Недавно мы готовили сборник статей, куда я отправил длиннющий текст, про то, как изучали арктических улитонек. Писался он довольно долго и не потому что я отдал много сил, а потому что ревел на диване не хватало времени и внутреннего ресурса. Тем не менее надеюсь, его можно будет без особых изменений вставить в диссертацию (я не оставляю попыток, да), тем самым как-то наверстав проплаканное потраченное время.

Вообще история того, как что-то делалось интересна тем, кто делает, но не всем остальным, кому скорее надо результат. Ну не многие на самом деле любопытствуют как много теста извели повара в кофейне у дома или сколько экспериментов с утюгом делал студент; всем по итогу важно лишь увидеть идеальную булочку (я не про себя сейчас 🤭), и не увидеть странного чувака в брюках, похожих на карту геологических разломов (а вот сейчас про себя 😅). В общем, я постараюсь во-первых разделить обзор большой статьи на несколько частей, чтобы не было душно держать интригу. Во-вторых, смазывать истории байками и не очень имеющими отношения к делу фактами не вошедшими в статью, но являющимися приметами прожитых времён. Здесь будет про несколько биологических станций, которые хоть не совсем из Арктики, но были важным этапом начала её исследования.

Хотя арктических улитонек и изучали с незапамятных времён, ну чтобы можно было понимать кто из них съедобный, а кто – не очень. Однако систематические научные сведения о них появились в 1770-х годах. Тогда датский зоолог Отто Мюллер, удачно женившись переехал из пригорода Копенгагена в пригород Осло. До своей женитьбы Отто работал приватным учителем (судя по тому, что по образованию он был юристом, то учил он всему), в одной из графских семей. В свободное время он собирал улиток в ближайшем пруду и постил их фотоньки в соцсети переписывался с другими натуралистами. Средства жены позволили Отто забыть про работу и посвятить себя любви к моллюсокам, но уже морским.

Затем на месте, где работал Отто появилась биостанция, которая, кстати жива и по сей день. Уже спустя значительный срок после его кончины (то есть в середине 19-ого века) там начали работать натуралисты Михаель Сарс и его сын – Георг (кому интересны скандалы-интриги-расследования: полярный исследователь и лауреат нобелевской премии мира Фритьоф Нансен был женат на дочке Михаэля и, соответсвенно, сестре Георга, Еве). Георг сделал первый определитель по норвежским моллюсокам с очень качественными рисунками, которые по уровню сильно превосходят более поздние и часто до сих пор их используют для определений (как правило – неправильных) арктических моллюсок.
🔻#морские #история #Арктика

🔺Часть 3
Вообще особенностью работ скандинавских авторов было описание большого числа новых видов. Они заложили основы классификации не совсем арктических зверюшек, но уже обитателей близких к ней регионов. Позднее, когда исследования начались в более восточных районах – на Белом и Российской части Баренцева морей, они были про на фауну (читатели Дна знают что это), описательной количественной экологии (это про то, что численность одних видов больше, чем других) и попытках гипотетизировать (это примерно, как фантазировать, только более научно) о том, как эти виды и в таких количествах могли здесь оказаться.

В 1892 году появилась биологическая станция уже на Соловецких островах на Белом море. Тогда Санкт-Петербургским натуралистам удалось договориться с монастырём, рядом с которым они и поселились. Сама станция, впрочем просуществовала менее десяти лет. Биологов выгнали за то, что те привозили на биостанцию женщин (были ли это счастливые жены, содержащие своих увлекающихся мужей или настоящие биологини – мне осталось неясным). А ещё монастырские чиновники были возмущены тем, что

“… приезжают не только православные, но и иноверцы, а в 1897 году оказался даже один иудейскаго закона”
Источник

Одним из таких был Соломон Герценштейн, который написал первый глобальный труд про моллюсоков Мурманского берега и Белого моря, про эту работу Дно уже немного писало.

Изгнанная из монастыря станция переехала в Екатериненскую губу 💋 (о том, что такое “губа” – чуть ниже) Кольского залива, это на территории современного города Полярный Александровск, к северу от Мурманска. На станции продвигали предположение об изменениях ареалов морских обитателей из-за потепления до того, как это стало мейнстримом, то есть в 1900-х годах. Сотрудники станции сначала сделали самые первые исследования в её районе и открытом море рядом, а потом – самые вторые в тех же местах. И вот всех зверюшек, которых нашли только в самый второй раз (и во все последующие) и посчитали пришельцами, освоившими мурманские воды из-за потепления. Может быть когда-то я напишу более подробную историю о том, как я пытался проверить эти предположения. А пока тем, кто читает научные статьи рекомендую свой обзор (фул в комментах). А ещё в Екатериненской губе изучали морских паразитов морских огурчиков.

Биостанция прекратила своё существование в один день, когда всех её сотрудников арестовали по надуманным обвинениям.
🔻#морские #история #Арктика