— Хен, — с нажимом предупреждает Чонин. Они не успели толком зайти домой и раздеться, только поставили покупки, а Джисон уже оказался у него на коленях. Не то чтобы он был так уж против, обычно ему нравилось, но сейчас немного не место и не время. Чонин едва успел присесть на тумбу, чтобы снять натершие за вечер конверсы. Подняться уже не получилось. — Встань с меня.

— Неа. Я подзаряжаюсь, сегодня был тяжелый день, — сопящий нос тыкается Чонину в шею, когда Джисон кладет голову на широкое плечо. Маленькие руки с черным лаком на ногтях вцепляются в мягкий синий свитер. Джисон мычит что-то невнятное от удовольствия.

— Вот как раз поэтому тебе и нужно встать, сходить в душ и почистить зубы. Чтобы потом сразу в кровать. С чистой совестью... и не только совестью, — устало хмыкает Чонин. Его большие ладони с удовольствием обхватывают задницу его парня. Честно говоря, он, нагруженный кучей пакетов, шел немного позади Джисона весь вечер только для того, чтобы заглядываться на то, как замечательно его фигура была подчеркнута кроем новых серых джинсов.

Джисон ценит этот жест.

— Ну, раз так, то, может, ты меня отнесешь?

— Может, тебя еще и помыть? — подыгрывает Чонин, но Джисон совершенно без смущения кивает ему куда-то в шею, подтверждая желание звуком восторга. — Понял. Ну пойдем, маленький хен.

Последнее слово Чонин выделяет с иронией.

Джисону нравится вести себя с Чонином так, будто это он младшенький.

Чонину нравится напоминать хену, что это не так, и ловить взглядом признаки смущения: закушенную губу, бегающий взгляд и трепещущие крылья носа.

Если Джисон хочет, чтобы Чонин брал на себя ответственность за него, в этом для него нет ничего тяжелого.

Сам Джисон не такой уж тяжелый, когда Чонин поднимается вместе с ним на руках и несет его в ванную. И когда прижимает его к двери, все еще держа на весу, — тоже.

Пожалуй, мужской туалет в здании суда был не самым подходящим местом. Но после заседания, на котором прокурор Бан больше часа пытался посадить его в тюрьму, Минхо хотел Чана здесь и сейчас. Господин Ли, один из самых влиятельных бизнесменов Кореи, всегда получал то, чего хотел. Оплата химчистки для прокурорской мантии была незначительной ценой.