Христос пришел в мир, чтобы упразднить смерть, но не Свою смерть (ибо Он, будучи Жизнью, не может иметь Своей смерти), а смерть человеков. Он дал пригвоздить Свое тело не потому, что Сам был связан узами смерти, а потому, что смерть, которую Он претерпел, была причинена Ему людьми. Но хотя Его телу должно было на глазах у всех изнемочь и быть изувеченным, Ему, исцелявшему немощи многих, не подобало дозволить сему телу быть сокрушенным немощью. И даже если бы Он оставил на время тело без какой бы то ни было болезни, а затем восстал, то и тогда люди не поверили бы Его словам о Его воскрешении. Ибо как могла быть явлена всем победа Христа над смертью, если бы Он не претерпел на глазах у всех и тем доказал, что смерть была побеждена неразрушимостью Его тела?

— Иоанн Златоуст (цит. по Фома Аквинский. Сумма теологии)

Новая теория заговора подъехала! Плоскоземельщики могут выдохнуть с облегчением :)

Так, расходимся. Земля плоская, астронавты не полетели, везде жидомасоны и сатанисты. #reels #tiktok (c)

Аллегорический метод толкования Священного Писания, отдав дань интеллектуальной эпохе, его породившей, и в несколько модифицированном виде просуществовав ещё какое-то время, по всей видимости, приказал долго жить. Обогатив христианское экзегетическое наследие несомненными шедеврами, но и засорив это наследие примерами образцовой бездарности, аллегорический подход решил всё-таки откланяться — за что ему сердечная благодарность.

И действительно, удачный только под пером таланта (по меткому замечанию Болотова) этот метод и так слишком долгое время доминировал в церковном богословии и библеистике, слишком долгое, чтобы можно было ему позволить доминировать и в пространстве современной экзегезы. Хвала Всевышнему, что актуальная герменевтика, превосходно применяемая сегодня в плоскости научной и популярной библеистики, сделала аллегорические модели работы с текстом не то чтобы ненужными, а, скажем так, потерявшими свой удельный вес и лишёнными былой привлекательности. Эти модели сделали всё, что могли и на что потенциально были способны, поэтому упорно держаться за их подол и ревностно отстаивать их ценность будет на сегодняшний день не просто анахронизмом, но прямо-таки глупостью.
Мы не слишком преувеличим, если скажем, что предельную концентрацию аллегорий на единицу текста мы можем видеть в нашем богослужении, а конкретно — в Великом каноне Андрея Критского. Там данная методика продемонстрировала быть может всё, на что она была годна, не скупясь преимуществ, не стыдясь недостатков.

Но довольно часто аллегорическая техника, будучи инструментом в не очень искусных руках, превращалась в насилие над библейскими текстами, производя на свет нравственные банальности, богословскую безвкусицу и интеллектуальную пошлость.
Свидетельств этому — как доносов при Сталине. Вот, например, Феофилакт Болгарский, не будучи ни разу оригинальным и одарённым экзегетом, но всегда работая в режиме эпигонa и компилятора, размышляет над эпизодом исцеления дочери сирофиникиянки в Евангелии от Марка:

"Извлеки отсюда, – пишет он, – и ты полезный урок. Всякий из нас, когда делает грех, есть «женщина», то есть слабая душа. Такая душа есть «финикиянка», как имеющая багряный, то есть кровавый и убийственный грех. У такой души есть «дочь» – лукавые действия, действия бесовские. Будучи грешниками, мы именуемся «псами», полными нечистот, почему и недостойны бываем принять «хлеб» Божий, то есть причаститься пречистых Тайн. Но если мы в смирении сознаем, что мы псы, если исповедуемся и откроем грехи свои, то исцелится дочь наша, то есть бесовские дела".

И если, возможно, тысячу лет назад, или даже годков этак триста, подобные рассуждения были вполне себе в тренде, то теперь читать такое (а тем паче предлагать за образец вменяемого толкования) имеет смысл только в процессе исторического анализа архаичных моделей работы с библейскими текстами.
Впрочем, если кто-то и сегодня видит в подобных примерах адекватное прочтение христианского Благовестия, я не имею ничего принципиально против, отмечая лишь в своём экзистенциальном навигаторе локации, посещение которых будет для меня на данном этапе травматично и нерезонно.

Около четверти детей начинают понимать или использовать обман уже в возрасте 10 месяцев. 16 типов обмана у детей до 4 лет

В каком возрасте дети начинают обманывать? Самый ранний зафиксированный случай понимания или использования обмана был у детей 8 месяцев. Примерно 25% детей, по прогнозам, начинают понимать или использовать хотя бы один тип обмана к 10 месяцам. 50% — к 17 месяцам, 75% — к 24 месяцам и почти все дети (97,5%) — к 38 месяцам.

Сложные типы обмана. К 3 годам (с ~35 месяцев) появляются более сложные типы обмана, требующие языка и понимания чужого сознания: преувеличение, преуменьшение, притворное незнание, фабрикация, замалчивание, реструктурирование информации.

Что ещё интересного?
• Понимание обмана и способность обманывать начинают появляться одновременно.
• Чем чаще родители обманывают детей, тем лучше дети понимают обман.
• Не было различий между мальчиками и девочками в общем количестве типов обмана, которые они понимают или используют.

Также выделили 16 типов обмана у детей до 4 лет (указан возраст, когда 50% детей осваивают этот тип обмана):

1. Притворство «не слышу» (не реагировать на просьбу, например «пора убирать игрушки») (27 месяцев)
2. Прятанье вещей (спрятать игрушку, чтобы не делиться) (31 месяц)
3. Отрицание (съел шоколад, но мотает головой) (31 месяц)
4. Запрещённое тайком (делать то, что нельзя, когда никто не видит) (32 месяца)
5. Отговорки («я не могу убирать, мне нужно в туалет») (32 месяца)
6. Преувеличение (сказать «я съел много горошка», чтобы больше не есть, хотя съел чуть-чуть) (35 месяцев)
7. Преуменьшение (сказать «я съел чуть-чуть мороженого», чтобы получить ещё, хотя съел много) (35 месяцев)
8. Притворное незнание («не знаю, кто съел конфету», хотя знает) (36 месяцев)
9. Притворство «не понимаю» (делать вид, что не понял просьбу) (38 месяцев)
10. Выдумка (придумать то, чего не было: «я был во Франции») (38 месяцев)
11. Притворство «не вижу» (отвести взгляд, если не должен был смотреть) (39 месяцев)
12. Замалчивание (рассказать, что брат ударил, но умолчать, что сам ударил первым) (41 месяц)

Большинство детей ещё не осваивают к 4 годам:
13. Молчание (просто не отвечать, когда спрашивают «кто это сделал?»)
14. Искажение («я съел десерт после обеда», хотя съел до обеда)
15. Туманность (на вопрос «сколько конфет взял?» ответить «несколько» вместо «20»)
16. Отвлечение («смотри, что там!», чтобы переключить внимание)

[Medical Xpress] (16.03.26)
[Cognitive Development] (05.03.26)

https://www.youtube.com/live/4hAOXer1_dI

Сегодня в 19:00 завершаем разговор о служении Елисея — присоединяйтесь в чате YouTube!

72 % россиян не верят в высадку США на Луну

Если хотите более авторитетный и обстоятельный взгляд на итог несторианских споров, обратите внимание на главу "Конец Нестория" у Карташова.

На фото кадр из фильма "Сатана Ликующий" (1917, реж. Яков Протазанов). В роли Сатаны - Александр Александрович Чабров (1888-1935). О Чаброве М.Цветаева писала И.Эренбургу в марте 1922 г.: "...умный, острый...прекрасно понимающий стихи, очень причудливый...У него памятное лицо: глаза как дыры, голодные и горячие, но не тем (мужским) - бесовским? жаром; отливающий лоб и оскал островитянина".
После 1917 года он уедет во Францию и станет католическим священником

#бахаи / автор

Вера Бахаи
Роберт Пардон

Гробница Христа толкуется символически, как «гробница неверия». Фома, видевший воскресшего Христа (Ин. 20:28), в действительности видел только «верующих, готовых страдать за Христа» (Preparing for a Baha'i/Christian Dialog: Understanding Christian Beliefs, p. 142). По словам Абдул-Баха, воскресение представляет собой «...духовный и божественный факт, а не материальный...» (Some Answered Questions, p. 104). «Воскресение тела Христова» в действительности было возвращением учения Христа к жизни в его учениках, возрождением их веры. Это представление очень важно для бахаизма, поскольку физическое воскресение вознесло бы Иисуса над всеми другими Явителями благодаря Его победе над смертью.