🔤🔤 🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤

1. Я единственный Ченс в твоём списке. То же самое и с моей стороны. Ты единственный

2. Взаимная подписка обязательна.

3. Посты со мной хотя бы раз в месяц

4. Принимаю все фд

5. Я жду от вас актива у себя под постами

6. Имею право отказать без объяснений

🤩🤩🤩🤩🤩
🤩
🤩🤩🤩🤩

🤩🤩🤩
🤩🤩

Я уставился на серую тетрадку, и внутри все сжалось. Серый — самый унылый цвет на свете, под стать моему настроению. Миссис Браун только что разродилась гениальной идеей: записывать проблемы, чтобы было легче. Выплескивать эмоции. Типа, если я напишу «я зол», то пар не пойдет из ушей.

— Дневник? — переспросил я, чувствуя, как бровь сама собой ползет вверх. Серьезно? Может, мне еще начать влюбленности записывать и сердечки рисовать?

Психолог, миссис Браун, улыбнулась, как будто не заметила моего сарказма.

— Мистер Романильос, — сказала она ласково, — многие взрослые люди ведут дневники. Это полезно.

Многие взрослые? Я вздохнул, взял блокнот. И сразу мысль ударила в голову: а что, если кто увидит? Представил рожи одноклассников, ржущих надо мной. «О, Романильос, почитай нам свои стихи!» Кошмар. Я быстро засунул тетрадь в рюкзак, подальше от глаз. Дома, может, и попробую что-то накарябать, но здесь... Не дай бог кто-то узнает. Лучше уж сразу провалиться сквозь землю

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

— Ченс и Эдди, — пропела она, поправляя очки на носу и улыбаясь. — Вы будете работать вместе.

— Слушай, звезда, — говорил он, развалившись и закинув ноги в заляпанных кедах на соседний стул. — Может, ты просто напишешь свою часть про то, как спорт делает из людей обезьян, а я напишу про нормальных? И не будем друг другу мешать?

— Во-первых, убери ноги, Мансон, — цедил я сквозь зубы, чувствуя, как в груди закипает ярость. — Во-вторых, если ты еще раз назовешь меня обезьяной, я тебе эти кеды в глотку запихну. Ты меня понял?

— Взаимно, Ченс. Взаимно, — он снова надевал наушники и отключался от реальности.

— О, смотрите-ка, — протянул он, наконец соизволив поднять глаза, когда я с тяжким вздохом плюхнулся на стул напротив. — Ченс соизволил явиться. Тренировка задержала? Или может, автографы раздавал?

— Эй, ты чего?

— Совсем охренел? Ты смотри, залей мне тут все!

— Ты пешком шел, что ли? —

— Машина сломалась, — выдавил я из себя. Голос прозвучал хрипло, сипло и так жалко, что мне самому стало себя противно. — Две мили... под этим ливнем.

— На, — буркнул он, отводя взгляд. — Накинь. Дрожишь, как суслик. Если сдохнешь от воспаления легких, мне одному придется эту хрень выступать. А я не собираюсь за тебя отдуваться.

— Спасибо, — сказал я. Тихо так, почти шепотом, сорванным голосом. Но он услышал. Я видел, как дернулся край его рта.

— Заткнись и надевай уже, — буркнул он, даже не поднимая головы. — А то раскис тут и наводнение устроил.

— Слушай, — сказал я наконец, когда зубы перестали стучать, а тело согрелось. — А давай уже как-то решать с этим проектом? А то нам обоим конец. Мне влетит от отца, тебе… ну, тебе тоже, наверное, не сахар.

— Предлагаешь перемирие? — усмехнулся он.

— Предлагаю не сдохнуть из-за тупой биологии, — ответил я. — Давай так. Я пишу часть про то, как физический труд повлиял на развитие человека, там, прямохождение и все такое. Ты… ну, не знаю, что-то свое. Про социальное поведение там. А потом как-то объединим. Нормально?

— Нормально, — кивнул он после паузы. И взял ручку.

— Забери. Спасибо тебе еще раз.

— Ладно, — он натянул ее, застегнул молнию до самого подбородка. — Ты завтра как? Опять пешком?

— Если хочешь, могу подбросить.

— Ну? — он выпустил струю дыма в темное небо. — Чего вылупился? Пешком хочешь топать — твое дело. Мне вообще без разницы. Просто спросил.

— Не хочу, — выпалил я быстро, боясь, что он передумает. — Не хочу топать. Спасибо. Было бы круто.

— Ладно, до завтра. Не простудись там, звезда.

— 🤩а что с тобой такое? — выдохнул я, хватая ртом воздух во время короткой паузы. — Ты там девушку свою ждешь?

— Да так, — бросил он небрежно. — Друг должен прийти.

— Лукас, — позвал я, и голос мой предательски дрогнул. — Ты это... Познакомишь?

— А, да. Это Уилл. Мой друг детства. Пришел поддержать нас, представляешь? — он хлопнул парня по плечу. — Уилл, это Ченс. Из моей команды. Тот самый, что сейчас такой трюк выдал.

— Привет, — выпалил я, и это прозвучало как-то слишком громко. — Я... э-э... ты часто приходишь? На баскетбол?

— Нет, — ответил он тихо, почти робко. — Я вообще впервые. Лукас попросил поддержать. Я ничего не понимаю в баскетболе, если честно. — Он запнулся, теребя край толстовки. — Но ты... вы здорово играли. — он замолчал, смутившись, и уткнулся взглядом в пол.

— Я? — переспросил я тупо. — Ты про тот бросок?

— Ну... да. Ты быстро бегаешь. И прыгаешь высоко

— Ну, знаешь, — я вдруг ляпнул, сам не понимая, что несу. — Если хочешь, могу научить. Баскетболу. Ну, или просто... показать пару приемов. Лично.

— Лично? — переспросил он, и голос его чуть дрогнул на этом слове.

— Слушай, Уилл, — выпалил я, пока мозг не успел меня остановить. — Я понимаю, что это глупо звучит, и мы вообще только что познакомились, и я, наверное, похож сейчас на потного идиота...

— Ты не похож на идиота, — перебил он тихо, но твердо. И тут же смутился собственной смелости, снова уставившись в пол.

— Но я хотел спросить другое. Может быть... ну, если ты не занят... мы могли бы как-нибудь сходить в кино? Вместе?

— В кино? — переспросил он шепотом. — Прямо... ты меня приглашаешь?

— Ага, — выдохнул я, чувствуя, как мир вокруг перестает существовать. — Если ты... ну, если не против.

— Я... ну, я не против, — прошептал он, и улыбнулся уже шире. А потом вдруг добавил, запинаясь: — Только я обычно много болтаю во время фильмов. И... и могу случайно уснуть, если фильм скучный. Предупреждаю сразу.

— Уилл, — сказал я, чувствуя, что улыбаюсь как ненормальный. — Ты можешь делать всё что угодно. Можешь даже уснуть на моем плече. Я только за.

— На плече? — переспросил он тихо. — Это... ну, я подумаю.