Новый срок и Арктика: что дальше?
Итак, тов. Путин вновь официально стал президентом нашей страны. Это – повод для некоторой рефлексии о том, какой у нас имеется расклад в Арктике и чего там можно ожидать в краткосрочной перспективе.
За почти четверть века, прошедших под знаком путинского президентства, Севера состоялись как нетто-донор ресурсов для пополнения бюджета и (к сожалению, лишь отчасти) для развития страны. При этом, за редкими исключениями, как и при Ельцине, в АЗРФ наблюдается отток населения и сохранение негативных тенденций в социальной и инфраструктурной сферах. Эти тенденции перестали быть обвальными, стали менее выраженными, но пока не развернулись в обратном направлении. Возможно, заявленная в инаугурационной речи установка на народосбережение как-то проявит себя в этой области.
В предыдущее десятилетие АЗРФ стала одной из приоритетных и очень хайповых тем. На Арктику была сделана крупная ставка в трех аспектах – газ, нефть, СМП. Если первые два должны были обеспечить рыночную нишу РФ на мировом углеводородном рынке и устойчивый источник валютных поступлений, то последний виделся как потенциально значимый маршрут с международной составляющей, имеющий не столько экономическую, сколько геостратегическую роль. На данный момент эта ставка сработала в части новатэковских газовых проектов и, в определенной степени, СМП. Полной реализации планов помешали не только внутренние факторы, но и большая международная политика, которой на данный момент и определяются наши арктические дела. При этом будущее газовых проектов РФ находится в подвешенном состоянии (США твердо намерены выбить этот козырь из наших рук), а санкции начали стимулировать чемоданные настроения у добычных арктических игроков.
В аспекте военной безопасности ситуация в Арктике характеризуется растущей конфронтационностью. Теперь в высоких широтах нашим глобальным соседом является НАТО. В смысле межгосударственной политики уравновесить этот блок объективно некем – можно долго спекулировать о «многополярности», но в Арктике она возможна только посредством втягивания в заполярные расклады новых игроков – прежде всего, конечно же, Китая, – то есть исключительно за наш счет. В ответ на новые вызовы мы теперь вынужденно ремилитаризируем пограничье и наращиваем силы на Севере, отвлекая ресурсы из других сфер.
В своей речи тов. Путин заявил о готовности к переговорам с Западом, в т.ч. по вопросам безопасности, стратегической стабильности. Но, цитата, не с позиции силы, без всякого высокомерия, чванства и собственной исключительности, а только на равных, уважая интересы друг друга. Даже оставляя за скобками всю сложность проблематики отношений между РФ и Западом, только глядя на Арктику, можно сказать, что это wishful thinking в чистом виде. Увы, текущая конфигурация запрограммирована на долгосрочный конфликт с очень высокими ставками. При этом Запад настолько дискредитировал себя несоблюдением любых предыдущих соглашений, что поиск новых представляется заведомо нерациональным выбором. Соответственно, новый сет договоренностей возможен только в новом статус-кво, который еще и близко не сформировался.
В этом свете не исключено, что в Арктике в недалеком будущем нас ожидает обострение, причем вероятность его будет тем выше, чем дальше продвинутся наши западные «партнеры» в области военных технологий и ледокольного строительства. Параллельно растут угрозы новых проявлений гибридной войны, направленной против Северного флота, арктической группировки, а также наших стратегических добычных, инфраструктурных и производственных мощностей в АЗРФ.
В целом, картина к началу нового срока старого-нового президента складывается непростая. Повторимся: в этой ситуации главное – это не терять из виду перспектив собственного развития и рассматривать любой кризис не только как вызов, но и как возможность. Надеемся, в центре разделяют этот подход.
#арктикабезопасность #стратегия
Итак, тов. Путин вновь официально стал президентом нашей страны. Это – повод для некоторой рефлексии о том, какой у нас имеется расклад в Арктике и чего там можно ожидать в краткосрочной перспективе.
За почти четверть века, прошедших под знаком путинского президентства, Севера состоялись как нетто-донор ресурсов для пополнения бюджета и (к сожалению, лишь отчасти) для развития страны. При этом, за редкими исключениями, как и при Ельцине, в АЗРФ наблюдается отток населения и сохранение негативных тенденций в социальной и инфраструктурной сферах. Эти тенденции перестали быть обвальными, стали менее выраженными, но пока не развернулись в обратном направлении. Возможно, заявленная в инаугурационной речи установка на народосбережение как-то проявит себя в этой области.
В предыдущее десятилетие АЗРФ стала одной из приоритетных и очень хайповых тем. На Арктику была сделана крупная ставка в трех аспектах – газ, нефть, СМП. Если первые два должны были обеспечить рыночную нишу РФ на мировом углеводородном рынке и устойчивый источник валютных поступлений, то последний виделся как потенциально значимый маршрут с международной составляющей, имеющий не столько экономическую, сколько геостратегическую роль. На данный момент эта ставка сработала в части новатэковских газовых проектов и, в определенной степени, СМП. Полной реализации планов помешали не только внутренние факторы, но и большая международная политика, которой на данный момент и определяются наши арктические дела. При этом будущее газовых проектов РФ находится в подвешенном состоянии (США твердо намерены выбить этот козырь из наших рук), а санкции начали стимулировать чемоданные настроения у добычных арктических игроков.
В аспекте военной безопасности ситуация в Арктике характеризуется растущей конфронтационностью. Теперь в высоких широтах нашим глобальным соседом является НАТО. В смысле межгосударственной политики уравновесить этот блок объективно некем – можно долго спекулировать о «многополярности», но в Арктике она возможна только посредством втягивания в заполярные расклады новых игроков – прежде всего, конечно же, Китая, – то есть исключительно за наш счет. В ответ на новые вызовы мы теперь вынужденно ремилитаризируем пограничье и наращиваем силы на Севере, отвлекая ресурсы из других сфер.
В своей речи тов. Путин заявил о готовности к переговорам с Западом, в т.ч. по вопросам безопасности, стратегической стабильности. Но, цитата, не с позиции силы, без всякого высокомерия, чванства и собственной исключительности, а только на равных, уважая интересы друг друга. Даже оставляя за скобками всю сложность проблематики отношений между РФ и Западом, только глядя на Арктику, можно сказать, что это wishful thinking в чистом виде. Увы, текущая конфигурация запрограммирована на долгосрочный конфликт с очень высокими ставками. При этом Запад настолько дискредитировал себя несоблюдением любых предыдущих соглашений, что поиск новых представляется заведомо нерациональным выбором. Соответственно, новый сет договоренностей возможен только в новом статус-кво, который еще и близко не сформировался.
В этом свете не исключено, что в Арктике в недалеком будущем нас ожидает обострение, причем вероятность его будет тем выше, чем дальше продвинутся наши западные «партнеры» в области военных технологий и ледокольного строительства. Параллельно растут угрозы новых проявлений гибридной войны, направленной против Северного флота, арктической группировки, а также наших стратегических добычных, инфраструктурных и производственных мощностей в АЗРФ.
В целом, картина к началу нового срока старого-нового президента складывается непростая. Повторимся: в этой ситуации главное – это не терять из виду перспектив собственного развития и рассматривать любой кризис не только как вызов, но и как возможность. Надеемся, в центре разделяют этот подход.
#арктикабезопасность #стратегия
Telegram
Капитан Арктика
Деньги мимо кассы
Тов. Сапоньков подсвечивает интересную проблему. Вопрос непраздный, особенно в разрезе Северов, ставших основным донором нефтегазодолларов. Прокомментировали бы это так.
Да, именно таковой и является схема «качай и вези», сформировавшаяся…
Тов. Сапоньков подсвечивает интересную проблему. Вопрос непраздный, особенно в разрезе Северов, ставших основным донором нефтегазодолларов. Прокомментировали бы это так.
Да, именно таковой и является схема «качай и вези», сформировавшаяся…
«Случайный перезапуск» OL3
У финнов в атомной отрасли не без приключений.
В понедельник на АЭС «Олкилуото-3» произошел отказ турбинного оборудования, из-за чего станции пришлось приостановить выработку электроэнергии. К ночи проблему удалось устранить, и работа энергоблока возобновилась. Но все равно это достаточно тревожный звонок для наших соседей.
«Олкилуото-3» (финны предпочитают писать ее название «формулой» – OL3) – станция с непростой судьбой, притом весьма симптоматичной для западноевропейского атомпрома.
По документам это третья по мощности АЭС мира (1,6 ГВт), оснащенная «суперсовременным и безопасным оборудованием». Вырабатывает порядка 30% всей электроэнергии страны, ее запуск позиционируется как «беспрецедентный вклад» в энергобезопасность и углеродную нейтральность Финляндии. На деле же это достаточно проблемный объект.
Строили ее французы, притом вышло это заметно дольше и дороже, чем планировалось. Шутка ли дело – шесть лет и три миллиарда евро трансформировались в восемнадцать (!) лет и двенадцать (!) миллиардов евро. В процессе были там и скандалы, и подозрения в нечистоплотности, короче, все как у людей. Теперь, стало быть, пошли эксплуатационные «нюансы». А ведь с запуска станции прошло едва больше года.
В этой связи хотелось бы озвучить такие соображения.
Первое. У данной АЭС имеются объективные сложности на конструктивном и аппаратном уровнях, которые будут «вылазить» и дальше. Финны – наши соседи, это проблема не только их страны, но и нашей. Необходимо держать эту тему в межгосударственном диалоге хотя бы на уровне риторики.
Второе. Заметьте при этом, что никаких воплей насчет финского «арктического Чернобыля» на Западе нет. «Потенциальный Чернобыль» – это ПАТЭС и реакторы для Баимки, смотрите, не перепутайте.
Третье. Для финнов хорошей альтернативой, конечно, стал бы «Ханхикиви-1». Но политика перечеркнула проект, притом, возможно, навсегда – Финляндия не только вступила в НАТО, но и активно примеряет на себя роль проводника антироссийского, атлантистского курса.
#соседи #Финляндия #экология #атом #арктикабезопасность
У финнов в атомной отрасли не без приключений.
В понедельник на АЭС «Олкилуото-3» произошел отказ турбинного оборудования, из-за чего станции пришлось приостановить выработку электроэнергии. К ночи проблему удалось устранить, и работа энергоблока возобновилась. Но все равно это достаточно тревожный звонок для наших соседей.
«Олкилуото-3» (финны предпочитают писать ее название «формулой» – OL3) – станция с непростой судьбой, притом весьма симптоматичной для западноевропейского атомпрома.
По документам это третья по мощности АЭС мира (1,6 ГВт), оснащенная «суперсовременным и безопасным оборудованием». Вырабатывает порядка 30% всей электроэнергии страны, ее запуск позиционируется как «беспрецедентный вклад» в энергобезопасность и углеродную нейтральность Финляндии. На деле же это достаточно проблемный объект.
Строили ее французы, притом вышло это заметно дольше и дороже, чем планировалось. Шутка ли дело – шесть лет и три миллиарда евро трансформировались в восемнадцать (!) лет и двенадцать (!) миллиардов евро. В процессе были там и скандалы, и подозрения в нечистоплотности, короче, все как у людей. Теперь, стало быть, пошли эксплуатационные «нюансы». А ведь с запуска станции прошло едва больше года.
В этой связи хотелось бы озвучить такие соображения.
Первое. У данной АЭС имеются объективные сложности на конструктивном и аппаратном уровнях, которые будут «вылазить» и дальше. Финны – наши соседи, это проблема не только их страны, но и нашей. Необходимо держать эту тему в межгосударственном диалоге хотя бы на уровне риторики.
Второе. Заметьте при этом, что никаких воплей насчет финского «арктического Чернобыля» на Западе нет. «Потенциальный Чернобыль» – это ПАТЭС и реакторы для Баимки, смотрите, не перепутайте.
Третье. Для финнов хорошей альтернативой, конечно, стал бы «Ханхикиви-1». Но политика перечеркнула проект, притом, возможно, навсегда – Финляндия не только вступила в НАТО, но и активно примеряет на себя роль проводника антироссийского, атлантистского курса.
#соседи #Финляндия #экология #атом #арктикабезопасность
Норвежцы изготовят «Леопарды»
Норвежцы будут собирать немецкие танки «Леопард-2» (в модификации 2A7NO) на своих мощностях. Такое соглашение было подписано сегодня в Осло между франко-германским холдингом KNDS и норвежской компанией Ritek.
Как явствует из документа, в Левангере, где расположен завод Ritek, будут собраны 34 из 52-х танков, заказанных норвежцами у немцев в прошлом году. Таким образом, только 17 машин из этого заказа будут изготовлены в ФРГ. Конкретная глубина локализации танка в Норвегии неясна, но в целом речь идет о крупноузловой сборке. Производство данной партии ОБТ должно завершиться к середине 2027 года.
Что даст размещение части заказа в Норвегии, в чем смысл такого шага?
Как это часто бывает на Западе, речь идет о пакетном решении. Во-первых, таким образом мощности и компетенции в области танкостроения не концентрируются, а распределяются по странам НАТО. А это – задел под дальнейшее восстановление ОПК и наращивание военных мускулов, курс на которое наметился в западных государствах и, в частности, в ЕС. А во-вторых, по исполнении контракта завод в Левангере станет центром по техобслуживанию данного типа ОБТ для всей – теперь уже поголовно натовской – Скандинавии.
Милитаризация Скандинавского полуострова продолжается. Некогда спокойный регион, даже в эпоху Холодной войны пользовавшийся особым статусом «территории мира и диалога», все заметнее дрейфует в сторону превращения в потенциальный ТВД. И заклинаниями наших первых лиц о ежесекундной «готовности к переговорам» и былых выгодах «сотрудничества, а не конфронтации» этот процесс не остановить. Требуются ответные решения практического свойства.
#арктикабезопасность #соседи #Норвегия
Норвежцы будут собирать немецкие танки «Леопард-2» (в модификации 2A7NO) на своих мощностях. Такое соглашение было подписано сегодня в Осло между франко-германским холдингом KNDS и норвежской компанией Ritek.
Как явствует из документа, в Левангере, где расположен завод Ritek, будут собраны 34 из 52-х танков, заказанных норвежцами у немцев в прошлом году. Таким образом, только 17 машин из этого заказа будут изготовлены в ФРГ. Конкретная глубина локализации танка в Норвегии неясна, но в целом речь идет о крупноузловой сборке. Производство данной партии ОБТ должно завершиться к середине 2027 года.
Что даст размещение части заказа в Норвегии, в чем смысл такого шага?
Как это часто бывает на Западе, речь идет о пакетном решении. Во-первых, таким образом мощности и компетенции в области танкостроения не концентрируются, а распределяются по странам НАТО. А это – задел под дальнейшее восстановление ОПК и наращивание военных мускулов, курс на которое наметился в западных государствах и, в частности, в ЕС. А во-вторых, по исполнении контракта завод в Левангере станет центром по техобслуживанию данного типа ОБТ для всей – теперь уже поголовно натовской – Скандинавии.
Милитаризация Скандинавского полуострова продолжается. Некогда спокойный регион, даже в эпоху Холодной войны пользовавшийся особым статусом «территории мира и диалога», все заметнее дрейфует в сторону превращения в потенциальный ТВД. И заклинаниями наших первых лиц о ежесекундной «готовности к переговорам» и былых выгодах «сотрудничества, а не конфронтации» этот процесс не остановить. Требуются ответные решения практического свойства.
#арктикабезопасность #соседи #Норвегия
Североморск-Гавана
Корабли российских ВМС находятся на Кубе.
В США не то чтобы истерика, но уж во всяком случае беспокойство. Все вынуждены как-то реагировать на заход российских кораблей в Карибское море: СМИ волнительно комментируют, говорящие головы делают заявления.Тов. Трамп заистерил и выдал тираду в том духе, что вот, мол, маразмирующий тов. Байден довел до того, что «русские атомные субмарины шныряют вокруг Кубы», и что при нем-де, при Трампе, такого не было и не будет (чем и подтвердил в очередной раз наш старый тезис).
Каковы цели визита кораблей в регион – пусть гадают наши бывшие «друзья и партнеры». Как бы то ни было, этот «вояж» уже доставил им определенные хлопоты, в очередной раз показав, что они не вполне неуязвимы на своем далеком континенте, и что у них тоже есть слабые места, в том числе и символьно-психологического плана.
Отметим важную деталь – операцию провернул Северный флот, обеспечивающий безопасность нашей Арктики и по праву считающийся самым современным и боеготовым у нас. В отличие от изолированного Черноморского и почти изолированного Балтийского флотов, именно Северный и Тихоокеанский флоты сейчас способны хоть как-то выполнять задания в дальней морской зоне. Будем надеяться, что эта их способность будет только расти.
Североморцам – удачи.
#арктикабезопасность
Корабли российских ВМС находятся на Кубе.
В США не то чтобы истерика, но уж во всяком случае беспокойство. Все вынуждены как-то реагировать на заход российских кораблей в Карибское море: СМИ волнительно комментируют, говорящие головы делают заявления.
Каковы цели визита кораблей в регион – пусть гадают наши бывшие «друзья и партнеры». Как бы то ни было, этот «вояж» уже доставил им определенные хлопоты, в очередной раз показав, что они не вполне неуязвимы на своем далеком континенте, и что у них тоже есть слабые места, в том числе и символьно-психологического плана.
Отметим важную деталь – операцию провернул Северный флот, обеспечивающий безопасность нашей Арктики и по праву считающийся самым современным и боеготовым у нас. В отличие от изолированного Черноморского и почти изолированного Балтийского флотов, именно Северный и Тихоокеанский флоты сейчас способны хоть как-то выполнять задания в дальней морской зоне. Будем надеяться, что эта их способность будет только расти.
Североморцам – удачи.
#арктикабезопасность
Telegram
Капитан Арктика
Давайте договариваться! О чем?
В свежем интервью тов. Путина залетному Карлсону мы имели возможность ознакомиться с ключевыми смысловыми посылами нашего Центра, ориентированными на Запад и, главное, США в случае победы г-на Трампа. «Наше дело правое, враг…
В свежем интервью тов. Путина залетному Карлсону мы имели возможность ознакомиться с ключевыми смысловыми посылами нашего Центра, ориентированными на Запад и, главное, США в случае победы г-на Трампа. «Наше дело правое, враг…
Скандинавия: атомные планы
Наши скандинавские соседи все пристальнее присматриваются к «мирному атому».
В прошлую пятницу норвежское правительство создало комиссию, которая займется оценкой целесообразности развития ядерной энергетики в стране. К делу решили подойти основательно, без спешки: доклад с выводами ожидается к 1 апреля 2026 года.
Уже сегодня многое говорит в пользу положительного заключения. В стране, традиционно выполняющей роль важного игрока энергорынка ЕС, явно заметен запрос на рост выработки электричества. По состоянию на сейчас, 88% электроэнергии королевства вырабатывают ГЭС, еще 11% – ветряки. И выходит так, что расти толком «не из чего» – больше рек в Норвегии не появится, а у ВЭС имеются свои, весьма весомые ограничения. В свою очередь, с т.з. соотношения «цена-качество» АЭС выглядят очень даже привлекательно, при этом «зеленой» оппозиции можно не опасаться – в 2022 году евровласти выдали «климатическую индульгенцию» атомной энергетике.
Но это все теория, а практика упирается в необходимость где-то взять соответствующие технологии, узлы и т.д. Как известно, от планов по созданию собственных АЭС норвежцы, исходя из экологических соображений, отказались еще в 1970-е – у них в строю имеются четыре исследовательских реактора, благодаря чему есть люди, знакомые с отраслью, и общее понимание того, как это работает, но и только. И здесь наши скандинавские друзья ступают на скользкий лед: сотрудничество с Росатомом исключено по политическим мотивам, а прочие поставщики готовых пакетных решений, мягко говоря, не идеальны. Японцы со своей Фукусимой и финны с OL3 не дадут соврать.
Похожий тренд и в Швеции. Еще в ноябре прошлого года там приняли решение построить два реактора к 2035 году и еще десять – к 2045-му. Это в дополнение к уже существующим шести, действующим в составе двух АЭС. Не забываем и про финнов с их атомными планами: две их станции, «Ловииса» и OL3, уже вырабатывают более 40% электроэнергии страны, а в перспективе эта цифра будет расти за счет строительства АСММ собственного изготовления. Таким образом, в горизонте пары десятилетий есть все шансы увидеть Скандинавию, интенсивно использующую атомные технологии.
Это угрожает нам в двух смыслах.
Прежде всего, речь идет об экологической и радиологической безопасности: по уже упомянутым причинам, гарантий невозникновения «арктического Чернобыля» у нас под боком нет.
Во-вторых, активное развитие ядерной энергетики – это, объективно говоря, шаг по направлению превращения скандинавских государств в «пороговые», т.е. обладающие способностью к созданию ядерных боезарядов. В свете крайне неоднозначных процессов, протекающих в мировой и европейской политике, это нездоровый симптом, мимо которого нам – как соседней арктической стране – проходить никак нельзя.
#арктикабезопасность #соседи
Наши скандинавские соседи все пристальнее присматриваются к «мирному атому».
В прошлую пятницу норвежское правительство создало комиссию, которая займется оценкой целесообразности развития ядерной энергетики в стране. К делу решили подойти основательно, без спешки: доклад с выводами ожидается к 1 апреля 2026 года.
Уже сегодня многое говорит в пользу положительного заключения. В стране, традиционно выполняющей роль важного игрока энергорынка ЕС, явно заметен запрос на рост выработки электричества. По состоянию на сейчас, 88% электроэнергии королевства вырабатывают ГЭС, еще 11% – ветряки. И выходит так, что расти толком «не из чего» – больше рек в Норвегии не появится, а у ВЭС имеются свои, весьма весомые ограничения. В свою очередь, с т.з. соотношения «цена-качество» АЭС выглядят очень даже привлекательно, при этом «зеленой» оппозиции можно не опасаться – в 2022 году евровласти выдали «климатическую индульгенцию» атомной энергетике.
Но это все теория, а практика упирается в необходимость где-то взять соответствующие технологии, узлы и т.д. Как известно, от планов по созданию собственных АЭС норвежцы, исходя из экологических соображений, отказались еще в 1970-е – у них в строю имеются четыре исследовательских реактора, благодаря чему есть люди, знакомые с отраслью, и общее понимание того, как это работает, но и только. И здесь наши скандинавские друзья ступают на скользкий лед: сотрудничество с Росатомом исключено по политическим мотивам, а прочие поставщики готовых пакетных решений, мягко говоря, не идеальны. Японцы со своей Фукусимой и финны с OL3 не дадут соврать.
Похожий тренд и в Швеции. Еще в ноябре прошлого года там приняли решение построить два реактора к 2035 году и еще десять – к 2045-му. Это в дополнение к уже существующим шести, действующим в составе двух АЭС. Не забываем и про финнов с их атомными планами: две их станции, «Ловииса» и OL3, уже вырабатывают более 40% электроэнергии страны, а в перспективе эта цифра будет расти за счет строительства АСММ собственного изготовления. Таким образом, в горизонте пары десятилетий есть все шансы увидеть Скандинавию, интенсивно использующую атомные технологии.
Это угрожает нам в двух смыслах.
Прежде всего, речь идет об экологической и радиологической безопасности: по уже упомянутым причинам, гарантий невозникновения «арктического Чернобыля» у нас под боком нет.
Во-вторых, активное развитие ядерной энергетики – это, объективно говоря, шаг по направлению превращения скандинавских государств в «пороговые», т.е. обладающие способностью к созданию ядерных боезарядов. В свете крайне неоднозначных процессов, протекающих в мировой и европейской политике, это нездоровый симптом, мимо которого нам – как соседней арктической стране – проходить никак нельзя.
#арктикабезопасность #соседи
Telegram
Капитан Арктика
Пошла водичка!
Японцы таки начали анонсированный сброс радиоактивной воды с Фукусимской АЭС в Мировой океан.
Нам старательно рассказано и разжевано, что все осуществляется высшими профессионалами, и что все это совершенно безопасно. Наоборот, природе,…
Японцы таки начали анонсированный сброс радиоактивной воды с Фукусимской АЭС в Мировой океан.
Нам старательно рассказано и разжевано, что все осуществляется высшими профессионалами, и что все это совершенно безопасно. Наоборот, природе,…
Скандинавский расклад
В понедельник парламент Финляндии ратифицировал соглашение о сотрудничестве в области обороны, подписанное с Соединенными Штатами в декабре прошлого года.
Благодаря новому договору вооруженные силы США смогут осуществлять постоянное присутствие на территории скандинавского государства. Они получат доступ к 15 военным объектам в границах нового члена НАТО, смогут ввозить в страну личный состав, вооружение, предметы снабжения, а самолеты, корабли и транспортные средства ВС США будут иметь право прибывать в Финляндию и перемещаться в ее пределах.
Процедура ратификации продлилась несколько дольше ожидаемого – финнам пришлось преодолеть ряд барьеров психологическо-правового характера. Поскольку соглашение в нескольких важных аспектах затрагивает вопросы конституционного свойства, порядок его принятия определял Комитет по конституционному праву парламента, в итоге вынесший решение о том, что ратификация должна состояться двумя третями голосов «за». Впрочем, политическая ситуация в Финляндии нынче такова, что это не составило большой проблемы для сторонников договора.
Это – еще один шаг в сторону радикальной милитаризации Скандинавии.
18 июня подобный договор ратифицировали шведы, а 20 июня Финляндия, Норвегия и Швеция заключили договоренности о создании трансграничного военно-транспортного коридора, пролегающего через северные регионы этих государств стран, позволяющего альянсу осуществить быстрый маневр силами и средствами на Скандинавском полуострове.
Особо тревожно тут то, что данный процесс носит все ускоряющийся и явно опережающий характер. Натовцы резко наращивают инфраструктуру под быстрое развертывание военного кулака непосредственно на наших границах. Что немаловажно, это делается под треск оборонной риторики, однако при этом новая конфигурация западных сил на скандинавском ТВД имеет вполне различимые признаки наступательной. В прицеле – Кольское Заполярье и наш Северо-Запад.
Не надо тешить себя иллюзиями, будто западники никогда не нападут.
Имея прекрасную возможность наблюдать всю российскую систему национальной обороны буквально под микроскопом на протяжении более чем двух лет, они глубоко изучили все ее огрехи и уязвимости. Они не имеют высоких ожиданий в части решимости российского руководства идти на «кардинальные» меры. При этом они давно преодолели порог боязни наших вооруженных сил «в поле» и считают, что могут быстро и эффективно купировать наиболее сильные и опасные для них конвенционные угрозы с нашей стороны.
Готовы ли мы к тому, чтобы парировать возможный удар?
#НАТО #Скандинавия #соседи #арктикабезопасность
В понедельник парламент Финляндии ратифицировал соглашение о сотрудничестве в области обороны, подписанное с Соединенными Штатами в декабре прошлого года.
Благодаря новому договору вооруженные силы США смогут осуществлять постоянное присутствие на территории скандинавского государства. Они получат доступ к 15 военным объектам в границах нового члена НАТО, смогут ввозить в страну личный состав, вооружение, предметы снабжения, а самолеты, корабли и транспортные средства ВС США будут иметь право прибывать в Финляндию и перемещаться в ее пределах.
Процедура ратификации продлилась несколько дольше ожидаемого – финнам пришлось преодолеть ряд барьеров психологическо-правового характера. Поскольку соглашение в нескольких важных аспектах затрагивает вопросы конституционного свойства, порядок его принятия определял Комитет по конституционному праву парламента, в итоге вынесший решение о том, что ратификация должна состояться двумя третями голосов «за». Впрочем, политическая ситуация в Финляндии нынче такова, что это не составило большой проблемы для сторонников договора.
Это – еще один шаг в сторону радикальной милитаризации Скандинавии.
18 июня подобный договор ратифицировали шведы, а 20 июня Финляндия, Норвегия и Швеция заключили договоренности о создании трансграничного военно-транспортного коридора, пролегающего через северные регионы этих государств стран, позволяющего альянсу осуществить быстрый маневр силами и средствами на Скандинавском полуострове.
Особо тревожно тут то, что данный процесс носит все ускоряющийся и явно опережающий характер. Натовцы резко наращивают инфраструктуру под быстрое развертывание военного кулака непосредственно на наших границах. Что немаловажно, это делается под треск оборонной риторики, однако при этом новая конфигурация западных сил на скандинавском ТВД имеет вполне различимые признаки наступательной. В прицеле – Кольское Заполярье и наш Северо-Запад.
Не надо тешить себя иллюзиями, будто западники никогда не нападут.
Имея прекрасную возможность наблюдать всю российскую систему национальной обороны буквально под микроскопом на протяжении более чем двух лет, они глубоко изучили все ее огрехи и уязвимости. Они не имеют высоких ожиданий в части решимости российского руководства идти на «кардинальные» меры. При этом они давно преодолели порог боязни наших вооруженных сил «в поле» и считают, что могут быстро и эффективно купировать наиболее сильные и опасные для них конвенционные угрозы с нашей стороны.
Готовы ли мы к тому, чтобы парировать возможный удар?
#НАТО #Скандинавия #соседи #арктикабезопасность
Telegram
Капитан Арктика
Норвежцы изготовят «Леопарды»
Норвежцы будут собирать немецкие танки «Леопард-2» (в модификации 2A7NO) на своих мощностях. Такое соглашение было подписано сегодня в Осло между франко-германским холдингом KNDS и норвежской компанией Ritek.
Как явствует…
Норвежцы будут собирать немецкие танки «Леопард-2» (в модификации 2A7NO) на своих мощностях. Такое соглашение было подписано сегодня в Осло между франко-германским холдингом KNDS и норвежской компанией Ritek.
Как явствует…
Дождь идет, а мы скирдуем
Несмотря на санкции, Новатэк собирается и далее раскручивать «Арктик СПГ-2». Работа над второй линией сжижения природного газа продолжается.
В частности, в последней декаде июля ожидается отправка на Гыдан гравитационных оснований, производимых мурманским Центром крупнотоннажных сооружений в Белокаменке. Это делается конкретно под вторую линию завода.
Показательно упорство, с которым «уникальный комплекс» идет к цели. Сам проект уже под санкциями и объявил форс-мажор, а главное – под санкции попал СПГ-флот, застрявший на недружественных верфях (и кое-где на дружественных, но не будем о грустном). Но это не останавливает тов. Михельсона со товарищи.
И дело тут не только в инерции проекта – мол, раз запустили, то будем продолжать до упора. У Новатэка есть определенные ожидания, связанные с большой пакетной политической сделкой, с которой носится Москва и ее контрагенты за рубежом. Скажем так, многие в системе искренне полагают, что в перспективе нескольких месяцев ситуация будет каким-то образом разрешена, и если не все, то многое вернется на круги своя – прежде всего, конечно, ключевые проекты, про которые в Кремле не забудут при торгах за финальный компромисс. Соответственно, и суда появятся, и прочие проблемы снимутся.
Но мы бы не были так оптимистичны.
Да, морковка «корейского варианта» сейчас соблазняет многих ЛПР. Однако за ней они не видят более широкого контекста, который уже определяется новыми реалиями в области международной безопасности, чья конфигурация заточена на долгосрочный конфликт с РФ. И все эти соблазнительные разговоры про «перемирия» – в лучшем случае самообман.
Поэтому Новатэку, конечно, надо работать над второй линией, а далее и над третьей. Но на скорую деблокаду не рассчитывать.
#арктикабезопасность #СПГ #Новатэк #Мурманск
Несмотря на санкции, Новатэк собирается и далее раскручивать «Арктик СПГ-2». Работа над второй линией сжижения природного газа продолжается.
В частности, в последней декаде июля ожидается отправка на Гыдан гравитационных оснований, производимых мурманским Центром крупнотоннажных сооружений в Белокаменке. Это делается конкретно под вторую линию завода.
Показательно упорство, с которым «уникальный комплекс» идет к цели. Сам проект уже под санкциями и объявил форс-мажор, а главное – под санкции попал СПГ-флот, застрявший на недружественных верфях (и кое-где на дружественных, но не будем о грустном). Но это не останавливает тов. Михельсона со товарищи.
И дело тут не только в инерции проекта – мол, раз запустили, то будем продолжать до упора. У Новатэка есть определенные ожидания, связанные с большой пакетной политической сделкой, с которой носится Москва и ее контрагенты за рубежом. Скажем так, многие в системе искренне полагают, что в перспективе нескольких месяцев ситуация будет каким-то образом разрешена, и если не все, то многое вернется на круги своя – прежде всего, конечно, ключевые проекты, про которые в Кремле не забудут при торгах за финальный компромисс. Соответственно, и суда появятся, и прочие проблемы снимутся.
Но мы бы не были так оптимистичны.
Да, морковка «корейского варианта» сейчас соблазняет многих ЛПР. Однако за ней они не видят более широкого контекста, который уже определяется новыми реалиями в области международной безопасности, чья конфигурация заточена на долгосрочный конфликт с РФ. И все эти соблазнительные разговоры про «перемирия» – в лучшем случае самообман.
Поэтому Новатэку, конечно, надо работать над второй линией, а далее и над третьей. Но на скорую деблокаду не рассчитывать.
#арктикабезопасность #СПГ #Новатэк #Мурманск
Telegram
Капитан Арктика
Новатэк поборется за газовозы
Новатэковцы нашли частичный ответ на транспортный кризис, намечающийся на Арктик СПГ-2. Для достройки двух из пятнадцати СПГ-танкеров класса Arc7, которыми занимается верфь «Звезда», на Дальний Восток будут направлены квалифицированные…
Новатэковцы нашли частичный ответ на транспортный кризис, намечающийся на Арктик СПГ-2. Для достройки двух из пятнадцати СПГ-танкеров класса Arc7, которыми занимается верфь «Звезда», на Дальний Восток будут направлены квалифицированные…
Ударный кулак для Арктики
Канадцы намерены собрать подводный ударный кулак: 10 июля минобороны страны заявило о старте подготовки к размещению заказа на 12 субмарин, приспособленных для боевой работы в северных водах.
Подлодки должны соответствовать высоким требованиям. Основные озвученные критерии, с опорой на которые будет сделан выбор, таковы: скрытность, летальность, живучесть и пригодность к развертыванию в Арктике (под чем в первую очередь понимаются увеличенные показатели дальности плавания и автономности). К настоящему времени канадское правительство ведет предварительные консультации с производителями и потенциальными партнерами, а согласованное ТЗ (и формальный запрос информации от будущих подрядчиков) ожидается к осени с.г.
Общая сумма заказа составит 60 млрд канадских долларов (где-то 44 млрд долл. США). Желающих поставить подлодки будет немало: в числе возможных исполнителей заказа уже засветились шведский Saab, Thyssenkrupp, делающий новую подлодку для Германии и Норвегии в рамках совместного проекта, а также верфи из Франции, Японии, Южной Кореи и Испании.
Что канадские ВМС хотят получить за эти деньги (ведь, как мы помним, это не расходы, это – инвестиции)?
Задачи для будущего подводного флота формулируются без обиняков и лишних сантиментов. Он должен стать инструментом, который позволит стране скрытно обнаруживать и предотвращать морские угрозы, контролировать подходы к границам, проецировать силу и ударную мощь за пределами канадских берегов, осуществлять «сдерживание» и в случае необходимости нанести поражение силам противников во всех трех океанических акваториях Канады. Кроме того, подводный флот будет принимать участие в совместных операциях с союзниками за рубежом.
Противники, против которых будет обращена канадская подводная группировка, – это Россия, «чьи субмарины широко действуют в Атлантическом, Северном Ледовитом и Тихом океанах», а также Китай, «резко наращивающий свой подводный флот».
Все это совершенно не располагает к благодушию.
Конечно, эти военные средства не появятся у Канады в одночасье. Но это и не единственная статья военных расходов той же самой Канады – да и прочие члены и внешние партнеры НАТО разгоняют маховик гонки вооружений, в том числе и в пределах Арктики. На фоне болтовни о «перемириях» и очередных «хитрых планах» со «скорым урегулированием» отношений между Россией и Западом последний запускает долгосрочные программы, призванные физически гарантировать военное преимущество над РФ, в том числе и за полярным кругом. Чем мы будем на это отвечать в свете явного кризиса стратегической доктрины, выражающегося в фактической невозможности применения неконвенционных средств против западных «партнеров»?
#арктикабезопасность #стратегия #Канада #НАТО
Канадцы намерены собрать подводный ударный кулак: 10 июля минобороны страны заявило о старте подготовки к размещению заказа на 12 субмарин, приспособленных для боевой работы в северных водах.
Подлодки должны соответствовать высоким требованиям. Основные озвученные критерии, с опорой на которые будет сделан выбор, таковы: скрытность, летальность, живучесть и пригодность к развертыванию в Арктике (под чем в первую очередь понимаются увеличенные показатели дальности плавания и автономности). К настоящему времени канадское правительство ведет предварительные консультации с производителями и потенциальными партнерами, а согласованное ТЗ (и формальный запрос информации от будущих подрядчиков) ожидается к осени с.г.
Общая сумма заказа составит 60 млрд канадских долларов (где-то 44 млрд долл. США). Желающих поставить подлодки будет немало: в числе возможных исполнителей заказа уже засветились шведский Saab, Thyssenkrupp, делающий новую подлодку для Германии и Норвегии в рамках совместного проекта, а также верфи из Франции, Японии, Южной Кореи и Испании.
Что канадские ВМС хотят получить за эти деньги (ведь, как мы помним, это не расходы, это – инвестиции)?
Задачи для будущего подводного флота формулируются без обиняков и лишних сантиментов. Он должен стать инструментом, который позволит стране скрытно обнаруживать и предотвращать морские угрозы, контролировать подходы к границам, проецировать силу и ударную мощь за пределами канадских берегов, осуществлять «сдерживание» и в случае необходимости нанести поражение силам противников во всех трех океанических акваториях Канады. Кроме того, подводный флот будет принимать участие в совместных операциях с союзниками за рубежом.
Противники, против которых будет обращена канадская подводная группировка, – это Россия, «чьи субмарины широко действуют в Атлантическом, Северном Ледовитом и Тихом океанах», а также Китай, «резко наращивающий свой подводный флот».
Все это совершенно не располагает к благодушию.
Конечно, эти военные средства не появятся у Канады в одночасье. Но это и не единственная статья военных расходов той же самой Канады – да и прочие члены и внешние партнеры НАТО разгоняют маховик гонки вооружений, в том числе и в пределах Арктики. На фоне болтовни о «перемириях» и очередных «хитрых планах» со «скорым урегулированием» отношений между Россией и Западом последний запускает долгосрочные программы, призванные физически гарантировать военное преимущество над РФ, в том числе и за полярным кругом. Чем мы будем на это отвечать в свете явного кризиса стратегической доктрины, выражающегося в фактической невозможности применения неконвенционных средств против западных «партнеров»?
#арктикабезопасность #стратегия #Канада #НАТО
Telegram
Капитан Арктика
НАТО: цена членства
Как известно, не так давно Финляндия стала членом НАТО. Это политическое решение имеет, тем не менее, и некое экономическое измерение, ведь совместная военная деятельность – это расходы.
Правительство Финляндии утверждало, что членство…
Как известно, не так давно Финляндия стала членом НАТО. Это политическое решение имеет, тем не менее, и некое экономическое измерение, ведь совместная военная деятельность – это расходы.
Правительство Финляндии утверждало, что членство…
Ледовый пакт
Западные «друзья и партнеры» решили взяться за Арктику всерьез. На прошлой неделе США, Канада и Финляндия достигли договоренности о запуске Инициативы по сотрудничеству в области строительства ледоколов, или ICE Pact (Icebreaker Collaboration Effort Pact).
…Как мы многократно говорили, любые широковещательные планы по «проецированию влияния», «усилению присутствия», «продвижению интересов» и т.д. и т.п. в Арктике останутся пафосными словами, если за ними не будут стоять реальные рычаги. Ключевым из которых является наличие рабочего ледокольного флота. Все это прекрасно понимают на Западе, в том числе и в цитадели наших заклятых друзей – США. В Вашингтоне уже давно поднимают проблему диспропорции между российскими (а теперь и китайскими) и американскими возможностями в этой сфере и последовательно идут к наращиванию своих ледокольных мускулов.
Одного лишь волевого решения исправить имеющийся разрыв (по американским подсчетам*, у наших сейчас в строю более сорока ледоколов против всего двух у Береговой охраны США) недостаточно. Деньгами проблему залить тоже не получается: несмотря на приоритетный статус, программа по строительству судов данного класса буксует, сроки едут вправо, сметы растут. США банально утратили компетенции в этой сфере и нарастить их за считанные годы не выходит.
Сосед и союзник США, Канада, является игроком помощнее. У нее вполне функциональный ледокольный флот, который будет расти – в стране продвигается серьезная программа по строительству нескольких десятков ледоколов нового поколения, включая мощнейший в мире дизельэлектрический ледокол. Но этого все равно не хватает: для достижения чаемого натовцами перевеса в Арктике нужно активнее включать в дело американский промышленный потенциал.
Компетенции и мощности, критически необходимые американцам, есть у нового члена НАТО – Финляндии. Собственно, страна является одним из ведущих мировых центров в данной сфере: как заявляется, ее КБ разработали до 80% всех существующих проектов ледоколов, а ее верфи построили порядка 60% мирового ледокольного флота (тут вспомним, например, наши «Таймыр» и «Вайгач», а также массу судов поменьше). По подсчетам Вильсоновского центра, полный цикл от размещения заказа до сдачи судна арктических классов в Финляндии в среднем составляет 24 месяца, и при этом оно обходится в четыре раза дешевле, чем аналогичное судно, построенное в США. Именно этими активами – прежде всего, технологиями, компетенциями и ноу-хау – и поделится Финляндия со своими новыми друзьями по НАТО.
Планы у «Ледового пакта» серьезнее некуда. В течение предстоящего десятилетия страны пакта должны будут выкатить от 70 до 90 (!) новых ледокольных судов. Значительная нагрузка ляжет на финские верфи, которые частично остались не у дел после вынужденного ухода российских заказов, а также на американцев, твердо намеренных вернуть утраченные позиции в судостроительном секторе. Члены консорциума намерены до конца года подготовить меморандум, в котором будет описана конкретная схема сотрудничества, распределение ролей внутри пакта, а также механизм привлечения к нему новых сторон.
Получится ли у американо-финско-канадского трио выйти на целевые значения – вопрос открытый. Однако мы бы воздержались от насмешливо-скептических оценок. Шапкозакидательским настроениям тут не место. Да, у нас есть общепризнанная фора в области арктического судостроения. Но в некоторой степени она была обеспечена долгосрочным партнерством с Финляндией, которая теперь включается в работу конкурирующей команды. При этом все три страны пакта – мощные высокотехнологичные индустриальные державы, проблемы которых несравнимы с проблемами России, утратившей целые отрасли промышленности в постсоветские десятилетия. Пакт – это угроза, носящая выраженно экспансионистский, антироссийский характер и проецируемая на десятилетия вперед.
#арктикабезопасность #ледоколы #судостроение #США #Канада #Финляндия
___________
* В это число они включили буквально все подряд, раздувая жупел «русской опасности». Но все равно разрыв пока что впечатляющий.
Западные «друзья и партнеры» решили взяться за Арктику всерьез. На прошлой неделе США, Канада и Финляндия достигли договоренности о запуске Инициативы по сотрудничеству в области строительства ледоколов, или ICE Pact (Icebreaker Collaboration Effort Pact).
…Как мы многократно говорили, любые широковещательные планы по «проецированию влияния», «усилению присутствия», «продвижению интересов» и т.д. и т.п. в Арктике останутся пафосными словами, если за ними не будут стоять реальные рычаги. Ключевым из которых является наличие рабочего ледокольного флота. Все это прекрасно понимают на Западе, в том числе и в цитадели наших заклятых друзей – США. В Вашингтоне уже давно поднимают проблему диспропорции между российскими (а теперь и китайскими) и американскими возможностями в этой сфере и последовательно идут к наращиванию своих ледокольных мускулов.
Одного лишь волевого решения исправить имеющийся разрыв (по американским подсчетам*, у наших сейчас в строю более сорока ледоколов против всего двух у Береговой охраны США) недостаточно. Деньгами проблему залить тоже не получается: несмотря на приоритетный статус, программа по строительству судов данного класса буксует, сроки едут вправо, сметы растут. США банально утратили компетенции в этой сфере и нарастить их за считанные годы не выходит.
Сосед и союзник США, Канада, является игроком помощнее. У нее вполне функциональный ледокольный флот, который будет расти – в стране продвигается серьезная программа по строительству нескольких десятков ледоколов нового поколения, включая мощнейший в мире дизельэлектрический ледокол. Но этого все равно не хватает: для достижения чаемого натовцами перевеса в Арктике нужно активнее включать в дело американский промышленный потенциал.
Компетенции и мощности, критически необходимые американцам, есть у нового члена НАТО – Финляндии. Собственно, страна является одним из ведущих мировых центров в данной сфере: как заявляется, ее КБ разработали до 80% всех существующих проектов ледоколов, а ее верфи построили порядка 60% мирового ледокольного флота (тут вспомним, например, наши «Таймыр» и «Вайгач», а также массу судов поменьше). По подсчетам Вильсоновского центра, полный цикл от размещения заказа до сдачи судна арктических классов в Финляндии в среднем составляет 24 месяца, и при этом оно обходится в четыре раза дешевле, чем аналогичное судно, построенное в США. Именно этими активами – прежде всего, технологиями, компетенциями и ноу-хау – и поделится Финляндия со своими новыми друзьями по НАТО.
Планы у «Ледового пакта» серьезнее некуда. В течение предстоящего десятилетия страны пакта должны будут выкатить от 70 до 90 (!) новых ледокольных судов. Значительная нагрузка ляжет на финские верфи, которые частично остались не у дел после вынужденного ухода российских заказов, а также на американцев, твердо намеренных вернуть утраченные позиции в судостроительном секторе. Члены консорциума намерены до конца года подготовить меморандум, в котором будет описана конкретная схема сотрудничества, распределение ролей внутри пакта, а также механизм привлечения к нему новых сторон.
Получится ли у американо-финско-канадского трио выйти на целевые значения – вопрос открытый. Однако мы бы воздержались от насмешливо-скептических оценок. Шапкозакидательским настроениям тут не место. Да, у нас есть общепризнанная фора в области арктического судостроения. Но в некоторой степени она была обеспечена долгосрочным партнерством с Финляндией, которая теперь включается в работу конкурирующей команды. При этом все три страны пакта – мощные высокотехнологичные индустриальные державы, проблемы которых несравнимы с проблемами России, утратившей целые отрасли промышленности в постсоветские десятилетия. Пакт – это угроза, носящая выраженно экспансионистский, антироссийский характер и проецируемая на десятилетия вперед.
#арктикабезопасность #ледоколы #судостроение #США #Канада #Финляндия
___________
* В это число они включили буквально все подряд, раздувая жупел «русской опасности». Но все равно разрыв пока что впечатляющий.
США и Арктика. Подход военных
Несколько дней назад американцы опубликовали новую минобороновскую стратегию по Арктике. Ее ключевые моменты изложены много где, повторяться не будем, а лучше поговорим о ней «в целом».
Противников у США в регионе два – это Китай и Россия, тут ничего нового нет. Однако именно Китай стоит на первом месте – несмотря на пока что наблюдающийся дефицит возможностей осуществлять присутствие в Арктике, КНР к этому активно стремится, позиционируя Арктику как «достояние человечества» и продвигая проект «Северного шелкового пути». Но между строк стратегии читается еще и другое: КНР – более серьезный противник, чем РФ, поэтому над его сдерживанием надо работать уже сейчас.
В свою очередь, РФ – и эти утверждения кочуют из одного американского документа в другой – потенциально способна нанести ущерб США и их союзникам, ведет в Арктике «дестабилизирующую деятельность», претендует на регулирование «международного» СМП и содействует-де проникновению в регион того же Китая.
В своей арктической деятельности минобороны США будет делать значительную ставку на комплексный мониторинг пространства с большим акцентом на интеллектуализацию и задействование высокотехнологичных средств. Иными словами, в приоритете военных – именно знание об Арктике, знание как «глобальное», так и ситуативное, обновляемое в реальном времени. Это интересный (и не вполне привычный в терминах российской традиции) подход, представляющий новый уровень стратегического мышления и строящийся на той идее, что главное в современной парадигме военной безопасности – это развеять «туман войны» и четко наблюдать все угрозы, а парировать их можно всегда. Соответственно, среди прочих сопутствующих приоритетов – налаживание бесперебойной связи, разведки, всемерное использование моделирования и предиктивных технологий.
При этом не должно быть иллюзий: это абсолютно не «позиция наблюдателя», якобы маскирующая слабость. В документе четко определено, что вооруженные силы США должны обладать способностью действовать и «проецировать мощь» на всем протяжении Арктики, если потребуется – и самостоятельно. Знание – сила, но лишь в сочетании с реальной «дубиной».
МО США будет активно использовать ресурсы взаимодействия, привлекая к нему как собственные профильные структуры (нацгвардию, береговую охрану), так и союзников по НАТО и прочим форматам кооперации. Вообще, взаимодействию уделяется все возрастающее внимание: оно чем дальше, тем больше носит характер комплексного механизма – горизонтально- и вертикально-ориентированного, межведомственного, трансграничного и т.д. Это дает Штатам возможность холистически подходить к операциям в Арктике, быстро комбинируя различные силы и средства, собирая из этих «модулей» потребную конструкцию под каждый конкретный вызов/задачу.
В контексте установки на «тотальное» взаимодействие любопытно упоминание в минобороновской (!) стратегии таких игроков, как КМНС и Арктический совет. Это говорит о намерении МО США работать над усилением гибридных методов ведения войны, вовлечением в военную деятельность все большего числа изначально несиловых инструментов.
Как явствует из документа, многие реальные рычаги прямого силового воздействия в Арктике появятся у Вашингтона только к 2030-м годам. Именно к этому времени США и относят пик конфликтогенности в Заполярье, приурочивая его фактически к возникновению данных рычагов. Это нужно читать правильным образом: ситуация в Арктике будет обостряться не иначе, как по мере укрепления силового потенциала США и НАТО в макрорегионе, которое развяжет Вашингтону руки в деле достижения своих целей – выдавливания Китая и переведения России в подчиненное либо контролируемое положение.
#арктикабезопасность #соседи #США
Несколько дней назад американцы опубликовали новую минобороновскую стратегию по Арктике. Ее ключевые моменты изложены много где, повторяться не будем, а лучше поговорим о ней «в целом».
Противников у США в регионе два – это Китай и Россия, тут ничего нового нет. Однако именно Китай стоит на первом месте – несмотря на пока что наблюдающийся дефицит возможностей осуществлять присутствие в Арктике, КНР к этому активно стремится, позиционируя Арктику как «достояние человечества» и продвигая проект «Северного шелкового пути». Но между строк стратегии читается еще и другое: КНР – более серьезный противник, чем РФ, поэтому над его сдерживанием надо работать уже сейчас.
В свою очередь, РФ – и эти утверждения кочуют из одного американского документа в другой – потенциально способна нанести ущерб США и их союзникам, ведет в Арктике «дестабилизирующую деятельность», претендует на регулирование «международного» СМП и содействует-де проникновению в регион того же Китая.
В своей арктической деятельности минобороны США будет делать значительную ставку на комплексный мониторинг пространства с большим акцентом на интеллектуализацию и задействование высокотехнологичных средств. Иными словами, в приоритете военных – именно знание об Арктике, знание как «глобальное», так и ситуативное, обновляемое в реальном времени. Это интересный (и не вполне привычный в терминах российской традиции) подход, представляющий новый уровень стратегического мышления и строящийся на той идее, что главное в современной парадигме военной безопасности – это развеять «туман войны» и четко наблюдать все угрозы, а парировать их можно всегда. Соответственно, среди прочих сопутствующих приоритетов – налаживание бесперебойной связи, разведки, всемерное использование моделирования и предиктивных технологий.
При этом не должно быть иллюзий: это абсолютно не «позиция наблюдателя», якобы маскирующая слабость. В документе четко определено, что вооруженные силы США должны обладать способностью действовать и «проецировать мощь» на всем протяжении Арктики, если потребуется – и самостоятельно. Знание – сила, но лишь в сочетании с реальной «дубиной».
МО США будет активно использовать ресурсы взаимодействия, привлекая к нему как собственные профильные структуры (нацгвардию, береговую охрану), так и союзников по НАТО и прочим форматам кооперации. Вообще, взаимодействию уделяется все возрастающее внимание: оно чем дальше, тем больше носит характер комплексного механизма – горизонтально- и вертикально-ориентированного, межведомственного, трансграничного и т.д. Это дает Штатам возможность холистически подходить к операциям в Арктике, быстро комбинируя различные силы и средства, собирая из этих «модулей» потребную конструкцию под каждый конкретный вызов/задачу.
В контексте установки на «тотальное» взаимодействие любопытно упоминание в минобороновской (!) стратегии таких игроков, как КМНС и Арктический совет. Это говорит о намерении МО США работать над усилением гибридных методов ведения войны, вовлечением в военную деятельность все большего числа изначально несиловых инструментов.
Как явствует из документа, многие реальные рычаги прямого силового воздействия в Арктике появятся у Вашингтона только к 2030-м годам. Именно к этому времени США и относят пик конфликтогенности в Заполярье, приурочивая его фактически к возникновению данных рычагов. Это нужно читать правильным образом: ситуация в Арктике будет обостряться не иначе, как по мере укрепления силового потенциала США и НАТО в макрорегионе, которое развяжет Вашингтону руки в деле достижения своих целей – выдавливания Китая и переведения России в подчиненное либо контролируемое положение.
#арктикабезопасность #соседи #США
США и Арктика. Что нас ждет?
В общем, если смотреть на дело широко сквозь призму стратегических документов, решений и шагов американской стороны, обрисовывается следующая картина.
К середине 30-х мы имеем шансы заполучить в Арктике мощный конгломерат западных стран, вовлеченных в единый политический, военно-стратегический, инфраструктурный и информационно-разведывательный контур. Этот конгломерат стремится (и, возможно, будет) обладать способностью проецировать силу в любой точке Арктики, опираясь на крупный ледокольный флот, арктическую авиацию (в т.ч. беспилотную), инновационные решения, реализованные в общеарктическом масштабе во всех средах, включая космос, и имеющиеся в достаточном количестве современные средства ведения войны.
Конгломерат намерен предъявить нам ряд претензий на наши арктические активы – полезные ископаемые и СМП, ограничить нас в оборонной деятельности и способности обеспечить наши национальные интересы за полярным кругом. Он собирается лимитировать наш суверенитет и диктовать нам, как себя вести в Арктике.
С этим надо что-то делать (и надо, образно выражаясь, еще вчера). Для начала – хотя бы осмыслить и инвентаризировать эти угрозы, актуализировать наши концепции противодействия современным методам враждебного воздействия, в т.ч. неклассическим. Нужны радикальные и нетривиальные решения, которые надо разработать, продумать, внедрить.
#арктикабезопасность #соседи #США
В общем, если смотреть на дело широко сквозь призму стратегических документов, решений и шагов американской стороны, обрисовывается следующая картина.
К середине 30-х мы имеем шансы заполучить в Арктике мощный конгломерат западных стран, вовлеченных в единый политический, военно-стратегический, инфраструктурный и информационно-разведывательный контур. Этот конгломерат стремится (и, возможно, будет) обладать способностью проецировать силу в любой точке Арктики, опираясь на крупный ледокольный флот, арктическую авиацию (в т.ч. беспилотную), инновационные решения, реализованные в общеарктическом масштабе во всех средах, включая космос, и имеющиеся в достаточном количестве современные средства ведения войны.
Конгломерат намерен предъявить нам ряд претензий на наши арктические активы – полезные ископаемые и СМП, ограничить нас в оборонной деятельности и способности обеспечить наши национальные интересы за полярным кругом. Он собирается лимитировать наш суверенитет и диктовать нам, как себя вести в Арктике.
С этим надо что-то делать (и надо, образно выражаясь, еще вчера). Для начала – хотя бы осмыслить и инвентаризировать эти угрозы, актуализировать наши концепции противодействия современным методам враждебного воздействия, в т.ч. неклассическим. Нужны радикальные и нетривиальные решения, которые надо разработать, продумать, внедрить.
#арктикабезопасность #соседи #США
Telegram
Капитан Арктика
США и Арктика. Подход военных
Несколько дней назад американцы опубликовали новую минобороновскую стратегию по Арктике. Ее ключевые моменты изложены много где, повторяться не будем, а лучше поговорим о ней «в целом».
Противников у США в регионе два – это…
Несколько дней назад американцы опубликовали новую минобороновскую стратегию по Арктике. Ее ключевые моменты изложены много где, повторяться не будем, а лучше поговорим о ней «в целом».
Противников у США в регионе два – это…
Китай, СВО и Арктика
Одним из столпов отечественной госпропаганды и, к сожалению, госполитики является тезис о неких «союзнических» отношениях РФ и Китая. При этом данный (абсолютно виртуальный) «союз» проецируется в том числе и на Арктику, где Китай неизменно предстает в дискурсе наших ЛПР и концептуалистов как дружественный игрок, как партнер по совместному изучению и использованию заполярных богатств. Китай также на полном серьезе рассматривается как геополитический «противовес» нашим агрессивным арктическим соседям.
В то же время, для того, чтобы понять, какого рода «партнерство» нас ожидает в Арктике с Китаем, если мы его таки туда затащим, достаточно посмотреть трезвым взглядом на ситуацию, развивающуюся в контексте СВО. Итак, на третий год СВО, начатой нами вынужденно, в условиях нарастания всестороннего давления со стороны Запада, Китай последовательно:
• поддерживает эмбарго на поставки любых вооружений, технологий и товаров военного назначения, ограничивает экспорт в РФ узлов и материалов двойного назначения;
• по факту вводит экономические санкции (создает проблемы использованию платежной инфраструктуры, усложняет условия ВЭД, дискриминирует российских граждан по визовому принципу) в целях политической «дрессуры» Москвы;
• эксплуатируя изоляцию РФ, активно пользуется «ножницами цен», вымогает кардинальные скидки на поставки стратегических ресурсов;
• влияет сдерживающим образом на военное планирование, угрожая серьезными последствиями за использование на поле боя средств, формирующих стратегическое преимущество РФ;
• с помощью комбинированного давления навязывает России принятие неких «мирных формул», не учитывающих реальные интересы безопасности РФ;
• сознательно оказывает сдерживающее воздействие на развитие арктических проектов в русле политики США (но также и в формате собственных усилий по «принуждению Москвы к миру»).
Все поведение КНР последних лет ярчайшим образом иллюстрирует реальный подход китайских элит к России и ее интересам.
Если кратко, мы видим, что Пекин стоит на позициях крайнего, близорукого, узко понимаемого эгоизма, требующего, в частности, экспресс-методом сломать Москву через колено в ключевом вопросе ее безопасности. Выясняется, что у Пекина нет широкого перспективного видения международных дел, нет понимания того, что и у других игроков, да и у него самого есть объективные интересы, стоящие превыше решения конъюнктурных торговых задач. О том, каким будет завтра для самого Китая, если РФ будет разгромлена при его нейтралитете, там, очевидно, не задумываются.
В отношениях с Россией Пекин демонстрирует крайние формы презрительной аррогантности, совершенно непростительной в отношениях с даже не особо дружественным государством. И это – наглядное проявление того, что КНР рассматривает РФ как слабого игрока, интересами и даже лицом которого можно без особых потерь пренебречь. Русско-советской привычки считать людей и страны равными, говорить на равных у Китая, как оказывается, нет.
При всем том, в Арктике этот игрок руководствуется доктриной «открытых дверей», а себя позиционирует как «приполярное государство». И в контексте его текущего поведения в других вопросах уже сегодня очевидно, что Пекин не будет уважать нашего суверенитета и наших претензий в Заполярье. По факту, единственное, что удерживает китайцев от агрессивного самостоятельного проникновения в Арктику здесь и сейчас (притом именно что в наш сектор), это отсутствие материальной базы в виде ледокольного флота и арктических компетенций.
Таким образом, необходимо зафиксировать: опасным противником России в Арктике является не только Запад, но и КНР. В грядущее десятилетие нам придется выстраивать свою политику в высоких широтах, трезво учитывая обе эти угрозы и не давая ни одной из них выйти на критические параметры.
#арктикабезопасность #СМП #стратегия #соседи #КНР
Одним из столпов отечественной госпропаганды и, к сожалению, госполитики является тезис о неких «союзнических» отношениях РФ и Китая. При этом данный (абсолютно виртуальный) «союз» проецируется в том числе и на Арктику, где Китай неизменно предстает в дискурсе наших ЛПР и концептуалистов как дружественный игрок, как партнер по совместному изучению и использованию заполярных богатств. Китай также на полном серьезе рассматривается как геополитический «противовес» нашим агрессивным арктическим соседям.
В то же время, для того, чтобы понять, какого рода «партнерство» нас ожидает в Арктике с Китаем, если мы его таки туда затащим, достаточно посмотреть трезвым взглядом на ситуацию, развивающуюся в контексте СВО. Итак, на третий год СВО, начатой нами вынужденно, в условиях нарастания всестороннего давления со стороны Запада, Китай последовательно:
• поддерживает эмбарго на поставки любых вооружений, технологий и товаров военного назначения, ограничивает экспорт в РФ узлов и материалов двойного назначения;
• по факту вводит экономические санкции (создает проблемы использованию платежной инфраструктуры, усложняет условия ВЭД, дискриминирует российских граждан по визовому принципу) в целях политической «дрессуры» Москвы;
• эксплуатируя изоляцию РФ, активно пользуется «ножницами цен», вымогает кардинальные скидки на поставки стратегических ресурсов;
• влияет сдерживающим образом на военное планирование, угрожая серьезными последствиями за использование на поле боя средств, формирующих стратегическое преимущество РФ;
• с помощью комбинированного давления навязывает России принятие неких «мирных формул», не учитывающих реальные интересы безопасности РФ;
• сознательно оказывает сдерживающее воздействие на развитие арктических проектов в русле политики США (но также и в формате собственных усилий по «принуждению Москвы к миру»).
Все поведение КНР последних лет ярчайшим образом иллюстрирует реальный подход китайских элит к России и ее интересам.
Если кратко, мы видим, что Пекин стоит на позициях крайнего, близорукого, узко понимаемого эгоизма, требующего, в частности, экспресс-методом сломать Москву через колено в ключевом вопросе ее безопасности. Выясняется, что у Пекина нет широкого перспективного видения международных дел, нет понимания того, что и у других игроков, да и у него самого есть объективные интересы, стоящие превыше решения конъюнктурных торговых задач. О том, каким будет завтра для самого Китая, если РФ будет разгромлена при его нейтралитете, там, очевидно, не задумываются.
В отношениях с Россией Пекин демонстрирует крайние формы презрительной аррогантности, совершенно непростительной в отношениях с даже не особо дружественным государством. И это – наглядное проявление того, что КНР рассматривает РФ как слабого игрока, интересами и даже лицом которого можно без особых потерь пренебречь. Русско-советской привычки считать людей и страны равными, говорить на равных у Китая, как оказывается, нет.
При всем том, в Арктике этот игрок руководствуется доктриной «открытых дверей», а себя позиционирует как «приполярное государство». И в контексте его текущего поведения в других вопросах уже сегодня очевидно, что Пекин не будет уважать нашего суверенитета и наших претензий в Заполярье. По факту, единственное, что удерживает китайцев от агрессивного самостоятельного проникновения в Арктику здесь и сейчас (притом именно что в наш сектор), это отсутствие материальной базы в виде ледокольного флота и арктических компетенций.
Таким образом, необходимо зафиксировать: опасным противником России в Арктике является не только Запад, но и КНР. В грядущее десятилетие нам придется выстраивать свою политику в высоких широтах, трезво учитывая обе эти угрозы и не давая ни одной из них выйти на критические параметры.
#арктикабезопасность #СМП #стратегия #соседи #КНР
Telegram
Капитан Арктика
США и Арктика. Что нас ждет?
В общем, если смотреть на дело широко сквозь призму стратегических документов, решений и шагов американской стороны, обрисовывается следующая картина.
К середине 30-х мы имеем шансы заполучить в Арктике мощный конгломерат…
В общем, если смотреть на дело широко сквозь призму стратегических документов, решений и шагов американской стороны, обрисовывается следующая картина.
К середине 30-х мы имеем шансы заполучить в Арктике мощный конгломерат…
Проблема резинового суверенитета
Происходящее сейчас на рубежах Родины ставит целый ряд интересных вопросов. И прежде всего такой: что будет потенциальному агрессору, который захочет устроить гибридное вторжение на нашу территорию?
Ведь классические механизмы сдерживания, встроенные в те доктрины, которые у нас есть, очевидно не работают. Мы не задействуем эти механизмы, предпочитая играть по странным, постоянно меняющимся правилам, навязанным нам противником здесь и сейчас. Позволяя ему добиваться своих целей и последовательно размывать границы допустимого, превращая наш суверенитет в растяжимое, «резиновое» понятие.
Вот, скажем, есть Арктика. Буквально все наши соседи по этому макрорегиону уже фактически участвуют в гибридной войне с нами – пока в другом месте и через своего прокси, но это пока. Давайте рассмотрим буквально несколько вполне несложных (и достаточно реалистичных) сценариев.
1) Из региона Фенноскандии периодически залетают дроны, производящие минные постановки, атакующие военные и гражданские объекты, элементы стратегической инфраструктуры. Соседи максимально дистанцируются от этих актов, параллельно заявляя, что любые попытки «дестабилизации» (т.е. реального ответа) со стороны РФ будут пресекаться всей мощью НАТО.
2) С территории Финляндии начинают работать группы «спецов», действующих под чужим флагом – например, под флагом «вооруженной российской оппозиции» или какого-нибудь «Фронта освобождения Карелии» (Мурмана и т.д.). Они систематически пересекают госграницу, устанавливают СВУ на дорогах, ведут поначалу ограниченный, а потом все более широкомасштабный террор против силовиков (погранзастав, военнослужащих, полицейских), местных органов власти, обычных граждан. Похищают срочников и рядовых жителей, уводят их на сопредельную территорию, где используют для пропаганды, формирования «обменного фонда» и т.д. При этом официальная позиция НАТО и властей Финляндии примерно такова: «мы не имеем к этому прямого отношения, а если и имеем, то что вы нам сделаете?».
3) Страны НАТО собирают арктическую флотскую группировку и проводят FONOP в акватории СМП, осуществляют «учения», сопровождающиеся высадками на наиболее удаленные арктические острова РФ, где наше присутствие фактически не осуществляется.
Это, кстати, совершенно не абстрактные угрозы, некоторые варианты вполне открыто обсуждаются. И как мы на это будем реагировать? Угрожать применить ядерные силы? Но они, во-первых, уже наслушались наших угроз, а во-вторых, они имеют устойчивое ощущение, что в реальности ядерного удара не будет. Тем более, что во всех эпизодах они не сделают ничего принципиально такого, чего бы мы уже так или иначе не позволяли с нами делать. Все будет обставлено так, что причин устраивать Третью Мировую из-за какого-то «маргинального эпизода» как бы и нет.
Нам нужно, прежде всего, четкое осознание лавинообразного умножения угроз, происходящего, с одной стороны, в результате нашей амбивалентной внешнеполитической позиции, а с другой стороны, в силу ригидного, негибкого характера действующих у нас доктрин и, соответственно, ограниченности арсенала возможных ответов на неклассические военно-политические вызовы. А далее, и это надо делать уже сейчас, необходимо хорошо продумать варианты противодействия, притом как в разрезе чисто военных мер, так и в смысле формирования для наших арктических соседей пресловутых гибридных угроз. И да, нам нужен слом парадигмы с ментальным запретом на работу по реальному источнику агрессии, а не по ее проявлениям – по самому спруту, а не по его щупальцам.
P.S. Надо сказать, мы совершенно не оригинальны в постановке данных вопросов. Ими сейчас задаются очень многие. И это естественно, так как опасность вполне осязаемо растет.
#арктикабезопасность #стратегия #соседи #НАТО
Происходящее сейчас на рубежах Родины ставит целый ряд интересных вопросов. И прежде всего такой: что будет потенциальному агрессору, который захочет устроить гибридное вторжение на нашу территорию?
Ведь классические механизмы сдерживания, встроенные в те доктрины, которые у нас есть, очевидно не работают. Мы не задействуем эти механизмы, предпочитая играть по странным, постоянно меняющимся правилам, навязанным нам противником здесь и сейчас. Позволяя ему добиваться своих целей и последовательно размывать границы допустимого, превращая наш суверенитет в растяжимое, «резиновое» понятие.
Вот, скажем, есть Арктика. Буквально все наши соседи по этому макрорегиону уже фактически участвуют в гибридной войне с нами – пока в другом месте и через своего прокси, но это пока. Давайте рассмотрим буквально несколько вполне несложных (и достаточно реалистичных) сценариев.
1) Из региона Фенноскандии периодически залетают дроны, производящие минные постановки, атакующие военные и гражданские объекты, элементы стратегической инфраструктуры. Соседи максимально дистанцируются от этих актов, параллельно заявляя, что любые попытки «дестабилизации» (т.е. реального ответа) со стороны РФ будут пресекаться всей мощью НАТО.
2) С территории Финляндии начинают работать группы «спецов», действующих под чужим флагом – например, под флагом «вооруженной российской оппозиции» или какого-нибудь «Фронта освобождения Карелии» (Мурмана и т.д.). Они систематически пересекают госграницу, устанавливают СВУ на дорогах, ведут поначалу ограниченный, а потом все более широкомасштабный террор против силовиков (погранзастав, военнослужащих, полицейских), местных органов власти, обычных граждан. Похищают срочников и рядовых жителей, уводят их на сопредельную территорию, где используют для пропаганды, формирования «обменного фонда» и т.д. При этом официальная позиция НАТО и властей Финляндии примерно такова: «мы не имеем к этому прямого отношения, а если и имеем, то что вы нам сделаете?».
3) Страны НАТО собирают арктическую флотскую группировку и проводят FONOP в акватории СМП, осуществляют «учения», сопровождающиеся высадками на наиболее удаленные арктические острова РФ, где наше присутствие фактически не осуществляется.
Это, кстати, совершенно не абстрактные угрозы, некоторые варианты вполне открыто обсуждаются. И как мы на это будем реагировать? Угрожать применить ядерные силы? Но они, во-первых, уже наслушались наших угроз, а во-вторых, они имеют устойчивое ощущение, что в реальности ядерного удара не будет. Тем более, что во всех эпизодах они не сделают ничего принципиально такого, чего бы мы уже так или иначе не позволяли с нами делать. Все будет обставлено так, что причин устраивать Третью Мировую из-за какого-то «маргинального эпизода» как бы и нет.
Нам нужно, прежде всего, четкое осознание лавинообразного умножения угроз, происходящего, с одной стороны, в результате нашей амбивалентной внешнеполитической позиции, а с другой стороны, в силу ригидного, негибкого характера действующих у нас доктрин и, соответственно, ограниченности арсенала возможных ответов на неклассические военно-политические вызовы. А далее, и это надо делать уже сейчас, необходимо хорошо продумать варианты противодействия, притом как в разрезе чисто военных мер, так и в смысле формирования для наших арктических соседей пресловутых гибридных угроз. И да, нам нужен слом парадигмы с ментальным запретом на работу по реальному источнику агрессии, а не по ее проявлениям – по самому спруту, а не по его щупальцам.
P.S. Надо сказать, мы совершенно не оригинальны в постановке данных вопросов. Ими сейчас задаются очень многие. И это естественно, так как опасность вполне осязаемо растет.
#арктикабезопасность #стратегия #соседи #НАТО
Моря берут под коллегиальное управление
Тов. Путин подписал указ о создании Морской коллегии РФ с параллельным упразднением межведомственной комиссии Совбеза по вопросам обеспечения национальных интересов РФ в Арктике. В структуре Морской коллегии будут сформированы Совет по стратегическому развитию ВМФ, Совет по защите национальных интересов в Арктике и Совет по развитию и обеспечению морской деятельности. Возглавит коллегию тов. Патрушев.
У нового органа есть выраженный арктический функционал (помимо зашитого в другие, смежные по тематике направления).
Так, в числе задач коллегии — защита национальных интересов РФ в сфере освоения, использования и охраны ресурсов и пространств Мирового океана, Арктики и Антарктики, развитие СМП в качестве национальной транспортной коммуникации РФ, а также изучение и освоение ресурсов и пространств Мирового океана, Арктики и Антарктики.
В связке с коллегией будет работать управление президента по вопросам национальной морской политики (см. текст указа).
К «арктическим» задачам управления относится обеспечение формирования президентом национальной морской политики России, подготовка предложений по ее реализации, обеспечению национальных интересов страны в Мировом океане, развитию морского потенциала, осуществлению морской деятельности, развитию судостроительного комплекса. Управление также осуществляет информационно-аналитическое и организационное обеспечение деятельности упомянутой Морской коллегии.
Управа займется подготовкой материалов для первого лица по теме развития морской деятельности в Арктике и Антарктике, анализом состояния и перспектив развития международной, в том числе военно-политической, обстановки и морской деятельности в Арктике и социально-экономической ситуации в АЗРФ, мониторингом и анализом состояния и перспектив развития СМП и других морских транспортных коммуникаций в Арктике и на Дальнем Востоке, а также подготовкой предложений по данным вопросам.
Кроме того, в ее обязанности входит подготовка и представление президенту предложений по вопросам, касающимся разработки и реализации документов, определяющих основы национальной морской политики, морской деятельности и государственной политики Российской Федерации в Арктике.
Это примерно то, о чем мы недавно говорили.
В Арктике и на СМП в частности нам необходима инвентаризация стратегических угроз и возможностей, подготовка продуманных предложений о том, как парировать первые и использовать вторые. И обязательно — в связке с более широким контекстом безопасности и национальных интересов России в Мировом океане. Притом это необходимо делать на самым высоком уровне, в прямом контакте с верхним эшелоном управления. Будет хорошо, если именно этот функционал станет доминирующим в жизни нового института.
Правительственная Морская коллегия под руководством тов. Мантурова, существующая аж с 2001 года, для этих задач, очевидно, оказалась непригодна. Помимо этого, перезапуск коллегии на другом уровне, в качестве президентского, а не правительственного органа дает возможность покончить со стратегической неопределенностью в морской деятельности государства, более четко прописав ключевые ориентиры для последней.
Есть, однако, и риск того, что новая структура станет синекурой для тов. Патрушева, отодвинутого от Совбеза. Впрочем, как показывает опыт других организаций, например, Госкомиссии и той же Морской коллегии при правительстве (многие ли о ней слышали до сегодняшнего дня?), с одной стороны, и бывшей рабгруппой тов. Чибиса, с другой стороны, очень многое зависит от желания конкретного руководителя как следует вложиться в работу вверенного ему учреждения. Поэтому желаем тов. Патрушеву удачи и последовательности в превращении вновь созданной структуры в нечто реально дееспособное.
#стратегия #арктикабезопасность #СМП
Тов. Путин подписал указ о создании Морской коллегии РФ с параллельным упразднением межведомственной комиссии Совбеза по вопросам обеспечения национальных интересов РФ в Арктике. В структуре Морской коллегии будут сформированы Совет по стратегическому развитию ВМФ, Совет по защите национальных интересов в Арктике и Совет по развитию и обеспечению морской деятельности. Возглавит коллегию тов. Патрушев.
У нового органа есть выраженный арктический функционал (помимо зашитого в другие, смежные по тематике направления).
Так, в числе задач коллегии — защита национальных интересов РФ в сфере освоения, использования и охраны ресурсов и пространств Мирового океана, Арктики и Антарктики, развитие СМП в качестве национальной транспортной коммуникации РФ, а также изучение и освоение ресурсов и пространств Мирового океана, Арктики и Антарктики.
В связке с коллегией будет работать управление президента по вопросам национальной морской политики (см. текст указа).
К «арктическим» задачам управления относится обеспечение формирования президентом национальной морской политики России, подготовка предложений по ее реализации, обеспечению национальных интересов страны в Мировом океане, развитию морского потенциала, осуществлению морской деятельности, развитию судостроительного комплекса. Управление также осуществляет информационно-аналитическое и организационное обеспечение деятельности упомянутой Морской коллегии.
Управа займется подготовкой материалов для первого лица по теме развития морской деятельности в Арктике и Антарктике, анализом состояния и перспектив развития международной, в том числе военно-политической, обстановки и морской деятельности в Арктике и социально-экономической ситуации в АЗРФ, мониторингом и анализом состояния и перспектив развития СМП и других морских транспортных коммуникаций в Арктике и на Дальнем Востоке, а также подготовкой предложений по данным вопросам.
Кроме того, в ее обязанности входит подготовка и представление президенту предложений по вопросам, касающимся разработки и реализации документов, определяющих основы национальной морской политики, морской деятельности и государственной политики Российской Федерации в Арктике.
Это примерно то, о чем мы недавно говорили.
В Арктике и на СМП в частности нам необходима инвентаризация стратегических угроз и возможностей, подготовка продуманных предложений о том, как парировать первые и использовать вторые. И обязательно — в связке с более широким контекстом безопасности и национальных интересов России в Мировом океане. Притом это необходимо делать на самым высоком уровне, в прямом контакте с верхним эшелоном управления. Будет хорошо, если именно этот функционал станет доминирующим в жизни нового института.
Правительственная Морская коллегия под руководством тов. Мантурова, существующая аж с 2001 года, для этих задач, очевидно, оказалась непригодна. Помимо этого, перезапуск коллегии на другом уровне, в качестве президентского, а не правительственного органа дает возможность покончить со стратегической неопределенностью в морской деятельности государства, более четко прописав ключевые ориентиры для последней.
Есть, однако, и риск того, что новая структура станет синекурой для тов. Патрушева, отодвинутого от Совбеза. Впрочем, как показывает опыт других организаций, например, Госкомиссии и той же Морской коллегии при правительстве (многие ли о ней слышали до сегодняшнего дня?), с одной стороны, и бывшей рабгруппой тов. Чибиса, с другой стороны, очень многое зависит от желания конкретного руководителя как следует вложиться в работу вверенного ему учреждения. Поэтому желаем тов. Патрушеву удачи и последовательности в превращении вновь созданной структуры в нечто реально дееспособное.
#стратегия #арктикабезопасность #СМП
В этом сезоне без «Хили»
У американцев неприятность: единственный рабочий ледокол Береговой охраны, «Хили», это лето проведет дома, в США.
Дело в том, что на борту ледокола, вышедшего в арктическую экспедицию 12 июня (в День России, кстати), произошел пожар, очевидно – возгорание проводки и электроприборов. Случилось это в акватории Чукотского моря в конце июля. Ледоколу пришлось лечь на обратный курс и отправиться на базу. Сейчас он там, в Сиэтле.
Таким образом, в этом году «Хили» в Арктику не пойдет, и нам не придется думать о том, как его встречать, если в его летней программе вдруг окажется FONOP на СМП.
Однако не надо предполагать, что у американцев там мрак и крах, нет. Например, буквально в эту среду они анонсировали, что ледокол «Айвик», который будет переоборудован из коммерческого ледокола к 2027 году, будет базироваться на Джуно (Аляска). Иными словами, у них есть проблемы в Арктике и объективного, и субъективного свойства, но они продолжают работу, не упуская из виду своих стратегических целей.
#арктикабезопасность #США #ледоколы
У американцев неприятность: единственный рабочий ледокол Береговой охраны, «Хили», это лето проведет дома, в США.
Дело в том, что на борту ледокола, вышедшего в арктическую экспедицию 12 июня (в День России, кстати), произошел пожар, очевидно – возгорание проводки и электроприборов. Случилось это в акватории Чукотского моря в конце июля. Ледоколу пришлось лечь на обратный курс и отправиться на базу. Сейчас он там, в Сиэтле.
Таким образом, в этом году «Хили» в Арктику не пойдет, и нам не придется думать о том, как его встречать, если в его летней программе вдруг окажется FONOP на СМП.
Однако не надо предполагать, что у американцев там мрак и крах, нет. Например, буквально в эту среду они анонсировали, что ледокол «Айвик», который будет переоборудован из коммерческого ледокола к 2027 году, будет базироваться на Джуно (Аляска). Иными словами, у них есть проблемы в Арктике и объективного, и субъективного свойства, но они продолжают работу, не упуская из виду своих стратегических целей.
#арктикабезопасность #США #ледоколы
Telegram
Капитан Арктика
США прицениваются к ледоколу
У американцев намечаются подвижки по ледоколам. Береговая охрана США, являющаяся национальным оператором ледокольного флота, намерена закупить частный ледокол.
Основной, и по факту единственный, «претендент» – Aiviq («Айвик»)…
У американцев намечаются подвижки по ледоколам. Береговая охрана США, являющаяся национальным оператором ледокольного флота, намерена закупить частный ледокол.
Основной, и по факту единственный, «претендент» – Aiviq («Айвик»)…
США и ледокольная пауза
У американцев продолжаются неурядицы с созданием собственного ледокольного флота.
Сейчас они уткнулись в ряд проблем, преодолеть которые с наскока у них не получается. И прежде всего речь идет о возникновении существенных задержек в программе строительства полярных ледоколов, запущенной еще в прошлом десятилетии.
Так, несмотря на то, что первый из тяжелых ледоколов, которые надлежало построить в рамках программы, должен был быть спущен уже в этом году, его нет и в ближайшей перспективе не предвидится: даже его проект готов примерно на 60%, а строительство только начнется к концу года.
При этом программа заметно подорожала. Если в апреле 2019 года, когда верфь VT Halter Marine получила контракт на головной ледокол, его проектирование и строительство оценивалось в 746 млн долларов (с опционом на подряд по строительству второго «тяжа», использование которого довело бы суммарную стоимость контакта до 1,94 млрд долларов), то теперь сама Береговая охрана оценивает создание того же ледокола в 1,7 млрд, а Управление американского конгресса по бюджету, – в 1,9 млрд. По данным последнего вообще выходит, что программа постройки трех «тяжей», оцениваемая Береговой охраной в 3,2 млрд, обойдется бюджету в 5,1 млрд долларов. Со сроками, как это совершенно очевидно, тоже беда.
Надо отметить, что эти проблемы американцев в чем-то напоминают наши в судостроении, высокотехнологичной промышленности и ВПК. Та же чехарда с собственностью (контракт изначально достался VT Halter Marine, а далее ее выкупила Bollinger Shipyards, из-за чего на проекте возникли сложности), та же просадка по компетенциям (за минувшие десятилетия, пока тема не была приоритетной, американцы разучились строить ледоколы), те же пересмотры требований со стороны заказчика уже в ходе реализации контракта. Отсюда – те же уходы вправо и пересмотры цен.
В нулевых и десятых, когда новые УАЛ проекта 22220 еще не стали в строй, а старые АЛ уже подходили к предельным срокам эксплуатации, у нас в Арктике была схожая ситуация – намечалась угроза ледокольной паузы. Нам тогда удалось «проскочить», продлевая ресурс судов советских проектов и параллельно перезапуская отрасль в части ледоколостроения.
Как будут «проскакивать» американцы?
В отличие от нас, у них есть возможности по закупке ледоколов у частников и на мировом рынке, а также широкому использованию инструментов международной кооперации. Как мы уже говорили, они покупают американский же частный ледокол-килектор Aiviq 2012 года постройки, который будет базироваться на порт Джуно (Аляска), одновременно проводя переговоры с иностранцами о приобретении чего-то потяжелее. В свою очередь, запуск «ледового пакта» даст возможность уже в обозримом будущем заполучить новые ледоколы иностранного (финского), а далее и совместного производства, попутно эффективно обновив американское ледоколостроение. Так что поводов для истерик у американцев на самом деле нет, несмотря на намечающуюся ледокольную паузу.
В целом, пока на нашей стороне в Арктике имеется ряд преимуществ, но уже через несколько лет ситуация будет иной. Сможем ли мы ими воспользоваться для улучшения или хотя бы укрепления своих позиций?
#арктикабезопасность #США #ледоколы
У американцев продолжаются неурядицы с созданием собственного ледокольного флота.
Сейчас они уткнулись в ряд проблем, преодолеть которые с наскока у них не получается. И прежде всего речь идет о возникновении существенных задержек в программе строительства полярных ледоколов, запущенной еще в прошлом десятилетии.
Так, несмотря на то, что первый из тяжелых ледоколов, которые надлежало построить в рамках программы, должен был быть спущен уже в этом году, его нет и в ближайшей перспективе не предвидится: даже его проект готов примерно на 60%, а строительство только начнется к концу года.
При этом программа заметно подорожала. Если в апреле 2019 года, когда верфь VT Halter Marine получила контракт на головной ледокол, его проектирование и строительство оценивалось в 746 млн долларов (с опционом на подряд по строительству второго «тяжа», использование которого довело бы суммарную стоимость контакта до 1,94 млрд долларов), то теперь сама Береговая охрана оценивает создание того же ледокола в 1,7 млрд, а Управление американского конгресса по бюджету, – в 1,9 млрд. По данным последнего вообще выходит, что программа постройки трех «тяжей», оцениваемая Береговой охраной в 3,2 млрд, обойдется бюджету в 5,1 млрд долларов. Со сроками, как это совершенно очевидно, тоже беда.
Надо отметить, что эти проблемы американцев в чем-то напоминают наши в судостроении, высокотехнологичной промышленности и ВПК. Та же чехарда с собственностью (контракт изначально достался VT Halter Marine, а далее ее выкупила Bollinger Shipyards, из-за чего на проекте возникли сложности), та же просадка по компетенциям (за минувшие десятилетия, пока тема не была приоритетной, американцы разучились строить ледоколы), те же пересмотры требований со стороны заказчика уже в ходе реализации контракта. Отсюда – те же уходы вправо и пересмотры цен.
В нулевых и десятых, когда новые УАЛ проекта 22220 еще не стали в строй, а старые АЛ уже подходили к предельным срокам эксплуатации, у нас в Арктике была схожая ситуация – намечалась угроза ледокольной паузы. Нам тогда удалось «проскочить», продлевая ресурс судов советских проектов и параллельно перезапуская отрасль в части ледоколостроения.
Как будут «проскакивать» американцы?
В отличие от нас, у них есть возможности по закупке ледоколов у частников и на мировом рынке, а также широкому использованию инструментов международной кооперации. Как мы уже говорили, они покупают американский же частный ледокол-килектор Aiviq 2012 года постройки, который будет базироваться на порт Джуно (Аляска), одновременно проводя переговоры с иностранцами о приобретении чего-то потяжелее. В свою очередь, запуск «ледового пакта» даст возможность уже в обозримом будущем заполучить новые ледоколы иностранного (финского), а далее и совместного производства, попутно эффективно обновив американское ледоколостроение. Так что поводов для истерик у американцев на самом деле нет, несмотря на намечающуюся ледокольную паузу.
В целом, пока на нашей стороне в Арктике имеется ряд преимуществ, но уже через несколько лет ситуация будет иной. Сможем ли мы ими воспользоваться для улучшения или хотя бы укрепления своих позиций?
#арктикабезопасность #США #ледоколы
Telegram
Капитан Арктика
В этом сезоне без «Хили»
У американцев неприятность: единственный рабочий ледокол Береговой охраны, «Хили», это лето проведет дома, в США.
Дело в том, что на борту ледокола, вышедшего в арктическую экспедицию 12 июня (в День России, кстати), произошел…
У американцев неприятность: единственный рабочий ледокол Береговой охраны, «Хили», это лето проведет дома, в США.
Дело в том, что на борту ледокола, вышедшего в арктическую экспедицию 12 июня (в День России, кстати), произошел…
Морская медиа-коллегия
Тов. Патрушев со своей Морской коллегией взял знатный темп. На прошлой неделе в Питере прошло первое заседание этого органа в обновленном формате, сопровождавшееся ворохом заявлений, а на годовщину победы над Японией глава коллегии выкатил интервью, в котором прошелся и по самим «именинникам», и по США, зацепив тему Арктики.
Слова в целом говорятся верные. Про то, что Вашингтон пытается ограничить нашу хозяйственную деятельность на Северах, что Запад берет курс на милитаризацию Арктики, что нам необходимо развивать судо- и кораблестроение, наращивать портовую инфраструктуру на СМП, перезапускать речной трафик и т.д.
Судя по медийной активности тов. Патрушева, у него имеется установка на то, чтобы из Морской коллегии получилось что-то стоящее, чтобы это был весомый орган. В этом смысле коллегия может потеснить Совбез, который превратился в застойный институт, населенный почетными отставниками типа тт. Медведева и Шойгу.
Например, что значимого сделал Совбез по той же арктической теме? Вот есть в его структуре Межведомственная комиссия по вопросам обеспечения национальных интересов Российской Федерации в Арктике. Но много ли «добавленной стоимости» она дает хотя бы в бумажном отношении, много ли из нее исходит дельных документов, которым дан ход в виде конкретных решений, обеспеченных ресурсами?
Посмотрим в сторону нашей ключевой бумаги по Арктике, Стратегии по развитию АЗРФ. Как мы помним, она является документом стратегического планирования в сфере обеспечения национальной безопасности РФ (ст. 1). А это значит, что, согласно ст. 17 172-ФЗ «О стратегическом планировании в РФ», оценка состояния национальной безопасности РФ и контроль реализации документов в сфере обеспечения национальной безопасности РФ осуществляются Советом Безопасности РФ. И как, каковы эти оценки, каков контроль Совбеза за ее реализацией, в чем он зримо выражается?
В общем, здесь есть пустота, которую надо бы заполнить.
Впрочем, гиперактивность тов. Патрушева, подкрепленная вниманием перворанговых медиа, вовсе не является гарантией того, что у Морколлегии получится сделать то, что не вышло у Госкомиссии и, в общем-то, Совбеза – стать одним из реальных центров стратегического мышления по Арктике, формирующих политику «на земле». Для этого нужна последовательная работа по формированию этой политики, по продавливанию ее шагов на самом высоком уровне, по ее ресурсному обеспечению. Пока слышим правильные слова, видим медиа-активность. А вот будет ли вестись работа – посмотрим.
#морколлегия #стратегия #арктикабезопасность #СМП
Тов. Патрушев со своей Морской коллегией взял знатный темп. На прошлой неделе в Питере прошло первое заседание этого органа в обновленном формате, сопровождавшееся ворохом заявлений, а на годовщину победы над Японией глава коллегии выкатил интервью, в котором прошелся и по самим «именинникам», и по США, зацепив тему Арктики.
Слова в целом говорятся верные. Про то, что Вашингтон пытается ограничить нашу хозяйственную деятельность на Северах, что Запад берет курс на милитаризацию Арктики, что нам необходимо развивать судо- и кораблестроение, наращивать портовую инфраструктуру на СМП, перезапускать речной трафик и т.д.
Судя по медийной активности тов. Патрушева, у него имеется установка на то, чтобы из Морской коллегии получилось что-то стоящее, чтобы это был весомый орган. В этом смысле коллегия может потеснить Совбез, который превратился в застойный институт, населенный почетными отставниками типа тт. Медведева и Шойгу.
Например, что значимого сделал Совбез по той же арктической теме? Вот есть в его структуре Межведомственная комиссия по вопросам обеспечения национальных интересов Российской Федерации в Арктике. Но много ли «добавленной стоимости» она дает хотя бы в бумажном отношении, много ли из нее исходит дельных документов, которым дан ход в виде конкретных решений, обеспеченных ресурсами?
Посмотрим в сторону нашей ключевой бумаги по Арктике, Стратегии по развитию АЗРФ. Как мы помним, она является документом стратегического планирования в сфере обеспечения национальной безопасности РФ (ст. 1). А это значит, что, согласно ст. 17 172-ФЗ «О стратегическом планировании в РФ», оценка состояния национальной безопасности РФ и контроль реализации документов в сфере обеспечения национальной безопасности РФ осуществляются Советом Безопасности РФ. И как, каковы эти оценки, каков контроль Совбеза за ее реализацией, в чем он зримо выражается?
В общем, здесь есть пустота, которую надо бы заполнить.
Впрочем, гиперактивность тов. Патрушева, подкрепленная вниманием перворанговых медиа, вовсе не является гарантией того, что у Морколлегии получится сделать то, что не вышло у Госкомиссии и, в общем-то, Совбеза – стать одним из реальных центров стратегического мышления по Арктике, формирующих политику «на земле». Для этого нужна последовательная работа по формированию этой политики, по продавливанию ее шагов на самом высоком уровне, по ее ресурсному обеспечению. Пока слышим правильные слова, видим медиа-активность. А вот будет ли вестись работа – посмотрим.
#морколлегия #стратегия #арктикабезопасность #СМП
marine.org.ru
Николай Патрушев провел первое заседание Морской коллегии
Деятельность