Он на всех картинках как теленок с кривой шеей позвонки которой растянули при неправильном родовспоможении во время тяжёлого отёла но как будто бы даже канон
🙊29🙈12🙉12
q: Йоу как жить в мире
a: Hard to exist, isn't it?
q: служит ли что-то конкретное вдохновением для ваших работ, или идеи появляются сами по себе?
a: Для написания чего-либо необходимо топливо в виде жизненного опыта, помимо этого фиксируюсь на конкретных альбомах исполнителей, чей инструментал наиболее схож по вайбам с тем, что пытаюсь выразить в произведении. Очень трудно описать, чем-то похоже на навязчивые грезы, пропущенные через призму письма. Для рисования достаточно изьедающей внутренней пустоты, помноженной на желание занять чем-то руки. Рисую без удовольствия и цели выразить что-то через творчество, а закрашивание пустых областей на холсте является любимой частью работы.
q: Вы любите цветы? А деревья? *здесь были фотографии растений*
a: Да, люблю. Природа это единственное, что получается рисовать хорошо.
#asq ; всегда открыто
В скитаниях по пустошам Мохаве вы натыкаетесь на лагерь солдат НКР.
Один из многих, попадавшийся вам до этого. Группировка, известная тем, что несёт цивилизацию в мир послевоенного раздрая. Идя мимо скудных палаток и наспех выстроенных бараков вы понимаете, что лагерь возник тут сравнительно недавно — может, три или четыре месяца назад. Место выглядит обжитым, но не настолько, чтобы делать выводы о том, будто люди живут тут продолжительное время. Ваш пип-бой показывает четыре часа утра. Все спят и вам не к кому обратиться за помощью или обьявить о своём присутствии. На удивление, вы спокойны — успев заиметь хорошую репутацию среди людей из Республики вы понимаете, что если вас внезапно обнаружат здесь, это не будет большой проблемой. Помимо вас не спит только часовой и редкие солдаты, которые выбрались на улицу чтобы покурить, не обращая на вас особого внимания. Вы проходите дальше, останавливаясь у окраины лагеря, чтобы оглядеть пустынную местность и спланировать дальнейший маршрут, как вдруг ваш взгляд невольно цепляет красное пятно на периферии зрения. Вы уже знаете, что там будет. Вы встречались с ними тысячи раз с того момента, как выбрались живьём из могилы. Возможно, вдвое больше — до этого. Рука машинально выхватывает из корубы револьвер, наставляя его на рекрута Легиона, что устало смотрит на вас в ответ, не предпринимая никаких попыток к бегству или сопротивлению.
— Не волнуйся. — ветер доносит до вас фразу, брошеную уставшим голосом. — У меня нет рук, чтобы держать оружие. Я больше не могу воевать.