Российские ученые выявили, что мутация в гене белка р53 делает клетки более агрессивными и склонными к метастазированию. Этот белок контролирует клеточный цикл и предотвращает превращение клеток в раковые. При мутации р53 теряет способность выполнять свои функции, из-за чего опухоль не реагирует на лечение.

“Важно отметить, что р53 — один из наиболее часто мутирующих белков в организме человека. Так, примерно 50% случаев развития опухолей сопровождаются мутациями в р53. Более того, опухоли, содержащие мутантный р53, могут становится более злокачественными”, — рассказали авторы проекта.

Для преодоления устойчивости предложено комбинировать ингибиторы MDM2 с другими противоопухолевыми препаратами. Результаты исследования помогут в разработке методов лечения резистентных опухолей.

Компания GC Therapeutics вышла на рынок с технологией, позволяющей серийно перепрограммировать индуцированные стволовые клетки (ИПСК) для клеточной терапии.

Разработанная платформа TFome на основе машинного обучения и геномных данных оптимизирует комбинации факторов транскрипции для превращения клеток кожи в любые другие типы клеток за один шаг в четыре дня с эффективностью более 90%. Это ускоряет процесс терапии в 100 раз по сравнению с традиционными методами. Платформа также может создавать клетки с новыми функциями для лечения конкретных болезней.

Стартап основан в 2019 году биологом Джорджем Чёрчем и его коллегами. Компания планирует сфокусироваться на лечении ЖКТ, неврологических и иммунных заболеваний.

Белки и нуклеиновые кислоты — молекулы, лежащие в основе всех биологических процессов. Они сильно отличаются друг от друга по свойствам, и сочетать их вместе в одной молекуле-гибриде значит создать ценный инструмент для генетики и медицины. Обычно «гибриды ДНК с белком» получают путем трудоемкого органического синтеза, однако авторы новой статьи нашли способ намного проще, используя бактерии.

Важным шагом вперед стал результат, опубликованный в Nature Chemical Biology. Статья описывает новый класс молекул, сочетающих в себе компоненты нуклеиновых кислот и белков — пептидо-нуклеобазные гибриды (по-английски peptide-nucleobase hybrid). В его составе присутствует пиримидоновая структура, похожая на молекулу, из которой в клетке синтезируются основания ДНК и РНК.

Попытки поженить христианство с дарвинизмом никогда меня особо не волновали. Также как и попытки проклясть второе со стороны первого.

Просто если веришь в Бога, повелевающего временем и пространством, эволюция может быть научно верно хоть в самой радикальной своей версии - это не имеет никакого значения. Мало ли чего произошло в искаженном и падшем мире - концепций увязывающих одно с другим полно.

Да и оснований для спора «науки и религии» я тоже не вижу, кроме тех случаев, где нечто претендующее на научность открыто нападает на Божественное. Просто наука по определению - всегда не завершена. Сегодня споришь с одним, завтра с другим послезавтра с третьим - какой смысл? Это как в анектоде про мотоциклистов «чего с вами знакомиться - вы каждый день разные».

То есть наука - крутой и эффективный метод для очень многих вещей - пусть им и остается. Пусть совершенствуется. Пусть по возможности не способствует злу. Поставить же по сомнение Божественное ей просто не под силу.

Да, в режиме «по приколу» было б интересно если б эволюционизм вдруг оказался опровергнут изнутри научной корпорации. Чисто посмотреть как это скажется на мире и человеке. Но христианство в этом не нуждается.

Хотя, конечно, признаю: всякие тонкости на это счет всегда изучаю с любопытством. С праздным любопытством.

Уротелиальная карцинома часто бывает резистентна к терапии ингибиторами PD-L1, а терапию цисплатином можно назначать не всем пациентам. Устойчивость может быть связана с активацией сигнального пути FGFR3. Клинические исследования показали, что комбинация рогаратиниба (ингибитор FGFR) и антитела атезолизумаба (ингибитор PD-L1) безопасна и эффективна при лечении уротелиального рака у пациентов с оверэкспрессией мРНК FGFR1/3 и противопоказаниями к лечению цисплатином.

FDA одобрила первый генно-терапевтический препарат — Экзагамглогенный аутотемцел — для лечения бета-талассемии и серповидно-клеточной анемии, двух наиболее распространенных генетических заболеваний в мире. Препарат разработан компаниями Vertex Pharmaceuticals и CRISPR Therapeutics и представляет собой популяцию аутологичных стволовых и прогениторных клеток CD34+, генетически модифицированных ex vivo с помощью системы CRISPR/Cas9 таким образом, чтобы обеспечить выработку фетального гемоглобина.

Распространённость ревматоидного артрита среди взрослого населения в разных географических зонах мира колеблется от 0,5% до 2%. По данным официальной статистики, в России в 2019 году было зарегистрировано более 320 тысяч пациентов, страдающих от этого системного заболевания. По данным Российского эпидемиологического исследования, ревматоидным артритом страдают около 850 тысяч пациентов.

Минздрав России зарегистрировал первый биоаналог тоцилизумаба - препарат компании "Генериум" для терапии ревматоидного артрита.

При генной терапии мышечных заболеваний требуются большие дозы аденоассоциированных векторов, которые накапливаются в печени и токсичны для нее. Французские ученые из компании Genethon разработали новый капсид и получили вектор LICA1, который нацелен на скелетные мышцы, но минует печень. Он трансдуцирует скелетные мышцы лучше, чем AAV9 и другие векторы с мышечным тропизмом. Эффективность LICA1 в генной терапии показали на мышиных моделях мышечных дистрофий, где благодаря новому вектору удалось снизить дозы вируса

Описание всевозможных вредных последствий для всего на свете от наличия злокозненного микропластика в окружающей среде (в частности – в организме человека) остается излюбленной темой околонаучных СМИ.

На этом фоне выделяется своей умеренностью опубликованная на прошлой неделе в Science обзорная статья, посвященная 20-летию возникновения самого термина «микропластик».

Особенно с учетом того, что все ее авторы являются экологами (специалистов в области науки о полимерах там нет). Они добросовестно собрали и проанализировали почти 200 статей, посвященных данной тематике, и пришли к выводу, который можно коротко сформулировать словами Сократа «я знаю, что ничего не знаю». В этой области слишком мал еще набор экспериментальных фактов, которые можно считать бесспорными.