Шесть платформ могут проводить похожий расчёт и при этом создавать шесть разных систем власти.
В статье мы разделили проекты оптовых цифровых валют центральных банков не по названию технологии, а по тому, где находится контроль над правилами, доступом и расчётным контуром. На материале четырнадцати проектов выделены шесть моделей, объединённых в три архитектурные группы.
Первая группа сохраняет управление преимущественно у центральных банков.
1. Единая многосторонняя платформа. Несколько валют и участников работают в общем контуре с совместным сводом правил, единым режимом доступа и согласованной окончательностью расчётов.
2. Двусторонний валютный коридор. Два центральных банка согласуют отдельный расчётный канал. Такой формат проще запустить, но каждый новый коридор требует отдельной настройки и не создаёт широкого сетевого эффекта.
Вторая группа соединяет новые цифровые решения с действующей инфраструктурой.
3. Мостовая модель. Национальные системы сохраняются, между ними создаётся техническое и правовое сопряжение. Автономия выше, но результат зависит от качества соединения.
4. Валютно-расчётная модель. Оптовая цифровая валюта встраивается в работу рыночной инфраструктуры или специализированного расчётного оператора. Практическая реализация упрощается, часть контроля переходит к оператору.
Третья группа переносит центр тяжести в программируемые правила.
5. Платформа токенизированных активов. В одном контуре могут обращаться деньги центрального банка, банковские депозиты в цифровой форме учёта и финансовые активы.
6. Контрольно-регуляторная модель. Главным элементом становится не сам расчётный актив, а встроенная проверка требований разных юрисдикций и правил допуска.
Типология показывает не линейный путь от «простой» модели к «развитой». Каждая архитектура по-своему распределяет автономию, эффективность, данные, ответственность и зависимость от общего центра.
Поэтому выбор платформы всегда означает больше, чем выбор технологии. Он фиксирует, кто останется хозяином национального расчётного контура после подключения к международной системе.
#АрхДенег_Сообщество
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
В статье мы разделили проекты оптовых цифровых валют центральных банков не по названию технологии, а по тому, где находится контроль над правилами, доступом и расчётным контуром. На материале четырнадцати проектов выделены шесть моделей, объединённых в три архитектурные группы.
Первая группа сохраняет управление преимущественно у центральных банков.
1. Единая многосторонняя платформа. Несколько валют и участников работают в общем контуре с совместным сводом правил, единым режимом доступа и согласованной окончательностью расчётов.
2. Двусторонний валютный коридор. Два центральных банка согласуют отдельный расчётный канал. Такой формат проще запустить, но каждый новый коридор требует отдельной настройки и не создаёт широкого сетевого эффекта.
Вторая группа соединяет новые цифровые решения с действующей инфраструктурой.
3. Мостовая модель. Национальные системы сохраняются, между ними создаётся техническое и правовое сопряжение. Автономия выше, но результат зависит от качества соединения.
4. Валютно-расчётная модель. Оптовая цифровая валюта встраивается в работу рыночной инфраструктуры или специализированного расчётного оператора. Практическая реализация упрощается, часть контроля переходит к оператору.
Третья группа переносит центр тяжести в программируемые правила.
5. Платформа токенизированных активов. В одном контуре могут обращаться деньги центрального банка, банковские депозиты в цифровой форме учёта и финансовые активы.
6. Контрольно-регуляторная модель. Главным элементом становится не сам расчётный актив, а встроенная проверка требований разных юрисдикций и правил допуска.
Типология показывает не линейный путь от «простой» модели к «развитой». Каждая архитектура по-своему распределяет автономию, эффективность, данные, ответственность и зависимость от общего центра.
Поэтому выбор платформы всегда означает больше, чем выбор технологии. Он фиксирует, кто останется хозяином национального расчётного контура после подключения к международной системе.
#АрхДенег_Сообщество
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🇿🇦 Блокчейн не отменяет государственную границу
Пока многие обсуждают, как криптоактивы позволяют «обойти» традиционную финансовую систему, Южно-Африканский резервный банк показывает совершенно другой подход. Он не пытается контролировать сам блокчейн — он определяет, где именно для государства возникает пересечение финансовой границы.
Опубликованный проект руководства предлагает считать трансграничной не любую операцию с криптоактивом, а вполне конкретные случаи: когда средства проходят между южноафриканским лицензированным поставщиком услуг и зарубежной платформой либо некастодиальным кошельком. Именно в этот момент начинают действовать правила валютного контроля, отчётности и идентификации участников.
Это важный архитектурный сигнал.
Последние несколько лет существовало представление, что распределённый реестр делает государственные границы менее значимыми: актив перемещается напрямую между кошельками, а значит привычные механизмы контроля постепенно теряют смысл.
ЮАР демонстрирует противоположную логику.
Граница возникает не в блокчейне, а в точке входа и выхода из регулируемой финансовой инфраструктуры. Контроль переносится с самой технологии на инфраструктурные узлы: лицензированных операторов, биржи, платёжных посредников и процедуры идентификации клиентов.
Это очень похоже на то, как сегодня строится архитектура цифровых денег во всём мире.
Project Agorá делает ставку на общий регулируемый расчётный слой. Банки развивают токенизированные депозиты внутри банковского контура. Международные платёжные сети выстраивают собственные инфраструктурные шлюзы между различными формами цифровых денег.
Теперь становится заметно ещё одно направление: регуляторы начинают формализовывать цифровые границы, определяя не то, какие технологии можно использовать, а через какие инфраструктурные точки стоимость может покидать национальную финансовую систему.
Это принципиальный сдвиг.
Получается, что главным объектом регулирования становится уже не сам цифровой актив, а архитектура его движения.
Именно поэтому спор между «централизованными» и «децентрализованными» технологиями постепенно уступает место гораздо более практическому вопросу:
кто контролирует расчётный слой, точки доступа и правила перехода стоимости между юрисдикциями.
Первоисточник: South African Reserve Bank, Draft Crypto Assets Manual for Cross-Border Activities.
#АрхДенег_Право
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
Пока многие обсуждают, как криптоактивы позволяют «обойти» традиционную финансовую систему, Южно-Африканский резервный банк показывает совершенно другой подход. Он не пытается контролировать сам блокчейн — он определяет, где именно для государства возникает пересечение финансовой границы.
Опубликованный проект руководства предлагает считать трансграничной не любую операцию с криптоактивом, а вполне конкретные случаи: когда средства проходят между южноафриканским лицензированным поставщиком услуг и зарубежной платформой либо некастодиальным кошельком. Именно в этот момент начинают действовать правила валютного контроля, отчётности и идентификации участников.
Это важный архитектурный сигнал.
Последние несколько лет существовало представление, что распределённый реестр делает государственные границы менее значимыми: актив перемещается напрямую между кошельками, а значит привычные механизмы контроля постепенно теряют смысл.
ЮАР демонстрирует противоположную логику.
Граница возникает не в блокчейне, а в точке входа и выхода из регулируемой финансовой инфраструктуры. Контроль переносится с самой технологии на инфраструктурные узлы: лицензированных операторов, биржи, платёжных посредников и процедуры идентификации клиентов.
Это очень похоже на то, как сегодня строится архитектура цифровых денег во всём мире.
Project Agorá делает ставку на общий регулируемый расчётный слой. Банки развивают токенизированные депозиты внутри банковского контура. Международные платёжные сети выстраивают собственные инфраструктурные шлюзы между различными формами цифровых денег.
Теперь становится заметно ещё одно направление: регуляторы начинают формализовывать цифровые границы, определяя не то, какие технологии можно использовать, а через какие инфраструктурные точки стоимость может покидать национальную финансовую систему.
Это принципиальный сдвиг.
Получается, что главным объектом регулирования становится уже не сам цифровой актив, а архитектура его движения.
Именно поэтому спор между «централизованными» и «децентрализованными» технологиями постепенно уступает место гораздо более практическому вопросу:
кто контролирует расчётный слой, точки доступа и правила перехода стоимости между юрисдикциями.
Первоисточник: South African Reserve Bank, Draft Crypto Assets Manual for Cross-Border Activities.
#АрхДенег_Право
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Покупаете акцию сегодня — деньги спишут сразу, акция придёт через два рабочих дня. Эти T+2 существуют потому, что расчётные системы исторически работают раздельно.
Цифровые валюты ЦБ позволяют свести этот разрыв к нулю: деньги и актив меняются владельцами в один момент. Первые такие сделки уже прошли во Франции, Германии и Сингапуре. Эпоха двухдневного ожидания заканчивается.
#АрхДенег_Азбука
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
Цифровые валюты ЦБ позволяют свести этот разрыв к нулю: деньги и актив меняются владельцами в один момент. Первые такие сделки уже прошли во Франции, Германии и Сингапуре. Эпоха двухдневного ожидания заканчивается.
#АрхДенег_Азбука
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Circle перестаёт быть просто эмитентом USDC
За одну неделю Circle показала сразу несколько звеньев будущей архитектуры — и вместе они выглядят важнее, чем отдельные новости.
Во-первых, USDC продолжает расти: на конец II квартала в обращении было $73,3 млрд, а объём операций в сети за квартал достиг $14,8 трлн, +151% год к году. Но эту цифру важно читать правильно: это весь оборот в блокчейне, а не только оплата товаров и услуг.
Во-вторых, Circle Payment Network уже насчитывает 175 финансовых институтов, а годовой эквивалент объёма операций за последние 30 дней достиг $14,7 млрд. Это важнее простой капитализации стейблкоина: появляется институциональная сеть вокруг него.
И главное — Circle готовит публичный запуск собственной сети Arc 16 сентября 2026 года. Среди founding validators — BlackRock, DTCC, ICE, Mastercard, Visa, Standard Chartered, MoneyGram, Galaxy и другие. В приватной сети уже работают более 100 институциональных и экосистемных участников.
Параллельно формируется содержимое этой сети. BlackRock планирует разместить на Arc токенизированный фонд BUIDL. DTCC с 2027 года хочет токенизировать на Arc активы, находящиеся на хранении в DTC. BNY, Standard Chartered и другие банки работают над доступом к USDC, хранением, валютными операциями и репо.
В результате Circle движется по цепочке:
стейблкоин → платёжная сеть → собственный блокчейн → токенизированные активы → институциональный расчётный слой.
Это уже не просто история про USDC.
Circle пытается занять сразу несколько уровней новой финансовой инфраструктуры: выпуск цифровых денег, маршрутизацию платежей, сеть валидаторов и среду для расчёта токенизированных активов.
Именно здесь главный вопрос для рынка: останется ли USDC одним из инструментов в общей денежной системе — или Circle постепенно построит вокруг него собственный финансовый контур.
Первоисточники:
Circle — Arc validator cohort and integrations
Circle — Q2 2026 results
#АрхДенег_Контур
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
За одну неделю Circle показала сразу несколько звеньев будущей архитектуры — и вместе они выглядят важнее, чем отдельные новости.
Во-первых, USDC продолжает расти: на конец II квартала в обращении было $73,3 млрд, а объём операций в сети за квартал достиг $14,8 трлн, +151% год к году. Но эту цифру важно читать правильно: это весь оборот в блокчейне, а не только оплата товаров и услуг.
Во-вторых, Circle Payment Network уже насчитывает 175 финансовых институтов, а годовой эквивалент объёма операций за последние 30 дней достиг $14,7 млрд. Это важнее простой капитализации стейблкоина: появляется институциональная сеть вокруг него.
И главное — Circle готовит публичный запуск собственной сети Arc 16 сентября 2026 года. Среди founding validators — BlackRock, DTCC, ICE, Mastercard, Visa, Standard Chartered, MoneyGram, Galaxy и другие. В приватной сети уже работают более 100 институциональных и экосистемных участников.
Параллельно формируется содержимое этой сети. BlackRock планирует разместить на Arc токенизированный фонд BUIDL. DTCC с 2027 года хочет токенизировать на Arc активы, находящиеся на хранении в DTC. BNY, Standard Chartered и другие банки работают над доступом к USDC, хранением, валютными операциями и репо.
В результате Circle движется по цепочке:
стейблкоин → платёжная сеть → собственный блокчейн → токенизированные активы → институциональный расчётный слой.
Это уже не просто история про USDC.
Circle пытается занять сразу несколько уровней новой финансовой инфраструктуры: выпуск цифровых денег, маршрутизацию платежей, сеть валидаторов и среду для расчёта токенизированных активов.
Именно здесь главный вопрос для рынка: останется ли USDC одним из инструментов в общей денежной системе — или Circle постепенно построит вокруг него собственный финансовый контур.
Первоисточники:
Circle — Arc validator cohort and integrations
Circle — Q2 2026 results
#АрхДенег_Контур
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Главное различие между платформами заключается не в технологии, а в том, кто принимает решения.
После выделения шести архитектурных моделей становится заметен ещё один закономерный сдвиг. По мере изменения архитектуры меняется не только способ проведения расчётов, но и распределение полномочий между участниками.
На одном конце находятся модели, где центральные банки практически полностью сохраняют контроль. Они самостоятельно определяют правила доступа, управляют своими цифровыми валютами и отвечают за функционирование национального расчётного контура. Международная платформа лишь помогает организовать взаимодействие.
Следующий уровень предполагает совместное управление отдельными элементами. Общими становятся расчётный слой, технические стандарты или механизм подключения участников. Часть решений принимается коллективно, а часть остаётся в компетенции национальных регуляторов.
Самый высокий уровень интеграции возникает тогда, когда появляется единый центр управления платформой. Именно он определяет развитие инфраструктуры, порядок подключения новых участников, изменение правил и функционирование общего расчётного контура.
Получается, что архитектура платформы всегда определяет баланс между двумя целями.
С одной стороны, более глубокая интеграция позволяет упростить трансграничные расчёты, сократить число посредников и повысить эффективность.
С другой стороны, вместе с интеграцией часть полномочий неизбежно переносится из национального контура в общий механизм управления.
Поэтому выбор архитектуры становится выбором не только технологии, но и степени денежного суверенитета, автономии регулирования и участия в принятии будущих правил системы.
Именно этот вывод подводит нас к следующему вопросу: почему способность определять правила платформы сама по себе превращается в экономический ресурс, который мы называем инфраструктурной рентой.
#АрхДенег_Сообщество
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
После выделения шести архитектурных моделей становится заметен ещё один закономерный сдвиг. По мере изменения архитектуры меняется не только способ проведения расчётов, но и распределение полномочий между участниками.
На одном конце находятся модели, где центральные банки практически полностью сохраняют контроль. Они самостоятельно определяют правила доступа, управляют своими цифровыми валютами и отвечают за функционирование национального расчётного контура. Международная платформа лишь помогает организовать взаимодействие.
Следующий уровень предполагает совместное управление отдельными элементами. Общими становятся расчётный слой, технические стандарты или механизм подключения участников. Часть решений принимается коллективно, а часть остаётся в компетенции национальных регуляторов.
Самый высокий уровень интеграции возникает тогда, когда появляется единый центр управления платформой. Именно он определяет развитие инфраструктуры, порядок подключения новых участников, изменение правил и функционирование общего расчётного контура.
Получается, что архитектура платформы всегда определяет баланс между двумя целями.
С одной стороны, более глубокая интеграция позволяет упростить трансграничные расчёты, сократить число посредников и повысить эффективность.
С другой стороны, вместе с интеграцией часть полномочий неизбежно переносится из национального контура в общий механизм управления.
Поэтому выбор архитектуры становится выбором не только технологии, но и степени денежного суверенитета, автономии регулирования и участия в принятии будущих правил системы.
Именно этот вывод подводит нас к следующему вопросу: почему способность определять правила платформы сама по себе превращается в экономический ресурс, который мы называем инфраструктурной рентой.
#АрхДенег_Сообщество
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Токенизированные депозиты упёрлись не в токен
В последние месяцы банки один за другим показывают токенизированные депозиты: Citi, HSBC, Wells Fargo и другие. Технологически задача понятна — перенести банковский депозит в программируемую среду и сделать расчёты доступными 24/7.
Но настоящий вопрос начинается позже: что происходит, когда клиенту нужно перевести такой депозит из одного банка в другой?
Именно здесь The Clearing House пытается построить следующий слой.
В июне организация объявила инициативу, которая должна обеспечить межбанковский клиринг и расчёт токенизированных депозитов. Причём не в отдельной параллельной системе: новая инфраструктура должна быть связана с уже существующими RTP и CHIPS. То есть токенизированные деньги должны свободно переходить между цифровым и традиционным банковским контуром.
Это важнее самого выпуска токена.
Пока токенизированный депозит существует только внутри одного банка, он остаётся по сути закрытой цифровой формой его обязательства. Чтобы он стал полноценным средством расчёта между организациями, нужны общие стандарты, правила взаимного признания, управление ликвидностью и механизм окончательного расчёта.
Именно поэтому корпоративные казначейства могут стать первым крупным рынком таких решений. Им нужно перемещать ликвидность между несколькими банками, валютами и часовыми поясами — а не просто хранить «цифровой депозит» внутри одного баланса.
The Clearing House прямо заявляет, что будущая инфраструктура должна поддерживать 24/7 расчёты, программируемость, расширенные данные и межбанковскую совместимость. В инициативе участвуют Bank of America, BNY, Citi, HSBC, JPMorgan, Wells Fargo и другие крупные банки.
И здесь появляется более крупный вывод.
Первый этап токенизации был про выпуск.
Второй — про совместимость.
Следующий — про клиринг и окончательный расчёт.
И именно там, скорее всего, будет формироваться основная инфраструктурная рента новой денежной системы.
Первоисточник: The Clearing House — Major Financial Institutions Unveil Bank-Led On-Chain Money Initiative
#АрхДенег_Контур
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
В последние месяцы банки один за другим показывают токенизированные депозиты: Citi, HSBC, Wells Fargo и другие. Технологически задача понятна — перенести банковский депозит в программируемую среду и сделать расчёты доступными 24/7.
Но настоящий вопрос начинается позже: что происходит, когда клиенту нужно перевести такой депозит из одного банка в другой?
Именно здесь The Clearing House пытается построить следующий слой.
В июне организация объявила инициативу, которая должна обеспечить межбанковский клиринг и расчёт токенизированных депозитов. Причём не в отдельной параллельной системе: новая инфраструктура должна быть связана с уже существующими RTP и CHIPS. То есть токенизированные деньги должны свободно переходить между цифровым и традиционным банковским контуром.
Это важнее самого выпуска токена.
Пока токенизированный депозит существует только внутри одного банка, он остаётся по сути закрытой цифровой формой его обязательства. Чтобы он стал полноценным средством расчёта между организациями, нужны общие стандарты, правила взаимного признания, управление ликвидностью и механизм окончательного расчёта.
Именно поэтому корпоративные казначейства могут стать первым крупным рынком таких решений. Им нужно перемещать ликвидность между несколькими банками, валютами и часовыми поясами — а не просто хранить «цифровой депозит» внутри одного баланса.
The Clearing House прямо заявляет, что будущая инфраструктура должна поддерживать 24/7 расчёты, программируемость, расширенные данные и межбанковскую совместимость. В инициативе участвуют Bank of America, BNY, Citi, HSBC, JPMorgan, Wells Fargo и другие крупные банки.
И здесь появляется более крупный вывод.
Первый этап токенизации был про выпуск.
Второй — про совместимость.
Следующий — про клиринг и окончательный расчёт.
И именно там, скорее всего, будет формироваться основная инфраструктурная рента новой денежной системы.
Первоисточник: The Clearing House — Major Financial Institutions Unveil Bank-Led On-Chain Money Initiative
#АрхДенег_Контур
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Домохозяйства выбирают не инструмент. Они выбирают привычку
В модели всё выглядит аккуратно: есть наличные, банковский счёт, карта, электронный кошелёк и новая цифровая валюта центрального банка. Пользователь сравнил свойства и выбрал оптимальный вариант.
В жизни так не работает.
Домохозяйство выбирает не абстрактный «платёжный инструмент». Оно выбирает знакомое действие: достать карту, открыть банковское приложение, передать наличные, перевести по номеру телефона, оставить деньги «на всякий случай» там, где спокойнее.
Поэтому экономическая модель спроса на ЦВЦБ без поведенческого слоя неполна.
Для ЦВЦБ это неприятная новость.
Новая форма публичных денег входит не в пустое поле. Она входит в уже сложившуюся бытовую карту денег: карта для магазина, банковское приложение для переводов, наличные для контроля, счёт для хранения, кошелёк для удобства, иногда конверт или отдельная карта для семейного бюджета.
Отсюда главный вопрос: изменит ли ЦВЦБ способ тратить, хранить и переводить деньги?
Ответ не автоматический.
Если цифровая валюта воспринимается как ещё одно приложение, она будет конкурировать с банковским приложением. Если как цифровые наличные, пользователь спросит про приватность и офлайн. Если как государственный счёт, включится вопрос контроля. Если как непонятная новая кнопка, большинство просто останется там, где уже удобно.
Домохозяйства не оптимизируют денежную архитектуру. Они ищут понятный и социально безопасный способ действия.
Именно поэтому спрос на ЦВЦБ начинается не с баланса центрального банка. Он начинается с бытового вопроса: зачем мне менять привычный маршрут денег?
#АрхДенег_Быт
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
В модели всё выглядит аккуратно: есть наличные, банковский счёт, карта, электронный кошелёк и новая цифровая валюта центрального банка. Пользователь сравнил свойства и выбрал оптимальный вариант.
В жизни так не работает.
Домохозяйство выбирает не абстрактный «платёжный инструмент». Оно выбирает знакомое действие: достать карту, открыть банковское приложение, передать наличные, перевести по номеру телефона, оставить деньги «на всякий случай» там, где спокойнее.
Поэтому экономическая модель спроса на ЦВЦБ без поведенческого слоя неполна.
ЕЦБ в исследовании платёжных привычек SPACE 2024 показывает, что в еврозоне в 2024 году 55% потребителей предпочитали карты и другие безналичные способы оплаты в магазинах, 22% предпочитали наличные, а 23% не имели устойчивого предпочтения. Наличные при этом остаются важны не только как платёж, но и как средство контроля расходов и резервный вариант.
Для ЦВЦБ это неприятная новость.
Новая форма публичных денег входит не в пустое поле. Она входит в уже сложившуюся бытовую карту денег: карта для магазина, банковское приложение для переводов, наличные для контроля, счёт для хранения, кошелёк для удобства, иногда конверт или отдельная карта для семейного бюджета.
BIS в докладе о пользовательских потребностях по ЦВЦБ прямо пишет: потенциальная цифровая валюта центрального банка достигнет своих целей только при принятии пользователями и торговыми точками. Иначе дизайн может быть правильным, но поведение останется прежним.
ЕЦБ в исследовании потребительского спроса на цифровой евро формулирует похожую мысль через «трения принятия»: новая форма денег должна не просто существовать, а преодолеть привычку к уже работающим способам оплаты. В рабочей статье ЕЦБ о потребительском отношении к цифровому евро короткое объясняющее видео повышало готовность к использованию на 12 процентных пунктов. Значит, проблема не только в свойствах инструмента, но и в том, как человек понимает его место в собственной денежной жизни.
Отсюда главный вопрос: изменит ли ЦВЦБ способ тратить, хранить и переводить деньги?
Ответ не автоматический.
Если цифровая валюта воспринимается как ещё одно приложение, она будет конкурировать с банковским приложением. Если как цифровые наличные, пользователь спросит про приватность и офлайн. Если как государственный счёт, включится вопрос контроля. Если как непонятная новая кнопка, большинство просто останется там, где уже удобно.
Домохозяйства не оптимизируют денежную архитектуру. Они ищут понятный и социально безопасный способ действия.
Именно поэтому спрос на ЦВЦБ начинается не с баланса центрального банка. Он начинается с бытового вопроса: зачем мне менять привычный маршрут денег?
#АрхДенег_Быт
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Самый ценный актив новой платёжной инфраструктуры может оказаться не деньгами, а правом устанавливать правила.
Предыдущие модели показали, что платформы отличаются не только способом проведения расчётов, но и распределением полномочий. Именно здесь появляется ещё один важный вывод нашего исследования.
Если один участник определяет правила подключения, утверждает стандарты, управляет развитием платформы, контролирует данные и принимает решения о дальнейшем расширении системы, его влияние выходит далеко за пределы обычного оператора расчётов.
Именно такую дополнительную ценность мы предлагаем рассматривать как инфраструктурную ренту.
В отличие от классической ренты, она возникает не из владения природным ресурсом или уникальной технологией.
Источник ценности находится в другом месте: в праве определять правила работы общей инфраструктуры.
Чем больше участников подключается к платформе, тем выше значение единых стандартов, процедур доступа, механизмов обновления и требований к совместимости. Со временем именно эти правила начинают формировать долгосрочное преимущество платформы.
Поэтому конкуренция постепенно смещается.
Раньше соперничали платёжные системы.
Сегодня начинают конкурировать архитектуры управления.
Именно поэтому вопрос о том, кто контролирует расчётный слой, становится одновременно вопросом о том, кто будет формировать правила международных расчётов в будущем.
Такой взгляд меняет сам предмет обсуждения. Разговор идёт уже не о выборе технологии, а о распределении институционального влияния внутри мировой платёжной инфраструктуры.
#АрхДенег_Сообщество
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
Предыдущие модели показали, что платформы отличаются не только способом проведения расчётов, но и распределением полномочий. Именно здесь появляется ещё один важный вывод нашего исследования.
Если один участник определяет правила подключения, утверждает стандарты, управляет развитием платформы, контролирует данные и принимает решения о дальнейшем расширении системы, его влияние выходит далеко за пределы обычного оператора расчётов.
Именно такую дополнительную ценность мы предлагаем рассматривать как инфраструктурную ренту.
В отличие от классической ренты, она возникает не из владения природным ресурсом или уникальной технологией.
Источник ценности находится в другом месте: в праве определять правила работы общей инфраструктуры.
Чем больше участников подключается к платформе, тем выше значение единых стандартов, процедур доступа, механизмов обновления и требований к совместимости. Со временем именно эти правила начинают формировать долгосрочное преимущество платформы.
Поэтому конкуренция постепенно смещается.
Раньше соперничали платёжные системы.
Сегодня начинают конкурировать архитектуры управления.
Именно поэтому вопрос о том, кто контролирует расчётный слой, становится одновременно вопросом о том, кто будет формировать правила международных расчётов в будущем.
Такой взгляд меняет сам предмет обсуждения. Разговор идёт уже не о выборе технологии, а о распределении институционального влияния внутри мировой платёжной инфраструктуры.
#АрхДенег_Сообщество
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
В продолжение интервью, которое вышло на РБК
— Frank Smets, Acting Head of the Monetary and Economic Department, BIS, 28 июня 2026 года.
Зачем нужны токенизированные банковские депозиты, если стейблкоины уже умеют работать 24/7, перемещаться по блокчейну и взаимодействовать со смарт-контрактами?
В июньском выступлении Frank Smets фактически отвечает на этот вопрос.
И ответ интересен тем, что BIS не спорит с самой технологией.
Напротив, в докладе прямо признаются преимущества токенизации: деньги и активы можно перенести в программируемую среду, совместить передачу актива и расчёт в одной операции, а проверки и расчёты — встроить в единый процесс.
Проблема, с точки зрения BIS, начинается не с токена. Она начинается с того, что именно этот токен представляет собой как деньги.
Стейблкоин — обязательство частного эмитента, которое пытается сохранять стоимость относительно выбранной валюты за счёт резервных активов и механизма погашения.
Банковский депозит — тоже частные деньги. Но он встроен в двухуровневую денежную систему: коммерческие банки создают депозитные деньги, а расчёты между ними опираются на деньги центрального банка.
Именно эту конструкцию BIS предлагает не разрушать, а токенизировать.
В модели, которую описывает Smets, токенизированные резервы центрального банка остаются расчётным якорем, а токенизированные банковские депозиты переносят существующие коммерческие деньги на программируемую инфраструктуру.
То есть выбор выглядит уже не так:
старые банковские деньги ↔ новые стейблкоины.
Скорее так:
стейблкоины ↔ токенизированные банковские деньги на новых рельсах.
Технологически они действительно сближаются. Институционально — остаются разными.
Отсюда, пожалуй, главный тезис выступления.
BIS не предлагает отказаться от того, что показали стейблкоины: программируемости, новых способов расчёта и возможности работать с токенизированными активами.
Он предлагает отделить эти свойства от самой денежной модели стейблкоина.
И перенести их туда, где расчёт по-прежнему заканчивается деньгами центрального банка.
Поэтому вопрос «зачем нужны токенизированные депозиты, если уже есть стейблкоины?» постепенно получает довольно конкретный ответ.
Чтобы получить преимущества токенизации, не создавая параллельную денежную систему.
Источник: Frank Smets, Anchoring trust in money: innovation beyond stablecoins, BIS, 28 June 2026.
#АрхДенег_Голос
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
«The second track is to bring tokenisation into the two-tier system.»
«Второе направление — перенести токенизацию в двухуровневую денежную систему».
— Frank Smets, Acting Head of the Monetary and Economic Department, BIS, 28 июня 2026 года.
Зачем нужны токенизированные банковские депозиты, если стейблкоины уже умеют работать 24/7, перемещаться по блокчейну и взаимодействовать со смарт-контрактами?
В июньском выступлении Frank Smets фактически отвечает на этот вопрос.
И ответ интересен тем, что BIS не спорит с самой технологией.
Напротив, в докладе прямо признаются преимущества токенизации: деньги и активы можно перенести в программируемую среду, совместить передачу актива и расчёт в одной операции, а проверки и расчёты — встроить в единый процесс.
Проблема, с точки зрения BIS, начинается не с токена. Она начинается с того, что именно этот токен представляет собой как деньги.
Стейблкоин — обязательство частного эмитента, которое пытается сохранять стоимость относительно выбранной валюты за счёт резервных активов и механизма погашения.
Банковский депозит — тоже частные деньги. Но он встроен в двухуровневую денежную систему: коммерческие банки создают депозитные деньги, а расчёты между ними опираются на деньги центрального банка.
Именно эту конструкцию BIS предлагает не разрушать, а токенизировать.
В модели, которую описывает Smets, токенизированные резервы центрального банка остаются расчётным якорем, а токенизированные банковские депозиты переносят существующие коммерческие деньги на программируемую инфраструктуру.
То есть выбор выглядит уже не так:
старые банковские деньги ↔ новые стейблкоины.
Скорее так:
стейблкоины ↔ токенизированные банковские деньги на новых рельсах.
Технологически они действительно сближаются. Институционально — остаются разными.
Отсюда, пожалуй, главный тезис выступления.
BIS не предлагает отказаться от того, что показали стейблкоины: программируемости, новых способов расчёта и возможности работать с токенизированными активами.
Он предлагает отделить эти свойства от самой денежной модели стейблкоина.
И перенести их туда, где расчёт по-прежнему заканчивается деньгами центрального банка.
Поэтому вопрос «зачем нужны токенизированные депозиты, если уже есть стейблкоины?» постепенно получает довольно конкретный ответ.
Чтобы получить преимущества токенизации, не создавая параллельную денежную систему.
Источник: Frank Smets, Anchoring trust in money: innovation beyond stablecoins, BIS, 28 June 2026.
#АрхДенег_Голос
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
«Цифровой рубль будет следить за каждой покупкой» — не обязательно так. Всё зависит от того, как спроектирована система.
Цифровой евро обязан соответствовать европейскому законодательству о данных, поэтому ЕЦБ проектирует его с Privacy by Design: минимум данных, разделённые реестры, ограниченный доступ. Цифровой рубль — другая юрисдикция, другие приоритеты. Архитектура — это политика в коде.
#АрхДенег_Азбука
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
Цифровой евро обязан соответствовать европейскому законодательству о данных, поэтому ЕЦБ проектирует его с Privacy by Design: минимум данных, разделённые реестры, ограниченный доступ. Цифровой рубль — другая юрисдикция, другие приоритеты. Архитектура — это политика в коде.
#АрхДенег_Азбука
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Если генеративный ИИ способен объяснить экономическую модель, решить задачу, разобрать данные, предложить аргументы и собрать аналитический текст, что именно после этого должен уметь экономист сам?
С этого вопроса мы начинаем новую рубрику «Архитектуры денег».
Обычно канал разбирает архитектуру денежных систем: кто выпускает деньги, кто ведёт учёт, кто задаёт правила, кому принадлежат данные и кто отвечает за результат. В #АрхДенег_Интеллект попробуем применить похожую оптику к интеллектуальной работе: какие операции остаются за человеком, какие передаются генеративному ИИ и где помощь модели начинает превращаться в незаметную подмену собственного мышления.
Поводом стала наша новая статья, опубликованная в Discover Education:
Human–GenAI Interaction Across Bloom’s Levels in University Economics Education.
Работа представляет собой не эксперимент со студентами, а интегративный обзор исследований и концептуальное моделирование. Мы проанализировали литературу о взаимодействии человека с генеративным ИИ и посмотрели, как меняется роль модели по мере усложнения когнитивной задачи: от поиска информации и объяснения до применения знаний, анализа, оценки и создания нового результата. В итоговый синтез вошли 32 источника, 18 эмпирических и 14 концептуальных, обзорных и институциональных.
Главный вывод оказался менее бинарным, чем спор «разрешать или запрещать ChatGPT».
На относительно простых задачах AI может работать как справочник или персональный тьютор. На уровне применения знаний возникает развилка: та же модель либо помогает освоить способ решения, либо выполняет его вместо человека. На более сложных уровнях вопрос становится ещё неприятнее: уже недостаточно получить хороший результат, нужно понимать, кто построил аргументацию, кто выбрал критерии оценки и чей вклад мы в итоге видим перед собой.
Поэтому в следующих публикациях нас будет интересовать не «насколько хорошо AI решает задачи».
Интереснее другое: как должна быть устроена архитектура интеллектуальной работы, чтобы машина увеличивала возможности экономиста, но не делала его собственное мышление необязательным.
Статья на сайте издательства Springer Nature
#АрхДенег_Интеллект
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
С этого вопроса мы начинаем новую рубрику «Архитектуры денег».
Обычно канал разбирает архитектуру денежных систем: кто выпускает деньги, кто ведёт учёт, кто задаёт правила, кому принадлежат данные и кто отвечает за результат. В #АрхДенег_Интеллект попробуем применить похожую оптику к интеллектуальной работе: какие операции остаются за человеком, какие передаются генеративному ИИ и где помощь модели начинает превращаться в незаметную подмену собственного мышления.
Поводом стала наша новая статья, опубликованная в Discover Education:
Human–GenAI Interaction Across Bloom’s Levels in University Economics Education.
Работа представляет собой не эксперимент со студентами, а интегративный обзор исследований и концептуальное моделирование. Мы проанализировали литературу о взаимодействии человека с генеративным ИИ и посмотрели, как меняется роль модели по мере усложнения когнитивной задачи: от поиска информации и объяснения до применения знаний, анализа, оценки и создания нового результата. В итоговый синтез вошли 32 источника, 18 эмпирических и 14 концептуальных, обзорных и институциональных.
Главный вывод оказался менее бинарным, чем спор «разрешать или запрещать ChatGPT».
На относительно простых задачах AI может работать как справочник или персональный тьютор. На уровне применения знаний возникает развилка: та же модель либо помогает освоить способ решения, либо выполняет его вместо человека. На более сложных уровнях вопрос становится ещё неприятнее: уже недостаточно получить хороший результат, нужно понимать, кто построил аргументацию, кто выбрал критерии оценки и чей вклад мы в итоге видим перед собой.
Поэтому в следующих публикациях нас будет интересовать не «насколько хорошо AI решает задачи».
Интереснее другое: как должна быть устроена архитектура интеллектуальной работы, чтобы машина увеличивала возможности экономиста, но не делала его собственное мышление необязательным.
Статья на сайте издательства Springer Nature
#АрхДенег_Интеллект
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Токенизация денег не ведёт мир к одной цифровой валюте. Скорее наоборот: общая технология делает различия между формами денег заметнее.
В новой работе Filippo Zatti сопоставляет регулирование цифровых валют центральных банков, токенизированных депозитов и стейблкоинов в 2024-2025 годах. Главный вывод хорошо ложится в нашу рамку: рынок сближается технологически, но расходится институционально.
Токенизация, программируемость и распределённые реестры могут обслуживать совершенно разные денежные конструкции. Поэтому вопрос уже не в том, «какой токен победит». Вопрос в другом: чьё обязательство признаётся деньгами, кто устанавливает правила доступа и кто отвечает при сбое.
Автор выделяет три устойчивых слоя.
Оптовая цифровая валюта центрального банка развивается прежде всего как расчётный актив для межбанковских и трансграничных операций. BIS фиксирует: 85 из 93 опрошенных центральных банков, 91%, в 2024 году исследовали розничную или оптовую ЦВЦБ, причём оптовые проекты в среднем продвинулись дальше.
Токенизированные депозиты идут по иной траектории. EBA указала: перенос требования вкладчика к банку на распределённый реестр сам по себе не меняет правовую природу депозита. Инновация может происходить внутри банковского права, без создания новой денежной категории.
Стейблкоины получают третий контур: не банковский депозит и не обязательство центрального банка, а отдельный режим резервов, погашения, надзора и защиты держателя.
Формируется не лестница, где одна форма денег вытесняет остальные, а многослойная архитектура. Публичные деньги могут давать расчётный якорь, банковские деньги обслуживать программируемые коммерческие расчёты, регулируемые стейблкоины соединять рынки и платформы.
Главная ставка исследования находится дальше технологии. Если формы денег сосуществуют, власть смещается к точкам соединения: стандартам совместимости, правилам доступа, данным, признанию расчёта и ответственности между юрисдикциями.
Конкуренция за будущее денег постепенно становится конкуренцией за право собрать общий контур.
#АрхДенег_Разбор
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
В новой работе Filippo Zatti сопоставляет регулирование цифровых валют центральных банков, токенизированных депозитов и стейблкоинов в 2024-2025 годах. Главный вывод хорошо ложится в нашу рамку: рынок сближается технологически, но расходится институционально.
Токенизация, программируемость и распределённые реестры могут обслуживать совершенно разные денежные конструкции. Поэтому вопрос уже не в том, «какой токен победит». Вопрос в другом: чьё обязательство признаётся деньгами, кто устанавливает правила доступа и кто отвечает при сбое.
Автор выделяет три устойчивых слоя.
Оптовая цифровая валюта центрального банка развивается прежде всего как расчётный актив для межбанковских и трансграничных операций. BIS фиксирует: 85 из 93 опрошенных центральных банков, 91%, в 2024 году исследовали розничную или оптовую ЦВЦБ, причём оптовые проекты в среднем продвинулись дальше.
Токенизированные депозиты идут по иной траектории. EBA указала: перенос требования вкладчика к банку на распределённый реестр сам по себе не меняет правовую природу депозита. Инновация может происходить внутри банковского права, без создания новой денежной категории.
Стейблкоины получают третий контур: не банковский депозит и не обязательство центрального банка, а отдельный режим резервов, погашения, надзора и защиты держателя.
Формируется не лестница, где одна форма денег вытесняет остальные, а многослойная архитектура. Публичные деньги могут давать расчётный якорь, банковские деньги обслуживать программируемые коммерческие расчёты, регулируемые стейблкоины соединять рынки и платформы.
Главная ставка исследования находится дальше технологии. Если формы денег сосуществуют, власть смещается к точкам соединения: стандартам совместимости, правилам доступа, данным, признанию расчёта и ответственности между юрисдикциями.
Конкуренция за будущее денег постепенно становится конкуренцией за право собрать общий контур.
#АрхДенег_Разбор
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
БРИКС обсуждает не новую валюту, а соединение существующих платёжных систем
Годами вокруг БРИКС обсуждали один громкий сценарий: появится ли общая валюта, способная стать альтернативой доллару.
Но новый сигнал из Индии указывает на куда более практичную архитектуру.
Глава Резервного банка Индии Санджай Малхотра сообщил, что страны БРИКС обсуждают варианты соединения национальных систем быстрых платежей и цифровых валют центральных банков для трансграничных расчётов.
Цель вполне прикладная — снизить стоимость международных платежей. Малхотра отдельно подчеркнул: варианты пока только обсуждаются, никаких решений о запуске общей платформы нет. (Reuters)
Это важно по другой причине.
Для трансграничного расчёта необязательно создавать ещё одну валюту. Можно оставить рубль, рупию, реал, юань и другие национальные деньги внутри собственных систем — и построить между ними слой совместимости.
Тогда меняется сама задача.
Не нужно отвечать на вопрос «какая валюта станет общей?». Нужно решить гораздо более технические вопросы:
- кто конвертирует одну валюту в другую;
- как системы обмениваются платёжными сообщениями;
- где находится ликвидность;
какой расчёт считается окончательным;
- кто отвечает, если одна часть операции прошла, а другая — нет.
Интересно, что RBI двигался в эту сторону и раньше: ещё в январе Reuters сообщал о предложении Индии включить соединение цифровых валют стран БРИКС в повестку саммита 2026 года. Тогда речь шла прежде всего о торговых и туристических платежах. Писали об этом ТУТ. О том как может быть реализована такая связка-писали ТУТ.
Наш вывод: история БРИКС становится интереснее именно тогда, когда убрать разговор об «общей валюте».
Если страны смогут связать национальные платёжные системы и цифровые деньги без создания нового наднационального актива, это будет означать более фундаментальный сдвиг: конкуренция перемещается от валют к инфраструктуре, которая позволяет валютам взаимодействовать напрямую.
И тогда главная власть оказывается не у того, кто выпускает ещё одну монету, а у того, кто задаёт стандарты, правила доступа и окончательного расчёта между системами.
Источник: Reuters, 11 августа 2026 года. (Reuters)
#АрхДенег_Контур
Читайте в MAX
😀 Архитектура денег
Годами вокруг БРИКС обсуждали один громкий сценарий: появится ли общая валюта, способная стать альтернативой доллару.
Но новый сигнал из Индии указывает на куда более практичную архитектуру.
Глава Резервного банка Индии Санджай Малхотра сообщил, что страны БРИКС обсуждают варианты соединения национальных систем быстрых платежей и цифровых валют центральных банков для трансграничных расчётов.
Цель вполне прикладная — снизить стоимость международных платежей. Малхотра отдельно подчеркнул: варианты пока только обсуждаются, никаких решений о запуске общей платформы нет. (Reuters)
Это важно по другой причине.
Для трансграничного расчёта необязательно создавать ещё одну валюту. Можно оставить рубль, рупию, реал, юань и другие национальные деньги внутри собственных систем — и построить между ними слой совместимости.
Тогда меняется сама задача.
Не нужно отвечать на вопрос «какая валюта станет общей?». Нужно решить гораздо более технические вопросы:
- кто конвертирует одну валюту в другую;
- как системы обмениваются платёжными сообщениями;
- где находится ликвидность;
какой расчёт считается окончательным;
- кто отвечает, если одна часть операции прошла, а другая — нет.
Интересно, что RBI двигался в эту сторону и раньше: ещё в январе Reuters сообщал о предложении Индии включить соединение цифровых валют стран БРИКС в повестку саммита 2026 года. Тогда речь шла прежде всего о торговых и туристических платежах. Писали об этом ТУТ. О том как может быть реализована такая связка-писали ТУТ.
Наш вывод: история БРИКС становится интереснее именно тогда, когда убрать разговор об «общей валюте».
Если страны смогут связать национальные платёжные системы и цифровые деньги без создания нового наднационального актива, это будет означать более фундаментальный сдвиг: конкуренция перемещается от валют к инфраструктуре, которая позволяет валютам взаимодействовать напрямую.
И тогда главная власть оказывается не у того, кто выпускает ещё одну монету, а у того, кто задаёт стандарты, правила доступа и окончательного расчёта между системами.
Источник: Reuters, 11 августа 2026 года. (Reuters)
#АрхДенег_Контур
Читайте в MAX
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM