Я в Горловке, где вчера за день в разных районах убиты двое. Но сейчас — о не самом очевидном.

Горловский художественный музей. Семь залов всего, но очень насыщенный. Есть Врубель, есть Левитан, Ге, Айвазовский. Очень много Рериха, с отдельным провенансом 60-летней давности. Много всего там.

Но не сейчас, когда "убежища нет". Экспонаты надёжно спрятаны, прежде всего от бомбежек. Горловка даже по меркам ДНР уникальна: окружена 63 километрами фронта. Поэтому в залах — лишь одинокий Лансере, ведь не поднимешь; но чаще совсем ничего.

Музей без картин; я в таком был впервые. На стенах — веревки и таблички от экспонатов. Вот как в зале иконописи. Если бы это был музей на той стороне, из него бы моментально сделали кураторский арт-проект с обоснуем глубокого смысла табличек без экспонатов — и надавали бы все мировые премии в области совриска.

Но этот — с нашей стороны. И ему не светит. Потому просто знайте: в Горловке есть художественный музей. Куда надо вернуть картины — которым больше не понадобится убежище.

🙏 Делегация Челябинской области доставила гуманитарный груз в Волновахский район Донецкой Народной Республики. Помощь от южноуральцев получил местный монастырь, он находится под постоянным обстрелом войск ВСУ.

Настоятель и обитатели монастыря получили дизельный генератор, продукты питания и медикаменты.

Автор фото: Юрий Васильев, @burrowingowl

@odinobl

Добавлю ещё чуть к сообщению коллег о вчерашней составной гуманитарной операции: помощь плюс экстракшн.

Свято-Никольский монастырь — это километр от украинских позиций. На фото 7 вот эти домики на двенадцать часов — оно и есть. Стреляют с украинской стороны по монастырю часто и из всякого — однако позавчера не просто пригнали "Град", а ещё и пакетом по монастырю кинули. Если бы к тому времени уже не удалось эвакуировать большую часть жителей монастырского дома призрения, то — было 400 с лишним человек на круг, с братией, сестрами и живущими; короче без жертв точно бы не обошлось.

А так — убитых позавчера не было, слава тебе господи. Разрушения, однако, сами видите. Забрали оставшихся жителей богадельни и старенькую сестру. Остальные остаются — будут решать, что делать, сноситься с владыкой. Монастырь бросать не хотят. Но опасно. Но не хотят.

И, как можно заметить на фото 5 — даже озорничают. Или красоту наводят из того, что есть. В любом случае никакого угрюмства. Война — дело живое, хоть и мертвое.