Видимо, планирует прибытие в Одессу.

А эту "Тройку" — совместную с "Лиза Алерт", — пожалуй, даже и куплю сам, если попадется. Вообще хотел бы почитать историю тематических "Троек" — количество разновидностей, как менялись принципы отбора, карты как метод продвижения тех или иных ценностей, отличия от тематических пластиков банков... Взялся бы кто, а.

Внезапнейший уюй, причем не один, от команды "ПаркАрт". Вот эти прогалы в коре ребята закрашивают совами, белочками, ёжиками в тумане и пр. красотой — чтобы деревья были защищены. Другие картинки и больше о проекте — по ссылке. О "ПаркАрте" рассказывает не кто иной, как Сергей Собянин; уюеугоднейше.

Что там ваше шампанское. Вот реальная тема: сумка "Сиbirkin". И недорого.

Три еврея гуляют по кладбищу:
– Я хотел бы лечь в могилу рядом с Моисем
Зусманом. Он был такой великий повар.
– А я хотел бы лечь в могилу рядом с ребе
Снайпером. Он был таким раввином…
Третий, скромно:
– А я хотел бы лечь рядом с мадам Кац.
– Так она же, слава Богу, жива…
– О!

*голосом Кинчева и С°

Когда хочешь послушать радио, а в эфире лишь "Эхо Москвы":

Connor Sheehan 2021 #digital_art

А между тем, ровно год назад вступили в силу поправки к Конституции РФ.

Happy Independence Day, а также с днём независимости от.

Тут по лентам разнеслось, что умер Петр Мамонов. "Не дождетесь", как бы говорит нам Петр Николаевич. И пусть дальше говорит.

Явлинский на Майбахе — это, пожалуй, почище "самолёта СПС" будет.

А ещё у "Новых людей", кроме Сарданы, есть Сангаджи Тарбаев. Он, правда, идёт по Москве и Питеру. А если бы шел по Калмыкии — наверняка выиграл бы в одну калитку: Сангаджи один из самых любимых земляков.

"Моёт" после однодневного протеста заявил, что будет продавать свою продукцию в Россию — в указанном новым законодательством регламенте.

"Вкусвилл" всем руководством извинился за рекламу с пропагандой нетрадиционных семейных ценностей — через пару дней после ее появления.

Общее в двух сюжетах можно определить так: всем нужны деньги, и никому не нужны неприятности. Реакции шампанского дома и торговой сети показывают, что деньги в нашей стране пока что есть. Несмотря на полтора года ковидлы и связанного с ней кризиса.

По крайней мере, деньги есть в слое пьющих шампанское шампанское и ходящих во Вкусвилл. А это не то, что немалая — небольшая, но довольно важная страта.

И чем шире будет эта страта, тем меньше вероятность неприятностей. Уже не для виноделов и ритейлеров — а для страны в целом.

Ну и для ея консервативных ценностей, конечно же.

Терминалы сломались, а открыть шлагбаумы владельцу Домодедова Дмитрию Каменщику, видимо, мешает жаба.

Может быть, коллективные иски пострадавших от действий администрации аэропорта пассажиров избавят Каменщика от земноводного?

История о том, как некоторые ритейлеры сначала представились настоящими боевыми, а затем оказались учебными,

— с ожидаемыми всплесками на каждой из итераций, причем на второй куда большими, нежели на первой,

— чудесным образом совпала с переменами в Высшей школе экономики, где неожиданно сменился ректор. Во всяком случае, теперь о смене ректора в во всех смыслах знаковом вузе говорят куда меньше, чем об указанных выше ритейлерах. Поскольку множество тех, кому интересен НИУ ВШЭ, в значительной степени пересекается с теми, кто затоваривается в сети "Вкусвилл".

Впрочем, можно последовать примеру Семена Семёновича, который не желает верить в это явление и считает это явление оптическим обманом.

А некоторым — даже и нужно.

Anna Tuomisalo

Есть многие, кто помог новой России в главном. Кто научил 90-е говорить с людьми, чтобы люди — благодаря тому, что возникла такая речь — смогли в той или иной степени понять первые годы возникающей на их глазах страны. Помимо того, чем именно каждого из этих людей эти годы прикладывали, изо дня в день.

В словесности — Пелевин, Сорокин, Дивов to name a few.

В музыке — вообще не поименовать, калейдоскоп от "Овации" до "Максидрома".

А вот в кино их было ровно двое, научивших девяностые говорить, а нас — понимать, в меру возможности и способностей.

Балабанов, конечно. В первую очередь Балабанов и его драма.

Но до него, совсем незадолго — уже был Меньшов. Причем совершенно в другом жанре.

Шостакович написал главное произведение о тридцать седьмом годе в 1937 году — Пятую симфонию. Меньшов снял "Ширли-мырли" в самой середине девяностых. С тех пор многие так и разговаривают об изначальных годах новой России — комедией Меньшова 1995 года да чуть более поздними драмами Балабанова; "Брат" — 97-й, через два года, через целую вечность по тем временам.

Все остальное появилось после. Но никак не вместо, несмотря на четверть века с лишним после премьеры "Ширли-мырли".

Соблазнительно, конечно, было бы сказать, что дать киноречь новой России мог только тот, кто помог нам проговорить финал предыдущей страны. "Розыгрыш", "Любовь и голуби", "Оскар" за чисто внутреннюю историю "Москва слезам не верит", наконец — при той санкционной обстановке, куда резче нынешней.

Но это неточно. А вот суметь плюхнуться в новое время с головой, нырнуть до его дна и достать оттуда алмаз "Спаситель России" — это бесспорная заслуга Владимира Меньшова. Его заслуга и наше умение понять, чем были те годы. Каким именно балаганом они были — в том числе.

Такую жизнь — дай бог каждому. Спасибо, Владимир Валентинович.

Выше знамя ленинского Killthemall'a.

В ГУМе вакцинацию прекратили по соображениям безопасности. Теперь можно уколоться наискосок от ГУМа — в Гостином дворе. Хоть пятьдесят человек одновременно:

Так волновалось, так изъёрзалось, что отпустило проклятие всему человечеству.

"Уральские предприниматели установили памятник на склоне горы Холатчахль (в переводе с мансийского – Мертвая вершина), неподалеку от которой, как принято считать, погибла группа Дятлова".

Ну такое.