Углубившись в стенограмму от "Медиазоны", обратил внимание, что подсудимый по делу о клевете Алексей Навальный — а перед нами, напомним, стенограмма именно судебного заседания по данному делу,

— уже 25 раз назван "политиком".

То есть, судят политика, понимаете ли.

А Игнат Сергеевич Артеменко, по этой логике, наносил ущерб немецкому художнику. Длительное время, в составе организованной вооруженной группы.

Ооооооо. У Алексея опять первый тост пошёл.

Тем временем уважаемый Лукьянов Ф.А разъясняет утреннего Лаврова С.В., не менее уважаемого. Вкратце: все не так хайпово, как хотелось бы авторам заголовков. Но куда серьезнее, чем хотелось бы нам, людям доброй воли.

Однажды отец черного блюза король Генрих Восьмой написал для своей черной возлюбленной Анны Болейн свой хит Greensleeves с тех пор это классика рэп-музыки. https://youtu.be/kdjYlrvVFNo

А знаете, почему стопицот замечаний судьи и ни одного удаления подсудимого? Я, кажется, знаю.

Оба процесса "Навальный и клевета" очень напомнили один старый текст. Очень старый, тридцатилетней давности. В общем, когда автор его — Михаил Веллер — был вполне себе торт.

Кажется, вся повесть называлась "Москва бьёт с носка" и начиналась со слов "Ельцин был застрелен в своем кабинете в десять часов тридцать две минуты утра". Далее — несколько эпизодов альтернативной истории. В том числе — заседание тогдашней Госдумы. То есть, Верховного совета.

Цитата будет длинной, а сходство обеспечивается последней фразой. Как всегда.

С небольшими сокращениями — итак:

"Депутату Ионе Андронову врезали по морде прямо пе­ред микрофоном. С этого началось вечернее заседание.

Микрофон многократно усилил в зал хрусткий чмок плюхи...

— М-да, — миролюбиво прокомментировал из президиума Хасбулатов, — это, понимаете, депутату Андро­нову не на Америку клеветать безнаказанно.

Оскорбленный Андронов мгновенно продемонстри­ровал, что в оклеветанной им Америке чему-то сумел на­учиться, и ответил драчливому депутату от Ямало-Не­нецкого округа точным апперкотом, свалившим того на депутата-актера, любимого всеми и безвредного Олега Басилашвили.

— Господа депутаты... Актеров, вообще людей твор­ческой интеллигенции мы должны беречь, — урезонил Хасбулатов.

Зал засмеялся. Упавший под грузом ямало-ненца Басилашвили, нервный и обидчивый, как все актеры, усмотрел в этом личное оскорбление, скакнул к мик­рофону и заорал в бешенстве:

— Поберегите лучше свою брежневскую квартиру, Руслан Исфаганович! Родина в опасности! А вы все бубните свои школьные шуточки, как второгодник!

— Отключите третий микрофон, — отреагировал Хасбулатов.

— Я тебе сейчас отключу, — сказал Андронов, спле­вывая на ковровую дорожку половину зуба.

И оказался прав, потому что команда технического обеспечения имела приказ микрофоны не отключать ни при каких обстоятельствах.

— У вас, Иона Александрович, — злобно ответил Хасбулатов, — один сын учится в Гарвардском универ­ситете, а другой — в Оксфорде. Интересно — на ка­кую такую депутатскую зарплату? Так что — не надо, понимаете, не надо... Чья бы корова, как говорится, мычала.

— А чья подпись на фальшивой авизо чеченского банка? — загремел Андронов.

— Чья? Интересно. Доложите.

— Вашего зятя, вот чья!

— Мой зять не чечен.

— А хоть китаец! Подписываться умеет! За два мил­лиарда рублей любой дурак подпишется!

— Я прошу оградить меня...

— Я б тебя хорошей решеткой оградил, — прогудел депутат Михаил Ульянов с въевшимися в натуру интона­циями своего любимого киногероя — маршала Жукова.

— Кто жил с ассистенткой своей кафедры?! — над­рывался Андронов.

— Ассистент, — пожал плечами Хасбулатов.

Генерал-лейтенант авиации Ведерников схватил микрофон за стойку, как ручку бомбосбрасывателя:

— Армия! — ревел он, как турбина на форсаже, — развалили армию! Кто — я спрашиваю парламент: кто?! — кто раскрал армию!!!

— Воры. Успокойтесь, генерал: воры и раскрали.

— Не раскрали, а разворовали, — простонал в отчаяньи филолог, академик Лихачев. — Боже, кто во­круг сидит...

Вокруг уже никто не сидел: стояли, подпрыгивали, отпихивали друг друга, оттаскивали за галстуки.

— Мы должны очистить свои ряды от коррупции!

— Сначала очисти от своей любовницы дачу Ко­сыгина!

— Ах, на «жигулях» ты ездишь? А чей брат — пре­зидент концерна «Московская недвижимость»?! Да ты уже пол-Москвы украл!..

— Господа! господа! в то время, как в Таджикиста­не льется русская кровь...

— Волнует его кровь: ему таджики подарили «мер­седес»!

— Да? Да? А кому «Инкомбанк» подарил виллу в Сан-Диего за семьсот тысяч долларов? Чего «нет», ко­гда твоя семья там уже полгода живет!

— Уберите телевидение! — надрывался Хасбула­тов. — Телевидению немедленно покинуть зал заседа­ний! Я прекращаю...

Но телевизионщики работали под охраной, также имевшей приказ обеспечить прямую трансляцию при любых обстоятельствах".

Надеюсь, следующее заседание пройдет в прямом эфире. Наконец-то.

"Новая газета" предлагает вашему вниманию открытое письмо Константину Богомолову —

о том, что заводы все ещё стоят.

Ну, тот случай, когда реально до 120-ти!

Да хули заводы. Снег не чищен у подъезда - одни квирсоциалисты кругом

Слушайте, это правда?
Они сами-то понимают, как это выглядит? С чудовищной редактурой фиктивного списка дегенератов.

Главное нам не покупаться на мнимую дихотомию - будто, с одной стороны Богомолов, а с другой вообще вот это.

Нет, ребята, в такой загон я не пойду. Есть еще и нормальная жизнь.

https://t.me/burrowingowl/5605

Аскать по 1200-2000 рублей на терапевтку и лекарствку — таков путь гендерного активиста на пятом десятке в России.

Люблю Россию в том числе и за это.

Я помню, было однажды свидание в Дарвиновском музее. Массовое такое. С Толокном и Верзиловым, помимо прочего.

Но прошли годы, и теперь это выглядит так:

"в Дарвиновском музее организуют специальную акцию: каждый молодой человек, купив входной билет в интерактивный комплекс «Пройди путем эволюции», сможет провести свою спутницу бесплатно".

Остальные столичные идеи на День всех влюбленных — тут:

"Новая газета": 6:1 в пользу белых хозяев.

Happy Valentine's!

Открывающий лист сборника сорока девяти любовных сонетов. Слово "сердце" в этой книге почти везде заменено на пылающее ❤️. Милан, середина XV века.

BL, King's MS 322, fol. 1r

Ну а зачем поддерживать Юлию Навальную. Она, как в том старинном анекдоте, сама ходит и ездит. А в Германию, как вот сейчас, так ещё и летает.

Короче, не рвите за нее свою сердцу. Хоть бы и бумажную. Пригодится ещё.

"Визит" же.

Казимир Малевич, "14.02.2021", холст, масло, интуиция.

Адам пеленает Каина; у Евы нехорошее предчувствие. Псалтырь королевы Изабеллы Английской, Англия, Йорк, 1303-1308 гг.

München, Bayerische Staatsbibliothek, Cod. gall. 16, p. 26

Кто-то уже очень давно находил это слово у Герцена в четвертой части "Былого и дум": "Москва, Петербург и Новгород (1840 — 1847)". Однако и времени прошло много, и контекст словно под этот фрагмент подстроился, и если кто вспомнит первопроходца, так я его и отмечу; а пока — сфоткаю кабута мой:

"Я мог бы написать целый том анекдотов, слышанных мною от Ольги Александровны: с кем и кем она ни была в сношениях, от графа д'Артуа и Сегюра до лорда Гренвиля и Каннинга, и притом она смотрела на всех независимо, по-своему и очень оригинально. Ограничусь одним небольшим случаем, который постараюсь передать ее собственными словами.
Она жила на Морской. Раз как-то шел полк с музыкой по улице, Ольга Александровна подошла к окну и, глядя на солдат, сказала мне:
— У меня дача есть недалеко от Гатчины, летом иногда я езжу туда отдохнуть. Перед домом я велела сделать большой сквер, знаете, эдак на английский манер, покрытый дерном. В запрошлый год приезжаю я туда; представьте себе - часов в шесть утром слышу я страшный треск барабанов, лежу ни живая, ни мертвая в постели; все ближе да ближе; звоню, прибежала моя калмычка. "Что, мать моя, это случилось? - спрашиваю я, - шум какой?" - "Да это, говорит, Михаил Павлович изволит солдат учить". - "Где это?" - "На нашем дворе". - Понравился сквер - гладко и зелено. Представьте себе, дама живет, старуха, больная! - а он в шесть часов в барабан. Ну, думаю, это - пустяки. "Позови дворецкого". Пришел дворецкий; я ему говорю: "Ты сейчас
вели заложить тележку да поезжай в Петербург и найми сколько найдешь
белорусов, да чтоб завтра и начали копать пруд". Ну, думаю, авось, навального учения не дадут под моими окнами. Все это невоспитанные люди!"

Naval — то бишь, военно-морские.

К вопросу об отечествах — пусть и не своих — и об их превосходительствах. В том плане, что и тут путать не надо.