Адвокат Егора Жукова Мурад Мусаев продолжает свое выступление на судебных прениях.
<...>
«Слишком много неправды сказано на этом процессе о Егоре, о его словах и действиях, и каждая такая неправда нуждается в опровержении. Егор Жуков не совершал преступления. Мы разберем обвинительное заключение, так сказать, на запчасти и докажем, что никакого экстремизма в словах Жукова нет», — говорит Мусаев. «Чтобы доказать невиновность Егора, я обращусь к эксперту, причем, страшно сказать, к эксперту Коршикову. Эксперт ФСБ в своей экспертизе говорит, что понятие "политической нетерпимости" равно понятию "политической ненависти". Он утверждает, что Жуков испытывает к политическим оппонентам вражду и "политическое невосприятие". Чтобы расставить все точки над i, мы спросили у Жукова, испытывает ли он ненависть к своим политическим оппонентам. Отвечая на вопрос, он подчеркнул, что оценивает деятельность некоторых лиц негативно, но никого из них не ненавидит. Слова "ублюдочный" и "мрази" были использованы Жуковым в одном из роликов. Но я предлагаю снова обратиться к словарю Ожегова и Ушакова. По Ожегову, "ублюдочный" означает "неприятный", а "мрази" — "те люди, к кому испытывают раздражение". Кроме того, Егор подобным образом обращался и к тем, к кому испытывает "приязнь" — симпатию — к своим соратникам. Это не значит, что он их ненавидит, это лишь форма подачи — способ обратить на себя внимание».
<...>
«Слишком много неправды сказано на этом процессе о Егоре, о его словах и действиях, и каждая такая неправда нуждается в опровержении. Егор Жуков не совершал преступления. Мы разберем обвинительное заключение, так сказать, на запчасти и докажем, что никакого экстремизма в словах Жукова нет», — говорит Мусаев. «Чтобы доказать невиновность Егора, я обращусь к эксперту, причем, страшно сказать, к эксперту Коршикову. Эксперт ФСБ в своей экспертизе говорит, что понятие "политической нетерпимости" равно понятию "политической ненависти". Он утверждает, что Жуков испытывает к политическим оппонентам вражду и "политическое невосприятие". Чтобы расставить все точки над i, мы спросили у Жукова, испытывает ли он ненависть к своим политическим оппонентам. Отвечая на вопрос, он подчеркнул, что оценивает деятельность некоторых лиц негативно, но никого из них не ненавидит. Слова "ублюдочный" и "мрази" были использованы Жуковым в одном из роликов. Но я предлагаю снова обратиться к словарю Ожегова и Ушакова. По Ожегову, "ублюдочный" означает "неприятный", а "мрази" — "те люди, к кому испытывают раздражение". Кроме того, Егор подобным образом обращался и к тем, к кому испытывает "приязнь" — симпатию — к своим соратникам. Это не значит, что он их ненавидит, это лишь форма подачи — способ обратить на себя внимание».
Адвокат Александра Мыльникова Марина Гапченко:
«В момент инцидента, происходил ли вокруг вас митинг, шествие или другая акция?»
Кудрачева:
«Ничего из этого».
Адвокат Гапченко:
«Вы видели, как вели себя подсудимые?»
Кудрачева:
«Они пытались помочь освободить Бориса, потому что его били».
Адвокат Гапченко:
«Вы видели какие-то отличительные нашивки, которые свидетельствовали о звании сотрудников?»
Кудрачева:
«Нет таких не было».
Адвокат Гапченко:
«Вы воспринимали ситуацию, как угрожающую жизни и здоровью Бориса?»
Кудрачева:
«Да, конечно»
«В момент инцидента, происходил ли вокруг вас митинг, шествие или другая акция?»
Кудрачева:
«Ничего из этого».
Адвокат Гапченко:
«Вы видели, как вели себя подсудимые?»
Кудрачева:
«Они пытались помочь освободить Бориса, потому что его били».
Адвокат Гапченко:
«Вы видели какие-то отличительные нашивки, которые свидетельствовали о звании сотрудников?»
Кудрачева:
«Нет таких не было».
Адвокат Гапченко:
«Вы воспринимали ситуацию, как угрожающую жизни и здоровью Бориса?»
Кудрачева:
«Да, конечно»
Адвокат Егора Жукова Мурад Мусаев: «Обыватель может подумать, что адвокат слишком цепляется к словам. Но все мы понимаем, что дело в таком виде не должно было вообще дойти до суда. Его вообще не должно было быть. Егор не только не желал, но и не осознавал и не предвидел общественной опасности своих выступлений. Наоборот, он старался достигнуть общественного блага».
Суд по делу Владимира Емельянова отказывает в удовлетворении ходатайства защиты о проверке действий сотрудников правоохранительных органов во время акции. Адвокат Светлана Байтурина отмечает, что росгвардейцы избили Владимира в ходе акции, но при этом он является обвиняемым, а представители правоохранительных органов, жестко задерживающие и избивавшие участвовавших в мирной акции, не только не были привлечены к отвественности, но сами стали потерпевшими.
Прокурор заявляет, что сотрудники правоохранительных органов не превышали свои полномочия. Суд отказывает в удовлетворении ходатайства.
«Перегрелись они там все», — комментируют слушатели. В зале судебного заседания действительно очень жарко — сломалась система кондиционирования, судья продолжает использовать документы по делу в качестве веера.
Прокурор заявляет, что сотрудники правоохранительных органов не превышали свои полномочия. Суд отказывает в удовлетворении ходатайства.
«Перегрелись они там все», — комментируют слушатели. В зале судебного заседания действительно очень жарко — сломалась система кондиционирования, судья продолжает использовать документы по делу в качестве веера.
Адвокат Мурад Мусаев цитирует видеоблог Егора Жукова: «Мирный протест на 104% эффективнее насильственного. Власть можно поменять только мирным путем».
Мусаев подчеркивает, что Егор Жуков всегда делал акцент на ненасилии.
«Попытки доказать обратное — извращать правду», — заявляет Мусаев.
Мусаев подчеркивает, что Егор Жуков всегда делал акцент на ненасилии.
«Попытки доказать обратное — извращать правду», — заявляет Мусаев.
Адвокат Мыльникова Татьяна Тятова ходатайствует о просмотре фотографий, на которых зафиксированы побои Бориса Канторовича, с телефона Инги Кудрачевой.
Судья отклоняет ходатайство защиты.
Адвокат Тятова:
«Подзащитные пытались освободить Бориса от задержания?»
Кудрачева:
«Нет, они пытались остановить избиение».
Судья отклоняет ходатайство защиты.
Адвокат Тятова:
«Подзащитные пытались освободить Бориса от задержания?»
Кудрачева:
«Нет, они пытались остановить избиение».
Судья Шанина по делу Владимира Емельянова объявляет перерыв для рассмотрения ходатайств защиты. Перерыв продлится около часа.
Прокурор по делу Егора Лесных, Максима Мартинцова и Александра Мыльникова:
«Вы сказали, что сотрудники врезались в Бориса. Как это произошло?»
Кудрачева:
«Нас стояло около двадцати человек. И сотрудники просто врезались в толпу, они не попытались нас обойти».
Прокурор:
«А почему вы не отошли?»
Кудрачева:
«Я не посчитала нужным. Я стою на своём месте. Что я должна была сделать, телепортироваться?»
Прокурор:
«Что вы делали там? Вы участвовали в митинге?»
Адвокаты просят снять вопрос и напоминают Инге о 51 статье Конституции.
Кудрачева:
«Я хотела выразить поддержку кандидатам, недопущенным на выборы в Мосгордуму, потому что у меня обостренное чувство справедливости».
Судья:
«А какие это именно кандидаты?»
Кудрачева:
«Вы хотите, чтобы я их всех перечислила? Александр Соловьев, Юлия Галямина, Илья Яшин, Любовь Соболь. Достаточно?»
«Вы сказали, что сотрудники врезались в Бориса. Как это произошло?»
Кудрачева:
«Нас стояло около двадцати человек. И сотрудники просто врезались в толпу, они не попытались нас обойти».
Прокурор:
«А почему вы не отошли?»
Кудрачева:
«Я не посчитала нужным. Я стою на своём месте. Что я должна была сделать, телепортироваться?»
Прокурор:
«Что вы делали там? Вы участвовали в митинге?»
Адвокаты просят снять вопрос и напоминают Инге о 51 статье Конституции.
Кудрачева:
«Я хотела выразить поддержку кандидатам, недопущенным на выборы в Мосгордуму, потому что у меня обостренное чувство справедливости».
Судья:
«А какие это именно кандидаты?»
Кудрачева:
«Вы хотите, чтобы я их всех перечислила? Александр Соловьев, Юлия Галямина, Илья Яшин, Любовь Соболь. Достаточно?»
Адвокат Егора Жукова Мурад Мусаев продолжает выступление.
«Можно ли возбуждать уголовное дело против министра, который заявляет о необходимости "жестко бороться с коррупцией"? Конечно, нет. Нельзя строить обвинение на предположениях. Нельзя обвинять человека в том, о чем тот, возможно, мог бы подумать. Нельзя выносить ему обвинительный приговор».
«Можно ли возбуждать уголовное дело против министра, который заявляет о необходимости "жестко бороться с коррупцией"? Конечно, нет. Нельзя строить обвинение на предположениях. Нельзя обвинять человека в том, о чем тот, возможно, мог бы подумать. Нельзя выносить ему обвинительный приговор».
После перерыва продолжилось слушание в отношении Павла Новикова.
Защитник Молоканова просит начать с допроса подсудимого. Павел желает дать показания. На вопрос судьи, признаёт ли он вину в совершении преступления, отвечает утвердительно.
«У меня произошла вспышка гнева. Амбивалентное состояние это называется. В состоянии аффекта я забежал в толпу, в самый эпицентр ее» — описывает свою мотивацию Новиков.
Далее он объясняет, почему у него возник гнев в отношении полицейского:
«Я сам не могу вспомнить, попал или не попал. Второй удар наотмашь, попал в область лучевой кости, запястья... Я понимаю тщетностью своих попыток. Я никогда не бывал на футбольных матчах. Для меня это стало очень специфично и опасно».
На вопрос обвинителя отвечает, что негативно относится к содеянному и приносит извинения потерпевшему:
«Я приношу искренние извинения в связи с моим неадекватным поступком в отношении его здоровья».
Защитник Молоканова просит начать с допроса подсудимого. Павел желает дать показания. На вопрос судьи, признаёт ли он вину в совершении преступления, отвечает утвердительно.
«У меня произошла вспышка гнева. Амбивалентное состояние это называется. В состоянии аффекта я забежал в толпу, в самый эпицентр ее» — описывает свою мотивацию Новиков.
Далее он объясняет, почему у него возник гнев в отношении полицейского:
«Я сам не могу вспомнить, попал или не попал. Второй удар наотмашь, попал в область лучевой кости, запястья... Я понимаю тщетностью своих попыток. Я никогда не бывал на футбольных матчах. Для меня это стало очень специфично и опасно».
На вопрос обвинителя отвечает, что негативно относится к содеянному и приносит извинения потерпевшему:
«Я приношу искренние извинения в связи с моим неадекватным поступком в отношении его здоровья».
Государственный обвинитель полагает, что должно быть назначено наказание исключительно в виде лишения свободы и запрашивает Павлу Новикову три года колонии общего режима.
Защитник полагает, что наказание, запрошенное прокурором, чрезмерно суровое и чрезмерно строгое. Адвокат просит применить ст. 64 УК РФ, которую прокурор до этого назвала неприменимой в данном деле.
Защитник полагает, что наказание, запрошенное прокурором, чрезмерно суровое и чрезмерно строгое. Адвокат просит применить ст. 64 УК РФ, которую прокурор до этого назвала неприменимой в данном деле.
В последнем слове Павел Новиков рассказал историю наказания, которое он уже испытал, начиная с обыска и заканчивая нахождением под стражей.
«Я виню и осуждаю себя за то, что не смог совладать с собой».
«Я виню и осуждаю себя за то, что не смог совладать с собой».
Адвокат Егора Жукова Мурад Мусаев заканчивает свою речь на прениях.
«Ваша честь, это и есть главная юридическая проблема этого уголовного дела. Не могут следователь и прокурор обвинять Жукова в совершении преступления, поверив на слово одному только эксперту Коршикову. Наши процессуальные оппоненты отвернулись от правды. Егор Жуков не имел экстремистского мотива. Он не испытывал ненависти или вражды к конституционному строю или к представителям власти. Егор Жуков никогда никого не призывал к изменению конституционного строя. Егор — хороший парень: у него светлая голова и, надеюсь, светлое будущее. Только бы вы не позволили какому-то следователю реваншисту лишить его свободы. Добьемся ли мы, ваша честь, достижения социальной справедливости тем, что упрячем этого парня за решетку? Я полагаю, что это будет дикой несправедливостью. Убедительно прошу вас эту несправедливость не совершать, а Егора Жукова оправдать. У меня все, ваша честь».
В зале долго не смолкают бурные аплодисменты.
«Ваша честь, это и есть главная юридическая проблема этого уголовного дела. Не могут следователь и прокурор обвинять Жукова в совершении преступления, поверив на слово одному только эксперту Коршикову. Наши процессуальные оппоненты отвернулись от правды. Егор Жуков не имел экстремистского мотива. Он не испытывал ненависти или вражды к конституционному строю или к представителям власти. Егор Жуков никогда никого не призывал к изменению конституционного строя. Егор — хороший парень: у него светлая голова и, надеюсь, светлое будущее. Только бы вы не позволили какому-то следователю реваншисту лишить его свободы. Добьемся ли мы, ваша честь, достижения социальной справедливости тем, что упрячем этого парня за решетку? Я полагаю, что это будет дикой несправедливостью. Убедительно прошу вас эту несправедливость не совершать, а Егора Жукова оправдать. У меня все, ваша честь».
В зале долго не смолкают бурные аплодисменты.
⚡️ Заседание по делу Павла Новикова окончено. Приговор будет вынесен 6 декабря в 11:00
Прокурор по делу Егора Лесных, Максима Мартинцова и Александра Мыльникова:
«А как вы всё-таки попали на этот митинг, кто вас пригласил?»
Адвокаты просят снять вопрос, потому что он не относится к предмету доказывания.
Судья:
«Вы отказываетесь от ответа на вопрос?»
Кудрачева:
«Пешком пришла. Я все ещё не понимаю, как этот вопрос относится к делу.
Я узнала об этом в интернете, никто меня не приглашал».
Прокурор:
«Вы слышали объявления по громкоговорителю, что митинг не согласован?»
Кудрачева:
«Да, я слышала в других местах. Весь центр был оцеплен».
Прокурор:
«Вы только что сказали, что вышли в поддержку кандидатов. А в чем всё-таки выражалась ваша поддержка?»
Адвокат Тятова:
«Просим снять вопрос. Это откровенная провокация со стороны гособвинителя».
Судья:
«Вы будете отвечать на этот вопрос?»
Кудрачева:
«Мы сейчас говорим не про митинги, не про кандидатов. А про то, как моего молодого человека избивали сотрудники полиции. Я не буду отвечать на этот вопрос».
«А как вы всё-таки попали на этот митинг, кто вас пригласил?»
Адвокаты просят снять вопрос, потому что он не относится к предмету доказывания.
Судья:
«Вы отказываетесь от ответа на вопрос?»
Кудрачева:
«Пешком пришла. Я все ещё не понимаю, как этот вопрос относится к делу.
Я узнала об этом в интернете, никто меня не приглашал».
Прокурор:
«Вы слышали объявления по громкоговорителю, что митинг не согласован?»
Кудрачева:
«Да, я слышала в других местах. Весь центр был оцеплен».
Прокурор:
«Вы только что сказали, что вышли в поддержку кандидатов. А в чем всё-таки выражалась ваша поддержка?»
Адвокат Тятова:
«Просим снять вопрос. Это откровенная провокация со стороны гособвинителя».
Судья:
«Вы будете отвечать на этот вопрос?»
Кудрачева:
«Мы сейчас говорим не про митинги, не про кандидатов. А про то, как моего молодого человека избивали сотрудники полиции. Я не буду отвечать на этот вопрос».
На прениях выступает адвокат Егора Жукова Леонид Соловьев.
Он описывает хронологию дела Жукова с неформальной точки зрения.
«Абсурд ситуации заключается в том, что Егору ужесточили обвинение, а меру пресечения поменяли на более мягкую», — заявляет Соловьев.
Он описывает хронологию дела Жукова с неформальной точки зрения.
«Абсурд ситуации заключается в том, что Егору ужесточили обвинение, а меру пресечения поменяли на более мягкую», — заявляет Соловьев.
Прокурор по делу Егора Лесных, Максима Мартинцова и Александра Мыльникова:
«Вы видели, чтобы сотрудников кто-то толкал, и они падали? Вы видели, как их хватали за форму?»
Кудрачева:
«Нет, не видела».
Прокурор:
«А вы видели автозаки рядом?»
Кудрачева:
«Когда Бориса начали бить, автозаков не было. Когда Бориса уже уводили, автозаки находились примерно в десяти метрах».
«Вы видели, чтобы сотрудников кто-то толкал, и они падали? Вы видели, как их хватали за форму?»
Кудрачева:
«Нет, не видела».
Прокурор:
«А вы видели автозаки рядом?»
Кудрачева:
«Когда Бориса начали бить, автозаков не было. Когда Бориса уже уводили, автозаки находились примерно в десяти метрах».
Адвокат Егора Жукова Леонид Соловьев продолжает выступление на прениях.
«Егор Жуков — не экстремист. От следователей требовалось доказать обратное. Им это не удалось», — заявляет Соловьев.
Защита считает, что следствие не проводило собственного расследования. Соответственно, по мнению защиты, уголовное преследование Егора Жукова следует признать незаконным.
Далее Соловьев говорит о показаниях эксперта ФСБ Коршикова. Он замечает, что эксперт какой-либо научной степени иметь не может, потому что его утверждения об экстремизме в роликах Егора Жукова противоречат науке.
«Егор Жуков — не экстремист. От следователей требовалось доказать обратное. Им это не удалось», — заявляет Соловьев.
Защита считает, что следствие не проводило собственного расследования. Соответственно, по мнению защиты, уголовное преследование Егора Жукова следует признать незаконным.
Далее Соловьев говорит о показаниях эксперта ФСБ Коршикова. Он замечает, что эксперт какой-либо научной степени иметь не может, потому что его утверждения об экстремизме в роликах Егора Жукова противоречат науке.
Адвокат Максима Мартинцова Василий Очерет:
«Вы говорили, что где-то всё-таки просили разойтись по громкоговорителю».
Кудрачева:
«Да, объявления были только на Тверской. Но часть людей просто не выпускали, потому что они находились в оцеплении. Часть не уходили сами».
Адвокат Очерет:
«То есть вас просили разойтись и одновременно не выпускали из оцепления? Были ли люди, которые пришли не на митинг, случайные прохожие?»
Кудрачева:
«Да, были люди с детьми. И их тоже взяли в оцепление. В какой-то момент я хотела уйти, но у меня просто не было возможности».
Адвокат Очерет:
«А были ли возмущённые граждане? Кто-то преграждал им путь?»
Кудрачева:
«Нет».
«Вы говорили, что где-то всё-таки просили разойтись по громкоговорителю».
Кудрачева:
«Да, объявления были только на Тверской. Но часть людей просто не выпускали, потому что они находились в оцеплении. Часть не уходили сами».
Адвокат Очерет:
«То есть вас просили разойтись и одновременно не выпускали из оцепления? Были ли люди, которые пришли не на митинг, случайные прохожие?»
Кудрачева:
«Да, были люди с детьми. И их тоже взяли в оцепление. В какой-то момент я хотела уйти, но у меня просто не было возможности».
Адвокат Очерет:
«А были ли возмущённые граждане? Кто-то преграждал им путь?»
Кудрачева:
«Нет».
Прения на заседании по делу Егора Жукова продолжаются. Адвокат Леонид Соловьев заканчивает выступление.
«Фраза Егора "делайте все на что способны" проанализирована Коршиковым в отрыве от контекста ситуации. Эксперт нигде не утверждает, что его выводы являются окончательными и беспрекословными -- здесь допустимы вольные форумлировки», — заявляет Соловьев. — «Я прошу заметить, что Жуков занимается цитированием Джина Шарпа и дает собственную оценку приведенным тезисам. Обращаю также внимание суда на то обстоятельство, что ни один из приведенных методов ненасильственного протеста из книги Джина Шарпа, к слову совершенно легальной книги, не подпадает под антиэкстремистское законодательство РФ. Я прошу вас, ваша честь, оправдать Жукова Егора Сергеевича — моего подзащитного и друга».
«Фраза Егора "делайте все на что способны" проанализирована Коршиковым в отрыве от контекста ситуации. Эксперт нигде не утверждает, что его выводы являются окончательными и беспрекословными -- здесь допустимы вольные форумлировки», — заявляет Соловьев. — «Я прошу заметить, что Жуков занимается цитированием Джина Шарпа и дает собственную оценку приведенным тезисам. Обращаю также внимание суда на то обстоятельство, что ни один из приведенных методов ненасильственного протеста из книги Джина Шарпа, к слову совершенно легальной книги, не подпадает под антиэкстремистское законодательство РФ. Я прошу вас, ваша честь, оправдать Жукова Егора Сергеевича — моего подзащитного и друга».
Адвокат Александра Мыльникова Марина Гапченко:
«Перед столкновением имели ли возможность сотрудники Росгвардии обойти вас?».
Кудрачева:
«Да, они могли, конечно».
Адвокат Татьяна Тятова ходатайствует о повторном просмотре видеозаписей, чтобы суд мог убедиться, что показания свидетельницы Кудрачевой достоверны.
Прокурор против и судья Аккуратова, конечно, отказывается просмотреть видеозапись ещё раз.
«Перед столкновением имели ли возможность сотрудники Росгвардии обойти вас?».
Кудрачева:
«Да, они могли, конечно».
Адвокат Татьяна Тятова ходатайствует о повторном просмотре видеозаписей, чтобы суд мог убедиться, что показания свидетельницы Кудрачевой достоверны.
Прокурор против и судья Аккуратова, конечно, отказывается просмотреть видеозапись ещё раз.