КМНС – новый фронт войны во льдах
Враждебное воздействие, оказываемое западными государствами на нашу страну в Арктике, комплексно и многомерно. Помимо всего прочего, России уже в близкой перспективе следует готовиться к раскачиванию «национальной» темы на северах.
В принципе, ничего особенно нового тут не происходит. Многочисленные очаги западного присутствия в виде разного рода активистских страничек в сети, небольших групп «борцов за права коренных», работы отдельных «экспертов» на этой ниве фиксируются уже давно. Это объективная реальность – СВО или не СВО, у нас есть противоречия с рядом стран в высоких широтах, и эти страны пользуются любыми средствами для того, чтобы реализовались их – а не наши – сценарии будущего. Используя для этого в том числе давление на наши болевые точки – и тема #КМНС как раз является одной из них.
Однако в последнее время отмечается зримая интенсификация этой деятельности, рост ее масштабов. Если раньше этот активизм носил во многом рутинный характер, а его локальные «вспышки» обычно приурочивались к каким-то более-менее заметным эпизодам из культурной и экологической жизни северных регионов, то теперь ситуация меняется. «Очаги» начинают генерировать больше контента; принимаются меры к тому, чтобы рос их вертикальный и горизонтальный импакт. Трибуну для этого активизма все активнее дают западные СМИ и ЛОМы, тематика КМНС и природоохраны как формы защиты из прав готовятся к тому, чтобы занять более заметное место в западных информационных и политических нарративах, обращенных к России.
Очевидно, что этот маховик будут раскручивать все жестче и жестче. Уже сейчас ясно, что одним из западных образов будущего является фрагментация России по «национальным территориям» или, как минимум, ее разрыхление, ослабление системных (политических, экономических, культурно-ценностных) вертикальных связей за счет глубокой регионализации. И тут проблематике коренных в Арктике отводится очень значимая роль – именно она даст смыслы и символы для такой фрагментации.
На это надо реагировать.
Кое-что, конечно, делается уже сейчас. Определенная работа идет по «жесткому» контуру, по линии силовых ведомств: подчищается информационное пространство, блокируются наиболее одиозные «точки вещания», осуществляется давление на активистов. Но на «мягком» треке, в измерении смыслов и борьбы за «сердца и умы», дело пока буксует. И это надо менять – чем скорее, тем лучше.
Во-первых, надо включать собственную «фабрику смыслов» для и о КМНС – современную, скроенную по актуальным лекалам.
Во-вторых, следует расширить число акторов, занятых в данной сфере. Ехать на одних только органах безопасности и административных структурах эта политика долго не может, нужно подключать независимую экспертизу, патриотичную общественность, формировать свои неправительственные институты, работающие по связке «экология Севера-КМНС».
В-третьих, на их (западную) активность, направленную на нас, нужно кратно разгонять нашу активность, направленную на них. Мы должны, используя современные платформы распространения информации, напрямую работать с общественным мнением других арктических стран – и их коренными. У наших коренных есть собственные субъекты федерации, а что есть у них? У наших коренных есть статусы, дающие вполне материальные привилегии, а что есть у них? На все это надо безжалостно давить, не стесняя себя границами. И тогда история успеха на треке КМНС появится у нас, а не у них.
Но самое главное – нельзя сидеть сложа руки.
Враждебное воздействие, оказываемое западными государствами на нашу страну в Арктике, комплексно и многомерно. Помимо всего прочего, России уже в близкой перспективе следует готовиться к раскачиванию «национальной» темы на северах.
В принципе, ничего особенно нового тут не происходит. Многочисленные очаги западного присутствия в виде разного рода активистских страничек в сети, небольших групп «борцов за права коренных», работы отдельных «экспертов» на этой ниве фиксируются уже давно. Это объективная реальность – СВО или не СВО, у нас есть противоречия с рядом стран в высоких широтах, и эти страны пользуются любыми средствами для того, чтобы реализовались их – а не наши – сценарии будущего. Используя для этого в том числе давление на наши болевые точки – и тема #КМНС как раз является одной из них.
Однако в последнее время отмечается зримая интенсификация этой деятельности, рост ее масштабов. Если раньше этот активизм носил во многом рутинный характер, а его локальные «вспышки» обычно приурочивались к каким-то более-менее заметным эпизодам из культурной и экологической жизни северных регионов, то теперь ситуация меняется. «Очаги» начинают генерировать больше контента; принимаются меры к тому, чтобы рос их вертикальный и горизонтальный импакт. Трибуну для этого активизма все активнее дают западные СМИ и ЛОМы, тематика КМНС и природоохраны как формы защиты из прав готовятся к тому, чтобы занять более заметное место в западных информационных и политических нарративах, обращенных к России.
Очевидно, что этот маховик будут раскручивать все жестче и жестче. Уже сейчас ясно, что одним из западных образов будущего является фрагментация России по «национальным территориям» или, как минимум, ее разрыхление, ослабление системных (политических, экономических, культурно-ценностных) вертикальных связей за счет глубокой регионализации. И тут проблематике коренных в Арктике отводится очень значимая роль – именно она даст смыслы и символы для такой фрагментации.
На это надо реагировать.
Кое-что, конечно, делается уже сейчас. Определенная работа идет по «жесткому» контуру, по линии силовых ведомств: подчищается информационное пространство, блокируются наиболее одиозные «точки вещания», осуществляется давление на активистов. Но на «мягком» треке, в измерении смыслов и борьбы за «сердца и умы», дело пока буксует. И это надо менять – чем скорее, тем лучше.
Во-первых, надо включать собственную «фабрику смыслов» для и о КМНС – современную, скроенную по актуальным лекалам.
Во-вторых, следует расширить число акторов, занятых в данной сфере. Ехать на одних только органах безопасности и административных структурах эта политика долго не может, нужно подключать независимую экспертизу, патриотичную общественность, формировать свои неправительственные институты, работающие по связке «экология Севера-КМНС».
В-третьих, на их (западную) активность, направленную на нас, нужно кратно разгонять нашу активность, направленную на них. Мы должны, используя современные платформы распространения информации, напрямую работать с общественным мнением других арктических стран – и их коренными. У наших коренных есть собственные субъекты федерации, а что есть у них? У наших коренных есть статусы, дающие вполне материальные привилегии, а что есть у них? На все это надо безжалостно давить, не стесняя себя границами. И тогда история успеха на треке КМНС появится у нас, а не у них.
Но самое главное – нельзя сидеть сложа руки.
Стратегия, СМП и все-все-все
Подписчики обращаются с недоуменными вопросами по поводу вот этого «экспертного» текста, который выложил авторитетный канал «Незыгарь», просят прокомментировать.
Вообще, мы долго думали, с какой стороны к этому подступиться. Прежде всего, потому, что комментировать поток сознания сложно – из него, для начала, надо вычленить какие-то тезисы, а это оказалось непросто. Ну реально, такое чувство, что это писал программный генератор статей, в случайном порядке насовавший в пост отдельные неряшливо согласованные предложения, которые так или иначе «про Арктику». Но ОК, люди просят, мы попробуем.
Во-первых, пафос о важности СМП – это абсолютно общее место. Да, Севморпуть для нас критически важен. Но зачем так перебарщивать в характеристиках? Россия – уже океаническая держава, просто посмотрите на карту. Мы имеем прямой доступ и к Северному Ледовитому, и к Тихому океанам (Курилы пока вроде наши?). А СМП – во многом инфраструктурное понятие. Он не меняет нашей географии, а, скажем так, облегчает ее использование. Обсуждаемые планы по СМП выводят нас на круглогодичное использование магистрали, в этом одна из целей этих стратегических документов.
Во-вторых, о климате и льде. Действительно, прогнозирование этих вещей – дело совершенно неблагодарное. Но в любом случае нам надо исходить из того сценария, что до 2035 года лед в Арктике сохранится по крайней мере в акватории СМП. Ибо если мы расслабимся и поставим все деньги на то, что льды сойдут летом напрочь, а они этого не сделают, мы будем иметь крайне бледный вид. Собственно, под этот сценарий и строятся ледоколы, развивается соответствующая инфраструктура на побережье и не только (в космосе, например).
В-третьих, про Стратегию-2035 написано нечто неудобоваримое. Сложно это комментировать, в кучу свалены положения самой стратегии, отчеты Счетки, экология, Кудрин и общественники из ПОРЫ. При чем там последние, вообще не понятно, т.к. их роль в создании Стратегии-2035 носила преимущественно технический характер, тогда как сам документ был примерно на 70% создан Миндалем, а еще на 30% – регионалами на стратсессиях.
В-четвертых, мы бы не стали закладываться на ослабление санкций со стороны ЕС и уж тем более возврат к рациональному поведению Брюсселя. ЕС – это бюрократический левиафан, на глубоком уровне аффилированный с НАТО, Вашингтоном и заокеанскими центрами влияния. Он может позволить себе действовать прямо вразрез естественным национальным интересам стран-членов и успешно делает это. И пока в США имеется установка на «сдерживание» России, европейцы будут в этом участвовать, хотят они этого сами или нет. А пока признаков смены вех в поведении США мы не наблюдаем – и даже наоборот, наша конфронтация показывает тренд на углубление.
В-пятых, англо-американка, конечно, гадит, но это не повод стенать о криптооккупации институтов развития. Нам нужно четкое понимание приоритетов (а его, по счастью, в Центре все больше), постановка внятных задач (с этим тоже стало в последнее время лучше) и жесткое принуждение всех причастных к их реализации. А вот безадресные заклинания о том, что у нас народ/страна/госаппарат «не те» просто непродуктивны.
Ну и последнее. Извините, если мы что-то не так поняли. Но если хотите, чтобы вас понимали, пишите тексты, а не камлания.
Подписчики обращаются с недоуменными вопросами по поводу вот этого «экспертного» текста, который выложил авторитетный канал «Незыгарь», просят прокомментировать.
Вообще, мы долго думали, с какой стороны к этому подступиться. Прежде всего, потому, что комментировать поток сознания сложно – из него, для начала, надо вычленить какие-то тезисы, а это оказалось непросто. Ну реально, такое чувство, что это писал программный генератор статей, в случайном порядке насовавший в пост отдельные неряшливо согласованные предложения, которые так или иначе «про Арктику». Но ОК, люди просят, мы попробуем.
Во-первых, пафос о важности СМП – это абсолютно общее место. Да, Севморпуть для нас критически важен. Но зачем так перебарщивать в характеристиках? Россия – уже океаническая держава, просто посмотрите на карту. Мы имеем прямой доступ и к Северному Ледовитому, и к Тихому океанам (Курилы пока вроде наши?). А СМП – во многом инфраструктурное понятие. Он не меняет нашей географии, а, скажем так, облегчает ее использование. Обсуждаемые планы по СМП выводят нас на круглогодичное использование магистрали, в этом одна из целей этих стратегических документов.
Во-вторых, о климате и льде. Действительно, прогнозирование этих вещей – дело совершенно неблагодарное. Но в любом случае нам надо исходить из того сценария, что до 2035 года лед в Арктике сохранится по крайней мере в акватории СМП. Ибо если мы расслабимся и поставим все деньги на то, что льды сойдут летом напрочь, а они этого не сделают, мы будем иметь крайне бледный вид. Собственно, под этот сценарий и строятся ледоколы, развивается соответствующая инфраструктура на побережье и не только (в космосе, например).
В-третьих, про Стратегию-2035 написано нечто неудобоваримое. Сложно это комментировать, в кучу свалены положения самой стратегии, отчеты Счетки, экология, Кудрин и общественники из ПОРЫ. При чем там последние, вообще не понятно, т.к. их роль в создании Стратегии-2035 носила преимущественно технический характер, тогда как сам документ был примерно на 70% создан Миндалем, а еще на 30% – регионалами на стратсессиях.
В-четвертых, мы бы не стали закладываться на ослабление санкций со стороны ЕС и уж тем более возврат к рациональному поведению Брюсселя. ЕС – это бюрократический левиафан, на глубоком уровне аффилированный с НАТО, Вашингтоном и заокеанскими центрами влияния. Он может позволить себе действовать прямо вразрез естественным национальным интересам стран-членов и успешно делает это. И пока в США имеется установка на «сдерживание» России, европейцы будут в этом участвовать, хотят они этого сами или нет. А пока признаков смены вех в поведении США мы не наблюдаем – и даже наоборот, наша конфронтация показывает тренд на углубление.
В-пятых, англо-американка, конечно, гадит, но это не повод стенать о криптооккупации институтов развития. Нам нужно четкое понимание приоритетов (а его, по счастью, в Центре все больше), постановка внятных задач (с этим тоже стало в последнее время лучше) и жесткое принуждение всех причастных к их реализации. А вот безадресные заклинания о том, что у нас народ/страна/госаппарат «не те» просто непродуктивны.
Ну и последнее. Извините, если мы что-то не так поняли. Но если хотите, чтобы вас понимали, пишите тексты, а не камлания.
Telegram
НЕЗЫГАРЬ
Мнение экспертов. Тг-канал Опричнина @oprichniks - о СМП.
Правительство России разработало план развития Северного морского пути (СМП) по поручению Путина, данного в апреле текущего года. Вместе с “Незыгарь“ поднимали вопрос актуализации ускоренного строительства…
Правительство России разработало план развития Северного морского пути (СМП) по поручению Путина, данного в апреле текущего года. Вместе с “Незыгарь“ поднимали вопрос актуализации ускоренного строительства…
Мягкая сила КМНС
К сказанному выше.
Интересный кейс в сфере «мягкой» силы России за рубежом – это работа Ассоциации КМН Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ. Вот небольшой пример их деятельности – письмо в органы ООН (см. ниже).
В нем люди развивают вполне разумную аргументацию, опровергающую основные тезисы западной пропаганды по коренным. В частности, указывается на то, что западники по факту активно практикуют «политическое самозванство», предоставляя трибуну собственным протеже. Последние отыгрывают роль «представителей российских КМН» и в таковом качестве, прикрываясь данным статусом, озвучивают «требования заказчика». Но это недопустимо – ведь в сущности речь идет о фейковых структурах.
В свою очередь, развенчивая положения пресловутого «деколонизационного» дискурса применительно к России и нашим коренным, авторы отмечают, что широкий круг потребностей КМНС в целом удовлетворяется в рамках существующей территориально-государственной модели, и что пресловутое «освобождение» и «защита интересов» со стороны нашим коренным без надобности.
Отрадно, что есть дееспособные, массовые и, соответственно, достаточно представительные структуры, которые могут взять на себя часть работы по тематике коренных. Но это, конечно, капля в море.
Активность этой и подобных структур должна в идеале вырасти на порядок. У организаций #КМНС с патриотической позицией должны быть свои мощные рупоры, направленные и вовнутрь, и, что не менее важно, вовне. Нужна большая и массовая работа на уровне человеческих контактов, народной дипломатии, медиа-дипломатии. Этим структурам нужны свои собственные трибуны с выходом на зарубеж – интернет-СМИ с качественным контентом на иностранных языках. Нужна и глубокая проработка смыслов, которые будут транслироваться в эфир – это должно быть не простое оборончество и охранительство, а какие-то новые интересные нарративы, способные конкурировать с западными теориями и пропагандой. Вот тогда мы и сможем эффективно бить западников на их поле, выйдя из положения вечно обороняющихся.
К сказанному выше.
Интересный кейс в сфере «мягкой» силы России за рубежом – это работа Ассоциации КМН Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ. Вот небольшой пример их деятельности – письмо в органы ООН (см. ниже).
В нем люди развивают вполне разумную аргументацию, опровергающую основные тезисы западной пропаганды по коренным. В частности, указывается на то, что западники по факту активно практикуют «политическое самозванство», предоставляя трибуну собственным протеже. Последние отыгрывают роль «представителей российских КМН» и в таковом качестве, прикрываясь данным статусом, озвучивают «требования заказчика». Но это недопустимо – ведь в сущности речь идет о фейковых структурах.
В свою очередь, развенчивая положения пресловутого «деколонизационного» дискурса применительно к России и нашим коренным, авторы отмечают, что широкий круг потребностей КМНС в целом удовлетворяется в рамках существующей территориально-государственной модели, и что пресловутое «освобождение» и «защита интересов» со стороны нашим коренным без надобности.
Отрадно, что есть дееспособные, массовые и, соответственно, достаточно представительные структуры, которые могут взять на себя часть работы по тематике коренных. Но это, конечно, капля в море.
Активность этой и подобных структур должна в идеале вырасти на порядок. У организаций #КМНС с патриотической позицией должны быть свои мощные рупоры, направленные и вовнутрь, и, что не менее важно, вовне. Нужна большая и массовая работа на уровне человеческих контактов, народной дипломатии, медиа-дипломатии. Этим структурам нужны свои собственные трибуны с выходом на зарубеж – интернет-СМИ с качественным контентом на иностранных языках. Нужна и глубокая проработка смыслов, которые будут транслироваться в эфир – это должно быть не простое оборончество и охранительство, а какие-то новые интересные нарративы, способные конкурировать с западными теориями и пропагандой. Вот тогда мы и сможем эффективно бить западников на их поле, выйдя из положения вечно обороняющихся.
Telegram
Капитан Арктика
КМНС – новый фронт войны во льдах
Враждебное воздействие, оказываемое западными государствами на нашу страну в Арктике, комплексно и многомерно. Помимо всего прочего, России уже в близкой перспективе следует готовиться к раскачиванию «национальной» темы…
Враждебное воздействие, оказываемое западными государствами на нашу страну в Арктике, комплексно и многомерно. Помимо всего прочего, России уже в близкой перспективе следует готовиться к раскачиванию «национальной» темы…
Дизель в Арктике: между молотом и наковальней
Санкции продолжают давить на наши арктические проекты.
Как мы помним, Росатом и Норникель собирались совместно строить четыре двухтопливных ледокола – на СПГ и дизтопливе. Соответствующее соглашение между упомянутыми игроками и дальневосточным ДЦСС было подписано в сентябре прошлого года.
Однако в проект ледокола изначально закладывался импорт, который в ближайшей перспективе заменить нельзя – например, винторулевые колонки-азиподы; есть проблемы и с локализацией топливной системы на СПГ. Теперь, в эпоху санкций, доступ к этим технологиям и узлам прекращен.
В силу этого было принято решение об уходе от концепции гибридного ледокола. Партнеры договорились по новой: вместо двухтопливников будут изготовлены дизельные ледоколы с примерно теми же целевыми характеристиками. Азиподы заменят на валовые линии, двигатель –среднеоборотный судовой коломенский дизель из семейства Д500, достаточно новый и, главное, на 100% российский. Проектировать будет ЦКБ «Айсберг», головное судно проекта может быть заложено в 2024-м и сдано в 2027-м, серийные появятся в 2028, 2029 и 2030 годах соответственно.
…Да, это само по себе неприятно, чревато новыми задержками и т.д. и т.п. Но дело в том, что это не все: всплывает еще один, очень серьезный, момент.
Как мы неоднократно упоминали, по линии международных организаций, и в частности Международной морской организации (ИМО) принимаются системные меры по ограничению арктического судоходства, направленные преимущественно против РФ как страны, таковое судоходство активно развивающей. Крайним нововведением на этой ниве стало прошлогоднее решение о запрете использования и перевозки тяжелого судового топлива с 1 июля 2024 года в заполярных акваториях. Мотивация – экологическая: таким-де образом мы защитим Арктику от разливов мазута и пресловутого «черного карбона».
Так вот, уверяем вас, это далеко не последнее решение такого рода. В ближайшие годы нас ожидают новые попытки – думается, успешные – ужесточения правовых режимов заполярного судоходства. Первыми в очереди на запрет – дизельные суда, даже с современными двигательными установками. И не важно, согласимся мы с новыми нормами или нет, – к ограничениям обязательно будут «привинчены» санкции, поддерживаемые странами «золотого миллиарда», являющимися основными конечными потребителями нашего арктического экспорта.
В общем, с ИМО в уже обозримой перспективе надо будет что-то решать.
#экология #ИМО #судоходство #СМП
Санкции продолжают давить на наши арктические проекты.
Как мы помним, Росатом и Норникель собирались совместно строить четыре двухтопливных ледокола – на СПГ и дизтопливе. Соответствующее соглашение между упомянутыми игроками и дальневосточным ДЦСС было подписано в сентябре прошлого года.
Однако в проект ледокола изначально закладывался импорт, который в ближайшей перспективе заменить нельзя – например, винторулевые колонки-азиподы; есть проблемы и с локализацией топливной системы на СПГ. Теперь, в эпоху санкций, доступ к этим технологиям и узлам прекращен.
В силу этого было принято решение об уходе от концепции гибридного ледокола. Партнеры договорились по новой: вместо двухтопливников будут изготовлены дизельные ледоколы с примерно теми же целевыми характеристиками. Азиподы заменят на валовые линии, двигатель –среднеоборотный судовой коломенский дизель из семейства Д500, достаточно новый и, главное, на 100% российский. Проектировать будет ЦКБ «Айсберг», головное судно проекта может быть заложено в 2024-м и сдано в 2027-м, серийные появятся в 2028, 2029 и 2030 годах соответственно.
…Да, это само по себе неприятно, чревато новыми задержками и т.д. и т.п. Но дело в том, что это не все: всплывает еще один, очень серьезный, момент.
Как мы неоднократно упоминали, по линии международных организаций, и в частности Международной морской организации (ИМО) принимаются системные меры по ограничению арктического судоходства, направленные преимущественно против РФ как страны, таковое судоходство активно развивающей. Крайним нововведением на этой ниве стало прошлогоднее решение о запрете использования и перевозки тяжелого судового топлива с 1 июля 2024 года в заполярных акваториях. Мотивация – экологическая: таким-де образом мы защитим Арктику от разливов мазута и пресловутого «черного карбона».
Так вот, уверяем вас, это далеко не последнее решение такого рода. В ближайшие годы нас ожидают новые попытки – думается, успешные – ужесточения правовых режимов заполярного судоходства. Первыми в очереди на запрет – дизельные суда, даже с современными двигательными установками. И не важно, согласимся мы с новыми нормами или нет, – к ограничениям обязательно будут «привинчены» санкции, поддерживаемые странами «золотого миллиарда», являющимися основными конечными потребителями нашего арктического экспорта.
В общем, с ИМО в уже обозримой перспективе надо будет что-то решать.
#экология #ИМО #судоходство #СМП
Санкции и арктическое дно
Процесс круглогодизации и овсесезонивания СМП может сесть на мель. Притом практически в буквальном смысле: в России – как всегда, «внезапно» – обнаружился дефицит дноуглубительных мощностей.
…В связи с западными санкциями и бегством европейских компаний с российского рынка оказалось, что проводить работы по углублению дна в Арктике толком некому: наши мейджоры традиционно подряжали на это дело иностранцев.
Логика таких бизнес-решений – на поверхности. Иностранцы – они ведь дисциплинированные, исполнительные, у них отлаженный сервис, хорошая страховка, нет хронических проблем, характерных для «отечественных аналогов». По всем параметрам наших кроют: для иллюстрации, общая мощность всего дноуглубительного флота РФ составляет 40 тыс. кубометров, а флот только одной бельгийской Deme – 240 тыс. кубов, т.е. в шесть (!) раз больше. Да что там, один только дноуглубительный снаряд Vox Amalia, принадлежащий голландской Van Oord, обладает мощностью 18 тыс. кубов – считай, половина всего профильного российского флота по показателям. Ну и чего (казалось бы) наших «проблемных неумех» поддерживать?
Однако бухгалтерско-корпоративная логика, как всегда, дала сбой, столкнувшись с геополитическими реалиями. То, что казалось разумной тактикой, оказалось провальной стратегией. И теперь, когда жареный петух клюнул, в Арктике замаячили проблемы.
Факт в том, что дноуглубление в Заполярье требуется, и требуется оно в серьезных масштабах. Северный Ледовитый океан – не самый глубоководный, да и многие наши пафосные проекты выходят на мелководье. И для них, и для обеспечения пресловутой круглогодичности требуется масштабное дноуглубление. Для примера, один только трехлетний контракт по углублению Морского канала в Сабетте – это почти 60 млн кубов грунта. А ремонтное черпание в той же Сабетте, необходимое для поддержания потребных глубин в акватории, – это еще миллион кубов (по контракту на 2021 год).
Теперь придется заняться проблемой в авральном режиме. В меню – консолидация дноуглубительных активов и закупки новых судов.
Процесс круглогодизации и овсесезонивания СМП может сесть на мель. Притом практически в буквальном смысле: в России – как всегда, «внезапно» – обнаружился дефицит дноуглубительных мощностей.
…В связи с западными санкциями и бегством европейских компаний с российского рынка оказалось, что проводить работы по углублению дна в Арктике толком некому: наши мейджоры традиционно подряжали на это дело иностранцев.
Логика таких бизнес-решений – на поверхности. Иностранцы – они ведь дисциплинированные, исполнительные, у них отлаженный сервис, хорошая страховка, нет хронических проблем, характерных для «отечественных аналогов». По всем параметрам наших кроют: для иллюстрации, общая мощность всего дноуглубительного флота РФ составляет 40 тыс. кубометров, а флот только одной бельгийской Deme – 240 тыс. кубов, т.е. в шесть (!) раз больше. Да что там, один только дноуглубительный снаряд Vox Amalia, принадлежащий голландской Van Oord, обладает мощностью 18 тыс. кубов – считай, половина всего профильного российского флота по показателям. Ну и чего (казалось бы) наших «проблемных неумех» поддерживать?
Однако бухгалтерско-корпоративная логика, как всегда, дала сбой, столкнувшись с геополитическими реалиями. То, что казалось разумной тактикой, оказалось провальной стратегией. И теперь, когда жареный петух клюнул, в Арктике замаячили проблемы.
Факт в том, что дноуглубление в Заполярье требуется, и требуется оно в серьезных масштабах. Северный Ледовитый океан – не самый глубоководный, да и многие наши пафосные проекты выходят на мелководье. И для них, и для обеспечения пресловутой круглогодичности требуется масштабное дноуглубление. Для примера, один только трехлетний контракт по углублению Морского канала в Сабетте – это почти 60 млн кубов грунта. А ремонтное черпание в той же Сабетте, необходимое для поддержания потребных глубин в акватории, – это еще миллион кубов (по контракту на 2021 год).
Теперь придется заняться проблемой в авральном режиме. В меню – консолидация дноуглубительных активов и закупки новых судов.
Что по Баренцбургу?
После успешного разрешения мини-кризиса вокруг транзита российских предметов снабжения на Шпицберген СМИ враз потеряли интерес к теме. Но российские поселения никуда с островов не делись, продолжается и их снабжение (теперь – без препятствий). Итак, как был решен вопрос?
По итогам переговоров с норвежцами была выработана такая формула.
Норвежский автоперевозчик забирает контейнеры в Мурманской области, перевозит их через российско-норвежскую границу в пункте пропуска «Борисоглебск – Стурскуг». Там они проходят процедуру досмотра норвежскими таможенными властями, в т.ч. на предмет наличия запрещенной ныне «санкционки» и отправляются в порт Тромсе. Где контейнеры грузятся на норвежский контейнеровоз, идущий морем на Баренцбург.
Для организации отправки грузов используется заявительный механизм. Крайняя заявка от треста «Арктикуголь» от 13 июля норвежской стороной согласована, повторения недавней ситуации не будет.
В целом, найденный компромисс работает. Тут бы и возрадоваться, но есть, как говорится, один нюанс. А вернее, целых два.
Во-первых, благодаря этому санкционному «финту ушами» норвежцы смогли на ровном месте дополнительно закрутить гайки на второстепенном, но все же важном участке нашего присутствия в Арктике, навязав свои правила. А во-вторых, они сделали еще один шаг в русле своей долгосрочной политики по выдавливанию России со Шпицбергена и утверждению там своего полноценного, никем не оспариваемого суверенитета.
#Норвегия #арктикабезопасность
После успешного разрешения мини-кризиса вокруг транзита российских предметов снабжения на Шпицберген СМИ враз потеряли интерес к теме. Но российские поселения никуда с островов не делись, продолжается и их снабжение (теперь – без препятствий). Итак, как был решен вопрос?
По итогам переговоров с норвежцами была выработана такая формула.
Норвежский автоперевозчик забирает контейнеры в Мурманской области, перевозит их через российско-норвежскую границу в пункте пропуска «Борисоглебск – Стурскуг». Там они проходят процедуру досмотра норвежскими таможенными властями, в т.ч. на предмет наличия запрещенной ныне «санкционки» и отправляются в порт Тромсе. Где контейнеры грузятся на норвежский контейнеровоз, идущий морем на Баренцбург.
Для организации отправки грузов используется заявительный механизм. Крайняя заявка от треста «Арктикуголь» от 13 июля норвежской стороной согласована, повторения недавней ситуации не будет.
В целом, найденный компромисс работает. Тут бы и возрадоваться, но есть, как говорится, один нюанс. А вернее, целых два.
Во-первых, благодаря этому санкционному «финту ушами» норвежцы смогли на ровном месте дополнительно закрутить гайки на второстепенном, но все же важном участке нашего присутствия в Арктике, навязав свои правила. А во-вторых, они сделали еще один шаг в русле своей долгосрочной политики по выдавливанию России со Шпицбергена и утверждению там своего полноценного, никем не оспариваемого суверенитета.
#Норвегия #арктикабезопасность
Западные коренные: пессимизм и разобщенность
И вновь об этническом треке сложных межарктических отношений.
Тут на прошлой неделе завершилась генассамблея Инуитского приполярного совета (ИПС) – организации, в которую входят представители Аляски, Канады, Гренландии и нашей Чукотки. В общем, по итогам мероприятия у западных членов настроения минорные – не так уж и нужны коренные в «их» демократических странах, этнические повестки теряют баллы на политических биржах, реальной поддержки, защиты их интересов толком нет.
Западные коренные отзываются о текущем моменте с какой-то смесью удивления и разочарования.
Впечатление аляскинских #КМНС от внутриамериканских политических раскладов вокруг темы коренных и инуитов в частности – «при Трампе было лучше». Это, надо сказать, очень серьезная заявка. Поскольку тогда в среде американских КНС искренне думали, что хуже республиканцев и Трампа в частности не может быть ничего. Инуиты откровенно жаловались на игнорирование их интересов Вашингтоном, распечатывание нефтяной «кубышки» на Аляске и прочие неприятные им вещи. Зато теперь, несмотря на приход к власти демократов с их повесточками, к старым неприятностям добавились новые, ключевой из которых стала маргинализация. Пока демократам надо было «давить» коренными администрацию по больным вопросам (климату, «диверсити», нефтегазодобыче и т.д.), они это радостно делали. Теперь же коренные свою роль временно отыграли, и их задвинули в глубокий запас.
У их канадских родственников дела получше – Оттава в прошлом году присоединилась к Декларации о правах коренных народов и ввела в национальное законодательство соответствующие нормы. Но масса вопросов по-прежнему сохраняют актуальность. Например, проблема пересечения инуитами границ: США и Дания (далекая собственница Гренландии) применяют жесткое миграционное законодательство, не дающее никаких поблажек коренным, разделенным границами. По мнению делегатов, канадское законодательство мягче, но тоже нуждается в коррекции.
По болезненному для всех «российскому вопросу» западные спикеры от коренных вынуждены сидеть на двух стульях. В отличие от официоза, западные арктические коренные понимают значение России в Арктике: без половины региона о будущем Арктики говорить невозможно (и это цитата). Но прислушиваться к позиции Москвы (а ее, кстати говоря, без обиняков поддержала делегация от Чукотки) негласно запрещено, поэтому приходится разрываться между отношениями с российской родней, с одной стороны, и собственными правительствами и общественностью, с другой.
Но в целом, повторимся, коренные – это потенциально благодатная международная тема для России. Сейчас их акции на Западе падают, это формирует ресентимент по отношению к государству, трендовым НПО, пропаганде и идейному мейнстриму. Это настроение необходимо подхватывать, предлагая свои смыслы и повестку. Если все это грамотно и наступательно раскручивать, могут быть неплохие результаты.
И вновь об этническом треке сложных межарктических отношений.
Тут на прошлой неделе завершилась генассамблея Инуитского приполярного совета (ИПС) – организации, в которую входят представители Аляски, Канады, Гренландии и нашей Чукотки. В общем, по итогам мероприятия у западных членов настроения минорные – не так уж и нужны коренные в «их» демократических странах, этнические повестки теряют баллы на политических биржах, реальной поддержки, защиты их интересов толком нет.
Западные коренные отзываются о текущем моменте с какой-то смесью удивления и разочарования.
Впечатление аляскинских #КМНС от внутриамериканских политических раскладов вокруг темы коренных и инуитов в частности – «при Трампе было лучше». Это, надо сказать, очень серьезная заявка. Поскольку тогда в среде американских КНС искренне думали, что хуже республиканцев и Трампа в частности не может быть ничего. Инуиты откровенно жаловались на игнорирование их интересов Вашингтоном, распечатывание нефтяной «кубышки» на Аляске и прочие неприятные им вещи. Зато теперь, несмотря на приход к власти демократов с их повесточками, к старым неприятностям добавились новые, ключевой из которых стала маргинализация. Пока демократам надо было «давить» коренными администрацию по больным вопросам (климату, «диверсити», нефтегазодобыче и т.д.), они это радостно делали. Теперь же коренные свою роль временно отыграли, и их задвинули в глубокий запас.
У их канадских родственников дела получше – Оттава в прошлом году присоединилась к Декларации о правах коренных народов и ввела в национальное законодательство соответствующие нормы. Но масса вопросов по-прежнему сохраняют актуальность. Например, проблема пересечения инуитами границ: США и Дания (далекая собственница Гренландии) применяют жесткое миграционное законодательство, не дающее никаких поблажек коренным, разделенным границами. По мнению делегатов, канадское законодательство мягче, но тоже нуждается в коррекции.
По болезненному для всех «российскому вопросу» западные спикеры от коренных вынуждены сидеть на двух стульях. В отличие от официоза, западные арктические коренные понимают значение России в Арктике: без половины региона о будущем Арктики говорить невозможно (и это цитата). Но прислушиваться к позиции Москвы (а ее, кстати говоря, без обиняков поддержала делегация от Чукотки) негласно запрещено, поэтому приходится разрываться между отношениями с российской родней, с одной стороны, и собственными правительствами и общественностью, с другой.
Но в целом, повторимся, коренные – это потенциально благодатная международная тема для России. Сейчас их акции на Западе падают, это формирует ресентимент по отношению к государству, трендовым НПО, пропаганде и идейному мейнстриму. Это настроение необходимо подхватывать, предлагая свои смыслы и повестку. Если все это грамотно и наступательно раскручивать, могут быть неплохие результаты.
Telegram
Капитан Арктика
КМНС – новый фронт войны во льдах
Враждебное воздействие, оказываемое западными государствами на нашу страну в Арктике, комплексно и многомерно. Помимо всего прочего, России уже в близкой перспективе следует готовиться к раскачиванию «национальной» темы…
Враждебное воздействие, оказываемое западными государствами на нашу страну в Арктике, комплексно и многомерно. Помимо всего прочего, России уже в близкой перспективе следует готовиться к раскачиванию «национальной» темы…
Арктика: ТВД нового поколения
Давление на Россию за полярным кругом будет носить комплексный характер. Американцы работают над запуском новых высокотехнологичных систем для Арктики.
Американские военные всерьез рассматривают Россию и Китай как источники высокотехнологичной угрозы для своей безопасности. Особенно их беспокоят два направления соперничества, по которым они отстают, – гиперзвук и подводные лодки. И если КНР только собирается заполучить соответствующие технологии, то России тут уже есть чем похвастаться. Что углубляет паранойю Пентагона – и заставляет выделять дополнительные бюджеты на меры противодействия.
Так, в оборонном бюджете на следующий год будут предусмотрены значительные средства на создание четырех новых загоризонтных РЛС, нацеленных на раннее обнаружение пусков и вычисление траекторий полета российских гиперзвуковых ракет. Особое внимание в контексте развития американской системы предупреждения о ракетном нападении будет уделено арктическому направлению как наиболее угрожаемому. Свою лепту тут собираются внести и канадцы: партнеры по системе НОРАД уже заявили о наличии подобных планов по новым загоризонтным радарам, которые будут работать на совместную североамериканскую СПРН.
В свою очередь, чтобы купировать потенциальную угрозу, исходящую от перспективных российских подводных боевых платформ, Североамериканское командование вооруженных сил США собирается получить в обозримом будущем новые комплексы наблюдения за подводной обстановкой. Соответствующие заявки военных в целом одобрены, деньги выделены, работа идет.
Говоря об американских оборонных новинках, нацеленных на Север, следует отметить и установку на дальнейшую интеллектуализацию военных информационных систем и связанных с ними систем обеспечения принятия решений. В недрах американской «военки» активно развиваются программы разработки искусственного интеллекта и машинного обучения, призванные повысить ценность разведывательной и прочей информации, получаемой по различным каналам, и сформировать более понятную информационную среду для профильных ЛПР.
Американская (да, впрочем, и любая другая) оборона обычно всегда строится так, чтобы иметь возможность легко превратиться в наступление. Все эти «оборонные» вещи носят обоюдоострый характер и по факту являются потенциальным средством поддержки различных инициативных акций в высоких широтах, прежде всего – силового или квазисилового характера. Нам следует готовиться к дальнейшему увеличению возможностей США по формированию «информационного колпака» над Арктикой, повышающего прозрачность нашей оборонной деятельности и уязвимость нашей критической инфраструктуры за полярным кругом.
#арктикабезопасность
Давление на Россию за полярным кругом будет носить комплексный характер. Американцы работают над запуском новых высокотехнологичных систем для Арктики.
Американские военные всерьез рассматривают Россию и Китай как источники высокотехнологичной угрозы для своей безопасности. Особенно их беспокоят два направления соперничества, по которым они отстают, – гиперзвук и подводные лодки. И если КНР только собирается заполучить соответствующие технологии, то России тут уже есть чем похвастаться. Что углубляет паранойю Пентагона – и заставляет выделять дополнительные бюджеты на меры противодействия.
Так, в оборонном бюджете на следующий год будут предусмотрены значительные средства на создание четырех новых загоризонтных РЛС, нацеленных на раннее обнаружение пусков и вычисление траекторий полета российских гиперзвуковых ракет. Особое внимание в контексте развития американской системы предупреждения о ракетном нападении будет уделено арктическому направлению как наиболее угрожаемому. Свою лепту тут собираются внести и канадцы: партнеры по системе НОРАД уже заявили о наличии подобных планов по новым загоризонтным радарам, которые будут работать на совместную североамериканскую СПРН.
В свою очередь, чтобы купировать потенциальную угрозу, исходящую от перспективных российских подводных боевых платформ, Североамериканское командование вооруженных сил США собирается получить в обозримом будущем новые комплексы наблюдения за подводной обстановкой. Соответствующие заявки военных в целом одобрены, деньги выделены, работа идет.
Говоря об американских оборонных новинках, нацеленных на Север, следует отметить и установку на дальнейшую интеллектуализацию военных информационных систем и связанных с ними систем обеспечения принятия решений. В недрах американской «военки» активно развиваются программы разработки искусственного интеллекта и машинного обучения, призванные повысить ценность разведывательной и прочей информации, получаемой по различным каналам, и сформировать более понятную информационную среду для профильных ЛПР.
Американская (да, впрочем, и любая другая) оборона обычно всегда строится так, чтобы иметь возможность легко превратиться в наступление. Все эти «оборонные» вещи носят обоюдоострый характер и по факту являются потенциальным средством поддержки различных инициативных акций в высоких широтах, прежде всего – силового или квазисилового характера. Нам следует готовиться к дальнейшему увеличению возможностей США по формированию «информационного колпака» над Арктикой, повышающего прозрачность нашей оборонной деятельности и уязвимость нашей критической инфраструктуры за полярным кругом.
#арктикабезопасность
Минобороны захватывает СМП?!
Минобороны решило слегка подзакрутить гайки на СМП. Военные предложили ряд поправок к ФЗ № 155 от 31 июля 1998 года «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации». Правкомиссия по законопроектной деятельности текст уже одобрила, дело должно пойти быстро.
О чем поправки?
В самых общих чертах, речь идет, во-первых, о распространении норм прохода государственных и военных судов иностранных держав, применяемых для территориального моря РФ, на внутренние воды РФ в акватории СМП и, во-вторых, об ужесточении этих норм применительно к внутренним водам СМП.
Для начала, что такое внутренние воды? Если сильно упростить, это акватории российских портов, заливов, бухт, губ, лиманов, проливов и т.д. (там есть нюансы, но если совсем просто – то так). А что такое территориальное море? Это – 12-мильная зона, отмеряемая от берега/внутренних вод. Внутренние морские воды являются составной частью территории Российской Федерации (ст. 1 155-ФЗ), на территориальное море распространяется суверенитет РФ с признанием права мирного прохода иностранных судов (там же, ст. 2).
Вот, собственно, право мирного прохода по внутренним водам, входящим в акваторию СМП, и подверглось урегулированию. Раньше про это в законодательстве норм не было.
Теперь, если кому-то приспичит послать свой военный корабль/государственное судно для захода в эти самые внутренние воды СМП, на это придется получать разрешение у РФ. Запрашивать его надо будет минимум за 90 дней до этого знаменательного события. Больше одного корабля одновременно во внутренние воды не пускаем (если на иное нет спецрешения правительства); все эти разрешения могут быть приостановлены из соображений безопасности.
В том, что касается мирного прохода по терморю, все осталось по-прежнему, в соответствии со ст.ст. 11-13 155-ФЗ: не больше трех кораблей одновременно; субмарины в надводном положении и под своим флагом; следовать по установленным морским коридорам и т.д.
В целом, никакой особой революции и «драконовских» нововведений тут нет. Просто отрегулировали один небольшой незакрытый вопрос. А все крики (панические или торжествующие) на тему «национализации» СМП или его «захвата» военными – это или хайп, или нежелание вникать в тему.
#СМП #судоходство
Минобороны решило слегка подзакрутить гайки на СМП. Военные предложили ряд поправок к ФЗ № 155 от 31 июля 1998 года «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации». Правкомиссия по законопроектной деятельности текст уже одобрила, дело должно пойти быстро.
О чем поправки?
В самых общих чертах, речь идет, во-первых, о распространении норм прохода государственных и военных судов иностранных держав, применяемых для территориального моря РФ, на внутренние воды РФ в акватории СМП и, во-вторых, об ужесточении этих норм применительно к внутренним водам СМП.
Для начала, что такое внутренние воды? Если сильно упростить, это акватории российских портов, заливов, бухт, губ, лиманов, проливов и т.д. (там есть нюансы, но если совсем просто – то так). А что такое территориальное море? Это – 12-мильная зона, отмеряемая от берега/внутренних вод. Внутренние морские воды являются составной частью территории Российской Федерации (ст. 1 155-ФЗ), на территориальное море распространяется суверенитет РФ с признанием права мирного прохода иностранных судов (там же, ст. 2).
Вот, собственно, право мирного прохода по внутренним водам, входящим в акваторию СМП, и подверглось урегулированию. Раньше про это в законодательстве норм не было.
Теперь, если кому-то приспичит послать свой военный корабль/государственное судно для захода в эти самые внутренние воды СМП, на это придется получать разрешение у РФ. Запрашивать его надо будет минимум за 90 дней до этого знаменательного события. Больше одного корабля одновременно во внутренние воды не пускаем (если на иное нет спецрешения правительства); все эти разрешения могут быть приостановлены из соображений безопасности.
В том, что касается мирного прохода по терморю, все осталось по-прежнему, в соответствии со ст.ст. 11-13 155-ФЗ: не больше трех кораблей одновременно; субмарины в надводном положении и под своим флагом; следовать по установленным морским коридорам и т.д.
В целом, никакой особой революции и «драконовских» нововведений тут нет. Просто отрегулировали один небольшой незакрытый вопрос. А все крики (панические или торжествующие) на тему «национализации» СМП или его «захвата» военными – это или хайп, или нежелание вникать в тему.
#СМП #судоходство
США «подмораживают» АЗРФ
Не силовыми акциями едиными: американцы обсуждают возможность введения санкций на экспорт российского нефтегаза в Китай.
Невидимая рука рынка лютует. Республиканцы продавливают законопроект, предусматривающий штрафы для компаний, страхующих или регистрирующих суда, перевозящие #нефть и #СПГ из России в Китай. Bloomberg полагает, что инициатива может выстрелить – а это значит, что мы увидим новые санкции.
Игнорировать эту перспективу не надо. Всю ее серьезность прекрасно понимают и в Москве, и в Пекине. Обе столицы протестуют, но повлиять на законотворческий процесс в «цитадели мировой демократии» не могут. Остается ждать и надеяться на лучшее.
Новые ограничения – а они все равно будут, не логистические, так ценовые, не ценовые, так какие-то еще – дополнительно сужают окно наших возможностей в Арктике. Шаг за шагом нас пытаются вывести на ситуацию, в которой неизмеримый потенциал Заполярья так и будет преимущественно оставаться потенциалом, не конвертируясь в реальные цифры роста и материальные блага для страны.
Наша уязвимость в этом вопросе – прямое следствие порочной парадигмы «качай и вези», избранной в качестве базовой концепции освоения Арктики. И если в прошлом у нас не хватило собственной решимости заменить ее на более продуктивный подход, предполагающий обращение этих ресурсов на создание дополнительной добавочной стоимости внутри страны, на ее комплексное развитие, то, похоже, нас вынудят это сделать сейчас – позже, хуже и из-под палки.
#США #КНР #газ
Не силовыми акциями едиными: американцы обсуждают возможность введения санкций на экспорт российского нефтегаза в Китай.
Невидимая рука рынка лютует. Республиканцы продавливают законопроект, предусматривающий штрафы для компаний, страхующих или регистрирующих суда, перевозящие #нефть и #СПГ из России в Китай. Bloomberg полагает, что инициатива может выстрелить – а это значит, что мы увидим новые санкции.
Игнорировать эту перспективу не надо. Всю ее серьезность прекрасно понимают и в Москве, и в Пекине. Обе столицы протестуют, но повлиять на законотворческий процесс в «цитадели мировой демократии» не могут. Остается ждать и надеяться на лучшее.
Новые ограничения – а они все равно будут, не логистические, так ценовые, не ценовые, так какие-то еще – дополнительно сужают окно наших возможностей в Арктике. Шаг за шагом нас пытаются вывести на ситуацию, в которой неизмеримый потенциал Заполярья так и будет преимущественно оставаться потенциалом, не конвертируясь в реальные цифры роста и материальные блага для страны.
Наша уязвимость в этом вопросе – прямое следствие порочной парадигмы «качай и вези», избранной в качестве базовой концепции освоения Арктики. И если в прошлом у нас не хватило собственной решимости заменить ее на более продуктивный подход, предполагающий обращение этих ресурсов на создание дополнительной добавочной стоимости внутри страны, на ее комплексное развитие, то, похоже, нас вынудят это сделать сейчас – позже, хуже и из-под палки.
#США #КНР #газ
В Баренцбурге – новая власть
На шпицбергенском направлении у нас кадровые перестановки.
Прежде всего, пару недель назад, аккурат под занавес «контейнерного кризиса», у нас там сменили генконсула. Вместо тов. Гущина, возглавлявшего генконсульство на архипелаге с ноября 2018-го, назначен тов. Чемерило.
Любопытный момент. Если тов. Гущин – кадровый дипломат, окончивший МГИМО, то тов. Чемерило – из военных (притом не простых, а, так сказать, особенных). Теперь нашим представительством на проблемных островах будет руководить выпускник Иркутского ВВАИУ и знаменитой «консерватории» (она же в прошлом Военно-дипломатическая академия), далее прошедший повышение квалификации в мидовской дипакадемии.
Видим в этом назначении возврат к «славным традициям» времен холодной войны. А также желание иметь на непростом направлении человека, устойчивого к разного рода кризисным ситуациям, коих будущее обещает нам в достатке.
Также новое начальство и у нашего треста «Арктикуголь». Это ему принадлежат угольные шахты на Шпицбергене, благодаря которым мы и осуществляем наше присутствие на архипелаге, ссылаясь на соответствующие положения трактата 1920-го года.
Гендиром треста стал тов. Неверов, интересная личность, со 2-й половины «десятых» плотно севшая на арктическую тему и засветившаяся в ряде северных дел (включая разного рода истории с утилизацией ТКО). Как-то, помнится, тов. Неверов рассказывал, что Арктику надо осваивать малым и средним бизнесом, как это делают норвежцы на Шпицбергене. Вот и посмотрим, что у него получится.
#Шпицберген #Норвегия
На шпицбергенском направлении у нас кадровые перестановки.
Прежде всего, пару недель назад, аккурат под занавес «контейнерного кризиса», у нас там сменили генконсула. Вместо тов. Гущина, возглавлявшего генконсульство на архипелаге с ноября 2018-го, назначен тов. Чемерило.
Любопытный момент. Если тов. Гущин – кадровый дипломат, окончивший МГИМО, то тов. Чемерило – из военных (притом не простых, а, так сказать, особенных). Теперь нашим представительством на проблемных островах будет руководить выпускник Иркутского ВВАИУ и знаменитой «консерватории» (она же в прошлом Военно-дипломатическая академия), далее прошедший повышение квалификации в мидовской дипакадемии.
Видим в этом назначении возврат к «славным традициям» времен холодной войны. А также желание иметь на непростом направлении человека, устойчивого к разного рода кризисным ситуациям, коих будущее обещает нам в достатке.
Также новое начальство и у нашего треста «Арктикуголь». Это ему принадлежат угольные шахты на Шпицбергене, благодаря которым мы и осуществляем наше присутствие на архипелаге, ссылаясь на соответствующие положения трактата 1920-го года.
Гендиром треста стал тов. Неверов, интересная личность, со 2-й половины «десятых» плотно севшая на арктическую тему и засветившаяся в ряде северных дел (включая разного рода истории с утилизацией ТКО). Как-то, помнится, тов. Неверов рассказывал, что Арктику надо осваивать малым и средним бизнесом, как это делают норвежцы на Шпицбергене. Вот и посмотрим, что у него получится.
#Шпицберген #Норвегия
«Арктика растаяла»
Коллега продолжает следить за эволюцией ледовитости арктических акваторий в течение навигационного сезона. И вполне наглядно показывает: в течение последних четырех лет в летние месяцы льда в СЛО становится все больше и больше.
Это – прекрасная демонстрация того, что всеми нами «любимые» рассказы про то, что Арктика-де растает вот буквально через несколько лет (через несколько десятилетий, к 2050 году, нужное подчеркнуть), хотя и опираются на определенные матмодели и теоретические построения, но все же не являются истиной в последней инстанции.
Любая, подчеркиваем это, любая модель является (а) абстрактной и (б) ограниченной по числу анализируемых факторов. Особенно это касается климата, который по-прежнему остается уравнением с бесконечным количеством переменных. И вдвойне особенно – климата арктического, который еще и не так чтобы был изучен лучше всех (это мягко говоря).
Поэтому есть ненулевая вероятность того, что меняться-то климат будет, да вот не в сторону однозначного потепления, например. И что все страшилки про растаявшую Арктику вполне могут оказаться сродни историям про озоновую дыру, с которыми политизированная эко-публика носилась все 80-е.
#климат #экология
Коллега продолжает следить за эволюцией ледовитости арктических акваторий в течение навигационного сезона. И вполне наглядно показывает: в течение последних четырех лет в летние месяцы льда в СЛО становится все больше и больше.
Это – прекрасная демонстрация того, что всеми нами «любимые» рассказы про то, что Арктика-де растает вот буквально через несколько лет (через несколько десятилетий, к 2050 году, нужное подчеркнуть), хотя и опираются на определенные матмодели и теоретические построения, но все же не являются истиной в последней инстанции.
Любая, подчеркиваем это, любая модель является (а) абстрактной и (б) ограниченной по числу анализируемых факторов. Особенно это касается климата, который по-прежнему остается уравнением с бесконечным количеством переменных. И вдвойне особенно – климата арктического, который еще и не так чтобы был изучен лучше всех (это мягко говоря).
Поэтому есть ненулевая вероятность того, что меняться-то климат будет, да вот не в сторону однозначного потепления, например. И что все страшилки про растаявшую Арктику вполне могут оказаться сродни историям про озоновую дыру, с которыми политизированная эко-публика носилась все 80-е.
#климат #экология
Telegram
Северный морской путь
Летняя навигация 2022
Ну что же… Вот уже как месяц (с 1 июля) продолжается летняя навигация на Севморпути. Близится «бархатный сезон», если можно так сказать, то есть - август-сентябрь, когда ледовитость арктических морей должна достигнуть минимума (говоря…
Ну что же… Вот уже как месяц (с 1 июля) продолжается летняя навигация на Севморпути. Близится «бархатный сезон», если можно так сказать, то есть - август-сентябрь, когда ледовитость арктических морей должна достигнуть минимума (говоря…
Морская доктрина: консервативная революция
Вчера президент подписал новую Морскую доктрину РФ, пришедшую на смену аналогичному документу от 2015 года.
По сравнению с предыдущей версией, доктрина носит более глобалистский и наступательный характер, а ее формулировки стали конкретнее и точнее. Россия обозначена как великая морская держава, в сферу интересов которой входит весь Мировой океан (и Каспий в придачу). Значительное внимание в документе уделено Арктике, хотя некоторые его тезисы буквально повторяют положения доктрины 2015 года. Итак, коротко об арктической составляющей.
В качестве ключевых вызовов и угроз для нацбезопасности России заявлены, в т.ч., усилия государств, предпринимаемые в целях ослабления контроля РФ над СМП, наращивание иностранного (и прежде всего натовского) военного присутствия, инфраструктуры и активности в Арктике. В числе основных рисков упомянуты незавершенность международно-правового разграничения морских пространств в Арктике, а также попытки пересмотра положений международного права, регулирующих морскую деятельность в Арктике.
Доктрина территориально очерчивает зону жизненно важных районов обеспечения национальных интересов в Арктике как соответствующие внутренние воды, территориальное море, исключительную экономическую зону и континентальный шельф, а также Арктический бассейн, прилегающий к побережью Российской Федерации, включая акваторию СМП. Остальная акватория СЛО относится к категории «просто» важных зон. Увеличение континентального шельфа через механизмы ООН, предусмотренные КМП, определено как одна из стратегических задач на перспективу действия доктрины.
Важный акцент в документе сделан на развитии СМП, позиционируемого в качестве национальной транспортной коммуникации, конкурентоспособной на мировом рынке, с большим акцентом на недопущении эрозии позиций нашей страны на этой магистрали. Функции военного прикрытия Арктической зоны интересов РФ вообще и Севморпути в частности возлагаются на два наиболее современных флота России – Северный и Тихоокеанский.
Несколько комментариев.
Несмотря на кажущуюся революционность некоторых положений доктрины (особенно ярко выраженных на бесцветном фоне предшественницы), сотрясения устоев по факту не произошло: Россия остается в идейной и правовой парадигме «мирового сообщества».
Так, мы в очередной раз повторяем пропагандистский тезис о воздействии человека на климат, таянии арктических льдов (зачем же нам тогда ледоколы?). Это – явный реверанс в сторону международных повесток, которые мы собираемся и далее пытаться капитализировать.
Никаких намеков на ревизию КМП и возвращение к «советскому конусу» на картах Арктики в документе не зафиксировано; напротив, акцент сделан на применение международных процедур для получения прав на полярный шельф (район хребтов Гаккеля, Альфа и Ломоносова, поднятия Менделеева, котловин Нансена, Амундсена и Макарова по заявке 2001 года). На что тут рассчитывают авторы доктрины – неясно, ведь международная конъюнктура категорически не способствует принятию российской заявки.
В свою очередь, установка на диверсификацию и активизацию морской деятельности в районе Шпицбергена и прочих арктических архипелагов, которой комментаторы присваивают столько новых смыслов, является дословным повторением аналогичного положения Доктрины-2015.
#стратегия
Вчера президент подписал новую Морскую доктрину РФ, пришедшую на смену аналогичному документу от 2015 года.
По сравнению с предыдущей версией, доктрина носит более глобалистский и наступательный характер, а ее формулировки стали конкретнее и точнее. Россия обозначена как великая морская держава, в сферу интересов которой входит весь Мировой океан (и Каспий в придачу). Значительное внимание в документе уделено Арктике, хотя некоторые его тезисы буквально повторяют положения доктрины 2015 года. Итак, коротко об арктической составляющей.
В качестве ключевых вызовов и угроз для нацбезопасности России заявлены, в т.ч., усилия государств, предпринимаемые в целях ослабления контроля РФ над СМП, наращивание иностранного (и прежде всего натовского) военного присутствия, инфраструктуры и активности в Арктике. В числе основных рисков упомянуты незавершенность международно-правового разграничения морских пространств в Арктике, а также попытки пересмотра положений международного права, регулирующих морскую деятельность в Арктике.
Доктрина территориально очерчивает зону жизненно важных районов обеспечения национальных интересов в Арктике как соответствующие внутренние воды, территориальное море, исключительную экономическую зону и континентальный шельф, а также Арктический бассейн, прилегающий к побережью Российской Федерации, включая акваторию СМП. Остальная акватория СЛО относится к категории «просто» важных зон. Увеличение континентального шельфа через механизмы ООН, предусмотренные КМП, определено как одна из стратегических задач на перспективу действия доктрины.
Важный акцент в документе сделан на развитии СМП, позиционируемого в качестве национальной транспортной коммуникации, конкурентоспособной на мировом рынке, с большим акцентом на недопущении эрозии позиций нашей страны на этой магистрали. Функции военного прикрытия Арктической зоны интересов РФ вообще и Севморпути в частности возлагаются на два наиболее современных флота России – Северный и Тихоокеанский.
Несколько комментариев.
Несмотря на кажущуюся революционность некоторых положений доктрины (особенно ярко выраженных на бесцветном фоне предшественницы), сотрясения устоев по факту не произошло: Россия остается в идейной и правовой парадигме «мирового сообщества».
Так, мы в очередной раз повторяем пропагандистский тезис о воздействии человека на климат, таянии арктических льдов (зачем же нам тогда ледоколы?). Это – явный реверанс в сторону международных повесток, которые мы собираемся и далее пытаться капитализировать.
Никаких намеков на ревизию КМП и возвращение к «советскому конусу» на картах Арктики в документе не зафиксировано; напротив, акцент сделан на применение международных процедур для получения прав на полярный шельф (район хребтов Гаккеля, Альфа и Ломоносова, поднятия Менделеева, котловин Нансена, Амундсена и Макарова по заявке 2001 года). На что тут рассчитывают авторы доктрины – неясно, ведь международная конъюнктура категорически не способствует принятию российской заявки.
В свою очередь, установка на диверсификацию и активизацию морской деятельности в районе Шпицбергена и прочих арктических архипелагов, которой комментаторы присваивают столько новых смыслов, является дословным повторением аналогичного положения Доктрины-2015.
#стратегия
seadoctrine_2022.pdf
4.7 MB
Новая Морская доктрина РФ, принятая в День ВМФ, — более конкретная, наступательная и глобалистская
#стратегия
#стратегия
Наука и доктрина
Принятие Морской доктрины – прекрасный повод поговорить о морской деятельности государства в самых разных контекстах. В том числе – в научно-исследовательском.
А поговорить тут есть о чем.
Как мы помним, доктрина отводит отечественной науке немалую роль в славном деле утверждения нашего лидерства в Арктике. Она, в частности, предусматривает увеличение объема комплексных фундаментальных и прикладных научных исследований (особенно экспедиционных), направленных на изучение состояния морской среды, ресурсов и пространств Мирового океана, Арктики и Антарктики, проведение комплексных научных исследований состояния и загрязнения морской среды в Арктике в условиях активного антропогенного воздействия, учет роли Арктического бассейна в глобальных климатических процессах, формирование научной базы хозяйственного освоения арктических приморских территорий РФ и прилегающих к ним акваторий и т.д. В общем, науке нашей предстоит многое расширить и углубить.
Но вот вопрос, а как ей это удастся?
С момента форменного погрома реформирования Академии наук, устроенного в 2013 и в последующие годы, арсенал инструментов, доступных ученым для реализации столь амбициозных задач, критически сузился. Ученые не располагают напрямую ни необходимыми фондами, ни, во многих случаях, материально-технической базой, благодаря которой мы могли бы получить чаемые прорывы в изучении Мирового океана, Арктики и вообще всего того, что нашей науке назначено интенсивно изучать. Все эти активы – финансовые, организационные и материальные – уже давно и плотно под достославным российским чиновничеством, широко известным своей высокой мотивированностью и оперативностью в работе, глубиной понимания научной проблематики, стремлением всегда пойти навстречу пожеланиям подведомственных им академиков. Короче, плохо с этим у нас, на самом деле.
Тов. Нигматуллин, академик-«ширшовец», сетует на «кураторов» науки из минобрнауки: «Нам оставили только разработку научных программ. А то, какие экспедиции, когда отправлять, и как готовить суда для них, – все отдано чиновникам. – В итоге, к нашим советам не прислушиваются, и все делается шиворот навыворот.»
Система «эффективного менеджмента» наукой работает так, что экспедиции в Арктику выходят не тогда, когда надо, а когда получится. Ученые получают не те суда, которые им нужны, а те, которые им заказали «специалисты» из минобрнауки по собственному разумению. Деньги, выделенные на науку, идут не туда и не так. Вновь в пустоту летят человекочасы, государственные ресурсы, энергия и творческий потенциал людей и, главное, время.
И это – проблема. Одна из многих, мешающих нашему движению вперед, в том числе и в Арктике. Только вот есть ли желание решать ее настоящим образом?
#стратегия
Принятие Морской доктрины – прекрасный повод поговорить о морской деятельности государства в самых разных контекстах. В том числе – в научно-исследовательском.
А поговорить тут есть о чем.
Как мы помним, доктрина отводит отечественной науке немалую роль в славном деле утверждения нашего лидерства в Арктике. Она, в частности, предусматривает увеличение объема комплексных фундаментальных и прикладных научных исследований (особенно экспедиционных), направленных на изучение состояния морской среды, ресурсов и пространств Мирового океана, Арктики и Антарктики, проведение комплексных научных исследований состояния и загрязнения морской среды в Арктике в условиях активного антропогенного воздействия, учет роли Арктического бассейна в глобальных климатических процессах, формирование научной базы хозяйственного освоения арктических приморских территорий РФ и прилегающих к ним акваторий и т.д. В общем, науке нашей предстоит многое расширить и углубить.
Но вот вопрос, а как ей это удастся?
С момента форменного погрома реформирования Академии наук, устроенного в 2013 и в последующие годы, арсенал инструментов, доступных ученым для реализации столь амбициозных задач, критически сузился. Ученые не располагают напрямую ни необходимыми фондами, ни, во многих случаях, материально-технической базой, благодаря которой мы могли бы получить чаемые прорывы в изучении Мирового океана, Арктики и вообще всего того, что нашей науке назначено интенсивно изучать. Все эти активы – финансовые, организационные и материальные – уже давно и плотно под достославным российским чиновничеством, широко известным своей высокой мотивированностью и оперативностью в работе, глубиной понимания научной проблематики, стремлением всегда пойти навстречу пожеланиям подведомственных им академиков. Короче, плохо с этим у нас, на самом деле.
Тов. Нигматуллин, академик-«ширшовец», сетует на «кураторов» науки из минобрнауки: «Нам оставили только разработку научных программ. А то, какие экспедиции, когда отправлять, и как готовить суда для них, – все отдано чиновникам. – В итоге, к нашим советам не прислушиваются, и все делается шиворот навыворот.»
Система «эффективного менеджмента» наукой работает так, что экспедиции в Арктику выходят не тогда, когда надо, а когда получится. Ученые получают не те суда, которые им нужны, а те, которые им заказали «специалисты» из минобрнауки по собственному разумению. Деньги, выделенные на науку, идут не туда и не так. Вновь в пустоту летят человекочасы, государственные ресурсы, энергия и творческий потенциал людей и, главное, время.
И это – проблема. Одна из многих, мешающих нашему движению вперед, в том числе и в Арктике. Только вот есть ли желание решать ее настоящим образом?
#стратегия
Telegram
Капитан Арктика
Морская доктрина: консервативная революция
Вчера президент подписал новую Морскую доктрину РФ, пришедшую на смену аналогичному документу от 2015 года.
По сравнению с предыдущей версией, доктрина носит более глобалистский и наступательный характер, а ее…
Вчера президент подписал новую Морскую доктрину РФ, пришедшую на смену аналогичному документу от 2015 года.
По сравнению с предыдущей версией, доктрина носит более глобалистский и наступательный характер, а ее…
Безопасность – превыше всего
...Мы недаром стали больше и чаще писать о безопасности. «Пушки» в парадигме развития наших Северов в очередной раз в истории все сильнее перевешивают «масло». А арктическая повестка чем дальше, тем больше не про экономическое развитие, а про силовое присутствие на территории.
В Мурманской области создается Министерство региональной безопасности, которое заменит профильный комитет по обеспечению безопасности населения. И это – прямое пожелание Москвы.
Новое министерство займется целям рядом вопросов, связанных с обеспечением безопасности населения в Кольском Заполярье. В сферу его ведения, в частности, войдут полномочия, связанные с поддержанием готовности в сфере ГО и ЧС, обеспечением координации между силовыми ведомствами и органами власти на региональном уровне, организацией теробороны, поддержкой мобмероприятий и т.д. В области будет создан единый областной ситуационный центр.
Мера по «апгрейду» комитета носит во многом вынужденный характер и выдержана в логике упомянутой выше тенденции на «секюритизацию» управленческих повесток Арктики, вообще, и ее приграничных регионов, в частности. В связи с неминуемой утратой скандинавскими странами нейтрального статуса и приближением военной инфраструктуры НАТО к российско-финской границе, Мурманскую область ожидает возврат к привычной ей роли форпоста России в Западной Арктике, превращение во фланговый регион со всей присущей ему спецификой.
Эта тенденция будет иметь целый ряд последствий для области.
С одной стороны, в области вырастет роль силовиков – военных, органов безопасности и т.д., а сама МО окажется под более пристальным вниманием Центра, потеряв часть своей субъектности как субъект федерации. С другой стороны, вырастет статус самого региона в неформальной общероссийской иерархии, повысятся его возможности по запрашиванию мер поддержки и лоббированию своих нужд.
Вместе с тем вырастет и аппаратный вес регионального руководства. Тов. Чибис, в целом оказавшийся на своем месте, может потирать руки: карьерный рост ждет его даже без смены должности.
#арктикабезопасность #Мурманск
...Мы недаром стали больше и чаще писать о безопасности. «Пушки» в парадигме развития наших Северов в очередной раз в истории все сильнее перевешивают «масло». А арктическая повестка чем дальше, тем больше не про экономическое развитие, а про силовое присутствие на территории.
В Мурманской области создается Министерство региональной безопасности, которое заменит профильный комитет по обеспечению безопасности населения. И это – прямое пожелание Москвы.
Новое министерство займется целям рядом вопросов, связанных с обеспечением безопасности населения в Кольском Заполярье. В сферу его ведения, в частности, войдут полномочия, связанные с поддержанием готовности в сфере ГО и ЧС, обеспечением координации между силовыми ведомствами и органами власти на региональном уровне, организацией теробороны, поддержкой мобмероприятий и т.д. В области будет создан единый областной ситуационный центр.
Мера по «апгрейду» комитета носит во многом вынужденный характер и выдержана в логике упомянутой выше тенденции на «секюритизацию» управленческих повесток Арктики, вообще, и ее приграничных регионов, в частности. В связи с неминуемой утратой скандинавскими странами нейтрального статуса и приближением военной инфраструктуры НАТО к российско-финской границе, Мурманскую область ожидает возврат к привычной ей роли форпоста России в Западной Арктике, превращение во фланговый регион со всей присущей ему спецификой.
Эта тенденция будет иметь целый ряд последствий для области.
С одной стороны, в области вырастет роль силовиков – военных, органов безопасности и т.д., а сама МО окажется под более пристальным вниманием Центра, потеряв часть своей субъектности как субъект федерации. С другой стороны, вырастет статус самого региона в неформальной общероссийской иерархии, повысятся его возможности по запрашиванию мер поддержки и лоббированию своих нужд.
Вместе с тем вырастет и аппаратный вес регионального руководства. Тов. Чибис, в целом оказавшийся на своем месте, может потирать руки: карьерный рост ждет его даже без смены должности.
#арктикабезопасность #Мурманск
«Арктика-2007»
Позавчера была знатная дата – пятнадцать лет назад, 2 августа 2007 года, участники экспедиции «Арктика-2007» под руководством тов. Чилингарова установили титановый флаг России на океаническом дне в точке Северного полюса, на глубине 4 261 метров.
Это стало мощной заявкой на возвращение страны в Арктику – и на безоговорочное лидерство в ней. И символический жест, сделанный Россией, был совершенно правильно понят за рубежом: в стране предполагаемых друзей и партнеров разразилась форменная истерика. Западное медиаполе то и дело озарялось сполохами: «Это не XV век! Нельзя раскатывать по миру, втыкать флаги и говорить: "Эта территория – наша!"» (г-н Маккей, тогдашний миндел Канады), «Это [установка флага] не имеет никакого правового значения и юридических последствий» (госдеп США) и т.д. и т.п. В общем, нам даже публичное отрицание наших экспансионистских намерений не помогло – настолько было очевидно то, что Россия: а) решила вновь идти на Север и б) ей некому и нечего в этом стремлении противопоставить.
Помимо символического, экспедиция имела и исключительное научно-практическое значение.
Погружения тов. Чилингарова со товарищи позволили доказать: хребет Ломоносова является продолжением Сибирской платформы. А это значит, что нам – и только нам – согласно Конвенции ООН по международному морскому праву принадлежат богатства прилегающего континентального шельфа площадью более миллиона квадратных километров. Именно материалы, собранные в ходе «Арктики-2007», помогли обосновать заявку, поданную Россией в Комиссию ООН по границам континентального шельфа в 2001 году и отклоненную оной комиссией с указанием на недостаточную детализацию карт рельефа дна и обоснованность континентальной природы указанных в ней поднятий.
Потом были еще погружения и новые доказательства, подкрепляющие позицию России по арктическому шельфу. Но это было потом.
Позавчера была знатная дата – пятнадцать лет назад, 2 августа 2007 года, участники экспедиции «Арктика-2007» под руководством тов. Чилингарова установили титановый флаг России на океаническом дне в точке Северного полюса, на глубине 4 261 метров.
Это стало мощной заявкой на возвращение страны в Арктику – и на безоговорочное лидерство в ней. И символический жест, сделанный Россией, был совершенно правильно понят за рубежом: в стране предполагаемых друзей и партнеров разразилась форменная истерика. Западное медиаполе то и дело озарялось сполохами: «Это не XV век! Нельзя раскатывать по миру, втыкать флаги и говорить: "Эта территория – наша!"» (г-н Маккей, тогдашний миндел Канады), «Это [установка флага] не имеет никакого правового значения и юридических последствий» (госдеп США) и т.д. и т.п. В общем, нам даже публичное отрицание наших экспансионистских намерений не помогло – настолько было очевидно то, что Россия: а) решила вновь идти на Север и б) ей некому и нечего в этом стремлении противопоставить.
Помимо символического, экспедиция имела и исключительное научно-практическое значение.
Погружения тов. Чилингарова со товарищи позволили доказать: хребет Ломоносова является продолжением Сибирской платформы. А это значит, что нам – и только нам – согласно Конвенции ООН по международному морскому праву принадлежат богатства прилегающего континентального шельфа площадью более миллиона квадратных километров. Именно материалы, собранные в ходе «Арктики-2007», помогли обосновать заявку, поданную Россией в Комиссию ООН по границам континентального шельфа в 2001 году и отклоненную оной комиссией с указанием на недостаточную детализацию карт рельефа дна и обоснованность континентальной природы указанных в ней поднятий.
Потом были еще погружения и новые доказательства, подкрепляющие позицию России по арктическому шельфу. Но это было потом.
План для СМП: бери больше, кидай дальше
Правительство выкатило план развития Севморпути до 2035 г. – плод многочисленных компромиссов между различными игроками, интересами и потребностями. Данное обстоятельство неминуемо наложило определенный отпечаток на содержательную сторону плана. Итак, что в документе?
Прежде всего, о базовых параметрах. Всего в плане заявлено около 150 мероприятий, на которые государство собирается потратить 1,8 трлн рублей. В основе идеологии документа – обеспечение реализации добычных проектов, разворачивающихся вдоль СМП, через строительство инфраструктуры (портовой, транспортной, обеспечивающей) и создание условий для бесперебойного вывоза их продукции.
Установки на круглогодичность и безопасность навигации, задекларированные на разных уровнях, обретают свое практическое воплощение в конкретных цифрах.
Как мы и говорили ранее, атомный ледокольный флот России пополнится еще двумя УАЛ проекта 22220, строительство которых запланировано на 2023-2028 и 2024-2030 гг. соответственно, а также долгожданным судном АТО (2023-2027 гг.). По дозаказу серийных «Лидеров» пока принято компромиссное решение: финансов на них к настоящему моменту не изыскано, но проработка вопроса продолжится (это, кстати, не только и не столько из-за денег, сколько потому, что в отрасли и в правительстве нет полной уверенности в том, что проект, порученный «Звезде», будет на 100% соответствовать ТЗ и финансовым ожиданиям). Кроме того, в плане упомянуты еще четыре ледокола для корпоративных игроков. Этими силами и будет достигаться всесезонность судоходства на СМП.
В свою очередь, безопасность навигации будет усилена за счет увеличения аварийно-спасательного флота за счет постройки 46 новых судов, 16 из которых должны стать в строй уже в диапазоне 2022-2024 гг., строительства баз для спассудов и баз МЧС, оснащенных вертолетами в полярном исполнении. Выполнению этой же задачи послужит доразвертывание спутниковой группировки над Заполярьем для обеспечения радиолокационного наблюдения (2 спутника «Кондор-ФКА» и один «Обзор-Р»), улучшения наблюдения за метеообстановкой (выход на четырехспутниковую группировку «Арктика-М» к 2031 году), телекоммуникационного покрытия (вывод на орбиту 4-х спутников «Экспресс-РВ» в 2022-2024 гг.). Следует отметить, что «космическая» часть плана вызывает опасения – ее мероприятия уже заметно запоздали, носят реактивный и ограниченный по своему масштабу характер.
Самая противоречивая часть плана касается прогнозных показателей грузооборота на СМП. Вообще, именно эти индикаторы и является основным исчислимым критерием развития магистрали – и как бы ключевым KPI плана в целом. И тут мы видим любопытную картину.
По расчетам составителей документа, уже к 2024 г. ежегодный объем перевозок на Севморпути должен достичь 90,01 млн тонн, что на десяток миллионов тонн больше всем известного целевого параметра, установленного «тем самым» майским указом 2018 г. В 2030 году, как записано в плане, грузооборот должен достичь уже 216,45 млн тонн. А ведь это существенно (на 66,45 млн тонн!) превосходит целевой показатель проекта «Круглогодичный Севморпуть», вошедшего в стратегию социально-экономического развития России в 2021 г. Ну а к финальному году плана по СМП должно проходить ежегодно 238,11 млн тонн грузов.
Не надо тешить себя иллюзиями. Эти без преувеличения фантастические цифры взялись из документов грузоотправителей, которые традиционно составляются с сильным перехлестом и без учета многих реалий. В свете нынешних международно-политических дел еще очень хороший вопрос, удастся ли выйти к тому же 2024 году «хотя бы» на пресловутые «майские» показатели в размере 80 млн тонн. Понятно, что эти цифры являются предварительными – обязывающие соглашения по грузовой базе будут заключаться позже (о чем и сказано в плане). Но хайповать тоже надо с умом – снижение прогноза будет смотреться неприглядно. А уж как будет смотреться невыполнение плановых показателей…
#СМП #стратегия #ледоколы #мейджоры #судостроение #космос
Правительство выкатило план развития Севморпути до 2035 г. – плод многочисленных компромиссов между различными игроками, интересами и потребностями. Данное обстоятельство неминуемо наложило определенный отпечаток на содержательную сторону плана. Итак, что в документе?
Прежде всего, о базовых параметрах. Всего в плане заявлено около 150 мероприятий, на которые государство собирается потратить 1,8 трлн рублей. В основе идеологии документа – обеспечение реализации добычных проектов, разворачивающихся вдоль СМП, через строительство инфраструктуры (портовой, транспортной, обеспечивающей) и создание условий для бесперебойного вывоза их продукции.
Установки на круглогодичность и безопасность навигации, задекларированные на разных уровнях, обретают свое практическое воплощение в конкретных цифрах.
Как мы и говорили ранее, атомный ледокольный флот России пополнится еще двумя УАЛ проекта 22220, строительство которых запланировано на 2023-2028 и 2024-2030 гг. соответственно, а также долгожданным судном АТО (2023-2027 гг.). По дозаказу серийных «Лидеров» пока принято компромиссное решение: финансов на них к настоящему моменту не изыскано, но проработка вопроса продолжится (это, кстати, не только и не столько из-за денег, сколько потому, что в отрасли и в правительстве нет полной уверенности в том, что проект, порученный «Звезде», будет на 100% соответствовать ТЗ и финансовым ожиданиям). Кроме того, в плане упомянуты еще четыре ледокола для корпоративных игроков. Этими силами и будет достигаться всесезонность судоходства на СМП.
В свою очередь, безопасность навигации будет усилена за счет увеличения аварийно-спасательного флота за счет постройки 46 новых судов, 16 из которых должны стать в строй уже в диапазоне 2022-2024 гг., строительства баз для спассудов и баз МЧС, оснащенных вертолетами в полярном исполнении. Выполнению этой же задачи послужит доразвертывание спутниковой группировки над Заполярьем для обеспечения радиолокационного наблюдения (2 спутника «Кондор-ФКА» и один «Обзор-Р»), улучшения наблюдения за метеообстановкой (выход на четырехспутниковую группировку «Арктика-М» к 2031 году), телекоммуникационного покрытия (вывод на орбиту 4-х спутников «Экспресс-РВ» в 2022-2024 гг.). Следует отметить, что «космическая» часть плана вызывает опасения – ее мероприятия уже заметно запоздали, носят реактивный и ограниченный по своему масштабу характер.
Самая противоречивая часть плана касается прогнозных показателей грузооборота на СМП. Вообще, именно эти индикаторы и является основным исчислимым критерием развития магистрали – и как бы ключевым KPI плана в целом. И тут мы видим любопытную картину.
По расчетам составителей документа, уже к 2024 г. ежегодный объем перевозок на Севморпути должен достичь 90,01 млн тонн, что на десяток миллионов тонн больше всем известного целевого параметра, установленного «тем самым» майским указом 2018 г. В 2030 году, как записано в плане, грузооборот должен достичь уже 216,45 млн тонн. А ведь это существенно (на 66,45 млн тонн!) превосходит целевой показатель проекта «Круглогодичный Севморпуть», вошедшего в стратегию социально-экономического развития России в 2021 г. Ну а к финальному году плана по СМП должно проходить ежегодно 238,11 млн тонн грузов.
Не надо тешить себя иллюзиями. Эти без преувеличения фантастические цифры взялись из документов грузоотправителей, которые традиционно составляются с сильным перехлестом и без учета многих реалий. В свете нынешних международно-политических дел еще очень хороший вопрос, удастся ли выйти к тому же 2024 году «хотя бы» на пресловутые «майские» показатели в размере 80 млн тонн. Понятно, что эти цифры являются предварительными – обязывающие соглашения по грузовой базе будут заключаться позже (о чем и сказано в плане). Но хайповать тоже надо с умом – снижение прогноза будет смотреться неприглядно. А уж как будет смотреться невыполнение плановых показателей…
#СМП #стратегия #ледоколы #мейджоры #судостроение #космос
NSR_Plan_2035.pdf
685.3 KB
Упомянутый План развития СМП до 2035 года