: горячий шоколад XVIII века был намного гуще современного какао. Его готовили из растертой какао-массы, сахара и специй, поэтому на дне образовывался осадок. Высокий носик позволял наливать напиток более чистым, не захватывая густой остаток.

Сбоку, почти у крышки есть еще одно отверстие. Через него вставляли деревянную палочку — molinillo (или, во французской традиции, moussoir). Ею горячий шоколад взбивали прямо в сосуде, чтобы напиток оставался однородным. При этом крышку не нужно было снимать, а значит шоколад дольше оставался горячим. Это отверстие в крышке считается главным конструктивным отличием шоколадника от кофейника.

Если говорить именно об эрмитажном экземпляре, то он датируется 1725 года, а это первые десятилетия существования европейского фарфора. Напомним, что Мейсенская мануфактура научилась производить твердый фарфор лишь около 1710 года, поэтому подобные предметы были настоящей роскошью. Шоколад в то время тоже оставался дорогим напитком, доступным в основном аристократии. Получается, в одном предмете встретились сразу две роскоши.

Есть и очаровательная декоративная деталь: миниатюрная собачка на крышке!! Такие фигурки были характерны для раннего мейсенского фарфора. А еще это попросту очаровательно.

Теперь, встретив этот шоколадник в Эрмитаже, вы точно будете знать, почему он заслужил свое место в музее!

Наше восприятие цвета, сейчас, очень отличается от того, каким оно было раньше. Некоторые цвета были дороже других. Один из таких дорогих цветов — ультрамарин.
Раньше его получали из лазурита, который добывали только в горах современного Афганистана. Само название цвета происходит от итальянского oltre mare — «за морем».

Производство ультрамарина было сложным и дорогим, поэтому в Средневековье и эпоху Возрождения художники использовали его очень экономно. Чаще всего заказчик отдельно оплачивал покупку пигмента, а в договоре с художником было указано, что именно нужно написать этим цветом.
Голубой символизировал чистоту и особый статус, а дороговизна самого пигмента подчеркивала некую значимость.

Вы наверняка слышали историю Микеланджело и его картины «Положение во гроб» (The Entombment). В правом нижнем углу картины должно было появиться изображение Богородицы, но из-за задержки заказчика, картина так и осталась незавершённой.

Интересно, что ценность ультрамарина была не только в его стоимости. Этот оттенок не выглядел как просто цветовой выбор, а создавал ощущение еще одной точки света, именно из-за его чистоты.

Прекрасно то, как этот сложный цвет все еще остался в наших жизнях и стал его привычной частью, которую вы можете даже попробовать на вкус.

Интересная закономерность, при том, что наш мозг подсознательно тянется к тому, что можно назвать «идеальным» или симметричным, мы чаще всего запоминаем именно те детали, которые доказывают «реальность» чего-то.

Выпуклость мазков на картине и их экспрессивность, узор на мраморе, который выбивается из основного полотна, след на бронзе, образовавшийся со временем.

В Японии этому даже дали название — ваби-саби. Это философия, которая предлагает видеть красоту не вопреки несовершенству, а благодаря ему. Стиль подчеркивает гармонию, где красота предметов в их индивидуальной изменчивости. А характер вещи это то, что невозможно стандартизировать.

С конфетами происходит похожая история. Каждая проходит через руки шоколатье, поэтому рисунок на поверхности никогда не повторяется в точности.