Затем из ответов Александра Коршикова становится ясно, что он смотрел также ролик Егора Жукова «Цветы для полиции», а также «то ли посадят Навального, то ли не посадят что-то в таком духе».

— С какой целью вы знакомились с роликами, которые не представлены на экспертизу?
— Все зависит от меня, я могу самостоятельно поставить вопрос, если считаю это правильным.
Коршиков говорит, что в других роликах не обнаружил признаков экстремизма.

Илья Новиков говорит ему: «Нас очень интересует ваша подготовка, я вижу вы опытный человек».
— У вас есть высшее образование в области лингвистики?
— Нет. В государстве существует государственная система аттестации экспертов, аттестационная комиссия. Ваша оценка квалификации эксперта государство не интересует.
— Да, спасибо, за подробный ответ, но все-таки какова ваша подготовка?
— У меня есть дополнительное профобразование.
— Где и когда вы его получили?
— Я получил его 26 февраля 2016 года в секретной части.
— Ваша подготовка — секретный документ?
— Нет, я готов предоставить суду копии диплома. Я представлю судье оригинал и предоставлю заверенную копию.

— Вы поддерживаете связь с современной передовой лингвистикой?
— Поддерживаю.
— Как именно?
— А зачем вам это знать?
— Помимо тех методических изданий, что перечислены в экспертизе, вы читаете что-то?
— Я человек занятой, я читаю много литературы. Я в год подписываю по 300 тысяч заключений, меня тренируют так, как никого в этом государстве.

Илья Новиков по делу Егора Жукова перечисляет фамилии отечественный учёных-лингвистов — в том числе академиков РАН, а Александр Коршиков отвечает является ли дня него этот человек авторитетом. Чаще он говорит, что тот или иной учёный для него авторитет, однако, допускает неоднозначные формулировки и вообще в ходе процесса ведёт себя язвительно, на что адвокат Мурад Мусаев уже обращал внимание судьи.

Александр Коршиков объясняет как проводит лингвистическую экспертизу:
«Я беру Уголовный кодекс, зачитываю формулировки и смотрю похоже или не похоже как лингвист».

— У вас есть юридическое образование? — спрашивает Новиков.
— Нет.

Затем Илья Новиков зачитывает позицию Верховного суда, изложенную в Пленуме, в котором говорится, что эксперт не может давать юридическую квалификацию, давать правовую оценку.
— А что вы понимаете под юридической квалификацией? — интересуется Коршиков.
Новиков объясняет, что названия статей не всегда сопряжены с теми действиями, которые необходимы для состава преступления.

Александр Коршиков вновь повторяет, что взял Уголовный кодекс РФ и сравнил его с высказываниями Егора Жукова. Новиков зачитывает цитату Егора Жукова и спрашивает эксперта увидел ли он в ней призывы. Александр Коршиков отвечает, что не увидел. «Я не юрист», — подытоживает он.

Александр Коршиков заявляет, что из роликов наиболее существенный призыв Егора — хвататься за любые формы протеста, использовать любые формы протеста. Это как насильственные, так и ненасильственные формы протеста.

Коршиков ходатайствует перед судом о досмотре видеозаписей, которые он подобрал сам, чтобы разъяснить, что такое протест. Это не видеозаписи Егора Жукова.

«Смотрите, что у нас имеет место. Я ознакомился с двумя статьями, которые вышли по поводу протеста», — говорит Коршиков. Он цитирует одну из рецензий, подготовленных на его экспертизу академиками РАН. Её также публиковала «Новая газета».

Александр Коршиков говорит, что знание словаря — хорошо для подтверждения значения слова. Совершенно иная ситуация складывается, когда надо сделать отрицательные выводы, в этом смысле ограничиваться словарями недопустимо.

Он иллюстрирует это на слове «планшет», зачитывая то, как понимают это слово словари.

«Если вы сейчас, Илья Сергеевич, наберёте слово планшет, то у вас высветятся тысячи запросов в интернете с электронными устройствами. Дело в том, что словари зависят от того, когда составлялась словарная статья», — заявляет Коршиков. Корпусы русского языка Коршиков отрицает, а словари считает неактуальными.
Далее Коршиков говорит о протесте как о действии, носящем насильственный характер.

Он рассказывает, как посмотрел видеоролик BBC — «там такое месилово».
«Это слово [протест] приобрело полноценный смысл и является полноценным словом, а я могу показать как протест выглядит сейчас», — заявляет Коршиков.

⚡️Решением Мосгорсуда постановление Басманного районного суда об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Евгения Ерзунова оставлено без изменения, апелляционная жалоба — без удовлетворения.

Евгений Ерзунов остаётся под стражей до 11 января 2020 года.

Александр Коршиков заявляет, что показывал свои выводы следователям и все они поняли, что он имеет в виду.
«В современном политическом дискурсе протест делится на насильственный и ненасильственный. Это актуальное деление, которое имеется как в современном политическом дискурсе, так и в дискурсе Егора Жукова», — заявляет эксперт.

Егор Жуков кивает головой. Эксперт Коршиков делает ему замечание: «Не надо кивать головой, Егор Сергеевич».

Затем Александр Коршиков вновь начинает рассказывать, что такое современный протест, а также сетует на то, что по телевизору не показывают разный протест, предполагая что им это неинтересно.

Александр Коршиков на суде по делу Егора Жукова продолжает читать лекцию о том, что такое протест, приводя различные примеры.

Он создал свою систему координат «насилие — ненасилие», по которой проверяет «есть ли противоречие или нет».

Александр Коршиков приводит пример:
«"Отнять власть" — в данном случае отнять право распоряжаться судьбами людей. Я хочу сказать, что отнять — слово покруче. Если вы хотите сказать, что вы хотите отнять власть ненасильственным образом, то вам довольно долго придется объяснять как вы хотите её отнять. В системе координат "насилие — ненасилие" оно скорее относится к насилию».

Александр Коршиков безусловно уверен, что протест бывает насильственный и ненасильственный.

«Из этого текста вытекает конкретное действие?» — уточняет адвокат Илья Новиков у эксперта по делу Егора Жукова, пытаясь выяснить к чему всё-таки якобы призывал его доверитель.

«Здесь не требуются конкретные действия. Я говорю "идите убивайте всех", но я не говорю, как конкретно убивать. Тем не менее, это призыв к убийству. Когда вы обращаетесь к аудитории, то призываете к любым формам протеста как к насильственным, так и не к насильственным», — говорит Коршиков.

Илья Новиков по делу Егора Жукова интересуется, почему Александр Коршиков объединил четыре обращения из разных видеозаписей и рассматривал их как единый объект.

«Этот призыв как и всякий призыв является связным текстом», — заявляет Коршиков. Далее Коршиков на примерах объясняет, почему заявления Егора Жукова — это призывы. Сейчас у них с Ильёй Новиковым сложился диалог, в котором другие участники процесса не участвуют. Александр Коршиков продолжаёт настаивать, что Егор Жуков призывает к насильственным действиям, а его позиция — что все методы эффективны, их единственная цель — смена власти.

Адвокат «Правозащиты Открытки» Сергей Бадамшин в своем телеграм-канале замечает, что ранее Коршиков выступал в роли эксперта по делу Варвары Карауловой — бывшей студентки МГУ, осужденной за попытку присоединиться к Исламскому государству. Тогда Коршиков, по словам Бадамшина, не смог пояснить, какую функцию выполняют смайлики в переписке молодых людей.

После заседания по делу Евгения Ерзунова удалось поговорить с адвокатом Евгения Фёдором Сирошем. Он отметил, что у обвиняемого был запланирован отпуск до предъявления ему обвинения, однако следствие посчитало, что таким образом Евгений мог скрыться от органов предварительного следствия.

Напомним, ранее Ерзунов был задержан перед вылетом за границу из московского аэропорта Внуково. Вопреки распространямоей ранее некоторыми СМИ информации, он не пытался бежать или скрыться.

Адвокат Фёдор Сирош считает, что оснований для назначения исключительной меры пресечения нет, а в комментарии Ерзунова отсутствует реальная угроза. Он также надеется, что это дело не станет показательным и Ерзунову не дадут реальный срок.

Эксперт Александр Коршиков описывает свой метод работы: он читает статью Уголовного кодекса РФ и определяет есть ли признаки, сходство в высказываниях с содержанием статьи.

Именно так Коршиков решил, что приводя список методов ненасильственного сопротивления и указывая там препятствие работе учреждений, Егор Жуков призывает к воспрепятствованию работе избирательных комиссий, что попадает под признаки преступления, предусмотренного ст. 141 УК РФ. Таким образом, Коршиков делает вывод, что Егор Жуков призывает к незаконным действиям.

«Я просто нашёл единственную статью в уголовном кодексе, которая бы попадала бы под формулировку "препятствие работе учреждений"», — говорит Коршиков.

Далее Илья Новиков интересуется, почему Коршиков решил, что избирательная комиссия — это учреждение. Коршиков приводит ряд признаков, которые, по его мнению, характеризуют избирательную комиссию как учреждение.

В Мещанском районном суде начинается заседание по делу Егора Лесных, Максима Мартинцова и Александра Мыльникова, обвиняемых по ч. 1 ст. 318 УК РФ.
Защиту арестантов представляют адвокат от «Общественного вердикта» Эльдар Гароз, адвокаты от «ОВД-Инфо» Михаил Игнатьев, Марина Гапченко и Татьяна Тятова, а также адвокат Василий Очерет

Теперь допрос эксперта Александра Коршикова начинает адвокат Мурад Мусаев.
Он говорит, что хотел бы начать с мотива и цитирует экспертизу:
«В обращениях Жукова Е.С. отчетливо прослеживается мотив политической ненависти или вражды к действующей власти (в лингвистической экспертизе под мотивом политической ненависти или вражды понимается выраженное в текстах нетерпимое отношение к определенной группе лиц вследствие несогласия с ее политическими взглядами, деятельностью)».

— Полагаете ли вы, что нетерпимое отношение является полным синонимом, синонимичным понятием, ненависти? — спрашивает Мурад Мусаев.
— Уважаемый товарищ, существует лингвистическая методика, которая переводит термины в соответствие лингвистическим характеристикам, — отвечает Коршиков.
Судья заявляет, что «полное синонимичное понятие» — это весьма некорректный вопрос.
«Почему, Ваша честь?», — спрашивает Мусаев.
«Потому что», — отвечает судья.

Александр Коршиков заявляет, что «мотив ненависти и вражды» — это фразеологизм.

— Всякое нетерпимое отношение к власти является ненавистью? — спрашивает Мурад Мусаев.
— Я не могу ответить суду. Это требует анализа и подумать.
— Согласны ли вы с тем, что Жуков целенаправлено использует экспрессивную лексику?
— Использует.
— Является ли это стилем обращения?
— Стиль переменный, но все выглядит стройно.
— Вы как лингвист относите ли это его к несдержанности или считаете частью авторского замысла?

Судья снимает вопрос, поскольку она считает, что это вопрос для отдельной экспертизы.

«"Отнять" — это лишать права владения чем-либо? Можно ли слово "отнимать" понимать как право лишать чего лицо?» — спрашивает Мурад Мусаев на суде по делу Егора Жукова.

«Отвечая на вопрос, сказали, что если вы скажете "отнять власть ненасильственным путем, вам придется долго объяснять", поясните», — просит защитник.
«Отнять власть у действующего государства — это не простое дело. С ходу я не могу привести пример, при котором власть можно отнять ненасильственным путём», — заявляет Коршиков.

Александр Коршиков заявляет, что в видео Егора Жукова явно появилось внешнее постороннее влияние, резко изменилось качество подготовки материалов. «Я посмотрел все 24 ролика до и ни в одном ролике «до» про ненасилие нет, это появилось после», — говорит он. Поэтому все последующие ролики к анализируемым отношения не имеют.

— Скажите проще, Егора нашего завербовали? — спрашивает адвокат Илья Новиков эксперта ФСБ Александра Коршикова.
— Откуда ж я знаю, меня это не интересует. Это не относится к вопросам лингвистической экспертизы.

Судья говорит, что Егор Жуков учится в ВШЭ, развивается и растет.

Выступает адвокат Мурад Мусаев, обращаясь к эксперту Коршикову по делу Егора Жукова:

«Вы предложили нашему вниманию на листе формата А4 текст один, полагая его иллюстрацией.
Для полноты вопроса я вам процитирую: "А что же, собственно, нужно делать? О каких видах мирного сопротивления я говорю? Наиболее действенные способы ненасильственной борьбы я опишу в следующем ролике. А пока ты можешь посмотреть вот это видео <…> в котором представлены все, не только наиболее эффективные, а все существующие виды ненасильственной борьбы [обращение Егора Жукова из видео]".
Затем вы приводите собственный пример: "Мать говорит сыну, что для того, чтобы стать по-настоящему образованным человеком надо посещать разные виды культурных мероприятий. Но о каких видах культурных мероприятий я говорю? Об этом я расскажу позже, а пока можешь посмотреть афишу сеансов в ближайшем кинотеатре". А почему вы не предложили посмотреть все виды культурных мероприятий которые существуют в мире, в природе? И если среди этого перечня есть показ порнографического фильма, значит ли это то, что мать призывает сходить и посмотреть порнографическое видео?» — интересуется у Коршикова адвокат Мурад Мусаев.

Судья снимает вопрос и делает замечание адвокату Мураду Мусаев, заявляя, что он злоупотребляет.

Илья Новиков по делу Егора Жукова заявляет ходатайство о допросе специалистов — тех самых женщин, которым суд позволил войти в зал перед допросом эксперта Коршикова. Защита хотела бы, чтобы специалисты задали вопросы эксперту Коршикову.

Прокуроры возражают против удовлетворения ходатайства.
Адвокат Мурад Мусаев заявляет возражение такой позиции и аргументирует, почему это допустимо с точки зрения уголовно-процессуального законодательства.

Суд удовлетворяет ходатайство защиты.

Выступает первый специалист со стороны защиты по делу Егора Жукова — это Левинзон Анна Иосифовна, которая с отличием окончила МГУ им. Ломоносова, и является одним из авторов рецензии, подготовленной специалистами ВШЭ, текст которой публиковала «Новая Газета». Она преподаёт в ВШЭ, но ранее не участвовала в проведении подобных экспертиз.

Прокурор заявляет, что специалист не предоставил достаточных сведений, свидетельствующих о наличии специальных познаний в данной области, и просит допрос не проводить, а данное заявление рассматривать как отвод специалиста.

Прокурор по делу Лесных, Мартинцова и Мыльникова продолжает оглашать состав материалов дела. Он перечисляет рапорты, протоколы, экспертные заключения, фотографии и видеозаписи, которые легли в основу обвинения.

Среди изъятых у Лесных предметов прокурор перечисляет брошюру «Пособие активиста» от партии «Яблоко» и альманахи Moloko Plus