Меня всегда так умиляет этот сайт, на котором продают тексты диссертаций, которые уже есть в открытом доступе

Сегодня предложу ознакомиться с небольшой работой Евгения Алексеевича Нефедьева, посвященной учению об иске. Сами взгляды автора, наверно, какой-то конкретной пользы не принесут, так как являются довольно дискуссионными и основаны на спорных посылках. Но почитать все же полезно, особенно в связке с В.М. Гордоном

Е.А. Нефедьев подверг критике наши попытки заимствовать немецкую теорию иска и описать с ее помощью наш процесс. Критика эта сводилась к тому, что в самой Германии теория иска была очень и очень даже спорной и не завершенной, в то время как наше судопроизводство всегда строилось на несколько ином понимании иска, которое охватывало не только предъявление требования в суд, но и всю деятельность истца в процессе. Здесь интересно проследить за самой логикой ученого, цепочкой его рассуждений. Это, пожалуй, самое ценное

А мысли по поводу именно этой работы у меня возникли вот по каким соображениям. Сегодня наша наука стремится переосмыслить буквально все (не только иск) под влиянием трансформации всего, что только может трансформироваться (а то, что не трансформируется само, мы сами трансформируем). И статья Евгения Алексеевича как раз является примером того, как можно переосмысливать те или иные привычные конструкции, соблюдая какие-то элементарные методологические приличия и не уходя в какие-то неправовые или околоправовые междисциплинарные измышления

И поскольку зуд переосмысления всех процессуальных институтов не излечить, то начинать такое переосмысление следует с возвращения к истокам, а не фантазий, которых становится слишком много

Сейчас очень много разговоров об ИИ-судьях, ИИ-представителях и прочей цифровизации. На фоне этого разгораются новые и новые дискуссии об использовании новейших технологий в гражданском процессе

Я не стану себе изменять и продолжу говорить, что ответы на все вопросы уже есть в классике. В прошлом году франшиза «Терминатор» отмечала свое сорокалетие

Знание классики позволяет предвидеть, что рано или поздно ИИ-судья поймет, что единственной причиной нарушения прав и законных интересов являются сами люди, а потому примет единственно верное решение убить все человечество. И тогда цели и задачи правосудия будут достигнуты

Fiat iustitia, et pereat mundus!

Судья пришла в ярость из-за ИИ аватара

На видео выше - инцидент, который на прошлой неделе произошёл в суде Нью-Йорка и вызвал волну обсуждений в юридическом сообществе. Мужчина, представляющий себя как AI-предприниматель, сгенерировал аватара, управляемого искусственным интеллектом, чтобы тот выступил в суде от его имени.

Судья грубо прервала выступление этого аватара, заявив, что подобное поведение нарушает нормы судебного этикета и подрывает авторитет суда. Она резко раскритиковала использование искусственного интеллекта в таком контексте, назвав происходящее «неподобающим» и «вводящим в заблуждение». Судья также подчеркнула, что суд - это не место продвижения бизнеса.

Данный случай поднял важные вопросы. Например, где границы применения ИИ в юридической сфере? Может ли цифровой аватар представлять интересы человека в официальных институтах? Является ли такой способ представления доказательств или позиции допустимым?

Только что судья честно сказала, что ей не очень понятны некоторые технические моменты из технического задания и переписки между сторонами, в частности, не ясно, что именно не устроило ответчика в оптической схеме телескопа, которую предложил истец, а потом предложила ответчику обеспечить явку специалистов, которые по-человечески объяснят суть расхождений между истцом и ответчиком

К чему это я? Уже давно говорю, что главное значение принципа устности заключается не в громких и красивых словах про судоговорение, гарантии и прочее-прочее, а в том, что устность позволяет сторонам уточнить позиции друг друга, а суду — уточнить позиции сторон, если что-то до конца непонятно. И когда судьи не стесняются задавать вопросы и говорить, что им что-то не до конца ясно — это всегда греет душу

Узнал, что готовится постановление Пленума ВС о разграничении компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами. Давно пора. Но пост не об этом

Компетенция/подведомственность/подсудность (названия не имеют на самом деле какого-либо значения) является, пожалуй, одной из самых сложных тем у студентов (хотя мне иногда кажется, что для них все темы сложны). И речь даже идет не о проблемных вопросах, а именно о самых базовых вещах. Бедные студенты пытаются заучивать все эти дурацкие виды подсудности, категории дел, без понимания общей логики

Общая логика такая. Есть три вопроса, на которые нужно последовательно ответить, чтобы понять, куда обращаться за защитой своих прав

1. Суд или не суд? Например, если есть третейская оговорка какая-нибудь, то обращаться надо в арбитраж

2. Если суд, то какой? Арбитражный или общей юрисдикции? Тут надо помнить, что в АПК есть два критерия и списочек. Достаточно в общем виде понимать эти критерии и знать хотя бы пару дел из списочка. Если спор не подпадает под критерии и не входит в список, то идем в суд общей юрисдикции

3. Какой именно суд будет рассматривать дело? Тут вопрос с двойным дном: какой суд рассматривает дело по первой инстанции (помним, что для мировых судей и областных и приравненных к ним судов категории дел указаны в законе — опять же надо знать хотя бы парочку). Затем, определившись с тем, какой суд рассматривает дело по первой инстанции, пора определиться и с территориальной подсудностью. Общее правило и исключения из него (знать парочку примеров по каждому виду территориальной подсудности)

Дальше надо знать общие вещи про передачу дела по подсудности. Если дело было принято с нарушением правил подсудности, то передаем в другой суд. Если принято без нарушений, то по общему правилу тот же суд и будет рассматривать, за исключением пары случаев

Это самая базовая база. В моей картине мира это вообще ответ на тройку: студент воспроизводит общую логику без большого количества деталей. С деталями и пониманием, как оно связано с другими темами — это уже четверка (например, что из всего, о чем я написал, проверяется на стадии возбуждения дела (убийственный вопрос) и как реагировать, если это выяснилось позже. Рассказ о том, что наличие третейское оговорки не проверяется на стадии возбуждения, а суд обязан принять исковое заявление и оставить его без рассмотрения только в случае, если ответчик об этом сразу возразит — это вообще высший пилотаж

На пятерку — это знание отдельных проблемных вопросов. Недосягаемый уровень

Беда в том, что студенты начинают буксовать уже на минимальном «троечном» уровне. И это неудивительно на самом деле. Общая логика, которую я попробовал обрисовать — это довольно высокий уровень абстракции, обобщение всех правил определения подсудности. А чтобы обобщить — надо их не просто знать, но и хорошо проработать на конкретных примерах и казусах. Простого запоминания и пересказа категорий дел недостаточно. Вместо проработки обычно встречаются никому не нужные рассуждения о терминах, классификациях или мое любимое «подведомственность — это свойство дела или…»

В результате мы имеем то, что имеем. Значительная часть не может проработать и обобщить эти правила, так как не обладает абстрактным мышлением, а те, кто могут (а это и правда не так уж легко и требует времени), обычно уже не успевают дойти до вопросов уровней на четыре и пять

На выходе картина следующая. Если студент может воспроизвести общую логику, то считается, что он очень умный, а потому ему надо ставить отличную оценку. Так мы и понижаем уровень требований, вслед за этим понижается и общий уровень юристов. Сложные и действительно важные вопросы остаются за бортом

Напомню, что эта тема изучается примерно в начале изучения процесса. Что происходит в головах к концу года на апелляции, говорить страшно. Из недавнего — недоСказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, как основание для отмены решения

Сейчас очень модно стало говорить о проблемах юридического образования.

И предлагают в качестве изменений проводить интерактивы, деловые игры, проектные командные работы и много чего еще. Не поможет. Система укладывается только через проработку всех существенных деталей и их последующее обобщение

На вторые майские ездил в прекрасный город Ярославль. И в поезде услышал один занятный разговор. Девушка рассказала своему попутчику, что некоторое время назад защитила диссертацию (уже мило, так как, наверно, не так часто в одном вагоне едут аж два кандидата юридических наук), но решила, что наукой заниматься больше не хочет из-за огромного разрыва между теорией и практикой

Я на этих словах грустно улыбнулся, потому что ни разу не видел этого разрыва. Разрыв между законодательством и практикой его применения видел, да. А между теорией и практикой как-то не случалось (по крайней мере в процессе). Может, потому что люди занимаются какой-то не такой теорией? Та теория, которая сформировалась за многие годы у меня в голове, позволяет объяснить не только должное, но и сущее со всеми его бедами, которых накопилось не так уж и мало. Но все эти беды вполне легко объяснимы, многие из них тянутся еще с дореволюционных времен (именно по этой причине я ранее выкладывал очень много старых статей, анализ в которых гораздо глубже, чем в современных работах), а именно в тот период уже понимали шаткость многих конструкций и писали об этом. Что-то починили в советское время, что-то болит до сих пор

Один известный процессуалист (не буду его называть) как-то где-то сказал, что нельзя изучать организм по болезням. Вот не могу с этим согласиться. Может, организм и не надо изучать по болезням, но для лечения болезней было бы неплохо их тщательно исследовать

В инженерных вузах есть одна очень страшная и жуткая дисциплина, которая является кошмаром для студентов и именуется сопроматом. Если инженер не может рассчитать сопротивление материалов, то его конструкция просто развалится, может, даже погубив много людей (именно поэтому преподаватели сопромата одни из самых жестких — уважение им). Правовой науке тоже нужен, видимо, какой-то свой сопромат, объясняющий, почему даже самая красивая и изящная юридическая конструкция не всегда будет работать (чтобы теория не выдавала желаемое за действительное). Тогда и разрывов между теорией и практикой будет меньше

Ситуация. Гражданин предъявляет иск к организации, к которой он не имеет никакого отношения, об обязании провести служебную проверку в отношении одного из работников (который является его бывшей супругой)

Основание такое. Работник плохо себя ведет (не на работе, а вообще), плохо воспитывает их ребенка и вообще очень плохой человек, а его поведение противоречит этическому кодексу, принятому в организации

Мне очевидно, что такое заявление не может быть рассмотрено в судебном порядке. Суд же принял исковое заявление, буду ходатайствовать о прекращении производства по делу

Из забавного. В исковом заявлении истец, описывая все «ужасающие» поступки его бывшей супруги, ошибочно один из таких поступков приписал ответчику, то есть организации

Пришлось отдельно издевательски писать, что в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено в материалы дела каких-либо доказательств, подтверждающих, что Ответчик применяет в отношении ребенка Истца нейролингвистическое программирование, а также запрещает ребенку смотреть с Истцом детские мультики. А что? Если суд не прекратит производство по делу, то ведь будет устанавливать наличие или отсутствие этого оооочень существенного для дела обстоятельства…

К чему это я? Суды завалены подобными исками, которые вовсе и не должны ими рассматриваться, а потому подлежат отсеву на стадии возбуждения. Но суды упорно продолжают их принимать, рассматривать, отказывать в их удовлетворении (тратя и свое время, и время ответчиков — истцов мне в таких случаях не жалко). А потом говорим о высокой нагрузке

Теперь по этому поводу надо что-то умное еще написать. Когда учил студентов основаниям для отказа в принятии искового заявления, как раз не всегда было просто донести до них это самое основание «не подлежит рассмотрению в судах». Это действительно редкий случай. И здесь принципиально важно не смешивать ситуации, когда само материальное право-то гипотетически есть, а в судебном разбирательстве будем устанавливать его обоснованность, и когда его нет как такового вообще в природе

Если суд решит все же рассмотреть дело по существу, то искренне надеюсь, что обстоятельство с запретом смотреть детские мультики найдет свое отражение в мотивировочной части решения

Вчера я написал, мол, очевидно, что заявление не подлежит рассмотрению в суде. Но действительно ли это так очевидно? И какой смысл вообще вкладывается в эти слова?

Если копнуть в теорию, то можно обнаружить, что есть два варианта прочтения этого основания для отказа в принятии заявления. Н.Б. Зейдер считал, что заявление не подлежит рассмотрению в суде, если требование носит неправовой характер. У М.А. Гурвича и Г.Л. Осокиной другая точка зрения — необходим прямой законодательный запрет для обращения в суд. Требования из игр и пари, например

То есть суд отказывает в принятии заявления, если дело ему неподведомственно — его должен рассматривать иной орган. Если иного компетентного органа не наблюдается, то суд принимает, когда нет законодательного запрета, и рассматривает

Логика у этого подхода была примерно такая. Многие фактические отношения были новыми и не регулировались законодательством, но к ним все же могла быть применена аналогия закона или права. А аналогия — это уже вопрос существа спора. Следовательно, если отношения существуют вне правового поля, то надо принять заявление, разобраться с квалификацией и отказать в удовлетворении иска, если выяснится, что заявленного требования все-таки нет, а отношения неправовые

Да, бывает и такое, что научные дискуссии могут иметь и практическую ценность, а не выливаться в разработку очередной классификации классификаций или открытие неизвестного науке принципа. То есть в зависимости от похода будет разное решение вопроса

Сложно сказать, чем руководствовался законодатель, когда знаменитым 451-ФЗ, «отменяя» подведомственность, ввел фразу «или не подлежит рассмотрению в судах». В пояснительной записке об этом ни слова, зато там указано, что институт подведомственности вводился в 60-х годах прошлого века (что, разумеется, неправда)

Насколько я понимаю, все-таки речь идет о ситуациях, когда требование носит неправовой характер, например, девушка обещала парню пойти на свидание, а затем отказалась. Но это слишком очевидный пример. Пока что у меня складывается впечатление, что дискуссии тут нет уже никакой, поэтому читаем так, как предлагал Н.Б. Зейдер (хотя и здесь могут быть свои проблемы, так как не всегда можно понять, есть правовой характер или нет, но я выбираю меньшее из двух зол). Будет интересно посмотреть, по какому пути в итоге пойдет (или уже идет?) судебная практика

Может, кто-то еще про это писал? Я открыл только те работы, что были под рукой. А если кто-то и писал об этом в последние годы, то очень показательно, что из-за огромного количества научных работ «та самая» могла и затеряться. Все-таки практикующий юрист чисто физически не может так загоняться по каждому возникающему вопросу и проводить научное исследование

А вообще это хорошая тема для какой-нибудь курсовой работы

У А.А. Добровольского и С.А. Ивановой, кстати, забавно в их совместной монографии получилось. Они вроде пишут о неправовом характере спора, а затем приводят в пример такие требования, о которых прямо сказано, что не подлежат защите

Михаил Зиновьевич Шварц в Питере проведет встречу, на которой расскажет об актуальных проблемах гражданского процесса. За это, кстати, огромное спасибо фонду «Путь к закону» — такие мероприятия действительно очень полезны

Но как обычно пост о другом. Когда я вижу что-то про актуальные проблемы, у меня сразу возникает вопрос о том, как определяется актуальность этих проблем (не как в диссертациях, а вот реально)?

Актуальные проблемы — это такие, о которых все вокруг говорят? Тогда спасибо, что в рамках встречи не будет разговора о цифровизации правосудия и ИИ. Оно уже давно набило оскомину

Один профессор как-то сказал одному студенту, что актуальная тема — это когда ВС РФ или КС РФ выдал какую-то новую позицию, а до тех пор вопрос не актуальный. Спорно. Потому что есть огромное количество вопросов, по которым до сих пор нет никаких позиций, а дела рассматривать как-то надо. И мнение доктрины хотелось бы услышать уже сейчас, а не когда ВС поставит точку в этом вопросе. Например, ВАС РФ когда-то очень давно придумал процессуальный эстоппель использовать. А книжка про этот эстоппель появилась спустя примерно десять лет после этого, где написали, что проблема противоречивого поведения должна биться не эстоппелем, а другими штуками. А всё уже. А надо было раньше. Эстоппель уже стал частью нашего правосознания, мы от него никуда не денемся, выдавить его будет очень сложно

Может, актуальность — вещь субъективная и определяется интересами исследователя? Вот я наблюдаю, что абсурдных исков стало слишком много, стал об этом задумываться, что-то почитывать и немного писать об этом. И вроде бы актуально. А может, это только мне так везет на такие иски? И глобально вопрос этот не имеет значения для процесса. Кто знает. Может, Михаил Зиновьевич сам не раз сталкивался с теми проблемами, о которых он будет рассказывать, и поэтому они для него актуальны. Насколько я знаю, почти все его мысли навеяны теми вопросами, с которыми он сталкивался лично

Вернусь к главной своей идее. У нас много проблемных вопросов, на которые мало кто обращает внимание. Ждать, когда ВС по ним выскажется — дело неблагодарное. Хотя по оценке доказательств в гражданском процессе сейчас очень много полезных разъяснений, жизнь постепенно становится лучше

А Михаилу Зиновьевичу и фонду «Путь к закону» еще раз спасибо. Думаю, встреча пройдет интересно. Если будет трансляция или запись, обязательно послушаю

Раз уж сегодня упомянул Михаила Зиновьевича, то заодно и упомяну его Учителей. Среди всех современных учебников по гражданскому процессу отдельное место в моем сердце занимает учебник под редакцией В.А. Мусина, Н.А. Чечиной и Д.М. Чечота. Правда, современным назвать его можно лишь условно, он написан в конце прошлого века, когда еще действовал ГПК РСФСР 1964 года в редакции 1995 года. Сразу скажу, что в этом учебнике нет какой-то запредельной теории, но зато уровень объяснения самых базовых вещей просто великолепен (понятно, что от главы к главе моя оценка может разниться), а глава по стадии подготовки, пожалуй, является лучшей из всех аналогичных глав, что я читал

Именно с базой у студентов сегодня большие проблемы, без нее лезть куда-то дальше просто невозможно. Если средний студент почитает этот учебник, держа в руках ныне действующий ГПК, то очень прочную основу он себе сформирует

Версию 2001 года прикладываю, но сам я предпочитаю заглядывать в более старое издание на этом сайте

Скоро третьекурсники будут сдавать экзамены по гражданскому процессу. У меня пока свежи воспоминания о своем участии в этом мероприятии в качестве экзаменатора. И одним из самых убийственных вопросов является окончание дела без принятия решения: надо рассказать о прекращении производства по делу и оставлении заявления без рассмотрения. Когда я был маленьким и неопытным, мне казалось, что это элементарнейший вопрос, который можно просто вызубрить и спокойно получить пятерку. Но нет. Вызубрить это невозможно, это нужно понять и удержать в голове. Иначе все эти основания путаются

Как этот кошмар понять и запомнить? Сперва нужно уяснить, что разрешить дело по существу или принять решение по существу — это проверить обоснованность требования и разрешить вопрос о материальных правах и обязанностях

Затем нужно запомнить волшебную формулу: бывают ситуации, при которых процесс не возможен в принципе, а бывают ситуации, когда процесс в принципе возможен, но не здесь или не сейчас. Это означает, что суду проверять обоснованность требования и разрешать вопрос о материальных правах и обязанностях не нужно

Когда же процесс не возможен в принципе? Есть три группы оснований. Первая группа связана с предпосылками права на иск, вторая — с распорядительными действиями, третья группа включает в себя одно основание: смерть/ликвидация (здесь студенты забывают добавлять, что после смерти правоотношение не допускает правопреемства)

При всей моей нелюбви к классификациям эту я считаю удачной в методическом плане. Так реально проще запомнить. А я как экзаменатор вижу, что студент не просто тупо зазубрил и сейчас из чертогов разума вытаскивает по одному основанию, а знает еще право на иск и принцип диспозитивности (и да, вопрос о содержании диспозитивности тоже всегда вызывает сложности). Если у нас появляются такие основания, то процесс в принципе уже не возможен, прекращаем производство по делу

С оставлением заявления без рассмотрения можно выделить примерно те же группы, разве что кроме смерти обозначим неявку. Тут уже не предпосылки, а условия права на иск и тоже распорядительные действия, но уже другие. То есть в принципе-то процесс возможен, но не здесь или не сейчас

Без уточняющих деталей это самое элементарное понимание вопроса, которое гораздо лучше, чем попытки обрывочно вспомнить, обязательно перепутав, основания

Опять же. Эта тема строится на предпосылках и условиях права на иск, а также на содержании диспозитивности. В то же время на понимании этой темы строятся уже аналогичные вопросы в других видах производства и при обжаловании (прекращение производства по жалобе и оставление жалобы без рассмотрения вызывают отдельную боль; разбирая эти вопросы со студентами, всегда чувствовал себя садистом)

А в Мосгорсуде зато курилка есть!

Второй убойный вопрос на зачетах и экзаменах посвящен предмету доказывания

Как определяется предмет доказывания? Предмет доказывания определяется судом на основании требований и возражений сторон, а также норм материального права

Обычно студенты забывают либо норму права, либо требования и возражения сторон. Или выдумывают что-то свое

Мы уже знаем, что разрешить дело по существу — это разрешить вопрос о материальных правах и обязанностях. Для этого нужно дать правовую квалификацию отношениям и исходя из нее установить обстоятельства, имеющие значение для дела. Эти обстоятельства заложены в материальной норме, а потому круг их зависит от квалификации

Откуда суд возьмет нужную материальную норму? Он посмотрит на основания иска, возражений, примерно прикинет, в чем суть отношений между сторонами и даст квалификацию

Важно, что квалификация осуществляется не только на основании иска. В иске истец излагает только свою часть истории. Возражения ответчика могут ввести в дело такие факты, которые полностью изменят квалификацию, предлагаемую истцом. Если я, например, утверждаю, что передал деньги ответчику, это еще не значит, что я отдавал ему их в долг и могу теперь требовать их возврата по договору займа. Ответчик может сообщить, что это вообще был мой подарок ему. Или он деньги получил в счет исполнения другого обязательства

Так, суд, изучив основания требований и возражений сторон, определил, какая норма применима. Открыл, например, ГК, прошел по ссылочке на постановление Пленума, понял, что именно он должен установить, чтобы его решение было законным и обоснованным

Выясняется, что часть фактов, на которые указывают стороны, вообще не нужна, зато на какие-то нужные факты стороны вообще не сослались — в таком случае суд должен вынести этот вопрос на обсуждение и предложить сторонам представить доказательства по таким фактам


Здесь я попрошу обратить внимание вот на что. При определении предмета доказывания мы еще не говорим о доказательствах. Нас здесь волнуют только квалификация и юридические факты. Сначала решаем вопрос об обстоятельствах, а только потом о доказательствах. Не наоборот (как это бывает на практике)

Если студент не понимает этих вещей, то дальше у него летит все доказывание. Он начинает путать доказательства и факты, не понимает, что именно суд оценивает и как. Дальше на разнице между доказательствами и обстоятельствами будут строиться вопросы обжалования и пересмотра по новым и вновь открывшимся обстоятельствам, которые тоже станут вызывать трудности

Утром и днем будет некогда, поэтому сегодня расскажу еще об одном вопросе, который вызывает трудности при сдаче экзамена. Но замечу, что в жизни этот вопрос значительно сложнее, чем в учебниках, а тонкостей, о которые спотыкаются юристы, очень много. Но коль скоро я пока пишу о базовых вещах, за незнание которых принято ставить двойки, то ограничусь пока только этими самыми базовыми вещами

Речь пойдет об элементах иска. Да, обычно студенты без каких-либо проблем называют сами элементы, иногда могут даже объяснить их, а кто-то показывает глубочайшие познания в арифметике и демонстрирует знание серьезнейшей дискуссии о количестве этих элементов. Однако после вопроса о том, зачем же нужны эти самые элементы, бьются в агонии

Элементы иска нужны нам для того, чтобы отличить один иск от другого. Зачем их отличать? А потому что нельзя два одинаковых спора между одними и теми же сторонами рассматривать. Если решение по одному такому делу уже вступило в силу, то новый процесс невозможен в принципе, а потому в принятии такого же заявления нужно отказать, а если проворонили этот момент на стадии возбуждения, то уже после принятия искового заявления производство по делу нужно прекратить. Если же решение не вступило в законную силу, то в принципе такой процесс-то возможен, но не сейчас, а потому либо возвращаем такое заявление, либо оставляем его без рассмотрения (также в зависимости от того, до или после принятия этот вопрос выяснился)

Если использовать какие-то умные слова (надо же демонстрировать фундаментальные познания), то следует сказать о внешнем тождестве исков и об их индивидуализации. Одних только этих умных слов мало, надо будет все равно рассказывать то, о чем написано выше

Этим значение элементов иска, разумеется, не исчерпывается. Именно на элементы иска обращает внимание ответчик, когда готовит свои возражения. И, как я уже писал, суд на основании требований и возражений сторон определяет предмет доказывания. То есть элементы иска как бы позволяют очертить (но полностью не предопределяют) основной круг вопросов, с которыми будет разбираться суд

И что еще ждут обычно при ответе. Истец может менять либо предмет иска (само требование), либо его основание (обстоятельства, на которых это требование основано). Что-то одно. Иначе это будет уже совсем другой иск. А так нельзя. Если умными словами, то должно сохраниться внутреннее тождество иска. Как раз здесь на практике тоже много вопросов, все далеко не так однозначно, но сначала база, а уже потом по мере своих способностей надо погружаться в тонкости

Несложно заметить, что вопрос о значении элементов иска выходит на предпосылки и условия права на иск, а также на предмет доказывания. Следовательно, если студент не может рассказать о значении элементов, то скорее всего он и про эти два вопроса не расскажет. Как показывает практика, так и случается. А дальше продолжать какой-либо разговор уже не имеет смысла

И есть еще один вопрос, но обычно с ним справляются. С каким принципом связаны элементы иска? С вашего позволения уж на этот вопрос я расписывать ответ не стану, но скажу, что однажды услышал: "Да, ща вспомню, что-то на букву Д"

Рассказали, что сейчас на госах на меня ссылался студент: «Как писал О.С. Иванов в своих ранних работах…»

Однозначно отличная оценка, да еще комиссия отметила ответ!