⚡️Алексей Вересов будет сегодня освобождён из-под стражи, сообщает в своём телеграм-канале адвокат Максим Пашков.
46-летний музыкант из Удмуртии обвинялся в призывах к экстремизму за краткий комментарий под постом о приговорившем Павла Устинова к трём с половиной годам лишения свободы судье Алексее Криворучко в анонимном паблике во «ВКонтакте».
Сейчас, по информации Пашкова, следствие переквалифицировало деяния Вересова как угрозу судье (ст. 296 УК РФ). Дело об экстремизме прекращено. Мера пресечения изменена на подписку о невыезде.
46-летний музыкант из Удмуртии обвинялся в призывах к экстремизму за краткий комментарий под постом о приговорившем Павла Устинова к трём с половиной годам лишения свободы судье Алексее Криворучко в анонимном паблике во «ВКонтакте».
Сейчас, по информации Пашкова, следствие переквалифицировало деяния Вересова как угрозу судье (ст. 296 УК РФ). Дело об экстремизме прекращено. Мера пресечения изменена на подписку о невыезде.
После почти часового перерыва возобновляется судебное заседание по делу Самариддина Раджабова. Во время перерыва сотрудники суда так и не смогли найти ещё одного свидетеля по делу — сотрудника полиции Максидова В.В., который ранее отказался считать себя потерпевшим по делу. Его бывшие коллеги, а по совместительству и потерпевшие от падения пластиковой бутылки, говорят, что «насколько им известно, он вообще не в Москве».
Суд переходит к допросу другого свидетеля.
Суд переходит к допросу другого свидетеля.
В Мосгорсуде с задержкой около пяти часов начинается апелляция на меру пресечения Максиму Мартинцову, приговоренного к двум с половиной годам лишения свободы за попытку защитить человека, которого избивал росгвардеец.
Интересы Максима представляют адвокаты Михаил Игнатьев, сотрудничающий с «ОВД-Инфо», и Василий Очерет.
Сам Максим присутствует на заседании по видеосвязи.
Интересы Максима представляют адвокаты Михаил Игнатьев, сотрудничающий с «ОВД-Инфо», и Василий Очерет.
Сам Максим присутствует на заседании по видеосвязи.
В зал судебного заседания по делу Самариддина Раджабова заходит коренастый мужчина средних лет. Это свидетель обвинения Тихонов — сотрудник полиции, осуществлявший задержание Самариддина на акции 27 июля вместе с ранее допрошенным свидетелем Кряжевым.
«Видел Раджабова 27 июля 2019 года. Находился на службе по охране общественного порядка и безопасности граждан. Раджабов был задержан за административное правонарушение. Вечером примерно в часов восемь на Трубной площади поступила ориентировка на человека, по описанию схожему с ним — азиатская внешность, рюкзак, а остальное не помню. В ориентировке было указано, что необходимо задержать, поскольку гражданин проявляет активные действия. Зашли группой. Помню своего напарника Кряжева. Зашли, обнаружили его в толпе. Через толпу прошли и задержали. Подошли, представились, задержали. Противоправных действий не совершал. Толпа выкрикивала, но не помню. Перед задержанием представился и объяснил, в связи с чем задерживаю. Личность устанавливали уже в отделе. Документов при себе не было. Сопротивления не оказывал».
Вопросы свидетелю задаёт прокурор:
— Вам что-то известно, что Раджабов бросил бутылку?
— После узнал из СМИ.
— На тот момент было известно?
— Нет, как бросал не видел, только позже узнал из общедоступных источников.
Далее вопросы свидетелю задаёт адвокат Сергей Бадамшин:
— При задержании личный досмотр проводился?
— Наружный досмотр — ощупываются карманы, одежда.
— Можно ли доверять вашему коллеге Кряжеву?
— Да.
Вопрос задаёт адвокат Адвокат Анри Цискаришвили. Он интересуется, что содержалось в ориентировке и от кого её получил свидетель. Свидетель не помнит, но утверждает, что получил её от «старшего».
Судья уточняет у свидетеля какое описание было в ориентировке.
«Азиатская внешность, а вот одежду не помню уже», — отвечает свидетель.
На этом допрос свидетеля окончен, и он покидает зал суда.
«Видел Раджабова 27 июля 2019 года. Находился на службе по охране общественного порядка и безопасности граждан. Раджабов был задержан за административное правонарушение. Вечером примерно в часов восемь на Трубной площади поступила ориентировка на человека, по описанию схожему с ним — азиатская внешность, рюкзак, а остальное не помню. В ориентировке было указано, что необходимо задержать, поскольку гражданин проявляет активные действия. Зашли группой. Помню своего напарника Кряжева. Зашли, обнаружили его в толпе. Через толпу прошли и задержали. Подошли, представились, задержали. Противоправных действий не совершал. Толпа выкрикивала, но не помню. Перед задержанием представился и объяснил, в связи с чем задерживаю. Личность устанавливали уже в отделе. Документов при себе не было. Сопротивления не оказывал».
Вопросы свидетелю задаёт прокурор:
— Вам что-то известно, что Раджабов бросил бутылку?
— После узнал из СМИ.
— На тот момент было известно?
— Нет, как бросал не видел, только позже узнал из общедоступных источников.
Далее вопросы свидетелю задаёт адвокат Сергей Бадамшин:
— При задержании личный досмотр проводился?
— Наружный досмотр — ощупываются карманы, одежда.
— Можно ли доверять вашему коллеге Кряжеву?
— Да.
Вопрос задаёт адвокат Адвокат Анри Цискаришвили. Он интересуется, что содержалось в ориентировке и от кого её получил свидетель. Свидетель не помнит, но утверждает, что получил её от «старшего».
Судья уточняет у свидетеля какое описание было в ориентировке.
«Азиатская внешность, а вот одежду не помню уже», — отвечает свидетель.
На этом допрос свидетеля окончен, и он покидает зал суда.
Суд по делу Самариддина Раджабова переходит к исследованию материалов дела.
Прокурор берёт у судьи четыре увесистых тома уголовного дела.
Она читает том первый, в котором содержится рапорт об обнаружении признаков преступления. В нём указано, что Самариддин Раджабов вёл себя агрессивно, в своих действиях выражал пренебрежение к сотрудникам правоохранительных органов, а затем применил насилие — кинул бутылку. Рапорт составлен 31 июля 2019 года. Именно в этот день сотрудники Следственного комитета забрали Самариддина из спецприёмника, где он отбывал административный арест за участие в акции. Затем прокурор зачитывает постановления суда об избрании и продлении Самариддину мер пресечения в виде заключения под стражу. Во втором томе уголовного дела находятся материалы, связанные с осуществлением потерпевшими их служебных обязанностей. Прокурор монотонным голосом зачитывает должностные регламенты и документы о присвоении личных номеров. По какому принципу прокурор выбирает страницы, которые следует озвучить, — пока неясно. Из этих материалов можно узнать, например, когда Внуков пошёл на повышение по службе, а когда проходил стажировку.
Судья терпеливо слушает. Потерпевшие, кажется, приуныли.
Прокурор берёт у судьи четыре увесистых тома уголовного дела.
Она читает том первый, в котором содержится рапорт об обнаружении признаков преступления. В нём указано, что Самариддин Раджабов вёл себя агрессивно, в своих действиях выражал пренебрежение к сотрудникам правоохранительных органов, а затем применил насилие — кинул бутылку. Рапорт составлен 31 июля 2019 года. Именно в этот день сотрудники Следственного комитета забрали Самариддина из спецприёмника, где он отбывал административный арест за участие в акции. Затем прокурор зачитывает постановления суда об избрании и продлении Самариддину мер пресечения в виде заключения под стражу. Во втором томе уголовного дела находятся материалы, связанные с осуществлением потерпевшими их служебных обязанностей. Прокурор монотонным голосом зачитывает должностные регламенты и документы о присвоении личных номеров. По какому принципу прокурор выбирает страницы, которые следует озвучить, — пока неясно. Из этих материалов можно узнать, например, когда Внуков пошёл на повышение по службе, а когда проходил стажировку.
Судья терпеливо слушает. Потерпевшие, кажется, приуныли.
На заседании по апелляции на меру пресечения Максиму Матринцову рассматривается жалоба, первоначально поданная в октябре. Данная жалоба была потеряна, из-за чего она рассматривается уже после приговора. Мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана через сутки после ареста. В жалобе просили признать меру несоразмерной и смягчить ее, например, освободить Максима под залог.
Адвокат Василий Очерет комментирует жалобу:
«Суд в данный момент не может восстановить права моего подзащитного Мартинцова, так как уже вынесено решение. Тем не менее, в данном случае суд может сделать шаг навстречу правосудию.
В ходе следствия было отказано в запросе информации с места жительства, не были приняты во внимание доказательства, доказывающие его невиновность. На видеозаписи видно, что удар не был нанесен Мартинцовым в процессе инцидента, в связи с которым его арестовали и впоследствии осудили.
Мы хотим еще раз отметить, что если обратиться к судебной практике, по аналогичным правонарушениям выносятся штрафы. Здесь же вынесено наказание, которое кардинально меняет жизнь»
Адвокат Михаил Игнатьев поддерживает позицию Василия Очерета:
«Отмена этого незаконного постановления будет иметь символическое значение. Мера пресечения была избрана на следующий день после задержания, когда не были собраны доказательства.
С чем связана такая жестокость системы в данном случае — совершенно непонятно. Обжалуемое постановление не соответствует ни принципам соразмерности, ни принципам справедливости.
В интересах законности, в интересах справедливости, в интересах восстановления нормального правопорядка просим отменить постановление Басманного суда».
Адвокат Василий Очерет комментирует жалобу:
«Суд в данный момент не может восстановить права моего подзащитного Мартинцова, так как уже вынесено решение. Тем не менее, в данном случае суд может сделать шаг навстречу правосудию.
В ходе следствия было отказано в запросе информации с места жительства, не были приняты во внимание доказательства, доказывающие его невиновность. На видеозаписи видно, что удар не был нанесен Мартинцовым в процессе инцидента, в связи с которым его арестовали и впоследствии осудили.
Мы хотим еще раз отметить, что если обратиться к судебной практике, по аналогичным правонарушениям выносятся штрафы. Здесь же вынесено наказание, которое кардинально меняет жизнь»
Адвокат Михаил Игнатьев поддерживает позицию Василия Очерета:
«Отмена этого незаконного постановления будет иметь символическое значение. Мера пресечения была избрана на следующий день после задержания, когда не были собраны доказательства.
С чем связана такая жестокость системы в данном случае — совершенно непонятно. Обжалуемое постановление не соответствует ни принципам соразмерности, ни принципам справедливости.
В интересах законности, в интересах справедливости, в интересах восстановления нормального правопорядка просим отменить постановление Басманного суда».
Прокурор по делу Максима Мартинцова говорит, что он не согласен с позицией адвокатов и более никак не комментирует свою позицию.
Суд переходит к прениям.
Адвокат Василий Очерет замечает, что прокурор не может быть не согласен с чем-то априори, он должен быть не согласен по существу. Прокурор, как и адвокаты, должен аргументировать свою позицию, так как в России провозглашено равенство сторон в суде. Он говорит, что за более чем двадцатилетнюю практику не видел подобного правосудия. Судья перебивает и просит говорить только о мере пресечения. Адвокат отвечает, что и приговор, и мера пресечения — звенья одной цепи и еще раз перечисляет нарушения, допущенные следствием и судом. «Давайте разберемся в практике, которая есть. Почему фанату дают штраф, а моему подзащитному — реальный срок?»
Прокурор недоволен тем, что защита позволяет себе комментировать его работу. Он просит оставить жалобу без удовлетворения.
Суд переходит к прениям.
Адвокат Василий Очерет замечает, что прокурор не может быть не согласен с чем-то априори, он должен быть не согласен по существу. Прокурор, как и адвокаты, должен аргументировать свою позицию, так как в России провозглашено равенство сторон в суде. Он говорит, что за более чем двадцатилетнюю практику не видел подобного правосудия. Судья перебивает и просит говорить только о мере пресечения. Адвокат отвечает, что и приговор, и мера пресечения — звенья одной цепи и еще раз перечисляет нарушения, допущенные следствием и судом. «Давайте разберемся в практике, которая есть. Почему фанату дают штраф, а моему подзащитному — реальный срок?»
Прокурор недоволен тем, что защита позволяет себе комментировать его работу. Он просит оставить жалобу без удовлетворения.
⚡️Суд по делу Максима Мартинцова оставляет апелляционную жалобу без удовлетворения.
Прокурор по делу Самариддина Раджабова продолжает озвучивать материалы дела. В третьем томе содержатся экспертизы видеозаписей, из которых следует вывод, что бутылка «наиболее вероятно» ни в кого не попала.
По делу была проведена и судебно-психиатрической экспертиза.
«У Раджабова не обнаружено каких-либо признаков психического расстройства», — следует из заключения.
«Лист дела 140, лист дела 142, лист дела…», — продолжает зачитывать прокурор.
Впереди всех ждёт том номер четыре.
По делу была проведена и судебно-психиатрической экспертиза.
«У Раджабова не обнаружено каких-либо признаков психического расстройства», — следует из заключения.
«Лист дела 140, лист дела 142, лист дела…», — продолжает зачитывать прокурор.
Впереди всех ждёт том номер четыре.
Прошёл час. Прокурор по делу Самариддина Раджабова продолжает озвучивать материалы дела.
Из четвёртого тома стало известно, что Самариддин — победитель и призёр турниров по самбо. Например, он занял третье место на всероссийском турнире «Русские богатыри».
Из четвёртого тома стало известно, что Самариддин — победитель и призёр турниров по самбо. Например, он занял третье место на всероссийском турнире «Русские богатыри».
Суд по по делу Самариддина Раджабова переходит к исследованию видеозаписей.
Сергей Бадамшин просит остановить видеозапись. Он просит потерпевших показать, где они на видеозаписи.
Встаёт Внуков и говорит, что он позади, справа от него — Максидов. Спереди слева идёт Линник, справа от него — Комбаров.
Затем суд просматривает вторую видеозапись. Она начинается с того, что группа журналистов в желтых жилетах следует по улице. В это время сотрудники полиции осуществляют задержания, а корреспонденты берут интервью у очевидцев. Слышатся уведомления о том, что мероприятие несанкционированно. Логузнгов при этом не слышно. Наконец, на записи появляется Самариддин Раджабов — его задерживают сотрудники полиции. Он спокойно следует с ними, не сопротивляется, лозунгов не выкрикивает.
Броска бутылки с резким звуком удара, имитирующим разрушение неизвестного предмета с опасностью причинения телесных повреждений, на второй видеозаписи нет.
Сергей Бадамшин просит остановить видеозапись. Он просит потерпевших показать, где они на видеозаписи.
Встаёт Внуков и говорит, что он позади, справа от него — Максидов. Спереди слева идёт Линник, справа от него — Комбаров.
Затем суд просматривает вторую видеозапись. Она начинается с того, что группа журналистов в желтых жилетах следует по улице. В это время сотрудники полиции осуществляют задержания, а корреспонденты берут интервью у очевидцев. Слышатся уведомления о том, что мероприятие несанкционированно. Логузнгов при этом не слышно. Наконец, на записи появляется Самариддин Раджабов — его задерживают сотрудники полиции. Он спокойно следует с ними, не сопротивляется, лозунгов не выкрикивает.
Броска бутылки с резким звуком удара, имитирующим разрушение неизвестного предмета с опасностью причинения телесных повреждений, на второй видеозаписи нет.
YouTube
Эпизод Самариддина Раджабова
Суд по по делу Самариддина Раджабова исследует ещё одну видеозапись.
На этой видеозаписи видно, что один из сотрудников полиции действительно оборачивается, после того как бутылка падает на землю.
Адвокат Сергей Бадамшин говорит, что на видеозаписи есть девушка, которая готова дать показания, и защита будет ходатайствовать о её допросе.
На этой видеозаписи видно, что один из сотрудников полиции действительно оборачивается, после того как бутылка падает на землю.
Адвокат Сергей Бадамшин говорит, что на видеозаписи есть девушка, которая готова дать показания, и защита будет ходатайствовать о её допросе.
Адвокат Сергей Бадамшин по делу Самариддина Раджабова обращается к потерпевшим с вопросом:
— Соответствует ли обстановка и обстоятельства на видео тому, что происходило 27 числа на Трубной площади?
Все трое отвечают утвердительно.
Сторона обвинения завершила представление доказательств.
— Соответствует ли обстановка и обстоятельства на видео тому, что происходило 27 числа на Трубной площади?
Все трое отвечают утвердительно.
Сторона обвинения завершила представление доказательств.
В зал судебного заседания по делу Самариддина Раджабова приглашается свидетель защиты — Красноперцева Ксения, журналист. Она присутствует на видеозаписи.
Раджабов ей не знаком, оснований оговаривать его у неё нет.
Вопросы задаёт адвокат Анри Цискаришвили. Он просит пояснить, где и с какой целью свидетель находился на акции 27 июля.
Ксения — корреспондент издания «Медиазона».
— Какая окружающая ситуация была?
— К тому моменту в принципе было спокойно. В какой-то момент возникло огромное количество сотрудников полиции. Всё это довольно странно выглядело. Сумбур. Но в целом обстановка была довольно спокойной.
— Видели ли вы, чтобы кто-нибудь из толпы осуществлял противоправные действия в отношении представителей власти?
— Нет.
— Слышали ли лозунги?
— Нет.
— Может быть жесты?
— Нет.
— Видели ли вы, чтобы кто-нибудь призывал к массовым беспорядкам?
— Нет.
— Что происходило, когда появилась полиция? Как происходили задержания? Кого задерживали?
— Они были экипированы очень хорошо — каски, жилеты, дубинки. Они смещали людей в сторону площади. Люди не очень понимали, что они делают, потому что люди просто так стояли. Люди были заняты тем, что просто стояли, кто-то ел.
— Насколько агрессивно они себя вели?
— Ни насколько.
— Видели вы задержание человека в клетчатой рубашке? Можете ли вы что-то пояснить об обстоятельствах задержания?
— Нет.
— Слышали ли вы какой-то хлопок, звук?
— Нет.
Сергей Бадамшин ходатайствует о просмотре видеозаписи, чтобы иметь возможность задать вопрос свидетелю. Прокурор возражает, однако суд постановляет посмотреть видеозапись.
Раджабов ей не знаком, оснований оговаривать его у неё нет.
Вопросы задаёт адвокат Анри Цискаришвили. Он просит пояснить, где и с какой целью свидетель находился на акции 27 июля.
Ксения — корреспондент издания «Медиазона».
— Какая окружающая ситуация была?
— К тому моменту в принципе было спокойно. В какой-то момент возникло огромное количество сотрудников полиции. Всё это довольно странно выглядело. Сумбур. Но в целом обстановка была довольно спокойной.
— Видели ли вы, чтобы кто-нибудь из толпы осуществлял противоправные действия в отношении представителей власти?
— Нет.
— Слышали ли лозунги?
— Нет.
— Может быть жесты?
— Нет.
— Видели ли вы, чтобы кто-нибудь призывал к массовым беспорядкам?
— Нет.
— Что происходило, когда появилась полиция? Как происходили задержания? Кого задерживали?
— Они были экипированы очень хорошо — каски, жилеты, дубинки. Они смещали людей в сторону площади. Люди не очень понимали, что они делают, потому что люди просто так стояли. Люди были заняты тем, что просто стояли, кто-то ел.
— Насколько агрессивно они себя вели?
— Ни насколько.
— Видели вы задержание человека в клетчатой рубашке? Можете ли вы что-то пояснить об обстоятельствах задержания?
— Нет.
— Слышали ли вы какой-то хлопок, звук?
— Нет.
Сергей Бадамшин ходатайствует о просмотре видеозаписи, чтобы иметь возможность задать вопрос свидетелю. Прокурор возражает, однако суд постановляет посмотреть видеозапись.
Адвокат Сергей Бадамшин по делу Самариддина Раджабова спрашивает свидетеля: «Всё-таки после того как вы посмотрели видеозапись, вспомнили ли вы звук падения бутылки?»
«Я не слышала громкий звук», — говорит свидетель.
Вопрос задаёт прокурор.
«Это ваше восприятие обстановки: все вели себя спокойно? Это ваше личное мнение?» — спрашивает она.
Ксения отвечает, что это её восприятие.
Прокурор спрашивает слышала ли Ксения объявления о том, что нужно разойтись. Она отвечает, что не слышала.
— С какой целью вы туда прибыли? Вам было известно, что мероприятие несанкционированное?
— По редакционному заданию.
— В связи с чем вы получили задание? Просто так сходить на Трубную площадь?
— Мне было сказано прийти на Трубную площадь.
— Прийти в связи с чем — непонятно. Почему не на какую-то другую площадь?
— У меня есть сообщение о том, что мне нужно прийти.
— В чем интерес происходящих событий для вас как для корреспондента?
Свидетель поясняет, что её задача как корреспондента — осветить задержания и происходящие события.
«Я не слышала громкий звук», — говорит свидетель.
Вопрос задаёт прокурор.
«Это ваше восприятие обстановки: все вели себя спокойно? Это ваше личное мнение?» — спрашивает она.
Ксения отвечает, что это её восприятие.
Прокурор спрашивает слышала ли Ксения объявления о том, что нужно разойтись. Она отвечает, что не слышала.
— С какой целью вы туда прибыли? Вам было известно, что мероприятие несанкционированное?
— По редакционному заданию.
— В связи с чем вы получили задание? Просто так сходить на Трубную площадь?
— Мне было сказано прийти на Трубную площадь.
— Прийти в связи с чем — непонятно. Почему не на какую-то другую площадь?
— У меня есть сообщение о том, что мне нужно прийти.
— В чем интерес происходящих событий для вас как для корреспондента?
Свидетель поясняет, что её задача как корреспондента — осветить задержания и происходящие события.
Вопросы свидетелю защиты по делу Самариддина Раджабова задаёт потерпевший Линник.
Его интересует, как она определила, что на Трубной площади именно сотрудники второго оперативного полка. Она поясняет, как они выглядели.
Адвокат Сергей Бадамшин спрашивает потерпевшего, почему он возражает, ведь тот сам является сотрудником второго оперативного полка.
Самариддин Раджабов задает вопрос потерпевшему Линнику:
«На данный момент она правильно ответила?»
«Да».
«Всё, какие вопросы тогда», — удивляется Самариддин.
Его интересует, как она определила, что на Трубной площади именно сотрудники второго оперативного полка. Она поясняет, как они выглядели.
Адвокат Сергей Бадамшин спрашивает потерпевшего, почему он возражает, ведь тот сам является сотрудником второго оперативного полка.
Самариддин Раджабов задает вопрос потерпевшему Линнику:
«На данный момент она правильно ответила?»
«Да».
«Всё, какие вопросы тогда», — удивляется Самариддин.
Адвокат Сергей Бадамшин по делу Самариддина Раджабова заявляет ходатайство о допросе отца Самариддина.
Он заходит в зал, приветствует всех громким «Здравствуйте!»
«Раджабов Самариддин — мой старший сын. Я впервые в таком месте, немножко волнуюсь. Раджабов Самариддин — мой сын, ему 21 год. Я воспитал хорошего сына с такой гражданской позицией. Я горжусь. Я хочу, чтобы все россияне воспитали так своего сыновей, чтобы они различали, где вор и убийца, а где нет. Я горжусь, что у моего сына есть такая позиция. У меня пятеро детей, они все разные. Все хороши по-своему. Я ему сказал: "Уезжай, здесь — одна беда, ничего не светит хорошего. Вокруг все — воры, мошенники и бандиты. Тебя посадят". Мы несколько раз спорили об этом. Я ему сказал: "Уезжай, пока тебя не посадили. Никто тебе не поможет — ни Конституция, ни гражданское общество, которое пока слабо". Огромное спасибо тем гражданам, которые вышли не только за "московское дело" и моего сына, но и за всех политзаключенных. Мало там было, всего двадцать пять тысяч человек — это мало для России. Что сделал мой сын? Кого убил? Кого ограбил? Я бы в таком случае сюда не пришел. Я извиняюсь, конечно. У меня пятеро детей. Самариддин — второй ребенок, старший сын. Я всем детям говорю: "Не воровать, не убивать, — тем более. Работайте честно, имейте совесть. Если вас мои слова не устраивают — уходите из дома". Ему сказал, дочке и младшим: “Учитесь хорошо и уезжайте из этой страны, ничего хорошего вас здесь не ждёт”. У нас в семье всегда уважительное отношение друг к другу. Он чем может помогает, звонит и спрашивает может ли он помочь. Я редко звонил своему сыну. Часто он звонил мне. Он учился скажем так, — средненько. Не так уж хорошо учился, но учителя не жаловались. Двоечником не был. Старался, занимался спортом. Двадцать пять километров ехал, чтобы попасть на тренировки по самбо и восточным единоборствам. Представляете, двадцать пять километров в нашем-то климате зимой? Успехи были хорошие, получал какие-то места. Хотел дальше заниматься, но я ему сказал: кто мне будет помогать? Нас много в семье, надо работать. Ежемесячно он мне понемногу помогал. Везде не берут, конечно, нужен стаж и опыт. Но если молодых не берут, то откуда у них стаж и опыт? У нас в семье все позитивные, в том числе и я. Мне жалко, что вот в 21 год он тут».
Он заходит в зал, приветствует всех громким «Здравствуйте!»
«Раджабов Самариддин — мой старший сын. Я впервые в таком месте, немножко волнуюсь. Раджабов Самариддин — мой сын, ему 21 год. Я воспитал хорошего сына с такой гражданской позицией. Я горжусь. Я хочу, чтобы все россияне воспитали так своего сыновей, чтобы они различали, где вор и убийца, а где нет. Я горжусь, что у моего сына есть такая позиция. У меня пятеро детей, они все разные. Все хороши по-своему. Я ему сказал: "Уезжай, здесь — одна беда, ничего не светит хорошего. Вокруг все — воры, мошенники и бандиты. Тебя посадят". Мы несколько раз спорили об этом. Я ему сказал: "Уезжай, пока тебя не посадили. Никто тебе не поможет — ни Конституция, ни гражданское общество, которое пока слабо". Огромное спасибо тем гражданам, которые вышли не только за "московское дело" и моего сына, но и за всех политзаключенных. Мало там было, всего двадцать пять тысяч человек — это мало для России. Что сделал мой сын? Кого убил? Кого ограбил? Я бы в таком случае сюда не пришел. Я извиняюсь, конечно. У меня пятеро детей. Самариддин — второй ребенок, старший сын. Я всем детям говорю: "Не воровать, не убивать, — тем более. Работайте честно, имейте совесть. Если вас мои слова не устраивают — уходите из дома". Ему сказал, дочке и младшим: “Учитесь хорошо и уезжайте из этой страны, ничего хорошего вас здесь не ждёт”. У нас в семье всегда уважительное отношение друг к другу. Он чем может помогает, звонит и спрашивает может ли он помочь. Я редко звонил своему сыну. Часто он звонил мне. Он учился скажем так, — средненько. Не так уж хорошо учился, но учителя не жаловались. Двоечником не был. Старался, занимался спортом. Двадцать пять километров ехал, чтобы попасть на тренировки по самбо и восточным единоборствам. Представляете, двадцать пять километров в нашем-то климате зимой? Успехи были хорошие, получал какие-то места. Хотел дальше заниматься, но я ему сказал: кто мне будет помогать? Нас много в семье, надо работать. Ежемесячно он мне понемногу помогал. Везде не берут, конечно, нужен стаж и опыт. Но если молодых не берут, то откуда у них стаж и опыт? У нас в семье все позитивные, в том числе и я. Мне жалко, что вот в 21 год он тут».
Отец Самариддина Раджабова продолжает рассказывать о своём сыне:
«Молодой человек должен быть с гражданской позицией. Он должен видеть, что творится в стране и у его соседей. Утром 27 июля мы созвонились. Он обещал приехать. Возле метро я остановился и звоню: "Сколько еще тебя ждать?" Он говорит: "Папа, я не могу". Он рассказал, что пошёл гулять после стрижки и видит, что люди вышли на улицу и решил присоединиться. И он правильно сделал, я думаю. Надо было допустить независимых кандидатов. Я за это. В России должны быть выборы. Я сыну говорил — уезжай. У нас депутат — он же вор, бандит».
Судья интересуется у отца Самариддина сам ли он себя обеспечивал.
«Мы помогали друг другу», — отвечает он.
— А его выбор заниматься музыкой чем связан?
— Сам выбрал. Сначала я не понимал, зачем он выбрал жанр этот… Как его… Рэп. Но потом решил, не все же у нас будут Киркоровыми и Басковыми. Выбрал такую работу, чтобы два дня работать, два — заниматься музыкой.
На этом допрос отца окончен.
«Молодой человек должен быть с гражданской позицией. Он должен видеть, что творится в стране и у его соседей. Утром 27 июля мы созвонились. Он обещал приехать. Возле метро я остановился и звоню: "Сколько еще тебя ждать?" Он говорит: "Папа, я не могу". Он рассказал, что пошёл гулять после стрижки и видит, что люди вышли на улицу и решил присоединиться. И он правильно сделал, я думаю. Надо было допустить независимых кандидатов. Я за это. В России должны быть выборы. Я сыну говорил — уезжай. У нас депутат — он же вор, бандит».
Судья интересуется у отца Самариддина сам ли он себя обеспечивал.
«Мы помогали друг другу», — отвечает он.
— А его выбор заниматься музыкой чем связан?
— Сам выбрал. Сначала я не понимал, зачем он выбрал жанр этот… Как его… Рэп. Но потом решил, не все же у нас будут Киркоровыми и Басковыми. Выбрал такую работу, чтобы два дня работать, два — заниматься музыкой.
На этом допрос отца окончен.
Суд переходит к допросу свидетеля защиты — сестры Самариддина Матлубы.
Она старшая сестра в семье, но Самариддин — её старший брат.
«У нас большая семья. Я самая старшая. Мы всегда были вместе до окончания школы. Потом я окончила школу, приехала в Москву поступать. Он тоже приехал. В семье у нас всегда хорошее отношение. Он у меня самый лучший, у нас не было каких-то конфликтов из-за которых можно отказаться друг от друга. Он мне помогал чем мог. Так как ему только 21 год, то я не просила материальную помощь. Я считаю, что он ещё должен сам развиваться. Если мне нужна помощь, то я в любое время могу обратить к нему, и он поможет. Он всегда следил за младшими. Ждал их после школы, чтобы они шли одни домой. Учился, конечно, скажем, не на пятёреки. Но достаточно хорошо. Поступать куда-то не хотел, но всегда хотел стать актером. А как ты сдашь экзамен? И он сдал на пять русский язык. Увлечения — спорт, рэп. У него много треков. Самый известный вы знаете. Спорт тоже успешно — первое, второе и третье место. На работе в коллективе отношения хорошие — вовремя оплачивал работу как прораб. Отношения с мамой хорошие. Они друг-друга понимают. Мы были маленькими, когда родители развелись. Так получилось, что мы остались с отцом. С ним у него уважительные отношения».
Она старшая сестра в семье, но Самариддин — её старший брат.
«У нас большая семья. Я самая старшая. Мы всегда были вместе до окончания школы. Потом я окончила школу, приехала в Москву поступать. Он тоже приехал. В семье у нас всегда хорошее отношение. Он у меня самый лучший, у нас не было каких-то конфликтов из-за которых можно отказаться друг от друга. Он мне помогал чем мог. Так как ему только 21 год, то я не просила материальную помощь. Я считаю, что он ещё должен сам развиваться. Если мне нужна помощь, то я в любое время могу обратить к нему, и он поможет. Он всегда следил за младшими. Ждал их после школы, чтобы они шли одни домой. Учился, конечно, скажем, не на пятёреки. Но достаточно хорошо. Поступать куда-то не хотел, но всегда хотел стать актером. А как ты сдашь экзамен? И он сдал на пять русский язык. Увлечения — спорт, рэп. У него много треков. Самый известный вы знаете. Спорт тоже успешно — первое, второе и третье место. На работе в коллективе отношения хорошие — вовремя оплачивал работу как прораб. Отношения с мамой хорошие. Они друг-друга понимают. Мы были маленькими, когда родители развелись. Так получилось, что мы остались с отцом. С ним у него уважительные отношения».
Защита просит приобщить в качестве характеризующего материала кассовые чеки о том, что Самариддин Раджабов перечислил денежную компенсацию морального вреда потерпевшим, а также сделал взнос в благотворительную организацию.
Потерпевшие говорят, что первый раз об этом слышат. Адвокат Сергей Бадамшин говорит, что они могут получить компенсации на почте.
Потерпевшие говорят, что первый раз об этом слышат. Адвокат Сергей Бадамшин говорит, что они могут получить компенсации на почте.
Судья по делу Самариддина Раджабова интересуется у потерпевших, требовали ли они возмещение вреда и нуждаются ли в таковом. Потерпевший Внуков говорит, что не требовал и не нуждается. Комбаров с ним солидарен. Линник заявляет, что с ним ситуация аналогичная, претензий материального характера он не имеет.
Суд объявляет перерыв 45 минут.
Суд объявляет перерыв 45 минут.