Доведись мне работать над дизайном инкубатора, он бы был живым, биомеханическим точнее, но явно не гуманоидным. Я думаю о том, чтобы вырастить слой эндометрия матки на питательной среде внутри специальной емкости, подвести к нему кровеносные сосуды от искуственных сердца, легкого и почки, накачать хорошим кровезаменителем и соединить все это с "умной" системой, контролирующей pH, уровни глюкозы, аминокислот и гормонов в циркулирующей "крови". И уже на эндометрий в такой емкости подсаживать зиготу. Позднее можно биологизировать еще сильнее - сделать легкое, почку и сердце также биологическими, ибо они эффективнее, но прошить их электроникой для простоты контроля функций, добавить "костный мозг" для собственного кроветворения (-необходимость в экзогенном кровезаменителе), искуственные (3D-напечатанные, как вариант) эндокринные железы: ось гипоталамус-гипофиз-желтое тело яичника, надпочечник, поджелудку и щитовидную и т.д., чтоб не пришлось загружать их гормоны извне.

Соматические клетки многоклеточных организмов ограничены пределом делений, названным пределом Хейфлика. В 1961 году Хейфлик наблюдал, как клетки человека, делящиеся в клеточной культуре, умирают приблизительно после 50 делений и проявляют признаки старения при приближении к этой границе.. По мере деления клетки теломеры на конце хромосомы становятся меньше. При каждой беременности теломеры матери становятся старше, чем у ее сверстниц без детей. Эту разницу ученые оценили в максимум до четырех-шести лет. Такие явления как высокий индекс массы тела (в том числе при беременности) и сильный стресс, легко ускоряют этот процесс. Также изучался эпигенетический возраст женщин: измерение, проведенное на основе анализа ДНК, выделенной из белых кровяных телец. Результаты перекликались с тем, что показали теломеры, и каждая дополнительная беременность была связана с увеличением внутреннего старения на 0,5–2 года.

Инкубаторное размножение лишает смысла любые дискуссии об абортах. У инкубатора, в отличие от живого человека женского пола, нет никаких прав или выбора. Инкубатор решает абсолютно все социальные и биологические проблемы, связанные с воспроизводством населения. Этот метод - единственный, который бы помог человечеству полностью забыть, что такое смерть при беременности и родах, что такое дети с отклонениями и нежелательная беременность. На данный момент подобные эксперименты мировое сообщество признает, как правило, неэтичными. Однако же напрашивается вопрос, что более неэтично: позволять каждый день многим женщинам по всему миру гибнуть из-за деторождения, или использовать эмбриональный материал для окончательного решения проблемы вымирания населения ?

Предел Хейфлика. Среднестатистическая клетка делится около 50—70 раз прежде, чем умирает. По мере деления клетки теломеры на конце хромосомы становятся меньше

Показатель в 1.8 ребенка на женщину 40-44 лет является хорошим результатом для русских регионов. Для простого не вымирания населения, этот показатель должен быть на уровне по крайней мере 2.3. Мы могли бы увеличить этот показатель:

1. Вынос производства за пределы крупных городских агломераций и развития удаленных работ, что позволило бы переселить значительную часть населения в моногорода и сельскую местность.

2. Повышение зарплат мужчинам до уровня, позволявшему женщинам заниматься исключительно домашним хозяйством и воспитанием детей.

3. Развитие семейной инфраструктуры и сведение расходов на содержание детей к нулю, дабы домохозяйства не думали о финансовых вопросах при заведении детей

Однако данные меру не приведут к взрывному росту русского населения и будут подталкивать женщин к выключению из экономической жизни страны

Что не мешает мне за них выступать, параллельно продвигая создание искуственных маток.

Накопленная когортная рождаемость у женщин 40-44 лет по данным переписи населения 2021, детей на женщину.

Это можно считать почти итоговой рождаемостью соответствующих поколений, поскольку после 40 рожают уже очень немногие

Ношение длинного кинжала - кирпана, является одной из главных традиций вероучения сикхов

При этом сам кинжал должен обязательно прятаться под одежду, и ни в коем случае не демонстрируется при разговоре с человеком. Его нельзя демонстрировать для утверждения своей власти над человеком посредством насилия.

Каждый сикх, зная что у оппонента под рукой кинжал, уважает других сикхов

Это одна из тех традиций, что объясняет способность членов крайне немногочисленной, состоящей в основном из нижних каст, религиозной общине, успешно противостоять давлению индийских феодалов и британских завоевателей.

"Уйди дура, я феминист, я женщин тоже бью"

Выстраданное признание, в первую очередь самому себе. Теперь иммиграция в Германию и война на стороне хохлов сложилась в четкий органичный пазл. А то раньше приходилось играть роль обиженного русского правых взглядов, которым Капустин никогда в глубине души и не был и быть им не мог, в силу своего еврейского происхождения. Маски сброшены.

Защитим Удельный парк - естественную среду обитания коренных питерских маньяков, педофилов и бомжей от зловещих планов колониальной бакинской администрации !

"Несмотря на свою идеологическую приверженность технологиям, коммунизм оказался менее эффективным, чем капитализм, в обеспечении технического прогресса. Наконец — опять-таки из-за своей неэффективности — коммунизму удалось гораздо меньше, чем хотелось бы, задушить индивидуальную свободу. Тридцать лет назад я принял образ коммунистических стран, созданный средствами массовой информации. Я полагал, что это были жестко регулируемые общества, в которых практически каждое движение человека контролировалось партией или государством. Несомненно, именно так хотели бы коммунистические лидеры .управлять своими странами. Но теперь кажется, что из-за коррупции и неэффективности коммунистических систем у среднего человека в этих странах было гораздо больше пространства для маневра, чем это обычно предполагалось на Западе. Очень поучительно исследование Роберта У. Терстона « Жизнь и террор в сталинской России, 1934–1941» (издательство Йельского университета, 1996).

На основе информации Терстона можно правдоподобно утверждать, что средний русский рабочий при Сталине на самом деле имел больше личной свободы, чем средний американский рабочий в большинстве случаев в течение 20-го века. Это, конечно, было не потому, что коммунистические лидеры хотели, чтобы рабочие имели хоть какую-то свободу, а потому, что они мало что могли сделать, чтобы помешать этому."
Тед Качинский

Собственно кому реально F

Вероятно Уткин самый результативный полководец и лучший организатор армейских структур России, если не мира

Обзор дилетанта на тему, в которой оный соображает не бог весть как. Ссылки на ресурсы присутствуют

Успех американской гегемонии был связан с тем, что это была импер­ская гегемония нового типа, не нуждавшаяся в территориальном конт­роле над странами периферии. Выяснилось, что решающее влияние на правительства можно оказывать и без присоединения территорий. Эко­номическая помощь выступала как инструмент контроля даже больше, чем военная мощь.

Гегемония США предполагала провозглашенную, но не осознанную ответственность за весь мир (в отличие от викторианской Британии, где мы имеем дело с осознанной, но не провозглашенной глобальной ответ­ственностью). В этом смысле американская мировая держава, возник­шая после 1945 года, представляет собой, по выражению ряда авторов, «организованное лицемерие» (organized hypocrisy) или «империю, кото­рая сама себя отрицает» (Empire in denial).

Борис Кагарлицкий. От империй к империализму

В рамках новой господствующей идеологии любое сопротивление
колониальному режиму трактуется как «национальное» дело. Соци­
альное измерение истории и тонкости политического процесса при та­ком подходе полностью игнорируются. Между тем массовые протесты, происходившие в Британской Индии и во многих других колониях в
период европейского господства, направлены были не только против
колониального государства, но и против существовавшего социального
порядка, и в конечном счете отторжение колониального режима проис­ходило не потому, что он был поддержан иностранными державами, а потому, что он являлся инструментом сохранения и защиты этого, не­навистного низам общества порядка. Однако лишь в немногих случаях
антиколониальное сопротивление обернулось социальной революцией.
Как раз наоборот, смена колониальной администрации на собственную,
национальную власть сплошь и рядом являлась средством для сохране­
ния, поддержания и легитимации именно данного порядка и сохране­
ния позиций местных элит. Разорвав связь между борьбой трудящихся
«центра» и «периферии», новый национализм подрывал основы интер­
национализма и солидарности, являющихся кардинальным условием
для успеха социальных движений в глобализированном мире. Нацио­
нальная независимость и деколонизация не только не ослабили пози­
ции империализма как системы, а напротив, вдохнули новую жизнь в
переживавший кризис периферийный капитализм. Эдвард Саид спра­
ведливо сетует, что энергия массовых движений, выступавших против
колониальной власти, была «в конце концов выхолощена и потушена
независимостью». И не удивительно, что политические партии и ор­
ганизации, приходившие к власти в бывших колониальных странах под м ена гегем она
лозунгами радикального национализма, к концу XX века почти повсе­
местно утратили свой радикализм и превратились в администраторов
неоколониального порядка, во многом гораздо более жесткого и, одно­
значно, куда менее ответственного в социальном отношении, чем преж­
ний имперский колониализм.


Оттуда же

Неолиберализм многими в «третьем мире» воспринимался как «вто­
рое издание», возвращение колониализма. Однако принципиальное от­
личие состояло в том, что «классический» колониализм представлял
собой политику, обеспечивавшую социальный и культурный прогресс
Запада за счет угнетения и порабощения «незападного» мира. Напро­
тив, неолиберализм использовал ресурсы «периферии» для того, чтобы
обеспечить социальный регресс в самом западном мире. В первом слу­
чае мы имеем дело с «разрушительно-созидательным» процессом (как
он описан в работах Э. Шумпетера), но в новую эпоху процесс разру­
шения становится (по крайней мере — на уровне социальных отноше­
ний) почти тотальным. Если в начале XX века эксплуатация «перифе­
рии» способствовала снижению социальных противоречий Запада за
счет перераспределения ресурсов, поступавших из колоний, то в начале
XXI века она, наоборот, становится средством снижения заработной
платы и подрыва социальных завоеваний трудящихся. Схожие средства
используются для решения противоположных задач. И если в XIX и на­
чале XX века можно говорить о противоречивости и двойственности
процесса, о жестокой, порой, кровавой цене, уплачиваемой за социаль­
ный прогресс небольшой части человечества, то на сей раз противоре­
чие устраняется вместе с прогрессом.