Утренний вопрос к России:

почему эти два персонажа ещё имеют возможность рассиживаться в мизансцене "Приглашает Борис Ноткин" и интеллигентно беседовать о том, почему надо убивать русских? Что за игра вероятностей такая — если учесть, что Волобуев сбежал из "Газпромбанка" полтора года назад, а с Эггертом было ясно примерно все примерно всегда.

Сколько ни слышу "Саманта Пауэр" — всегда встаю в тупик. То ли это певица из 80-х, то ли женщина вебкамной профессии, то ли героиня какого-нибудь комикса. Саманта Пауэр, воинское звание — капитан Марвел и т.д.

В общем, про то, что так могут звать высокопоставленного политика, думается в последнюю очередь. А между тем кэптан Пауэр прям щас находится с миссией в Ереване — где совместно с некоторым Юлием Юрием Кимом обволакивает американской заботой Пашиняна.

Который, вероятно, забыл, что насильственная кончина демократически настроенного лидера произвольно обозначенной country in distress — один из признанных канонов супергеройского суперголливудского суперкино.

Причем ближе к началу фильма, когда все только к первому попкорну приступили.

И не сказать, что эта перспектива в случае с данным конкретным лидером как-то способна огорчить меня сыча. Армению — жалко, это да. Но тут уж в который раз повторю: лучшая рифма на "Пашинян" — это "Унанян", и она точно не из русского языка.

А так — будем ждать, когда американцы в Ереван настоящего переговорщика пришлют.

Грута.

Такое чувство, как будто общение России и Польши лучше всего описано в х/ф "Терминатор-2: Судный день". Неведомая сила постоянно убивает наших, мы пытаемся ее разъять, но она опять собирается воедино. Шестая попытка, впрочем, оканчивается хорошо.

Или в кино не шестая? Ну ладно, не так важно.

Не, ну не до такой же степени.
Но вот в целом — да. Такая идея, что дальновидности, основанной на опыте поколений, там гораздо больше, чем могло показаться неискушенному взгляду. А способность к самообучению на ходу заставляет задуматься.
Или не заставляет.

Да ну прям. Думают, что все вопросы по командующему ЧФ Соколову сняли. Щас набегут хохлы и начнут: "а почему по видео?", "а почему на подушке?", "а чому кацапською?", "а нехай сальто зробыть" и т.д.

С другой стороны — просто не заморачиваться на них тоже метод. Но, наверное, не всегда. Хороший вопрос, после победы обсудим.

Над Канадой небо SSинее.

— А чья это герань над Одессой?
— Это не герань, детка. Это протонная торпеда.
— А чья это протонная торпеда?
— Люка Скайуокера, детка.
— А кто такой Люк?
— Люк джедай, детка. Люк — джедай.

В далекой-далекой галактике, на планете Х'хлуин —

Фурсин, который был начальником Кристины Костромы, теперь ведает московской культурой вместо Кибовского. Интересная горизонталь для джентльмена — и, разумеется, рост в своем департаменте для дамы: за семь лет от специалиста до директора — это ярко, и весьма. По дороге победила в "Лидерах России", курировала московские технопарки и Московский же инновационный кластер — предмет региональной зависти; в общем, послужной список имеется.

Ну и, конечно же, помним, что начальник департамента в мэрии Москвы — это впоследствии, вполне возможно, либо губернатор, либо федеральный министр. А иногда, кстати — если мы про экономблок, — и то, и другое по очереди; Максим Решетников.

В общем, посмотрим, куда на новой должности в привычном департаменте вырастет Кристина Кострома. Шутки про одноименный регион считайте пошученными.

Разбирая недавний архив. Донецк, бульвар Пушкина, сентябрь.

Следующая станция, поди — мехвод Алибасов под Работино. Ничему не удивлюсь, если что.

Досрочный ответ от ленинградского знатока Сергея Шнурова.

А, совсем забыл рассказать — но, учитывая тему, некоторая тормознутость даже предписана.

Вчера позвонили с любезного радио, вдруууг попросили прокомментировать Эстонию, переименовавшую Калининград в Кенигсберг. Так я предложил тоже поработать с теми же временами, когда Кенигсберг перестал — и при случае, если будет охота, переименовать Эстонию в Юденфраай.

С двумя а, разумеется.

Польза: мир воленс-ноленс напомнит себе, с чего бы эти проклятые русские называют независимую Эстонию таким странным образом. А там и про остальной прибалтийский Холокост речь зайдет. На неделю разговоров хватит, я считаю.

А губернатор Калининградской области Антон Алиханов, после которого я выступал на любезном радио, считает, что все они там идиоты и не лечатся. Поэтому и обращать внимание на них нечего.

Пусть, в общем, молятся на то, что губернаторы у нас добрые и делом заняты. Всем Юденфрааем молятся. Доброе утро.

А те, кто отлеживается от мобилизации в Кащенко, будут, очевидно, ходить в психическую. Красиво пойдут. Интеллигенция.

Дима Быков отрекламировал vz.ru

Что-что... "Надеюсь, что русский Ванька и в следующий раз спасет мое сиятельство от возжаждавших демократии мамбетов. Один же раз прокатило, чего бы не всегда".

А мы возвращаемся — и где-то даже воскресаем, как положено по сюжету.

Пятница, 13-е, возлюбленная Иностранка, семь вечера, детали по ссылке. Отдельно от организаторов: в центральные ворота проходить не надо, а надо сразу идти в правое крыло, где всех встретят, обласкают, запишут в список и проводят, куда следует.

Я, конечно, не Константин Симонов. Но "Разные дни войны" — где он вспоминал о Великой Отечественной и сравнивал впечатления с тогдашними блокнотами — одна из моих любимых книг. Симонов писал ее под конец и через десятки лет после Победы. Я посмел присовокупить к нынешним своим впечатлениям записи прошлого года. Год новых регионов в России — на примере ДНР. На ваш суд.

О текущем положении дел

Пост о том, что пафосные антироссийские дисклеймеры перед каждой статьей на очень смелых ресурсах могут играть очень злые шутки.

Российские, впрочем, тоже. Но о них после победы. А пока вот.

"Atomic Heart: Начало"

В нашей научной коммуникации это называется «нормализация чрезвычайного». Но здесь два смысла. С одной стороны, или в первом смысле, нормализация, — это когда чрезвычайное уходит и начинается будничная жизнь, повседневность. С другой стороны, это когда то, что раньше было чрезвычайным, никуда не делось,и стало повседневностью. И вот мы ждем казалось бы только первого, а в нарратив вползает второе, и они переплетаются в жизнеутверждающий, конечно, но не жизнерадостный рассказ.
Как говорит теория событий, чтобы что—то починить, надо его сначала сломать, практически живое превратить в практически мертвое, а уже потом возродить. Ну и далее по тексту, он того стоит.

https://vz.ru/society/2023/9/29/1232656.html