🔺 Часть 4
А вот на шавермовидных жабрах под большим увеличением сразу же нашлись длинные, палочки и шарики. Если насчёт палочек я полностью не уверен, то шарики – это на 146% бактерии, которые, вероятно и являются дополнительным источником питательных веществ у прованн. Конечно, сканирующая микроскопия не даёт ответов на много вопросов, например встраивается ли бактерии в клетки самих моллюсков или нет, а также что это вообще за бактерии, вдруг какие-то левые мимо проходили, поэтому следующим этапом работы было изучение полных бактериальных геномов. Правда, это будет другая полноценная история, датасет для которой ещё ждёт своего полного осмысления (и истории на Дне).
🔻#Морские #хемосинтез

🔺 Часть 5
Вот так выглядят жабры с бактериями. На рисунках В и С – кружочки, а на A и D – палочки, возможно те же что были и в желудке. Симбиотический бактерии в жабрах моллюсков обычно те же, что и в окружающей среде, поэтому ничего невозможного в том что улитка могла съесть бактериальный мат нет.
🔻#Морские #хемосинтез

🔺 Часть 6
Выходит, что прованны оказались способными как собирать останки диатомей со дна, так и уживаться с хемосинтетическими бактериями одновременно. Это крайне нетипично для улитонек, которые предпочитают либо одно либо другое. Совмещать разные способы питания удаётся немногим и такое бывает у родственников (пусть и дальних) парвалюструмов и скеней, но точно не прованнид, которые ни с теми ни с другими не имеют ничего общего. То есть пока что новый вид рода Provanna – единственный в пределах подкласса Caenogastropoda для которого можно предположить подобный тип миксотрофного питания. Вероятно то же можно будет сказать и про другие виды этого рода, ведь опубликованных попыток найти у них бактерий в жабрах нет.

Среди прочих непонятностей остаются наиболее для меня интересные – эволюционно-экологическо-биогеографические. Если миксотрофия среди типично хемосинтетических сообществ менее распространена чем «чистые» способы питания, то она может оказаться невыгодной для организмов и прованниды сейчас стоят перед эволюционным выбором: сожительствовать им с бактериями (а значит прекращать тянуть в рот всякую гадость со дна), или питаться классическим способом. А может именно такой смешанный тип питания – адаптация, которая делает улитонек менее специализированными, а значит – увеличивает диапазон условий в которых они могут выживать? Именно это могло оказаться «киллерфичей», позволившей прованнидам, а не их более специализированным родственникам достичь самого северного вулкана в Тихом океане 🧐.

Пока я писал эту историю, то много думал над тем почему же среди животных на суше симбиоз с водорослями и хемосинтетическими бактериями, которые могут сами добывать энергию и передавать дальше (такие организмы называют автотрофами) распространён сильно меньше, чем в море. На ум приходили всякие мысли, и о том, что его плохо искали и что на земле света больше и можно энергию не экономить и что эволюционное и экологическое разнообразие морских организмов в принципе выше в море и всё интересное в первую очередь всегда там. Зато нашлась вот такая статья (её обзор можно тут посмотреть), в которой артикулируется, что симбиоз между высшими растениями (то есть не теми, которые морская капуста, пузырчатый фукус и прочие водоросли) и грибами (не теми, которые мухоморы и сыроежки) вообще является очень древним и его в той или иной степени унаследовала значительная часть растений. Грибы, также как и животные не могут сами добывать энергию из окружающей среды, а используют готовую (таких организмов называют гетеротрофами). Получается, в морских хемосинтетических экосистемах простые автотрофы (бактерии) живут в более сложных гетеротрофах (животных), а на суше – сложные автотрофы (растения) содержат в себе простых гетеротрофов (грибов). То есть симбиоза много, но он перевёрнут с ног на голову так, роль улиток выполняют грибы (или улитки – роль грибов, смотря с какой стороны смотреть).

P.S. Ну и да. После того, как удалось найти свидетельства миксотрофного способа питания у морских прованнид, я попытался (и ещё буду) найти что-то похожее и у пресноводных улитонек из термальных источников. Это интересно, потому что такого глубокого симбиоза как в море, в пресноводных экосистемах тоже неизвестно (видимо потому что вокруг всё равно много доступной солнечной энергии). Пока удалось найти только кольцо всевластия, а не симбиоз, но путь начат и возможно вдох за вдохом он куда-то и приведёт, хотя и никогда не кончится. Как воздух 🧘

А вот и короткая заметка про нашу работу о донных зверушках (уже всех, а не только улитонек) подводного беринговоморского вулкана. Я не очень люблю такой пересказательный стиль научпопа, но пусть будет хоть так, ведь Дно об этой работе не писало. Кроме того, посмотрите на прекрасные подводные фоточки 😍🔥

Со вчерашней историей вышла досадная накладка. Я решил, что не все отключают звук в каналах телеграмма, да и в самом телефоне на ночь, поэтому перенёс публикацию на утро, а из-за особенностей телеграмовского автопостинга всё опубликовалось в произвольном порядке. Поэтому я всё удалил, но в пылу пострадала и юбилейная запись со снейлпиками. В общем, ниже будет история, а имеет ли смысл второй раз праздновать юбилей, я не знаю.

Когда ты исследователь по своей натуре, тебя постоянно беспокоят фундаментальные вопросы мироздания. Я вот, например, уже долгое время пытаюсь решить нужно ли ставить точки после эмодзи в конце предложения 🧐. Или нет 🤔 Некоторые из моих коллег задаются ещё более глобальными вещами и иногда мы кооперируемся и размышляем вместе 🥃. Так и случилось, когда меня попросили присоединиться к группе исследователей, пытавшихся решить – что такое малые водоёмы, какими они бывают и где та граница, в которой водоём вообще можно считать водоёмом? Строго говоря, это первый шаг на пути разгадки научной загадки тысячилетия – где начало того конца, которым оканчивается начало?

Это важный вопрос. Многие водные (или условно водные) организмы всё же живут гораздо ближе к суше, чем к далёким глубинам. Так, например, бывает с обитателями приливно-отливной зоны, про которую Дно не так давно писало. Другой пример «промежуточных» местообитаний – так называемые малые или «минорные» водоёмы, то есть которые формально ещё водоёмы, но уже настолько мелкие, что не формируют непрерывной среды обитания (по крайней мере в восприятии исследователей, а не обитателей водоёмов). Это, например, лужа на заливном лугу или даже просто скопление воды в отпечатках от грузных сапог лесника и лёгких волчьих лапок неподалёку.
🔻 #пресноводные #экология

🔺Часть 3
Настоящие гидробиологи обычно обходят минорные водоёмы стороной, (согласитесь, не солидно ковыряться в грязной луже, когда все тебя знают как специалиста по морским или речным глубинам). Поэтому какое-то представления об обитателях таких водоёмов было, но очень смутное и несистематизированное. Более того, биологами такие водоёмы были разделены по их форме, количеству воды в них и времени их существования, то есть по физическими, а не биологическими факторами.

Подход при котором биолог классифицирует именно элементы среды обитания, а не собственно экосистемы, а затем предполагает, что такая классификация имеет биологический смысл как ни странно очень прост и поэтому популярен. Более того, на ранних этапах изучения распределения живых организмов применялся почти всегда: от уровня лужи до океанов и континентов. Например, биогеографические границы в морях Арктики долгое время проводили в соответсвии с морскими течениями. Тем не менее предсказательной ценности такие классификации не имеют, или выражаясь проще мы не можем быть уверенными что в двух похожих лужах сидят одинаковые улитоньки, а у берегов, омываемых разными течениями – живут разные червячки.

Современные исследования используют другую логику: сначала смотрят кто и где живёт, а уже потом, при необходимости пытаются выявить взаимосвязь между тем как организмы распределены и условиями их обитания. В действительности иногда оказывается, что в одном случае особенности распределения животных могут быть обусловлены каким-то факторам, а в другом – с другим. Например одна фаунистическая граница связана с течениями, вторая – с рельефом дна, а третья – с тем как лежал в этом месте ледник двадцать три тысячи лет назад. А бывает (и часто) получается что мы вообще не можем объяснить распределение живых организмов.
🔻 #пресноводные #экология

🔺Часть 4
Такой подход мы и попытались реализовать, посмотрев улитонек из почти что сотни различных минорных водоёмов юга Западной Сибири. При этом мы сравнили получившиеся результаты с классификацией по типу среды обитания, использовавшейся ранее. Мы разделили водоёмы на временные (существующие от дождя до дождя или хотя бы не всё лето), родники, мадидные местообитания (то есть по сути места, покрытые лишь тонкой плёнкой воды, иногда на берегах более крупных водоёмов) и маленькие лужи в болотах. Результатом работы стала вот эта статья.

Проведённые нами кластеризация и ординация показали, что во-первых, в минорных водоёмах существует несколько видовых комплексов, а во-вторых тестируемая классификация по типу местообитания подтвердилась частично: мы не увидели никакой разницы между родниками и мадидными водоёмами, зато фауна болотных луж и просто луж хотя бы немного, но отличались и друг от друга и от родниковой фауны. При этом, в двухмерном и тем более трёхмерном пространстве эти различия плавно перетекали одно в другое. Это похоже на радужный спектр, когда мы можем сказать что вот тут у нас жёлтый цвет, а вот тут – зелёный, но затрудняется сказать где же между ними проходит точная граница. В целом это более сложная картина, которая на самом деле довольно часто встречается в окружающем нас мире и тем более в биологии (ну где, скажите мне, граница между видом, подвидом или аллогрупой?), просто мы в силу желания мыслить твёрдыми понятиями её частот игнорируем.

При этом сейчас мы говорим только о градиенте в котором изменяется видовой состав улитонек, но это не значит, что он обусловлен таким же градиентом факторов среды. Иными словами, если у нас есть все возможные переходы между просто лужей (то есть временным водоёмом) и лужей в болоте, то это не означает что в них обязательно и предсказуемо будет происходить плавное замещение «лужных» видов на «болотные».
🔻 #пресноводные #экология

🔺Часть 5
Ну вот, пора передохнуть. В ближайшее время я попробую рассказать о том, почему именно улитоньки важны для этого (да и многих других) наших исследований. А пока у нас есть время, я предлагаю поразмышлять над тем – стоит ли ставить точку после эмодзи в конце предложения 🤔. Или нет 🧐