Русский Сыч

А по поводу Вкусвиллгейта — вот что можно ещё сказать. Много букв и как бы про другое, но все же про это же самое.

Есть в современной академической традиции очаровательный жулик-минималист Макс Рихтер. Композитор Макс Рихтер. У него есть 8½-часовая композиция Sleep — созданная для того, чтобы нормально выспаться. Шесть часов убаюкивающих низких частот, ещё два с половиной — плавный выход в ритме рассвета к частотам более высоким и, соответственно, к пробуждению. В высшей степени физиологичная вещь, проверено.

Время от времени Рихтер и его музыканты ездили — и, надеюсь, будут ездить, когда усмирится ковидла — по всему свету, чтобы сыграть Sleep живьём. Как правило, это происходит в теплую летнюю ночь. Чаще всего — в каком-нибудь большом парке, где можно без проблем расставить близ сцены раскладушки и уснуть прямо на концерте, для того и предназначенном.

Об этих представлениях снято отличное кино — Max Richter’s Sleep (2019), можно найти на КиноПоиске в оригинале. Есть там и интервью со слушателями — разными, со всех концов света. К некоторым режиссер Натали Джонс приходит домой, чтобы рассказать о них чуть подробнее.

Одна из сквозных линий — две женщины, белая и негритянка. Каждая называет другую "моя жена", живут вместе не один год — и, возможно, даже не десяток. Им очень понравились и музыка Рихтера, и сам ночной перформанс в парке, и возможность поспать под открытым небом. Особенно они отметили чувство безопасности и защищённости, которое они ощутили на Sleep. Чувство, которого им очень недостает в окружающем их мире. Где с ними, как говорят женщины, может в любой момент произойти всякое. И именно из-за ориентации.

При этом женщины вполне обычные. В том смысле, что радужный флаг на своем доме не вывешивают. И раскладушку на улице, чтобы вместе лечь спать, не выставляют. А вот если куда-то пойдут и не дай бог за руки при этом возьмутся — да, говорят они, в этом случае возможны и беда, и огорчение.

А знаете, что у них за окружающий мир? Вот такой гомофобный, нетерпимый, реально опасный?

Этот мир называется Лос-Анджелес. Территория толерантности, радужности и дайверсити. Или вместилище порока, содома и безблагодатности — если послушать, что втюхивают с другой стороны. Но в любом случае — место, где всем можно все, как нам настойчиво говорят. И мы, в целом, верим. Потому что Штаты в целом и Голливуд в сугубой частности — а не какой-нибудь "ржавый пояс", где бывает всякое; как не верить-то.

И это создательница кино совсем не копалась в теме. У нее-то фильм в целом — про композитора Рихтера и большую музыкальную вещь, под которую всем на свете хорошо спится. В том же Гранд-парке, что в Лос-Анджелесе, например. А вовсе не про положение ЛГБТ в лучшем из возможных — как нам всем тут говорят — миров. Ну да, ну нет ощущения повседневной защищённости у семьи из двух жен; отметили, зафиксировали как нечто печальное, но вполне обычное; дальше пошли

Ну и режиссера зовут Натали Джонс, а не Наталья Иванова. Это совсем для чистоты эксперимента.

Что из всего этого следует для родных осин? Мне кажется, из этого следуют две вещи.

Относиться к людям по-людски, вне зависимости от — просто по-людски, ровно. Понимая, что все мы разные. Не влезая в чужое и не сдавая своего, если у тебя нет искреннего желания этим своим поделиться.

И при этом не путать, как говорит один умный человек, отечественное с общечеловеческим. И наоборот — общечеловеческое с отечественным не путать; это, пожалуй, важнее. А как это общечеловеческое называть в данном случае — консервативными ценностями либо дикостью и варварством, — уже каждый решает сам. Менее общечеловеческим оно от этого не станет — что с точки зрения "с людьми по-людски надо", скорее, печально; кто бы спорил. Но уже одно понимание реальности и общности проблематики, да при этом не сваливаясь в тот или иной "самдурак" — дорогого стоит, как по мне.

Ну и кино посмотрите, оно реально отличное. Особенно на сон грядущий.

8.26K views07:41