Буцефал
6 subscribers
529 photos
13 videos
8 files
85 links
Я люблю свою лошадку, причешу ей шерстку гладко, гребешком расправлю хвостик и верхом поеду в гости.
Download Telegram
Forwarded from Картины. Живопись. Искусство
Башкиры_qVC2MWS.jpg
885.2 KB
"Лошадиная ярмарка"
1855 г.

Роза Бонёр
Метрополитен-музей, Нью-Йорк.

@pic_history
#ФарфоровыеЧеловечки #Форма
📸 Серия конных фигур офицеров Лейб-Гвардии Конного полка в формах прежнего времени. Россия, 1913
• Скульптура «Офицер Лейб-Гвардии Конного полка времён Александра II"
• Скульптура "Офицер Лейб-Гвардии Конного полка времён Елизаветы Петровны"
• Скульптура "Офицер Лейб-Гвардии Гусарского полка начала царствования Александра I (1803 - 1805 гг.)"
• Скульптура "Офицер Лейб-Гвардии Конного полка времён Николая I (1830-е гг.)"
• Скульптура "Офицер Лейб-Гвардии Конного полка времён Александра I (1805 г.)"
• Скульптура "Офицер Лейб-Гвардии Гусарского полка начала царствования Александра I (1801 г.)".
Автор модели: Рауш-фон-Траубенберг, Константин Константинович (1871-1935); Формовщик: Лукин, Анатолий Михайлович (1864-?). Императорские фарфоровый и стеклянный заводы, Санкт-Петербург. Фарфор
(с) Государственный Эрмитаж
Forwarded from Парнасский пересмешник (Александр Радаев)
Смерть в образе генерала верхом на коне на поле боя. Эдгар Банди, 1911 год
#Сегодня
📸 Шеффер, Ари (1795-1858). Смерть Гастона де Фуа в битве при Равенне 11 апреля 1512 года. Франция. Около 1824 г.
(с) Государственный Эрмитаж

Это произведение Ари Шеффера представляет собой эскиз картины, хранящейся в музее Версаля. Художника обратился к сюжету из национальной истории. Племянник Людовика XII, молодой герцог Гастон де Фуа (1488-1512), возглавлявший в ходе Итальянской кампании французскую армию, прославился своими подвигами, за которые получил прозвище "Гроза Италии". После победы в сражении под Равенной, преследуя отступавших врагов, Гастон де Фуа был смертельно ранен. В отличие от неоклассицистов, которые трактовали смерть героя как назидательный пример самопожертвования во имя Родины, Шеффер интерпретирует гибель Гастона де Фуа иначе, в романтическом духе. Это не панегирик гражданским добродетелям, а трагический финал судьбы человека, оказавшегося жертвой случайности. Темпераментная живописная манера, смелая динамика широких красочных мазков великолепно передают драматизм события.
В московском ЦУМе начали продавать французскую хрустальную вазу с конями за 13 млн рублей. За такую цену можно купить квартиру в Москве. @ruble30
Катаганская порода лошадей

Порода происходит из бывшей провинции Катаган на северо-востоке Афганистана, названной в честь узбекского племени катаган. Это одна из двенадцати официально признанных афганских пород, отличающаяся своей выносливостью, крепким телосложением и неприхотливостью.

Катаганские лошади исторически играли важную роль в военных конфликтах. Благодаря своей выносливости и ловкости в горной местности, они заслужили репутацию «боевых коней». Местные воины и племенные бойцы из поколения в поколение полагались на этих лошадей во время набегов, сражений и партизанской войны. Катаганская порода ценилась за свою надёжность в бою — быстрая, манёвренная и устойчивая, она нередко решала исход схватки. Особенно широко использовались катаганские лошади узбекскими всадниками и полевыми командирами в годы советско-афганской войны. Они эффективно действовали в горах, нанося удары по тылам противника.

Катаганцы также ценятся в традиционном афганском виде спорта — бузкаши (буквально «таскание козла»). В этой суровой игре, где всадники на полном скаку борются за тушу козла, катаганские лошади славятся своей силой, выносливостью и стремительным рывком.

В отличие от скаковых пород, катаганская лошадь не используется для официальных бегов — в Афганистане нет развитой индустрии скачек. Вместо этого ценятся качества, нужные для бузкаши и горной езды: сила, устойчивость и выносливость. Катаганцы — это не спринтеры, а верные спутники воина и наездника.
Forwarded from Парнасский пересмешник (Александр Радаев)
«Стригунки, годовалые кобылки притворяются уж большими и степенными и редко подпрыгивают и сходятся с веселыми компаниями. Они чинно едят траву, выгибая свои лебединые стриженые шейки, и, как будто у них тоже есть хвосты, помахивают своими веничками. Так же, как большие, некоторые ложатся, катаются или чешут друг друга. Самая веселая компания составляется из двухлеток-трехлеток и холостых кобыл. Они ходят почти все вместе и отдельно веселой девичьей гурьбой. Между ними слышится топот, взвизгиванье, ржанье, брыканье. Они сходятся, кладут головы друг другу через плечи, обнюхиваются, прыгают и иногда, всхрапнув и подняв трубой хвост, полурысью, полутропотой гордо и кокетливо пробегают перед товарками. Первой красавицей и затейщицей между всей этой молодежью была шалунья бурая кобылка. Что она затевала, то делали и другие; куда она шла, туда за ней шла и вся гурьба красавиц. Шалунья была в особенно игривом расположенье в это утро. Веселый стих нашел на нее так, как он находит и на людей. Еще на водопое, подшутив над стариком, она побежала вдоль по воде, притворилась, что испугалась чего-то, храпнула и во все ноги понеслась в поле, так что Васька должен был скакать за ней и за другими, увязавшимися за ней. Потом, поев немного, она начала валяться, потом дразнить старух тем, что заходила вперед их, потом отбила одного сосунка и начала бегать за ним, как будто желая укусить его. Мать испугалась и бросила есть, сосунчик кричал жалким голосом, но шалунья ничем даже не тронула его, а только попугала его и доставила зрелище товаркам, которые с сочувствием смотрели на ее проделки. Потом она затеяла вскружить голову чалой лошадке, на которой далеко за рекой по ржам проезжал мужичок с сохою. Она остановилась, гордо, несколько набок, подняла голову, встряхнулась и заржала сладким, нежным и протяжным голосом. И шалость, и чувство, и некоторая грусть выражались в этом ржанье. В нем было и желанье, и обещанье любви, и грусть по ней».

Такое чувство, что в «Холстомере» Лев Толстой описывает не лошадей, резвящихся на лугу, а записных кокеток, выбравшихся на светское мероприятие. Признайтесь, дорогие шалуньи, узнаете себя? Кто ж не любит дразнить старух!