Допрашивается свидетель стороны обвинения по делу Павла Новикова — полицейский Филиппов Дмитрий Александрович.

Судья задаёт вопрос:
— Вам знакомо это лицо?
— Только на видеозаписи видел.

После вопросов прокурора следуют вопросы защитника Новикова:
— Я правильно вас понимаю, что вы не видели, что Широкому наносились удары?
— Не видел.
— Видеозапись вам кто предъявлял?
— Следователь.
— Вам известно кто ее производил?
— Неизвестно.
— Вы являетесь экспертом-криминалистом?
— Нет.

Судья уточнят, находился ли Филиппов рядом с потерпевшим 27 июля.

— Я видел, что рядом... но не помню...
— Что-что?
— Ну был рядом, да.

Сегодня в Мещанском районном суде продолжится рассмотрение дела Максима Мартинцова, Егора Лесных и Александра Мыльникова, обвиняемых в применении насилия против представителей власти группой лиц на акции 27 июля.

На фотографии в коридоре суда мама Максима Мартинцова, которая встречает свой день рождения в суде, где рассматривается дело её сына. Ранее мы публиковали открытые письма Галины Мартинцовой, в которых она делится своими переживаниями об отсутствии справедливости и честности при осуществлении правосудия.

Проект «Арестанты 212» поздравляет Галину с днём рождения и желает, чтобы справедливость восторжествовала и суд вернул её сыну свободу.

Не прекращайте поддерживать арестантов и их близких. Это наше общее дело.

Суд отказывает в удовлетворении ходатайства защиты Егора Жукова о назначении дополнительной лингвистической экспертизы.

Адвокат по делу Владимира Емельянова Светлана Байтурина комментирует допрос свидетелей. Она говорит, что на акции произошла цепная реакция — участники акции пытались защитить друг друга. «Мой подзащитный вмешался в данный инцидент и был избит из-за того, что пытался остановить избиение другого человека».
Она ходатайствует о доставлении в суд Андрея Баршая — другого фигуранта «дела 212», так как он также был свидетелем и участником этих событий.

Судья Шанина отказывает в удовлетворении ходатайства.

Суд зачитывает характеристику Егора Жукова от проректора НИУ ВШЭ Валерии Касамары. Характеристика исключительно положительная.

Судебное следствие по делу студента НИУ ВШЭ и блогера Егора Жукова окончено. Суд переходит к прениям.

Судья Сизинцева по делу Павла Новикова объявила 15-минутный перерыв, чтобы защита смогла подготовиться к представлению доказательств.

Выступают прокурор по делу Егора Жукова и его помощник.

По мнению гособвинения, вина Жукова полностью доказана. Показания Жукова подтвердили доказательства его вины: канал принадлежит ему, он записывал ролики сам.

Кроме прочего, по мнению обвинения, статуэтка в виде трех лягушек, голубая рубашка и гадсденовский флаг полностью подтверждают его вину.

Следующий свидетель защиты по делу Владимира Емельянова — Дмитрий Весютов. Он был одним из добровольцев, участвовавших в эксперименте по воспроизведению ситуации, за который судят Владимира Емельнова.
Он описывает ход эксперимента и подтверждает, что невозможно испытать боль от того, что кто-то тянет и дергает за бронежилет, так как он защищает от физического воздействия.

Его мнение подтверждает еще один участник эксперимента. Он говорит, что ощущения от того, что его тянули бронежилет, сравнимы с ощущениями от нахождения в общественном транспорте в час пик.

Выступает адвокат Егора Жукова Мурад Мусаев.

«Назначение повторной экспертизы по ходатайству стороны защиты обеспечило бы этому судебному процессу статус состязательного, а нам бы дал редкое в нашей жизни ощущение равноправия в судебном процессе. <...> Насколько я могу судить, ваша честь, процесс не был доказательным, следовательно, не был справедливым. Я убежден в том что вы, ваша честь, способны самостоятельно оценить высказывания Егора Жукова с точки зрения русского языка и российского права. <...> Позвольте мне выразить надежду, что вы вынесете правосудный, следовательно, оправдательный приговор».

В Мещанском районном суде продолжается рассмотрение по существу дела Егора Лесных, Максима Мартинцова и Александра Мыльникова.

Интересы арестантов представляют адвокат от «Общественного вердикта» Эльдар Гароз, адвокаты Михаил Игнатьев и Татьяна Тятова, сотрудничающие с «ОВД-Инфо», а также Василий Очерет и Марина Гапченко.

Свидетель по делу Владимира Емельянова, экс-фигурант «дела 212» Валерий Костенок рассказывает об эпизоде, ставшем основанием для уголовного дела. Он говорит, что проезжая часть не была перекрыта, все люди находились на тротуаре. Сотрудники Росгвардии не представлялись, не говорили причины задержания, задерживали и избивали граждан.

«Стояла большая толпа, ни влево, ни вправо не двигалась. Мне неизвестны причины, по которым они так жестко проводили задержания. Могу предположить, что у них была установка, приказ задерживать людей».

Адвокат Светлана Байтурина спрашивает, какое эмоциональное состояние было у него в этот момент.

«Я был в шоке. Я такого никогда не видел — чтобы на улице так жестко избивали людей, и абсолютно незнакомые между собой люди простили остановиться, пытались как-то помочь. Мне тоже хотелось помочь лежащему на земле человеку [Борису Канторовичу]».

Адвокат Егора Жукова Мурад Мусаев продолжает.

«Единственным доказательством, подтверждающим вину Егора Жукова, является экспертное заключение Коршикова и Осокиной. Но даже Коршиков не указал в своем труде, что Егор Жуков когда-либо призывал к изменению конституционного строя нашего отечества. Давайте разберемся, что такое "основы конституционного строя". В России основы конституционного строя изложены в первой главе Конституции. Мы могли бы считать, что Егор виновен в том, что говорят обвинители, если бы он призвал поменять конституцию, если бы он говорил, что Россия должна перестать светским государством <...> Из содержания выступлений Егора Жукова следует, что его полностью устраивает нынешний конституционный строй. Он выражал недовольство высшими лицами государства, которых именуют "режимом". Он говорил, что надо менять власть, а не конституционный строй. Где в своем заключении господин Коршиков, при всей его предвзятости, сказал, что Жуков призывал к изменению конституционного строя?»

Адвокат Егора Лесных Эльдар Гароз ходатайствует о допросе Инги Кудрачевой в качестве свидетеля. Она была непосредственным участником событий, произошедших 27 июля на углу улицы Рождественка и Театрального проезда.

Кудрачева:
«В 18 часов я стала участником событий с применением насилия со стороны полиции. Все началось с того, что два полицейских жестко конвоировали человека и врезались в толпу. Далее я отвернулась и буквально через секунду увидела, что мой молодой человек, Борис Канторович, лежит на земле, и сотрудники полиции его избивают. Людей били и руками, и дубинками. По спине, по лицу, по рукам. Я не слышала, чтобы кто-то предупреждал о применении силы. Автозаков рядом не было. Позже Борис рассказал мне, что все произошло молниеносно. Он оказался лежащим на земле, и его продолжали бить, несмотря на то, что он просил прекратить.
Потом его положили в Боткинскую больницу. У него на теле были множественные гематомы. Он обращался в суд для разбирательства, но его перенаправили в Росгвардию к Золотову, и после этого дело застопорилось».

Адвокат Максима Мартинцова Василий Очерет:
«В связи с чем полиция начала избивать людей?»

Кудрачева:
«Когда сотрудники полиции врезались в толпу, то Борис коснулся задержанного и сразу его начали избивать».

Адвокат Очерет:
«Били ли его по голове?»

Кудрачева:
«Да, прицельно по голове. У омоновца даже сломалась дубинка».

Адвокат Очерет:
«А он остановил избиение после этого?»

Кудрачева:
«Нет, сотрудник продолжил избивать людей. Борис лежал согнувшись пополам, он не оказывал сопротивления и просто кричал от боли. В какой-то момент я попыталась помочь ему встать, но потом мы снова оказались на земле, нас продолжали удерживать, пока Бориса не увели в автозак. Автозак подъехал уже позже».

Адвокат Очерет:
«Просил ли он оказать ему медицинскую помощь?»

Кудрачева:
«Да, он написал из автозака, что просил оказать ему медицинскую помощь. У него была даже кратковременная потеря сознания в момент избиения».

Адвокат Очерет:
«Так когда он всё-таки получил медпомощь?»

Кудрачева:
«Примерно через час. Он вызвал её сам, потому что полиция отказалась это делать. Скорая помощь сообщила, что ему срочно требуется госпитализация. Но сначала сотрудники полиции потребовали от Бориса написать объяснение, иначе они отказывались его отпускать».

Адвокат Егора Жукова Мурад Мусаев продолжает свое выступление на судебных прениях.

<...>

«Слишком много неправды сказано на этом процессе о Егоре, о его словах и действиях, и каждая такая неправда нуждается в опровержении. Егор Жуков не совершал преступления. Мы разберем обвинительное заключение, так сказать, на запчасти и докажем, что никакого экстремизма в словах Жукова нет», — говорит Мусаев. «Чтобы доказать невиновность Егора, я обращусь к эксперту, причем, страшно сказать, к эксперту Коршикову. Эксперт ФСБ в своей экспертизе говорит, что понятие "политической нетерпимости" равно понятию "политической ненависти". Он утверждает, что Жуков испытывает к политическим оппонентам вражду и "политическое невосприятие". Чтобы расставить все точки над i, мы спросили у Жукова, испытывает ли он ненависть к своим политическим оппонентам. Отвечая на вопрос, он подчеркнул, что оценивает деятельность некоторых лиц негативно, но никого из них не ненавидит. Слова "ублюдочный" и "мрази" были использованы Жуковым в одном из роликов. Но я предлагаю снова обратиться к словарю Ожегова и Ушакова. По Ожегову, "ублюдочный" означает "неприятный", а "мрази" — "те люди, к кому испытывают раздражение". Кроме того, Егор подобным образом обращался и к тем, к кому испытывает "приязнь" — симпатию — к своим соратникам. Это не значит, что он их ненавидит, это лишь форма подачи — способ обратить на себя внимание».

Адвокат Александра Мыльникова Марина Гапченко:
«В момент инцидента, происходил ли вокруг вас митинг, шествие или другая акция?»

Кудрачева:
«Ничего из этого».

Адвокат Гапченко:
«Вы видели, как вели себя подсудимые?»

Кудрачева:
«Они пытались помочь освободить Бориса, потому что его били».

Адвокат Гапченко:
«Вы видели какие-то отличительные нашивки, которые свидетельствовали о звании сотрудников?»

Кудрачева:
«Нет таких не было».

Адвокат Гапченко:
«Вы воспринимали ситуацию, как угрожающую жизни и здоровью Бориса?»

Кудрачева:
«Да, конечно»

Адвокат Егора Жукова Мурад Мусаев: «Обыватель может подумать, что адвокат слишком цепляется к словам. Но все мы понимаем, что дело в таком виде не должно было вообще дойти до суда. Его вообще не должно было быть. Егор не только не желал, но и не осознавал и не предвидел общественной опасности своих выступлений. Наоборот, он старался достигнуть общественного блага».

Суд по делу Владимира Емельянова отказывает в удовлетворении ходатайства защиты о проверке действий сотрудников правоохранительных органов во время акции. Адвокат Светлана Байтурина отмечает, что росгвардейцы избили Владимира в ходе акции, но при этом он является обвиняемым, а представители правоохранительных органов, жестко задерживающие и избивавшие участвовавших в мирной акции, не только не были привлечены к отвественности, но сами стали потерпевшими.

Прокурор заявляет, что сотрудники правоохранительных органов не превышали свои полномочия. Суд отказывает в удовлетворении ходатайства.

«Перегрелись они там все», — комментируют слушатели. В зале судебного заседания действительно очень жарко — сломалась система кондиционирования, судья продолжает использовать документы по делу в качестве веера.

Адвокат Мурад Мусаев цитирует видеоблог Егора Жукова: «Мирный протест на 104% эффективнее насильственного. Власть можно поменять только мирным путем».

Мусаев подчеркивает, что Егор Жуков всегда делал акцент на ненасилии.

«Попытки доказать обратное — извращать правду», — заявляет Мусаев.