Немного свэга этому каналу.

Морган Фримэн в 1971 году вёл очень странную детскую передачу — как если бы Монти Пайтоны наслушались фанка и стали писать сценарий для «Улицы Сезам».

https://www.youtube.com/watch?v=gTqOTcdoCsY

«Наша акция – часть деятельности закрытого клуба библиотекарей «Перун». В основном наши партизанские усилия в краснодарских книгохранилищах направлены на тайное исправление книг. <…> Сейчас наши интернет-специалисты работают над вирусом, который будет определять бездуховность текста на интернет-порталах, в облачных хранилищах и, возможно, даже в компьютерах, подключенных к сети, – и мгновенно его уничтожать. Рабочее название проекта – «Мойдодыр».

Елизаровщина какая-то.

http://mir24.tv/news/society/14055892

Зак «Нужно Больше Слоу-мо» Снайдер экранизирует «Источник» Айн Рэнд. Эмммммммм.
http://www.hollywoodreporter.com/news/batman-v-superman-married-creative-874799?utm_source=twitter

Литературовед Илья Кукулин пишет об Александре Есенине-Вольпине, который только что умер в США в возрасте 90 лет. Есенина-Вольпина вспоминают в последние дни как диссидента и правозащитника, автора лозунга "Соблюдайте свою конституцию", меньше известны его стихи и философские тексты. По ссылке - два его стихотворения, отрывки из "Свободного философского трактата" и запись, где он читает "Ворона" Эдгара По.

"По-видимому, с детских лет Есенина-Вольпина отличала фантастическая резкость рефлексии. Его матушка, которую мне выпала честь знать, переводчица и поэт Надежда Вольпин, рассказывала как-то, как за некое детское высказывание, которое было расценено как политически опасное, юный Алик был лет в 11 – то есть году в 1936 – вызван к директору школы, где ему было очень серьезно сказано, что он неправ. На что мальчик отвечал: «Я понимаю, что, возможно, это неправильно, но я ребенок и по-другому думать не могу».
На протяжении нескольких десятилетий он думал над логическими основаниями арифметики. В 1957 году его забрали в милицию во время Фестиваля молодежи и студентов в Москве. Милиционеры - не в первый и не в последний раз в его жизни - считали необходимым объявить его сумасшедшим. В протоколе было написано: "Называет себя сыном Сергея Есенина. Отрицает существование арифметики".
https://www.facebook.com/ilya.kukulin/posts/10206190987589243

Пришел сегодня в рыбную лавку
И спросил у веселой эстонки:
Как называется эта рыба?
- Это, - ответила мне эстонка, -
Сибирский осетр, прекрасная рыба.
Она проживал в далекой Сибири,
Кедровые кушала орешки,
Носила пимы, в тайгу ходила,
Работал на оборонном заводе,
Голосовала за коммунистов,
Ночами на кухне читал Толстого,
Куря вонючие папиросы,
Покуда чайник пел свою песню,
Покуда за окнами выла вьюга,
Потом она, рыба, осетр сибирский,
Попала под сокращение мышцы,
Разочаровался в сибирской жизни,
Продал квартиру, ружье и пимы,
Женилась на местном сибирской эстонце,
И репатриировалась по квоте,
Подала заявление на гражданство,
Учит язык, работает рыбой,
Лежит на льду, как простая щука,
Килограмм - 11 евро.

Роман Лейбов

Эмили Браунинг (Вайолет Бодлер, помните?) сыграет в "Американских богах" (спойлер?) мёртвую жену главного героя. http://www.ew.com/article/2016/03/17/american-gods-emily-browning-starz

Совсем не про книги, но невозможно не поделиться: художница Джесс Брэдли нарисовала советских собачек-космонавтов. Ужасно трогательно.

Обложку для нового романа Жонфана опять нарисовал (написал?) Джон Грей. На английском книга выйдет в сентябре, на русском — неизвестно когда.

Я не большой поклонник фильмов по комиксам DC. Искренне люблю только бёртоновские экранизации «Бэтмена» (первый фильм вышел на экраны в день моего рождения) да «Хранителей». Но вот это видео, объединяющее более-менее все экранизации DC, хорошие, нормальные и чудовищные, очень крутое.

https://youtu.be/oJ4Hes9Jp7M

Крутая диаграмма: общие и различные заглавные буквы греческого алфавита, латиницы и кириллицы.

В Праге нашли 13 тысяч книг из библиотеки Гиммлера. Нашли, вы не поверите, в Национальной библиотеке - в хранилище, которое не разбирали с начала 50-х. Примерно половина из них принадлежали ранее норвежским масонам; считается, что они входили в так называемую "ведьмовскую" библиотеку Гиммлера. "В 1935 году при СС был создан спецотдел "Н" (H-Sonderkommando, названный так по букве, с которой начинается немецкое слово Hexe - "ведьма"), просуществовавший до 1944 года и занимавшийся сбором материалов о средневековых ведьмах. Сотрудники отдела обследовали в поисках этих сведений 260 библиотек и архивов. Историки до сих пор спорят, зачем эта работа понадобилась нацистам. Одни полагают, что целью было доказать, что преследование ведьм было попыткой инквизиции Римско-католической церкви уничтожить немецкую расу, другие считают, что изучение мифов древних германцев могло пригодиться для обоснования расистских теорий, третьи связывают работу отдела с личным увлечением Гиммлера оккультизмом и интересом к собственной родословной (Гиммлер считал одной из основательниц своего рода ведьму, сожженную на костре)" http://philologist.livejournal.com/8306310.html

Многочисленные грехи советского книгоиздания с лихвой компенсируются красотой титульных листов. Сейчас таких не делают.

Надоело доброму молодцу на печи валяться. Решил свет Божий повидать. Пойду, думает, в великий Киев-град.

Вмиг собрался и пошёл по тропинке, которая вывела его на большую дорогу. Идёт по большой дороге, а навстречу ему красна-девица.

Он и спрашивает у неё, как, мол, до Киева добраться.

А она ему говорит:

— Пойдёшь прямо, потом налево свернёшь, а там и рукой подать.
Пошёл добрый молодец прямо, потом повернул налево. Глядь, навстречу скачет лихой воин на гнедом коне.

Добрый молодец набрался храбрости и спрашивает, как, мол, до Киева далеко?

Лихой воин говорит:

— Пойдёшь прямо, потом направо, а потом налево, а потом опять прямо, потом опять направо, а потом опять налево, а там и до Киева рукой подать.

Поблагодарил добрый молодец лихого воина и пошёл прямо, потом повернул направо, потом завернул налево, потом опять прямо, потом завернул опять направо, потом завернул опять налево.

Идёт ему навстречу седой старец, а добрый молодец спрашивает, как, мол, до Киева далеко ещё?

Седой старец говорит ему:

— Иди прямо, никуда не сворачивай, придешь в великий Киев-град.

Шёл, шёл добрый молодец и увидел золотые купола большого города. Обрадовался и говорит:

— Не зря люди говорят — язык до Киева доведёт.

Подошёл к воротам городским, а на них доска:

«Здесь находится Великий Новгород».


Вагрич Бахчанян

Из письма Хемингуэя Фитцджералду (24 ноября 1926):

«Судя по объявлению в «Уорлд», «И восходит солнце» переиздается… Рецензии были хорошими, хотя критики, похоже, разошлись во мнении, кому я больше подражаю — тебе или Арлану, так что я вам обоим очень признателен, особенно тебе, Скотт, ведь я тебя люблю, с Арлана даже не знаю… Я попрошу «Скрибнерс», чтобы, начиная с восьмого издания, они ставили подзаголовок:

«И восходит солнце»

Еще более великий Гэтсби

(Написано в содружестве с Ф. Скоттом Фицджеральдом — пророком века джаза.)»

Ответ Фитцджералда (23 декабря 1926):
«Те рецензии на «Солнце», которые я видел, привели меня в восторг. Я до сих пор не понимал, что ты это все стащил у меня, но теперь, кажется, начинаю в этом убеждаться и буду всем рассказывать».

Вообще в переписке приятелей Эрнеста и Скотта много бриллиантов; вот бы кто издал её.

«Максуэлл Перкинс в письме выдал мне небольшой секрет, что ты работаешь по восемь часов в день, — Джойс, по-моему, работал по двенадцать. Он даже пытался сравнивать, сколько времени уходит у вас, великих писателей, на завершение работы.

Что ж, Фиц, слов нет, ты трудяга. Мне лично стоит поработать больше двух часов, и я совершенно выдыхаюсь. Чуть больше двух часов работы — и начинаю выдавать халтуру, а тут, пожалуйста, старина Фиц, которого я некогда знавал, работает по восемь часов в день. Как это у тебя получается, старина? Поделись секретом трудолюбия. С нетерпением жду возможности взглянуть на результат. Неужели и у тебя получится то же, что и у другого великого трудяги, Джойса? Начни я писать вздор, и, должно быть, тоже смог бы работать по десять, двенадцать часов в день и был бы совершенно счастлив, как Гертруда Стайн, которая уже лет восемнадцать кряду пишет вздор и всегда предельно довольна своей работой».

Скотт: «За два с половиной месяца, что я здесь, я продвинул роман на 20000 слов и написал рассказ. Учитывая, в каком положении я нахожусь последние годы, это для меня высшее достижение. Расплачиваться за него пришлось обычной моей нервной депрессией и пьянством до той степени, когда на меня может с презрением смотреть последний мальчишка-официант в бистро. У меня теперь выработалась такая манера: часам к 11 я напиваюсь до того, что перестаю владеть собой, из глаз хлещут слезы, а может, и не слезы, а лишний джин; я собираю вокруг себя всех, кому это интересно, и рассказываю, что никто меня в мире не любит и я тоже никого не люблю — и Зельду не люблю, и всю слушающую меня компанию; когда я дохожу до этого места, слушающая меня компания становится не столь уж дружелюбной, и я просыпаюсь в каких-то странных комнатах, в странных домах. Если не пью, я совсем одинок — пытаюсь работать, или просто извожу себя, или читаю детективы и сам себе доказываю, что человек в моем состоянии, да еще никогда не умевший, если нужно, помолчать, никому не может быть приятным собеседником. Но, напившись, я заставляю их всех расплачиваться, расплачиваться, расплачиваться…»

Хэм: «Дорогой Скотт,
отвратительное состояние депрессии, когда терзаешься, хорошо ли, плохо ли ты написал — это и есть то, что называется «награда художнику». Бьюсь об заклад, все получилось дьявольски хорошо. И когда ты собираешь вокруг себя этих слезливых пьянчуг и начинаешь плакаться, что у тебя нет друзей, ради бога, внеси поправку. Если ты скажешь, что у тебя нет друзей, кроме Эрнеста — паршивого короля романов с продолжением, — то и этого будет достаточно, чтобы их разжалобить».

Или вот, к примеру, Ильф и Петров:

«Хемингуэй приехал в Нью-Йорк на неделю. Он постоянно живет в Ки-Вест, маленьком местечке на самой южной оконечности Флориды. Он оказался большим человеком с усами и облупившимся на солнце носом. Он был во фланелевых штанах, шерстяной жилетке, которая не сходилась на его могучей груди, и в домашних чеботах на босу ногу.

Все вместе мы стояли посреди гостиничного номера, в котором жил Хемингуэй, и занимались обычным американским делом — держали в руках высокие и широкие стопки с „гай-болом“ — виски, смешанным со льдом. По нашим наблюдениям, с этого начинается в Америке всякое дело. Даже когда мы приходили по своим литературным делам в издательство „Феррар энд Рейнгардт“, с которым связаны, то веселый рыжий мистер Феррар, издатель и поэт, сразу же тащил нас в библиотеку издательства. Книг там было много, но зато стоял и большой холодильный шкаф. Из этого шкафа издатель вытаскивал различные бутылки и кубики льда, потом спрашивал, какой коктейль мы предпочитаем — „Манхэттен“, „Баккарди“, „Мартини“? — и сейчас же принимался его сбивать с такой сноровкой, словно никогда в жизни не издавал книг, не писал стихов, а всегда работал барменом. Американцы любят сбивать коктейли».

Дельная статья о способах передачи иностранных слов в русском языке.

https://medium.com/@ay4/881664c11295#.k2pkxut8d

Всячески поддерживаю точку зрения автора, хотя сам склоняюсь к использованию транскрипции: визуальный облик слова при переходе в кириллицу искажается в любом случае, а при транслитерации вместе с ним искажается и звучание. И вот писатель, скажем, Юджинидис превращается, например, в Евгенидиса — поди пойми, о ком речь.

Кстати, переводчики с французского (в отличие от английских) в этом плане со мной единодушно согласны. Иначе читать бы нам вместо Флобера, Мопассана и Уэльбека — Флауберта, Маупассанта и, прости господи, Хоуэллебекка.

Ну а тем, кто много читать не любит — мой пост на тему, гораздо короче (и куда менее познавательный). https://lampimampi.wordpress.com/2016/02/05/watson/