В прошлый четверг провели мероприятие, посвященное столетию со дня рождения Василия Клементьевича Пучинского. Правильно было сказано, что такие юбилеи можно праздновать хоть весь год, чем мы и занялись

Постоянно обращаясь к работам Профессора и слушая теплые воспоминания Елены Васильевны о нем, давно ловлю себя на мысли, что Василий Клементьевич и для меня стал уже родным человеком и Учителем

Прикрепляю запись заседания, где мне посчастливилось выступить с докладом и поделиться своими соображениями

Весьма любопытная диссертация, в которой, на мой взгляд, наиболее полно раскрыто большинство вопросов о преюдиции. Хотя некоторые выводы и рассуждения мне не очень близки, все же отмечу, что узнал я для себя много нового. Правда, наверное, примеры из судебной практики читателю следует сверять с актуальной, вдруг что-то поменялось за 8 лет. А так очень даже рекомендую к прочтению

Рассуждая о природе австрийско-немецкой модели подготовки, пришел к такому выводу. Раз уж подготовка в этих странах является системообразующим звеном для гражданского судопроизводства, то целесообразно для описания логики процесса ввести принцип препараторики в гражданском процессе. И дальнейшие исследования строить в развитие этого принципа

В содержание этого принципа должны войти принцип объективной истины, принцип сотрудничества и принцип концентрации. Неплохо бы разобраться с тем, как соотносятся эти принципы, чтобы все встало на свои места. И сообразно этим принципам выстроить систему препараторных действий

В личных сообщениях задали вопрос, стоит ли включать в содержание принципа препараторики мирное урегулирование споров. Полагаю, что да. В контексте общей тенденции приватизации правосудия с учетом наших национальных особенностей и зарубежного опыта следует помнить, что именно на подготовке можно ставить вопрос о примирении

Вспомнил, как я мучил студентов всеми этими нюансами, в частности, из Постановления Пленума по апелляции, связанные с возвращением судом апелляционной инстанции дела в суд первой инстанции для решения, например, вопроса о восстановлении срока на обжалование

Там есть сложный момент, связанный с действиями суда до принятия апелляционной жалобы и после (при том, что как такого принятия апелляционной жалобы как бы и не существует)

Со следующего года студенты и преподаватели больше не будут страдать от этой казуистики :)

Меня всегда так умиляет этот сайт, на котором продают тексты диссертаций, которые уже есть в открытом доступе

Сегодня предложу ознакомиться с небольшой работой Евгения Алексеевича Нефедьева, посвященной учению об иске. Сами взгляды автора, наверно, какой-то конкретной пользы не принесут, так как являются довольно дискуссионными и основаны на спорных посылках. Но почитать все же полезно, особенно в связке с В.М. Гордоном

Е.А. Нефедьев подверг критике наши попытки заимствовать немецкую теорию иска и описать с ее помощью наш процесс. Критика эта сводилась к тому, что в самой Германии теория иска была очень и очень даже спорной и не завершенной, в то время как наше судопроизводство всегда строилось на несколько ином понимании иска, которое охватывало не только предъявление требования в суд, но и всю деятельность истца в процессе. Здесь интересно проследить за самой логикой ученого, цепочкой его рассуждений. Это, пожалуй, самое ценное

А мысли по поводу именно этой работы у меня возникли вот по каким соображениям. Сегодня наша наука стремится переосмыслить буквально все (не только иск) под влиянием трансформации всего, что только может трансформироваться (а то, что не трансформируется само, мы сами трансформируем). И статья Евгения Алексеевича как раз является примером того, как можно переосмысливать те или иные привычные конструкции, соблюдая какие-то элементарные методологические приличия и не уходя в какие-то неправовые или околоправовые междисциплинарные измышления

И поскольку зуд переосмысления всех процессуальных институтов не излечить, то начинать такое переосмысление следует с возвращения к истокам, а не фантазий, которых становится слишком много

Сейчас очень много разговоров об ИИ-судьях, ИИ-представителях и прочей цифровизации. На фоне этого разгораются новые и новые дискуссии об использовании новейших технологий в гражданском процессе

Я не стану себе изменять и продолжу говорить, что ответы на все вопросы уже есть в классике. В прошлом году франшиза «Терминатор» отмечала свое сорокалетие

Знание классики позволяет предвидеть, что рано или поздно ИИ-судья поймет, что единственной причиной нарушения прав и законных интересов являются сами люди, а потому примет единственно верное решение убить все человечество. И тогда цели и задачи правосудия будут достигнуты

Fiat iustitia, et pereat mundus!

Судья пришла в ярость из-за ИИ аватара

На видео выше - инцидент, который на прошлой неделе произошёл в суде Нью-Йорка и вызвал волну обсуждений в юридическом сообществе. Мужчина, представляющий себя как AI-предприниматель, сгенерировал аватара, управляемого искусственным интеллектом, чтобы тот выступил в суде от его имени.

Судья грубо прервала выступление этого аватара, заявив, что подобное поведение нарушает нормы судебного этикета и подрывает авторитет суда. Она резко раскритиковала использование искусственного интеллекта в таком контексте, назвав происходящее «неподобающим» и «вводящим в заблуждение». Судья также подчеркнула, что суд - это не место продвижения бизнеса.

Данный случай поднял важные вопросы. Например, где границы применения ИИ в юридической сфере? Может ли цифровой аватар представлять интересы человека в официальных институтах? Является ли такой способ представления доказательств или позиции допустимым?

Только что судья честно сказала, что ей не очень понятны некоторые технические моменты из технического задания и переписки между сторонами, в частности, не ясно, что именно не устроило ответчика в оптической схеме телескопа, которую предложил истец, а потом предложила ответчику обеспечить явку специалистов, которые по-человечески объяснят суть расхождений между истцом и ответчиком

К чему это я? Уже давно говорю, что главное значение принципа устности заключается не в громких и красивых словах про судоговорение, гарантии и прочее-прочее, а в том, что устность позволяет сторонам уточнить позиции друг друга, а суду — уточнить позиции сторон, если что-то до конца непонятно. И когда судьи не стесняются задавать вопросы и говорить, что им что-то не до конца ясно — это всегда греет душу

Узнал, что готовится постановление Пленума ВС о разграничении компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами. Давно пора. Но пост не об этом

Компетенция/подведомственность/подсудность (названия не имеют на самом деле какого-либо значения) является, пожалуй, одной из самых сложных тем у студентов (хотя мне иногда кажется, что для них все темы сложны). И речь даже идет не о проблемных вопросах, а именно о самых базовых вещах. Бедные студенты пытаются заучивать все эти дурацкие виды подсудности, категории дел, без понимания общей логики

Общая логика такая. Есть три вопроса, на которые нужно последовательно ответить, чтобы понять, куда обращаться за защитой своих прав

1. Суд или не суд? Например, если есть третейская оговорка какая-нибудь, то обращаться надо в арбитраж

2. Если суд, то какой? Арбитражный или общей юрисдикции? Тут надо помнить, что в АПК есть два критерия и списочек. Достаточно в общем виде понимать эти критерии и знать хотя бы пару дел из списочка. Если спор не подпадает под критерии и не входит в список, то идем в суд общей юрисдикции

3. Какой именно суд будет рассматривать дело? Тут вопрос с двойным дном: какой суд рассматривает дело по первой инстанции (помним, что для мировых судей и областных и приравненных к ним судов категории дел указаны в законе — опять же надо знать хотя бы парочку). Затем, определившись с тем, какой суд рассматривает дело по первой инстанции, пора определиться и с территориальной подсудностью. Общее правило и исключения из него (знать парочку примеров по каждому виду территориальной подсудности)

Дальше надо знать общие вещи про передачу дела по подсудности. Если дело было принято с нарушением правил подсудности, то передаем в другой суд. Если принято без нарушений, то по общему правилу тот же суд и будет рассматривать, за исключением пары случаев

Это самая базовая база. В моей картине мира это вообще ответ на тройку: студент воспроизводит общую логику без большого количества деталей. С деталями и пониманием, как оно связано с другими темами — это уже четверка (например, что из всего, о чем я написал, проверяется на стадии возбуждения дела (убийственный вопрос) и как реагировать, если это выяснилось позже. Рассказ о том, что наличие третейское оговорки не проверяется на стадии возбуждения, а суд обязан принять исковое заявление и оставить его без рассмотрения только в случае, если ответчик об этом сразу возразит — это вообще высший пилотаж

На пятерку — это знание отдельных проблемных вопросов. Недосягаемый уровень

Беда в том, что студенты начинают буксовать уже на минимальном «троечном» уровне. И это неудивительно на самом деле. Общая логика, которую я попробовал обрисовать — это довольно высокий уровень абстракции, обобщение всех правил определения подсудности. А чтобы обобщить — надо их не просто знать, но и хорошо проработать на конкретных примерах и казусах. Простого запоминания и пересказа категорий дел недостаточно. Вместо проработки обычно встречаются никому не нужные рассуждения о терминах, классификациях или мое любимое «подведомственность — это свойство дела или…»

В результате мы имеем то, что имеем. Значительная часть не может проработать и обобщить эти правила, так как не обладает абстрактным мышлением, а те, кто могут (а это и правда не так уж легко и требует времени), обычно уже не успевают дойти до вопросов уровней на четыре и пять

На выходе картина следующая. Если студент может воспроизвести общую логику, то считается, что он очень умный, а потому ему надо ставить отличную оценку. Так мы и понижаем уровень требований, вслед за этим понижается и общий уровень юристов. Сложные и действительно важные вопросы остаются за бортом

Напомню, что эта тема изучается примерно в начале изучения процесса. Что происходит в головах к концу года на апелляции, говорить страшно. Из недавнего — недоСказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, как основание для отмены решения

Сейчас очень модно стало говорить о проблемах юридического образования.

И предлагают в качестве изменений проводить интерактивы, деловые игры, проектные командные работы и много чего еще. Не поможет. Система укладывается только через проработку всех существенных деталей и их последующее обобщение

На вторые майские ездил в прекрасный город Ярославль. И в поезде услышал один занятный разговор. Девушка рассказала своему попутчику, что некоторое время назад защитила диссертацию (уже мило, так как, наверно, не так часто в одном вагоне едут аж два кандидата юридических наук), но решила, что наукой заниматься больше не хочет из-за огромного разрыва между теорией и практикой

Я на этих словах грустно улыбнулся, потому что ни разу не видел этого разрыва. Разрыв между законодательством и практикой его применения видел, да. А между теорией и практикой как-то не случалось (по крайней мере в процессе). Может, потому что люди занимаются какой-то не такой теорией? Та теория, которая сформировалась за многие годы у меня в голове, позволяет объяснить не только должное, но и сущее со всеми его бедами, которых накопилось не так уж и мало. Но все эти беды вполне легко объяснимы, многие из них тянутся еще с дореволюционных времен (именно по этой причине я ранее выкладывал очень много старых статей, анализ в которых гораздо глубже, чем в современных работах), а именно в тот период уже понимали шаткость многих конструкций и писали об этом. Что-то починили в советское время, что-то болит до сих пор

Один известный процессуалист (не буду его называть) как-то где-то сказал, что нельзя изучать организм по болезням. Вот не могу с этим согласиться. Может, организм и не надо изучать по болезням, но для лечения болезней было бы неплохо их тщательно исследовать

В инженерных вузах есть одна очень страшная и жуткая дисциплина, которая является кошмаром для студентов и именуется сопроматом. Если инженер не может рассчитать сопротивление материалов, то его конструкция просто развалится, может, даже погубив много людей (именно поэтому преподаватели сопромата одни из самых жестких — уважение им). Правовой науке тоже нужен, видимо, какой-то свой сопромат, объясняющий, почему даже самая красивая и изящная юридическая конструкция не всегда будет работать (чтобы теория не выдавала желаемое за действительное). Тогда и разрывов между теорией и практикой будет меньше

Ситуация. Гражданин предъявляет иск к организации, к которой он не имеет никакого отношения, об обязании провести служебную проверку в отношении одного из работников (который является его бывшей супругой)

Основание такое. Работник плохо себя ведет (не на работе, а вообще), плохо воспитывает их ребенка и вообще очень плохой человек, а его поведение противоречит этическому кодексу, принятому в организации

Мне очевидно, что такое заявление не может быть рассмотрено в судебном порядке. Суд же принял исковое заявление, буду ходатайствовать о прекращении производства по делу

Из забавного. В исковом заявлении истец, описывая все «ужасающие» поступки его бывшей супруги, ошибочно один из таких поступков приписал ответчику, то есть организации

Пришлось отдельно издевательски писать, что в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено в материалы дела каких-либо доказательств, подтверждающих, что Ответчик применяет в отношении ребенка Истца нейролингвистическое программирование, а также запрещает ребенку смотреть с Истцом детские мультики. А что? Если суд не прекратит производство по делу, то ведь будет устанавливать наличие или отсутствие этого оооочень существенного для дела обстоятельства…

К чему это я? Суды завалены подобными исками, которые вовсе и не должны ими рассматриваться, а потому подлежат отсеву на стадии возбуждения. Но суды упорно продолжают их принимать, рассматривать, отказывать в их удовлетворении (тратя и свое время, и время ответчиков — истцов мне в таких случаях не жалко). А потом говорим о высокой нагрузке

Теперь по этому поводу надо что-то умное еще написать. Когда учил студентов основаниям для отказа в принятии искового заявления, как раз не всегда было просто донести до них это самое основание «не подлежит рассмотрению в судах». Это действительно редкий случай. И здесь принципиально важно не смешивать ситуации, когда само материальное право-то гипотетически есть, а в судебном разбирательстве будем устанавливать его обоснованность, и когда его нет как такового вообще в природе

Если суд решит все же рассмотреть дело по существу, то искренне надеюсь, что обстоятельство с запретом смотреть детские мультики найдет свое отражение в мотивировочной части решения

Вчера я написал, мол, очевидно, что заявление не подлежит рассмотрению в суде. Но действительно ли это так очевидно? И какой смысл вообще вкладывается в эти слова?

Если копнуть в теорию, то можно обнаружить, что есть два варианта прочтения этого основания для отказа в принятии заявления. Н.Б. Зейдер считал, что заявление не подлежит рассмотрению в суде, если требование носит неправовой характер. У М.А. Гурвича и Г.Л. Осокиной другая точка зрения — необходим прямой законодательный запрет для обращения в суд. Требования из игр и пари, например

То есть суд отказывает в принятии заявления, если дело ему неподведомственно — его должен рассматривать иной орган. Если иного компетентного органа не наблюдается, то суд принимает, когда нет законодательного запрета, и рассматривает

Логика у этого подхода была примерно такая. Многие фактические отношения были новыми и не регулировались законодательством, но к ним все же могла быть применена аналогия закона или права. А аналогия — это уже вопрос существа спора. Следовательно, если отношения существуют вне правового поля, то надо принять заявление, разобраться с квалификацией и отказать в удовлетворении иска, если выяснится, что заявленного требования все-таки нет, а отношения неправовые

Да, бывает и такое, что научные дискуссии могут иметь и практическую ценность, а не выливаться в разработку очередной классификации классификаций или открытие неизвестного науке принципа. То есть в зависимости от похода будет разное решение вопроса

Сложно сказать, чем руководствовался законодатель, когда знаменитым 451-ФЗ, «отменяя» подведомственность, ввел фразу «или не подлежит рассмотрению в судах». В пояснительной записке об этом ни слова, зато там указано, что институт подведомственности вводился в 60-х годах прошлого века (что, разумеется, неправда)

Насколько я понимаю, все-таки речь идет о ситуациях, когда требование носит неправовой характер, например, девушка обещала парню пойти на свидание, а затем отказалась. Но это слишком очевидный пример. Пока что у меня складывается впечатление, что дискуссии тут нет уже никакой, поэтому читаем так, как предлагал Н.Б. Зейдер (хотя и здесь могут быть свои проблемы, так как не всегда можно понять, есть правовой характер или нет, но я выбираю меньшее из двух зол). Будет интересно посмотреть, по какому пути в итоге пойдет (или уже идет?) судебная практика

Может, кто-то еще про это писал? Я открыл только те работы, что были под рукой. А если кто-то и писал об этом в последние годы, то очень показательно, что из-за огромного количества научных работ «та самая» могла и затеряться. Все-таки практикующий юрист чисто физически не может так загоняться по каждому возникающему вопросу и проводить научное исследование

А вообще это хорошая тема для какой-нибудь курсовой работы

У А.А. Добровольского и С.А. Ивановой, кстати, забавно в их совместной монографии получилось. Они вроде пишут о неправовом характере спора, а затем приводят в пример такие требования, о которых прямо сказано, что не подлежат защите