Зачем думать? Надо действовать немедленно. Прежде всего российской оппозиции, невзирая на разногласия, следует срочно перестать мыть руки. Тогда Путин точно останется без вируса.

Просто облаков красивых. Вне повестки.

"Перекресток" на Юго-Западной. Zewы новой нет, факт. Но и "спасите наши жопы" кричать не стоит.

Надо держаццо, граждане, скоро настоящая весна отовсюду пышно попрет, лопух раскидисто заколосится, без подтирки не останетесь.

https://t.me/burrowingowl/2935

После того, что произошло две серии назад — абсолютно верное решение ТАСС. Очень надеюсь, что оно означает ещё и дополнительную встречу собеседников. Для масштаба проекта и, мягко говоря, организационной сложности занятых в нем структур — можно считать, что молниеносно переформатировались.

199 заболевших — 9 выздоровевших после сегодняшней выписки четверых. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб все вышли здоровыми. И чтобы новых заболевших поменьше.

"Вы можете посмотреть на соседа и увидеть, какое у каждого из вас прекрасное лицо".

Кажется, удалось зафиксировать и первое появление, и авторство мема, ставшего вечным. Белорусский писатель Алесь Адамо́вич, август-91, Москва.

Источник: документальный фильм "Пробуждение. Хроники переломных дней" (1991), на 49'35''. Режиссер Владимир Алеников — ага, который "Петров и Васечкин".

Удивительное смешение погребальной обрядности и политической грамотности – погребальный плач о Ленине. Текст был записан в 1924 г. от Катерины Перетолчиной и впервые опубликован в «Сибирской живой старине». При позднейших перепечатках «Покойнишный вой по Ленине» подвергся целенаправленной идеологической правке, исключавшей упоминание Л. Д. Троцкого.

Хендзинский, Н. Покойнишный вой по Ленине / Н. Хандзинский. — Иркутск : Вост.-Сиб. отд. Рус. геогр. о-ва, 1925. — 14 с. : нот.; 22 см.

Скачать книгу на сайте ОРПК

Толково. Я бы ещё ставил на месте числа и месяца фразу Путина про "главное — здоровье людей". Чтоб люди лишний раз руки помыли да санитайзером пшикнули.

Это, стало быть, Урал. Посмотрим, где ещё будут плакаты с открытой датой.

Только похвалил Урал — и придется сразу на 180° полицейским разворотом. Аттракцион "говорящий уральский чиновник" вновь зажигает огни. Приз "Золотая Глацких" уходит министру спорта Свердловской области Леониду Рапопорту за прекрасную фразу и уникальные методики борьбы с коронавирусом на вверенной территории.

Ну и зигушку, конечно, Леониду Ароновичу. В ассортименте. Заслужил, юберменш этакий.

Просто так отменять схождение Благодатного огня, конечно, нельзя. У храма Гроба Господня в Страстную субботу следует разместить плакат "Я умыл руки, а ты?"

Он умывает руки. А ты?

Понтий Пилат хороший. Он показывает людям, как надо себя вести при пандемии. Albrecht Dürer - Pilate Washing His Hands

Опять Европа досылает.

Со ссылкой на анонимные источники политолог [Валерий Соловей] сообщил, что в России есть порядка одной тысячи шестисот подтвержденных случаев смерти людей от коронавируса с середины января 2020 года, а количество инфицированных, по его словам, оценивается в 130-180 тысяч.

"И за такой пустяк — в прокуратуру", забыл добавить Плющев.

Антисептики из продуктов переработки газа. Кажется, стал ещё лучше понимать классика: "В драке не выручат — в войне победят".

"А если в гости — не забыть направление. Это тоже обязательно. От своего дома оформляется местная командировка в гости: убыл, прибыл, убыл. Ну, конечно, дать диапазон, чтоб человек чувствовал себя свободно. Хозяин буквально чем-нибудь отмечает. Ну буквально, ну чем-нибудь буквально. Ну, да той же печатью, Господи. Но ставить время с запасом, чтоб гость неторопливо собирался".

"Лицо можно не трогать, чтоб не беспокоить. То есть в такой обстановке горожанин и сам не захочет покидать — ни, ты понимаешь ли, родной город, ни, ты понимаешь ли, родную улицу, а потом и дом станет для него окончательно родным".

Кассандр наш, Михал Михалыч.

В "Сравнительных жизнеописаниях" Плутарх рассказывает о Цезаре (57, 4):
"Друзья Цезаря просили, чтобы он окружил себя телохранителями, и многие предлагали свои услуги. Цезарь не согласился, заявив, что, по его мнению, лучше один раз умереть, чем постоянно ожидать смерти" (пер. Г.А. Стратановского и К.П. Лампсакова).

Английские читатели — и особенно авторы! — XVI века изучают Плутарха, благо им его Томас Норт перевёл в 1579 году, с карандашиком; Цезарь позднему Возрождению интересен необычайно. Стивен Госсон в "Школе оскорблений" (1579) упоминает пьесу "История Цезаря и Помпея"; Уильям Александр, лорд Стирлайн, также сочинил трагедию о Цезаре, удивительно схожую местами с шекспировским текстом, возможно, из-за общности источника.
Фрэнсис Пек в приложении к запискам о Кромвеле перечисляет сочинения на исторические темы и среди них написанную на латыни, как положено учёным, пьесу о Юлии Цезаре, поставленную в оксфордском колледже Крайст-Чёрч силами студентов: Epilogus Caesari interfecti, quomodo in scenam prodiit ea res acta, in Ecclesia Christi, Oxon. Qui epilogus a Magistro Ricardo Eedes, et scriptus, et in proscenio ibidem dictus fuit, A. D. 1582. Magister — это доктор Ричард Идес, богослов и священник, которого Мерес в 1598 году, в "Сокровищнице ума" назвал одним из лучших трагических авторов своего времени.
Вполне возможно, что именно эту пьесу разыгрывал в студентах Полоний, которого, как мы помним, убили весьма брутально.

Цитату из Плутарха эпоха, перекатывая в уме, облекает собственным перламутром. Так, граф Эссекс пишет младшему товарищу, графу Ратленду: "Тот, кто умирает достойно, живёт вечно, тот же, кто живёт в страхе, умирает снова и снова". Это, конечно, уже монтеневского образца смесь стоицизма со скептицизмом, крепко замешанная на идее рыцарского благородства.

И эту мысль отчётливо повторит в "Юлии Цезаре" Шекспир.
Во второй сцене второго действия, когда напуганная дурными предзнаменованиями и страшным сном Кальпурния уговаривает мужа не ходить в сенат, Цезарь отвечает ей скорее словами Эссекса, чем Плутарха:

Cowards die many times before their deaths;
The valiant never taste of death but once.

В первом, прозаическом, переложении трагедии Шекспира на русский в 1786 году Карамзин перевёл эти слова так:
Трусы умирают задолго до своей смерти; храбрый вкушает смерть токмо единожды.

Прозаический же перевод Кетчера (1858) точен безупречно:
Трусы умирают много раз и до смерти; мужественный изведывает смерть только раз.

Фет — да-да, Афанасий Фет — в 1859 году впервые перевёл реплику Цезаря стихами, и у него впервые требования размера победили прямое следование оригиналу: шекспировское множественное число сменилось русским единственным, "трỳсы" превратились в "труса", и во фразе появилось равновесие почти афористическое:
Трус прежде смерти много раз умрёт,
А храбрый смерть вкушает лишь однажды.

Ещё один прозаический перевод, Каншина, в 1893 году таков:
Трусы много раз умирают и до наступления смерти, человек же мужественный изведывает смерть только раз.

У Соколовского, склонного к некоторому вольничанью, в 1894 году читаем:
Ничтожный трус боится смерти вечно;
Но тот, кто смел — её встречает раз.

У Козлова (1904):
Трус и до смерти часто умирает;
Но смерть лишь раз изведывает храбрый.

Исай Мандельштам (1941) предлагает такой вариант:
Трус много раз до смерти умирает;
Храбрец вкушает лишь однажды смерть.

Примерно в то же время каким-то совершенно особым образом сходятся звёзды, и Михаил Столяров находит одно из тех переводческих решений, которые если не лучше оригинала, то по силе воздействия равны ему настолько полно, что замираешь от самой возможности такого совершенства:
Трус умирает много раз до смерти;
Однажды лишь вкушает смерть храбрец.

Эту чеканную золотую фразу переводчик на бумаге не увидел: издательство Academia выпустило шестой том собрания, когда философа и литературного критика Михаила Павловича Столярова, переводившего Бальзака, Золя, Мопассана и многих других, уже расстреляли в 37-м.

Перевод Столярова великолепен безоговорочно.
Надгробная речь Марка Антония, этот хрестоматийный образчик манипулятивной риторики, который английские школьники — и мы, питомцы советских "английских" школ — учили наизусть многие десятилетия, у Столярова выстроена так, что все паузы и логические ударения в ней совпадают с оригинальным текстом; легко, естественно, ложась на дыхание.

Неудивительно, что Михаил Зенкевич, работая над переводом "Юлия Цезаря" (1959) для так называемого "юбилейного" собрания, пошёл тем же путём, что и его предшественник:
Трус умирает много раз до смерти,
А храбрый смерть один лишь раз вкушает.

Трус умирает много раз до смерти.
Тот редкий случай, когда уход от оригинала приводит к нему вернее, чем точное следование.