Он хмурится и закрывает глаза — считает дни; те же сливаются в одну размытую кашу, и вся жизнь до тюрьмы кажется какой-то совсем далёкой. От сигареты Лев так же жестом отказывается, очевидно, брезгуя.

— Вот я решил… И через два дня – сюда.

Совсем несерьёзное «обещание» получилось.

— Недолго продержался. — раздражённый взгляд куда-то в пол, — Но вообще не думал, что здесь одобрят… водку. Пиздец, а не система.

— Да всё я читал. — сердитое бормотание себе под нос. Лев снова тянется за гитарой. Эту тюрьму они уже обсуждали, вроде, даже не один раз, и всё упирается в одно: что хочет местное начальство — вообще непонятно. Может быть даже, чтобы в какой-то момент, совсем расслабившись, кто-то начал «протестовать» — и вот тогда уже гайки закрутят сильнее.

Стало совсем горько. Хочется перевести тему.

— О море, подставь, ладони… — тихо, под почти отсутствующий аккомпанемент, как попытка отвлечься, — я в них окунусь, устало.

Меланхоличный мотив сгладил накатившее раздражение, только, спустя пару строк, пришло совсем глупое осознание, что Лев… забыл, что дальше. И аккорды, и слова.

— А, чёрт. Не помню. Раньше одной из любимых была, но, видимо… — тяжёлый вздох, гитара отправляется в чехол, — Препод, который приходил- ну, с кем я занимался, увлекался такими бардовскими песнями. И так как мы прям у моря жили, мне вместе с этюдами кучу, просто огромную кучу песен про это море и давали.

Небольшая пауза, Лев застёгивает молнию.

— Но я на него люблю только смотреть… Плавать уже стрёмно. Хотя помню, брат в детстве говорил, что вообще хочет себе свой корабль и быть капитаном, вроде, а я-, — он вдруг резко отворачивается, — ну, а я был против.

Если кто-то из других заключённых хочет медовика или красного бархата — торт на кухне.

Я, к сожалению, сладкое не ем в целом, а конкретно мёд переношу очень плохо.

Честно, привык на своё день рождения куда-то выбираться. Но, наверное, можно сказать, что вчера отметил заранее…

Да вы все сговорились.

Не надо старить меня раньше времени. Пожалуйста.

Я оставлю присланное мне голосовое без реакции.

Если бы кто-то узнал о Вашем прошлом, изменилось бы его мнение о Вас сейчас?

Благодаря Дитояну, вспомнил про этот вопрос.

Здравствуйте. "—".

Когда Вам говорят «мы Вас понимаем», верите ли Вы в это или считаете, что понимание невозможно без опыта?

Здравствуйте. "—".
Вопросы с подобным содержанием начинают напрягать.

Вы желаете узнать больше о моей личности — попрошу вас этого не делать. В судебном процессе, надеюсь, вы останетесь беспристрастными и будете смотреть только на суть дела.

Как относишься к квадробингу?

Здравствуйте.

?

"—".

а к хоббихорсингу?

Здравствуйте. Может быть, у меня были более важные дела в жизни, чем изучать и формировать свое мнение на эту тему.

Прочерки он ставит. А отвечать кто будет? Я? Пушкин? Лермонтов?

Здравствуйте. Я посчитал, что отвечать на данные вопросы не имеет смысла. Но я приму ваше замечание к сведению.

Можно ли простить себя за то, чего Вы не можете исправить, даже если общество готово дать шанс?

Доброе утро. Я не знаю.

Не считаешь, что отсутствие сотрудничества (в лице ответов на вопросы) - будет караться неутешительным вердиктом

Здравствуйте. Я не считаю, что мое поведение можно назвать отказом от сотрудничества, потому что информацию конкретно по моему "делу" я готов сказать открыто, когда начнется суд. На вопросы личного характера, да, ранее отказывался отвечать, но в своем вчерашнем последнем сообщении я сказал, что учту ваше замечание.

Твое поведение сейчас - нарушение статьи 294 УК РФ, специально ли ты это делаешь?

Как я понимаю, расследование уже было проведено — иначе, меня бы здесь не было. А то, что вы не имеете на руках никакой информации — ошибка со стороны местного начальства.

Ты умничка

Прошу прощения?