И уже бы напрочь забыли о покойном — не из вредности нашей, просто дел вокруг много, мягко говоря,

— да не дают соратники. Напоминают. Потом, правда, сносят. Но интернет и т.д.

Вообще даже если не касаться Навального с посмертием звёздочки его —

странная вещь эти полные собрания. Будь то сочинений / писем или вот видосов. Странная и не всегда лестная для собираемого. Даже если он не Навальный, а, к примеру, Лев Толстой. Который не только на словах. Отдельная тема, да: чего хранить и показывать, чего вдали от любопытствующих исследователям оставить. Ну или просто следователям.

Вот так просыпаешься — и узнаешь, что ещё вчера что-то задолжал Зюганову из Мымрина. Даже не по сути, чистая фонетика с этимологией. Доброе утро.

Краткое содержание нового сюжета про VK и Apple от пострадавшей стороны: в двадцатых числах июня, без предупреждения и объявления войны и т.д.

В общем, ничего нового, от Берлина до Купертино. Фронт пойдет — разофигеют, запомните этот твит.

Этим стихам сорок пять лет. А Александру Кушнеру — в сентябре — девяносто, не сглазить бы:

В тире
 
В тире, с яркой подсветкой,
С облаками, как дым,
Мы с винтовочкой меткой
Два часа простоим.
 
Он устроен коробкой,
Светел ночью и днём,
С механической, робкой,
Сладкой музычкой в нём.
 
Вот я выстрелю в гуся,
Что из тучки возник,
Посмотри, моя дуся,
Он головкой поник.
 
Вот я лань обнаружу,
Вот я в башню пальну,
Всё расстрою, разрушу
И отправлю ко дну.
 
Что там, шляпа с полями?
Или пень? – Не видать.
Тирщик в белой панаме
Всё настроит опять.
 
Его птички бессмертны,
Пароходы прочны
И бессменны концерты,
Вроде вечной весны.
 
Ты любуешься парком?
Я же здесь постою
В размалёванном, ярком,
Самодельном раю.

...и очень интересно, этот ли пас взял Эдмунд Мечиславович несколько лет назад, со своим "Все попадут, а как же иначе / В нарисованный рай".

Оказывается, свое участие в разделе Польши в 1939 г. литовцы оформили как взрослые - чтобы карта была раздела и подпись главы местного МИД Урбшиса рядом с подписью Молотова.

— пишет Саша Дюков (картинки по ссылке).

На снимке — баня в городе Вязники Владимирской области, где гражданин Урбшис в 1950-х годах, то есть после отсидки, работал кассиром. В перерывах между обилечиванием помывающихся Урбшис переводил на литовский "Мадам Бовари" и другую французскую литературу. Впрочем, в Вильнюс ему разрешили вернуться уже в 1956-м, а умер он в 1991-м при полном почитании со стороны вновь независимых сограждан.

Но баня, если что, стоит. И даже реконструирована несколько лет назад.

Не знаю, что там с генами победителей — кроме того, что Начальнику по-любому виднее,

но количество выпускников в ленте просто зашкаливает. Причем одни добрые знакомые родители сегодня провожают из-за парты уже второго. А другие, особо выдающиеся — вообще третьего.

Что-то все же сдвинулось в стране. Не потерять бы. Всех причастных — родителей, учителей, виновников торжества — с праздником. И доброго пути дальше.

Телевизор без звука — гораздо лучше, чем просто телевизор. Столько вариантов сразу открывается. Например, с "Элегией" Введенского; завидую тем, кто впервые прочтет ее сейчас. Особенно если до конца. Доброе утро.

А я-то думал, куда Платон пропал. А Платон не пропал, Платон работает. Всем боевым работникам — жизни, удачи и БДХ.

Я себе представляю, как на коллегу из массовки посмотрели бы Римма Маркова и Нонна Мордюкова. Впрочем, может, и смотрят.

*голосом известного экстремиста:

so goodbye, Orange Brick Road...

пока не овердоза.

Для справки: здание, двухсотпятидесятилетие которого нынче отмечает дважды президент США, открыто в 1800 году. Но don't give a пренебречь.