Ха-ха! )))
Разблокировано воспоминание )

Я поступала в университет, когда ЕГЭ ещё не было, поэтому сдавала вступительные экзамены. Моей школьной подготовки хватило не только на то, чтобы не готовиться к экзаменам ни минуты, но и ещё чтобы учиться без напряжения первые два года.

А на вступительных я ещё умудрялась подсказывать другим абитуриентам. Серёже вот, например )

Как он понял, что у меня можно спросить, и я всё подскажу? Он же меня впервые в жизни видел! И как я умудрилась подсказать, если не читала "Прощание с Матёрой" (а Серёжа успешно сдал этот экзамен)?

Наверно, я просто очень хорошо знала творчество Астафьева и Шукшина, поэтому свела к общему для них всех жанру деревенской прозы. Ну или Серёжа был настолько мил и обаятелен, что женщины из приёмной комиссии охотно бы взяли его и без всяких экзаменов на филологический факультет))

А потом, на первом курсе, я вела свой первый книжный клуб.

В седьмой общаге на втором этаже была китайская кафешка, которую организовали китайские студенты. Там была самая вкусная в мире китайская лапша! Больше я такой нигде и никогда не едала!

А нам очень много задавали читать по русской и зарубежной литературе.

И мы приходили в эту кафешку, ребята мне покупали лапшу, а я им пересказывала содержание всех этих книжных кирпичей )

Ну да, за еду работала )

Когда у нас произошла революция, то руководство страны сказало архитекторам: народ должен жить в совершенно новой стране. Как хотите, так и придумывайте, но чтобы совершенно не было похоже на проклятое прошлое.

Архитекторы стали придумывать. Ничего более внятного, чем четвёртый сон Веры Павловны из "Что делать?" Чернышевского, под рукой не было. Но, на самом деле, и на том спасибо! ("Что ж ты, Николай Григорьевич, хоть бы записочку какую составил про дома будущего, хоть комментарий развёрнутый", — вздыхали они).

А ещё были описания коммун и фаланстеров у Сен-Симона и Фурье.

Тогда архитекторы вооружились идеей общественного жития, реально высчитали, сколько минут в день трудящийся тратит на разные бытовые дела, и распланировали дома-коммуны нового образца. (А ещё реально заморочились над темами света, цвета, зонирования пространства, создали лаборатории на основе архитектурного института и положили начало новым разделам зодчества — вот это вообще восторг!)

Ладно, это внутрянка. А что делать с внешним видом? Всё былое проклято, нужно новое.

Первые проекты были очень похожи на средневековые бастионы.
А потом братьями Весниными был создан проект дворца труда, который и положил начало всему будущему конструктивизму.

Проект Весниных

Интересно, что когда Замятин писал свою антиутопию "Мы", стиль выработан ещё не был, никаких минут ещё не просчитали, дома-коммуны не построили, жилплощадь не свели к 6 метрам, вынеся еду, общение, учёбу в общественное пространство.

Угадал ли Замятин движение мысли? Или архитекторы каким-то образом раздобыли его книгу и получили прям мануал.

Посмотрите на проект дворца труда. Очень легко представить там действие романов "Мы", "О дивный новый мир!", правда?

На кадре из экранизации "Мы" происходит обед под метроном, с синхронным подниманием ложек, всё как у Замятина.

Ну и ещё смотрите, как конструктивизм проявлялся в разных видах искусства.

Стихотворение Даниила Хармса "Миллион" и фотографии спортсменов Александра Родченко.

Шел по улице отряд -
сорок мальчиков подряд:
раз, два, три, четыре
и четырежды четыре,
и четыре на четыре,
и еще потом четыре.

В переулке шел отряд -
сорок девочек подряд:
раз, два, три, четыре,
и четырежды четыре,
и четыре на четыре,
и еще потом четыре.

Да как встретилися вдруг -
стало восемьдесят вдруг!
Раз, два, три, четыре,
и четыре на четыре,
на четырнадцать четыре,
и еще потом четыре.

А на площадь повернули,
а на площади стоит
не компания, не рота,
не толпа, не батальон,
и не сорок, и не сотня,
а почти что МИЛЛИОН!

Раз, два, три, четыре,
и четырежды четыре,
сто четыре на четыре,
полтораста на четыре,
двести тысяч на четыре!
И еще потом четыре!
всё