Можно купить птичий портрет за недорого и помочь птицам же! Кармическое комбо, так сказать.

Стриж подрастает. Из Таракана был переименован в Мясо. Поскольку обрастает мясом быстро и именно это часть его тела радует меня более прочих.

Соседи дали весы. Стриж весит 32 грамма. Это пока маловато, но он хорошо и радостно толстеет.

Тверь вечером.

Ещё одни соседи принесли ещё одни весы. На них стриж весит 33 грамма.

Лучший сувенир, который можно привезти из Твери. Магнит на холодильник, на котором изображен Пушкин, гуляющий с дамой и указывающий даме на памятник Пушкину.

Прямо сейчас в небе видела стрижа. Оказывается, не все ещё улетели.

В Твери новое колесо обозрения с милой подсветкой. Большой брат должен смотреть на тебя именно так и никак иначе.

Это не мой стриж — это у подруги друга

Самая милая история сегодняшнего дня.

Сегодня мне пишет незнакомая девушка: «Вы не знаете, где в Твери сегодня достать замороженных насекомых?» У неё стриж-выкормыш, а «Акватория» (магазин, где продают насекомых) по воскресеньям закрыта.

А у меня в холодильнике лежит полсотни, а может, сотня сверчков, на которых у меня аллергия, поэтому своего стрижа я ими кормить не могу. Пишу ей: «Приезжай, отдам».

Она приезжает — и приносит мне в обмен какой-то мудрёный десерт. Оказывается, девушка кондитер, привезла мне вкусняху.

И я очень люблю вот это: как ресурсы циркулируют между людьми — шеринговая экономика, символический обмен, потлач и всё такое.

Нравится, когда что-то переходит от одного человека к другому и продолжает жить. Это даёт мне ощущение непрерывного течения жизни и родства со всем миром.

Особенно приятно, что на тренировке сегодня я спалила почти тыщу калорий и долго думала, чем бы таким вкусным их отъесть.

Десерт оказался вкусным.

Чибис — очень красивая птица!
У меня всё. Я просто очень захотела вам сказать про чибиса.

Когда я была в Рязани на Феня-фесте, я наблюдала один разговор.

Разговаривали двое парней. Одного зовут Владимир. Я знаю, что он прозаик, что он откуда-то с юга и что по первому образованию технарь. Ну и ещё он как-то подвозил меня до речки, но это уже оставим за скобками.

Вторым был Вася Нацентов — поэт из Воронежа и, если я не ошибаюсь, географ по образованию.
Разговор был примерно такой.

Вася говорит Владимиру:
— Вот есть дерево. Я хорошо к нему отношусь. Это дерево для меня друг. И я знаю, что я для него тоже друг.

На что Владимир вполне резонно возражает:

— С какой стати ты можешь сказать, что ты для него друг? Ну, хорошо, оно для тебя друг, ты испытываешь к нему какие-то чувства. Но как ты можешь понять, что дерево относится к тебе так же?
Никак, в общем-то.
Поговорили они и разошлись. Я тоже разошлась. Потом уехала домой и благополучно забыла об этом разговоре.

А сегодня внезапно вспомнила.
И подумала, что, хотя Васина позиция действительно совершенно недоказуема и со стороны может выглядеть как какая-то поэтическая ерунда, в ней есть одно очень крутое зерно.

Потому что дело ведь может быть вообще не в истинности позиции.

Дело в том, к каким последствиям приводит признание той или иной позиции истинной.

Если Вася считает, что дерево его друг и что он сам для дерева друг, то что из этого следует?

Ну, например, что Вася не будет царапать это дерево. Не станет обдирать с него кору, ломать ветки, пилить его, делать на нём какие-нибудь надрезы, чтобы добыть берёзовый сок, и вообще всячески ему вредить.

А теперь представим другую позицию: «Хрен его знает, что это вообще за дерево. Живое оно там, неживое, относится ко мне, не относится. Мы вообще ничего об этом не знаем».

И вот эта позиция, которая выглядит гораздо более рациональной и научно обоснованной, в смысле последствий мне почему-то кажется гораздо хуже.

Потому что если я не знаю, может ли дереву быть больно, если я не допускаю даже возможности того, что оно способно каким-то образом относиться ко мне, то мне гораздо проще его надрезать, ободрать, сломать или спилить.

И я вдруг подумала, что иногда, возможно, имеет значение не то, истинно ли какое-то представление о мире, а то, какой способ поведения это представление производит.

Короче, извините, если я сейчас изобрела какой-нибудь велосипед из философии. Наверняка это всё уже давно придумано и даже имеет какое-нибудь специальное название.

Но мне почему-то очень нравится мысль, что поэтическая ерунда про дерево может оказаться этически полезнее рационального «мы ничего не знаем».

И, кстати, есть сайнс-арт проект под названием Tree ID, как раз про то, как деревья воспринимают окружающий мир, людей и животных. Спойлер: хорошо воспринимают, со всеми хотят дружить.