Его лицо находилось так близко, что Мерцелла могла бы сосчитать ресницы, если бы захотела.

Сейчас глаза мужчины источали ту же требовательность, ту же властность, от которых вдруг спёрло дыхание. Было в них и что-то другое. Скрытая глубоко внутри тьма, заставлявшая цепенеть. Что-то не поддающееся описанию, что-то почти аномальное.

Justice will be done

Я люблю тебя, и ты даже представить не можешь, как сильно.

Его объятия – несмотря на горький привкус отчаяния – были приятны: теплота его рук, дыхания, тела успокаивала. И это чувство было взаимно: его ладони скользили по её изгибам, оглаживая их, изучая.

Так близко, глаза в глаза... однако момент того самого касания, которое перевернёт всё, ещё не наступил.