Интересный объект в чеченском национальном музее.

Котел с тамга (хlост на чеченском) из сарматской эпохи.

«В Чечне есть легенда о том, что в глубоко в горах около озера Галанчож некогда находился огромный котел, на боках которого были выбиты 42 тамги истинных чеченских родов и тейпов, по одной версии этот котел был переплавлен Шамилем, по другой версии сам Галанчож и является этим котлом, из окрестностей которого по одной из версии происходят все чеченские тейпы, считается, что на скалах вокруг этого озера выбиты тамги этих родов.
На этом котле тоже изображены тамги.
С левой стороны тамга, которая считается личной тамгой боспорского царя, видимо была занесена сарматами, которые служили этому царю, с другой стороны, триквестр, который очень популярен у чеченцев, он изображается на одежде башнях и т.д., означает символ солнца.
Этот котел мог означать союз сарматов и горцев.»

«Здешние старожили помнят много эпизодов из прошлого, когда чеченка, если не выходила драться с врагами, то очень смело и очень коварно защищалась в минуту опасности в собственной сакле. Кровь джигитов течет и в ее жилах.»

— Семенов «День в ауле» 1895

Рада поделиться с вами эксклюзивом материала, демонстрирующие образ жизни чеченцев в 1930-х годах! Многие из этих кадров ранее не публиковались, некоторые были включены в документальный фильм «Страна Нахчо» (1930). Песня, которую вы слышите, исполнена чеченским певцом Султаном Магомедовым, также известным как «Соловей», и называется «Отчизна» (1968).

На предыдущей фотографии...

Грозный. Декабрь 1977 г. На заднем фоне библиотека им. Чехова (знаменитая "Чеховка"). Коллективная фотография на память после завершения совещания молодых писателей.

В центре Сулейманов Ахмад - человек, который исколесил всю Чечено-Ингушетию (и горную, и равнинную) вдоль и поперёк, исследуя географические названия, в буквальном смысле, всего и вся. От пытливого взгляда Сулейманова не ускользнула ни одна речушка, ни одно озерце, ни один родник, ни один пологий спуск или подъем, если они имели в народе какое-либо обозначение или название. В итоге он написал свой фундаментальный труд под названием "Топономия Чечено-Ингушетии" - исследование, на которое сегодня не отважился бы целый научно-исследовательский институт со всем своим штатом.
А ещё перу Сулейманова принадлежит слова о чеченских атлантах - къонахах, которые "держат небо на каменных руках":

«Къонаха мила ву? И меллалц веха?» -
хаьттира ахь соьга шуьнехь lаш вай.
«Дерриг а дуьне ду къонахчуьн меха!
Хlара дуьне-м къонахийн белшаш тlехь дай!»

Справа от Сулейманова находится Зелимхан Яндарбиев - поэт и писатель, которого много лет спустя затянет и поглотит пучина революционных и военных событий на постсоветском пространстве.

Слева от А. Сулейманова стоит молодой человек, которому на тот момент 21 год. Остаётся ещё немного времени, когда он пригласит читателей на страницах своей первой книги погостить ночью в пустом доме, а дальше уже в романных текстах нам придется наблюдать и рассвет, когда звезды гаснут, и деревья в сумерках и реку, уходящую в ночь. А в новом тысячелетии его пронизанные символизмом волки завоют на театральных подмостках Парижа. Это Муса Ахмадов.

Рядом с Мусой Ахмадовым стоит Яхъяев Хасамби. Говорят, был очень достойным, порядочным и скромным человеком. Муса Бексултанов посвятил ему одно из своих произведений со словами: "Яхъяеву Хасамби, цепко охватившему эфес художественного слова".

Во втором ряду слева Магомадов Харон, односельчанин А. Сулейманова.

С правого края сзади стоит Ахмадов Малик.

Молодому человеку, который находится между Магомадовым и Ахмадовым 23 года. И это не Кристофер Уокен. И не Клинт Иствуд. Это Муса Бексултанов.
Просто Муса Бексултанов - этим всё сказано.

Традиционная чеченская свадьба, проведенная в Шатое с участием чеченских мухаджиров из Сирии, 1990 год.

Инстаграм

«Одни аулы были сожжены при первом завоевании Чечни под командованием генерала Ермолова, другие – во время прохода нашего корпуса в ходе восстания чеченцев в 1841 году, и третьи – при строительстве крепости Воздвиженская».

Насколько разрушительными для региона были эти военные кампании, можно понять хотя бы из описаний самого Ермолова. Зимой 1826 года он отдал приказ атаковать Атаги. Лично увидев этот район впервые, он радовался тому, что леса были вырублены, а аулы – деревенские поселения – оказались беззащитными. Именно это позволило ему беспрепятственно войти в Атаги. После перестрелок с повстанцами, которые укрылись на другой стороне Аргуна, в Малых Атагах, Ермолов перешёл в наступление.

Перед этим он приказал сжечь расположенное вверх по реке соседнее село Чах-Кери (рис. 1.3). Солдаты и казаки под прикрытием ночи подкрались к селению и уничтожили его. В битве под Атаги, как сообщается, участвовало до 3000 чеченцев. Однако экспедиционный корпус Ермолова был ещё больше и располагал артиллерией, которая картечными и дробовыми залпами разрывала ряды северокавказцев. Повстанцы проиграли сражение на открытой местности и отступили.

Последующие три недели генерал занимался тем, что переходил от одного аула к другому, сжигая то одно селение, то другое.»

— "Vor den Ruinen von Grosny" Walter Sperling

Удиев Юсуп, родился в 1867 г. в с. Мескер-Юрт Шалинского округа. Мулла мечети в Грозном. В начале 1929 г. арестован, приговорен к 3 годам ссылки и отправлен в Астрахань.

В феврале 1929 г. обратился за помощью к правозащитнице Е. П. Пешковой (сохранена орфография подлинника).

Участницы чеченского фольклорного ансамбля «Илли», 1982 год. На фотографии изображены сестры Аймани и Малика Айдамировы, Малх-Аьзни Азиева и Малика Абдукарисова.

Хоровая капелла «Илли» была основана в 1979 году народным артистом Чечено-Ингушской АССР Шитой Эдисултановым. Первый концерт состоялся 18 июля 1980 года в Доме культуры села Автуры.

Среди первых участников были Магомед Ясаев, Сулейман Токкаев, Хамзат Дадаев, Малх-Аьзни Азиева, Рамзан Чакараев и другие. Со временем в коллектив пришли новые артисты, в том числе Билухаджи Дидигов, Сайд-Ахмед Магомадов (1980), Камалди Гамбулатов, а также сестры Малика и Аймани Айдамировы (1981). Руководителями ансамбля были Рамзан Паскаев, Альви Мазаев и Имран Усманов.

Сулейман Токкаев (1982–1987) руководил коллективом и организовал за один год 20 концертов на московском стадионе «Лужники».
Ильяс Абдукаримов (1987–1989) и Зайнди Хасанов (с 1990 года) также занимали должность музыкальных руководителей.
Многие солисты ансамбля были удостоены наград, в том числе Шита Эдисултанов, Ильяс Абдукаримов и Ризван Идрисов, получившие звание народных артистов Чечено-Ингушской АССР, а также другие участники, удостоенные звания заслуженного артиста Чечено-Ингушской АССР.

Ансамбль занимался сохранением и популяризацией традиционного чеченского хорового пения, выступая в различных городах и селах. В его репертуар входили как народные, так и современные песни, среди которых:

«Сийлахь Паччахь» («Великий правитель»)
«Турпала Нохчо» («Чеченский герой»)
«Даймохк» («Родина»)
«Чеченская свадьба» «Чеченская лезгинка»
«Чёрная ночь» «Горский парень» «Дагмара» и многие другие.

Хоровая капелла «Илли» сыграла значительную роль в сохранении чеченских музыкальных традиций и получила широкое признание в Советском Союзе.