Первый знак на месте приземления Юрия Гагарина близ деревни Смеловки (Терновский, ныне Энгельсский район Саратовской области). Из собрания Саратовского областного музея краеведения.

И никто теперь не вспомнит, как много лет назад Вачовски пришли на проходную фабрики грез молодыми, полными надежд пареньками.

Полковник Гагарин уже здесь. Пока еще даже не майор, а старший лейтенант, судя по часам: полетит вот-вот, а вернется ближе к полудню. Но здесь - уже полковник. Или мастер-литейщик, поскольку перед нами Саратовский индустриально-педагогический техникум, куда на празднование двадцатилетия в 1965 году прибыл выпускник 1955 года. Фото из собрания Саратовского областного музея краеведения.
Сановитый, настоящий полковник. А улыбка та же. С праздником, дорогие. Заметка - уже скоро.

Почему Юрий Гагарин все ещё живёт в Саратове.

Неизвестная песня о космосе Оскара Фельцмана и Владимира Войновича — нет, не "Четырнадцать минут", а совсем другая; и почему она, собственно, оставалась неизвестной.

Большая космическая тайна советской творческой интеллигенции, к которой помогла приблизиться литературный редактор издательства "Советский композитор" Ирина Супинская, она же...

А впрочем — читайте:

https://vz.ru/society/2021/4/12/1094016.html

"Конечно, знали в общих чертах: наконец-то полетит. Конечно же, с элементом аврала – потому что фамилию «Гагарин» наверняка никто никому из творческой интеллигенции до всего сообщать не собирался, и его пришлось зарифмовывать именно перед сдачей нот в производство и подписанием в печать.

Но похоже, что все они знали – или догадывались – чуть больше, чем сам Юрий Левитан...

И невозможно представить, как нашим замечательным творцам было трудно держать все это в тайне. Людям творческим, маститым, известным. А в эти дни – и облеченным важной миссией общегосударственного значения. Как им – ну, многим из них - хотелось рассказать хотя бы коллегам. Особенно тем, кого не можешь терпеть. Похвастаться, как свойственно каждому творцу.

Но нет. Никаких утечек, как сказали бы сейчас. Секрет был сбережен – легко, ненавязчиво, уютно, по-домашнему".

По меньшей мере четыре советских поэта и три композитора знали о полёте первого космонавта заранее — в частности, уже 13 апреля 1961 г. были подписаны в печать ноты сразу двух песен Оскара Фельцмана

(тема: Юрий Васильев, спецкор газеты "Взгляд")

Когда-то эмигрантская пресса была такой.

А чем ещё хорошо 12 апреля — что это день рождения Марии Филипповны Лиманской (Шальневой). Сегодня ей исполнилось 97 лет.

Шесть лет назад я был у нее в гостях. Верный признак: с "Бранденбургской мадонной" все хорошо, тьфу-тьфу-тьфу — значит, День Победы будет что надо. Никогда не подводило.

Официальная страница Госдепа сегодня особенно прекрасна — и буквенно, и фотографически.

Никогда такого не было, и вдруг опять. С другой стороны, мужайтесь, русские, Рутуб близок. А на Ютубе, стало быть, юсские будут. Заодно узнаем, кто это такие.

Dzhovanna Sallama

Энгельсском, в Энгельсе. Действительно, просто космос для канала о регионах, или В рамках ФЦП "Ну если у вас в Моссовете".

Жаль, на него не вовремя накинули аркан. Он б прочитал Коран — и в Тегеран*

*не в Азкабан же.

На прибалтийском русскоязычном ресурсе "Медуза" — пересказ фильма Веры Кричевской о телеканале "Дождь":

Исходный тезис:
"Представляя картину, Кричевская сказала, что она «сделана для западной аудитории», и ее цель — рассказать историю «Дождя» тем, кто никогда не смотрел этот канал. Но и местная аудитория, скорее всего, будет впечатлена тем, в каких мучительных условиях приходится работать сотрудникам независимых медиа в России".

Подтверждения:
"В январе 2014 года после опроса о «сдаче» блокадного Ленинграда «Дождь», который был драйвером продаж для многих кабельных операторов ("Господи! "Запахло!". — "Покровские ворота" / Русский Сыч), начали исключать из их пакетов... Как говорила потом сама Синдеева, этот опрос стоил каналу 80% аудитории и почти всех рекламодателей".

"«Дождь» въехал на «Флакон» — и тут настало время посттравматики. Камера Кричевской скрупулезно фиксирует: раздоры между Синдеевой и Зыгарем; фразы в духе «Это похоже на секту, мы избранные, все хотят быть нами»; признания в нарциссизме — и в том, что полноценные семьи на канале есть лишь у единиц, а большинство сотрудников не видят разницы между работой и жизнью".

* * *
Есть, конечно, среди нас те, кто путают "отечество" и "ваше превосходительство". Но это хотя бы привычно. А вот как быть с теми, кто называет мучениями собственные некомпетентность и манечку величку?

Рехбус. Крохсворд. Большая промблема ©

А посмотрите, какая штука интересная.

Вот Борис Волынов, последний из первого отряда космонавтов. То есть, человек в теме. Свежайшее интервью, позавчера вышло:

"Психологи думали: взлетает человек в космос, а что с его психикой произойдёт? Ведь он может, взглянув в иллюминатор, стать сумасшедшим, или какие-то аномалии будут. Можно ли его допускать до управления кораблём или нет?

Поэтому придумали логический замок. Многие уже не знают, давно это было. Но тем не менее он был: надо было вначале логическую задачу решить, а потом тебя только космический аппарат допускал до управления. Если не решил — так и будет летать автономно".

* * *
А вот ныне покойный Борис Черток, конструктор систем управления. Тоже, мягко говоря, в теме. Из его мемуаров "Ракеты и люди":

"Для первого полета, тревожась за разум космонавта, кто-то предложил ввести цифровой кодовый замок. Только набрав код "125", он мог подать питание на систему ручного управления. В первом полете этот код передали космонавту в запечатанном конверте. Если человек достанет из папки-инструкции конверт, вскроет его, прочтет и наберет код, следовательно, он в своем уме и ему можно доверить ручное управление.

Позже Ивановский и Галлай признались, что код "125" они по секрету сообщили Гагарину до посадки в корабль, чем нарушили решение Госкомиссии".

* * *
Конечно, можно стать на позицию, что космонавт знает меньше, а конструктор — больше. Конечно, можно предположить, что в одно время было так, а в другое — иначе. Конечно, можно положиться на количество и качество деталей: у кого больше и ярче детализация, тот и молодец, а второй что-то путает, товарищ. Вот тот же космонавт.

На цепочке этих и прочих "конечно, можно..." и держится хрупкий механизм нашей молодой российской журналистики. И это ещё полбеды. Беда в том, что и молодая историческая наука держится в подобных случаях на том же самом.

А нас двоих цепочка не вынесет и порвётся к хуям, погубив всё вместе. И не то что будет жаль кого-то. Хотя да, все же — жаль.

ТО чем Malzoff Gallery занимается в оффлайне - Алексей Андреев на выставке КОС20МОС21 в Парке Зарядье. Там вообще круто - все идем в Зарядье!

Ах, шарабан мой, повестка с горкой — я феминистка и пифагорка!

На самом деле это развивающая школа в Саратове, но насторожило весьма.

По поводу вчерашнего звонка Байдена Путину и намеченной встречи можно сделать примерно две вещи.

Во-первых, почитать Федора Александровича, ув. — с рассуждениями, для чего все это может быть. И что не каждая встреча ведёт к разрядке и договорённостям, а некоторые и вовсе рассчитаны изначально на нечто противоположное.

Во-вторых, послушать оперу Джона Кулиджа Адамса, который в 1987 году вполне логично присовокупил третьего к имеющимся Кулиджу и Адамсу — "Никсон в Китае" (Nixon in China). Как раз про то, к чему приводят и не приводят саммиты, даже когда искренне рассчитываешь на прорыв, как Никсон и Мао в 1972 году. Впрочем, на то время сам факт подобной встречи непримиримых антагонистов уже значил очень и очень многое.

Вспомнил, что уже делал небольшую нарезку с краткими комментариями, аж в 2009-м. Комментарии смешные, особенно последний, про 2024 год. Но красоты оригинальной хьюстонской постановки Питера Селларса никто не отменял.

Ойса ты, ойса,
Ты меня не бойся,
Мы идём на нерест,
Ты не беспокойся.

Раз в десять лет КГБ Белоруссии сажает Александра Федуту. У КГБ Белоруссии традиция. У нас тоже: свободу Саше Федуте, а КГБ Белоруссии пусть идёт в баню.

В ожидании прежде всего первого — предыдущий Сашин тюремный дневник в моей нарезке. С очень большой надеждой на то, что в собственноручных записках о нынешних злоключениях Александру Иосифовичу не придется охватывать период в несколько месяцев, как это было в прошлый раз.

Тем временем BCG порадовали исследованием по цифровизации — основе дальнейшей экономики. В частности, Москву наши партнёры ставят в лидеры по цифре в школьном обучении — МЭШ, разумеется.

Ну тут, конечно, ковидла родимая подтолкнула. И электронная школа, и все остальное, о чем не раз говорили: медицина в Москве и столичные госуслуги-МФЦ — когда и до пандемии за очень многим не надо было никуда толком ходить, а во время нее на электронке стало работать практически всё. И ключевое слово тут — "работать".

Но ковидла была и остается у всех, а цифровые системы в том же образовании — и на таком уровне — появились не у всех. Что в очередной раз и констатируем.