Семья Эльсахаджиева Джабраила. Махкеты. 1927 год. Слева направо.
1-й ряд: Мухаммад (старший сын Джабраила), Эпса (дочь Джабраила), Абубакар (сын Джабраила, рядом племянник Шахидов Умалхад), Аминат (дочь Джабраила, мать Умалхада).
2-й ряд: Ахмад (младший сын Джабраила; слепой Ахмад — композитор), Хомсат (дочь Джабраила), Хож-Ахмед (сын Джабраила).
На заднем плане (на веранде дома): Бача (жена Джабраила), Шахид (муж Аминат), Джабраил.

Къоман йей

В древние времена у чеченцев было три символических объекта: национальный котел (Къоман йей), национальная летопись (Къоман тептар) и национальное кольцо/печать (Къоман мухар).

Национальный котел был простым котлом, украшенным по вертикали символами всех племен (Тамга). Этот котел часто выносили из башни во время больших праздников, примирения кровных вражд или на собраниях народного совета (Мехк-Кхел). Котел символизировал единство чеченцев, показывая, что у нас всех одна общая родина.

Однако в 1845 году имам Шамиль приказал своим двум чеченским наибам уничтожить этот котел. Осознав, что они натворили, наибы начали обвинять друг друга, и вспыхнула кровная вражда. Их потомкам удалось примириться только в 1930-х годах.

Чеченцы верят, что после уничтожения котла военное счастье и единство народа покинули нас.

Интересный объект в чеченском национальном музее.

Котел с тамга (хlост на чеченском) из сарматской эпохи.

«В Чечне есть легенда о том, что в глубоко в горах около озера Галанчож некогда находился огромный котел, на боках которого были выбиты 42 тамги истинных чеченских родов и тейпов, по одной версии этот котел был переплавлен Шамилем, по другой версии сам Галанчож и является этим котлом, из окрестностей которого по одной из версии происходят все чеченские тейпы, считается, что на скалах вокруг этого озера выбиты тамги этих родов.
На этом котле тоже изображены тамги.
С левой стороны тамга, которая считается личной тамгой боспорского царя, видимо была занесена сарматами, которые служили этому царю, с другой стороны, триквестр, который очень популярен у чеченцев, он изображается на одежде башнях и т.д., означает символ солнца.
Этот котел мог означать союз сарматов и горцев.»

«Здешние старожили помнят много эпизодов из прошлого, когда чеченка, если не выходила драться с врагами, то очень смело и очень коварно защищалась в минуту опасности в собственной сакле. Кровь джигитов течет и в ее жилах.»

— Семенов «День в ауле» 1895

Рада поделиться с вами эксклюзивом материала, демонстрирующие образ жизни чеченцев в 1930-х годах! Многие из этих кадров ранее не публиковались, некоторые были включены в документальный фильм «Страна Нахчо» (1930). Песня, которую вы слышите, исполнена чеченским певцом Султаном Магомедовым, также известным как «Соловей», и называется «Отчизна» (1968).

На предыдущей фотографии...

Грозный. Декабрь 1977 г. На заднем фоне библиотека им. Чехова (знаменитая "Чеховка"). Коллективная фотография на память после завершения совещания молодых писателей.

В центре Сулейманов Ахмад - человек, который исколесил всю Чечено-Ингушетию (и горную, и равнинную) вдоль и поперёк, исследуя географические названия, в буквальном смысле, всего и вся. От пытливого взгляда Сулейманова не ускользнула ни одна речушка, ни одно озерце, ни один родник, ни один пологий спуск или подъем, если они имели в народе какое-либо обозначение или название. В итоге он написал свой фундаментальный труд под названием "Топономия Чечено-Ингушетии" - исследование, на которое сегодня не отважился бы целый научно-исследовательский институт со всем своим штатом.
А ещё перу Сулейманова принадлежит слова о чеченских атлантах - къонахах, которые "держат небо на каменных руках":

«Къонаха мила ву? И меллалц веха?» -
хаьттира ахь соьга шуьнехь lаш вай.
«Дерриг а дуьне ду къонахчуьн меха!
Хlара дуьне-м къонахийн белшаш тlехь дай!»

Справа от Сулейманова находится Зелимхан Яндарбиев - поэт и писатель, которого много лет спустя затянет и поглотит пучина революционных и военных событий на постсоветском пространстве.

Слева от А. Сулейманова стоит молодой человек, которому на тот момент 21 год. Остаётся ещё немного времени, когда он пригласит читателей на страницах своей первой книги погостить ночью в пустом доме, а дальше уже в романных текстах нам придется наблюдать и рассвет, когда звезды гаснут, и деревья в сумерках и реку, уходящую в ночь. А в новом тысячелетии его пронизанные символизмом волки завоют на театральных подмостках Парижа. Это Муса Ахмадов.

Рядом с Мусой Ахмадовым стоит Яхъяев Хасамби. Говорят, был очень достойным, порядочным и скромным человеком. Муса Бексултанов посвятил ему одно из своих произведений со словами: "Яхъяеву Хасамби, цепко охватившему эфес художественного слова".

Во втором ряду слева Магомадов Харон, односельчанин А. Сулейманова.

С правого края сзади стоит Ахмадов Малик.

Молодому человеку, который находится между Магомадовым и Ахмадовым 23 года. И это не Кристофер Уокен. И не Клинт Иствуд. Это Муса Бексултанов.
Просто Муса Бексултанов - этим всё сказано.

Традиционная чеченская свадьба, проведенная в Шатое с участием чеченских мухаджиров из Сирии, 1990 год.

Инстаграм