Русский Сыч
7.28K subscribers
4.87K photos
147 videos
9.15K links
Юрий Васильев, ВЗГЛЯД
Download Telegram
Челябинск. Главное
Photo
Добавлю ещё чуть к сообщению коллег о вчерашней составной гуманитарной операции: помощь плюс экстракшн.

Свято-Никольский монастырь — это километр от украинских позиций. На фото 7 вот эти домики на двенадцать часов — оно и есть. Стреляют с украинской стороны по монастырю часто и из всякого — однако позавчера не просто пригнали "Град", а ещё и пакетом по монастырю кинули. Если бы к тому времени уже не удалось эвакуировать большую часть жителей монастырского дома призрения, то — было 400 с лишним человек на круг, с братией, сестрами и живущими; короче без жертв точно бы не обошлось.

А так — убитых позавчера не было, слава тебе господи. Разрушения, однако, сами видите. Забрали оставшихся жителей богадельни и старенькую сестру. Остальные остаются — будут решать, что делать, сноситься с владыкой. Монастырь бросать не хотят. Но опасно. Но не хотят.

И, как можно заметить на фото 5 — даже озорничают. Или красоту наводят из того, что есть. В любом случае никакого угрюмства. Война — дело живое, хоть и мертвое.
Ну что ж, раз "Восток" себя обнародовал, то и мне грех прижимать вчерашнюю картинку в рамках ФЦП "Кіт: Ніколи знову".
Все мемы детства и отрочества вернул к жизни президент США. Как не любить его на склоне лет, как.

— Начнём с того, — обратился Джо Байден, открывая переговоры с наследным принцем Саудовской Аравии, — что ты пиздоглазое мудило.
Ольгинские — это не то, что вы подумали. Пгт Ольгинка, Волновахский район ДНР. Живое творчество масс. Рифма на Львова — Вова, разумеется.
Донецк, помимо всего прочего — это город не только большой души и гигантского мужества, но и великого юмора.

От "у нас ка-а-асочный" — ага, именно тем противным голосом из мема про "масочный" —

как эвфемизм примерно для "нам тут с ночи накидывают, трое раненых, женщина погибла, и вот опять прилетело, так что вы уж бронеСИЗы надевайте, если к нам всерьез и не зассав".

Через — уже в другом районе, по схожему поводу — "А смысл?" на вопрос "Бронежилет надевать?" Причем голосом того самого удава, который в попугаях гораздо длиннее. А когда при этом ещё и прилетает, с этим делом почти всегда perfect timing — голос Ливанова на свежий бабах... короче, ржешь потом очень долго, проверено.

И — спустя многие и многие остановки — вот такая майка. С вот такими Я/МЫми. Потому что главный повседневный трындец героического Донецка — это не прилеты, не мобилизация и, рискну сказать, не сама война.

А главное здесь — пятый месяц без воды. О чем, конечно, будет совершенно отдельная заметка.
Eric Harald MacBeth Robertson Взрыв Снаряда
Здесь, конечно же, обязательно будет Россия. Но — одна небольшая просьба: а можно при этом в Донецке кое-что останется так, как нынче? Вот как в этом "Золотом льве" — с курящим и некурящим залом. А, Агнесса Ивановна? Ну пожалуйста. Не приезжих даже ради, а здешних для. Они, мягко говоря, заслужили, чтобы сложившиеся преимущества — не терять.
У России сейчас появился шанс лепить имидж и месседж с нуля. Например как территории консервативных ценностей и здравой свободы. Ну никому в кафе, ресторанах и кабаках курение не мешало, давайте будем честными. Сделайте раздельные зоны, все будут при своих.

https://t.me/fuckyouthatswhy/61989
Владимир Романович, уважаемый, только на первый взгляд перепощивает странное. А так-то и он, и авторы сбора кругом правы.

На проспекте Ильича, что в центре Донецка, практически рядом расположены два магазина. И оба весьма популярны.

В одном — одноэтажном — полевая одежда и амуниция. Там встретишь всех, от ополченцев до чеченцев. Очень бойкое место.

Во втором — где людей нынче, конечно, меньше, потому что Донецк этим летом вообще пустынен: эвакуации не прекращаются с февраля — продают только самокаты, гироскутеры, сигвеи и прочую электромоторную колесную фигню. Но люди есть. И магазин этой вот фигни — по-прежнему двухэтажный.

Ну, то есть, это для меня фигня. Для того, кто в Москве-матушке только и успевает, что от разнообразных самокатчиков уворачиваться.

Не то, однако, здесь. Совсем не то. В смысле, не о том.

Донецк — сейчас большую военную тайну открою — это в высшей степени живой город. Где последнее, в чем нуждаются остающиеся, несмотря на обстрелы — это в сочувственном нытье.

Город сражающийся — и при этом кормящий до отвала. Плохой еды здесь нет в принципе, несмотря на ракеты и водную блокаду.

Город, моющийся в ковшике — и поливающий ежедневно свои газоны и розы. Как-то здесь научились очищать шахтные воды, чтобы все это не выгорало на нынешних +30 и ещё плюс столько-то.

И вот всё живое, что тут есть —

кафешки повсюду, где владельцы и сотрудники не уехали и не на фронте, и все равно их много;

прости Господи, барбершопы — где люди сами, как и все остальные, таскают с утра на работу воду от ближайшего пункта раздачи, а цистерна может приехать куда ей, родимой, угодно — и точку раздачи объявят в последний момент, чтобы не прилетело;

и дважды прости Господи — самокаты эти да скутеры для по́дростков

— все это и многое другое, что было доступно жителям воюющего города, хорошо бы сохранить для тех, кто был вынужден его покинуть. Ощущение жизни, которое в Донецке было и есть, несмотря ни на что.

Особенно, кстати, самокаты.

Потому что, если у ребенка был самокат в городе под ракетными обстрелами, то, конечно, в городе без обстрелов можно обойтись без самоката. И очень даже просто.

Но если все же найти самокат — чтобы жилось ему не хуже, чем под бомбами, — то он, ребенок, это запомнит. Что его не бомбят — и что он при этом ничего не потерял из дорогого, привычного и желанного для него.

Россия не ухудшает. Россия только улучшает. Вот какая мысль заключена в пожертвованном ребенку Донбасса самокате. Можно б/у.
Погрязший в беспределе и бесправии, / Мир сходит окончательно с пути: ⬆️
645 лет назад был коронован Ричард II. Уилтонский диптих он заказал для себя лично, это его домашняя вещь. Кто писал, неизвестно; то ли англичане, то ли французы, то ли итальянцы, то ли вообще мастер из Богемии. Но такого дивного синего из XIV века мало.

На внутренних створках там Богоматерь с младенцем и ангелами, перед ней Иоанн Креститель и святые Эдуард и Эдмунд. А на обороте гербы и эмблемы, в частности, белый олень Ричарда, который ему был важнее львов. У ангелов на плечах тоже броши-олени, а на головах венки из белых роз, которые после смерти Ричарда, расколовшей дом Плантагенетов, станут розами Йорков.