Вчера я наконец-то добралась до спектакля, на который очень давно хотела попасть, — «Наш класс» в Театре Вахтангова.
Если раньше я всем без исключения рекомендовала Вахтанговский театр и первым делом отправляла смотреть «Царя Эдипа», то теперь в этот список обязательно добавляется и «Наш класс». Это действительно тихий шедевр и один из лучших спектаклей, которые идут сейчас в России.
Спектакль поставлен по пьесе польского драматурга Тадеуша Слободзянека и рассказывает историю школьного класса — ребят, родившихся в 1918–1920 годах. Кстати, к этому поколению принадлежал и папа римский Ян Павел второй. На протяжении почти всего XX века они проходят через антисемитизм, войну, Холокост, коммунистический период, эмиграцию, посткоммунистическую Польшу. История одного класса оказывается историей целой страны.
Билеты достать непросто, но если подписаться на рассылку Театра Вахтангова, то можно первым узнавать о новых продажах. И, поверьте, спектакль стоит любых усилий.
Перед просмотром я бы посоветовала хотя бы немного познакомиться с польским театром XX века. Хотя бы спросить у нейросети, кто такой Тадеуш Кантор и почему его считают одним из крупнейших театральных художников прошлого столетия. А еще лучше — посмотреть на YouTube его легендарные спектакли «Мертвый класс» и «Wielopole, Wielopole» («Велёполе, Велёполе»). Режиссер вахтанговской постановки очень бережно и профессионально работает с канторовскими цитатами. Как человек, который искренне любит Кантора (это один из самых важных для меня художников и режиссеров XX века), могу сказать, что мне здесь совершенно не к чему придраться.
Любопытно было наблюдать и за реакцией зала. Есть несколько моментов, которые польская публика воспринимает совершенно иначе.
Например, в одной сцене еврейскую девушку собираются крестить, чтобы она могла выйти замуж за польского юношу и таким образом спастись. По дороге обсуждают, какое имя ей дать. Один предлагает: «Мария». Другой возмущается: «Как можно назвать еврейку Марией? Ведь Мария — это мать Христа!» В польских театрах в этот момент обычно раздается дружный смех. Российская публика, как мне показалось, эту шутку почти не считывает.
Или другой эпизод — экзамен по катехизису, где героиня не может назвать пятую заповедь. Для поляков это абсолютно понятная ситуация: практически каждый проходил катехизацию и знает, что пятая заповедь — «Nie zabijaj» («Не убий»). Для российского зрителя этот фрагмент оказывается гораздо менее очевидным.
Единственное, что слегка царапало мой слух, — имя Якуб. Его все время произносили с ударением на последний слог — Якуб. Хотя по-польски правильно Якуб.
Ну и совсем личная радость: в спектакле неожиданно появляется футбольный мяч. Как человеку, который любит и польский театр, и футбол, мне было особенно приятно увидеть этот образ.
В общем, если увидите в продаже билеты на «Наш класс» — не раздумывайте. Это тот редкий спектакль, после которого выходишь из театра немного другим человеком. Особо рекомендую сходить моим друзьям из синагоги.
Если раньше я всем без исключения рекомендовала Вахтанговский театр и первым делом отправляла смотреть «Царя Эдипа», то теперь в этот список обязательно добавляется и «Наш класс». Это действительно тихий шедевр и один из лучших спектаклей, которые идут сейчас в России.
Спектакль поставлен по пьесе польского драматурга Тадеуша Слободзянека и рассказывает историю школьного класса — ребят, родившихся в 1918–1920 годах. Кстати, к этому поколению принадлежал и папа римский Ян Павел второй. На протяжении почти всего XX века они проходят через антисемитизм, войну, Холокост, коммунистический период, эмиграцию, посткоммунистическую Польшу. История одного класса оказывается историей целой страны.
Билеты достать непросто, но если подписаться на рассылку Театра Вахтангова, то можно первым узнавать о новых продажах. И, поверьте, спектакль стоит любых усилий.
Перед просмотром я бы посоветовала хотя бы немного познакомиться с польским театром XX века. Хотя бы спросить у нейросети, кто такой Тадеуш Кантор и почему его считают одним из крупнейших театральных художников прошлого столетия. А еще лучше — посмотреть на YouTube его легендарные спектакли «Мертвый класс» и «Wielopole, Wielopole» («Велёполе, Велёполе»). Режиссер вахтанговской постановки очень бережно и профессионально работает с канторовскими цитатами. Как человек, который искренне любит Кантора (это один из самых важных для меня художников и режиссеров XX века), могу сказать, что мне здесь совершенно не к чему придраться.
Любопытно было наблюдать и за реакцией зала. Есть несколько моментов, которые польская публика воспринимает совершенно иначе.
Например, в одной сцене еврейскую девушку собираются крестить, чтобы она могла выйти замуж за польского юношу и таким образом спастись. По дороге обсуждают, какое имя ей дать. Один предлагает: «Мария». Другой возмущается: «Как можно назвать еврейку Марией? Ведь Мария — это мать Христа!» В польских театрах в этот момент обычно раздается дружный смех. Российская публика, как мне показалось, эту шутку почти не считывает.
Или другой эпизод — экзамен по катехизису, где героиня не может назвать пятую заповедь. Для поляков это абсолютно понятная ситуация: практически каждый проходил катехизацию и знает, что пятая заповедь — «Nie zabijaj» («Не убий»). Для российского зрителя этот фрагмент оказывается гораздо менее очевидным.
Единственное, что слегка царапало мой слух, — имя Якуб. Его все время произносили с ударением на последний слог — Якуб. Хотя по-польски правильно Якуб.
Ну и совсем личная радость: в спектакле неожиданно появляется футбольный мяч. Как человеку, который любит и польский театр, и футбол, мне было особенно приятно увидеть этот образ.
В общем, если увидите в продаже билеты на «Наш класс» — не раздумывайте. Это тот редкий спектакль, после которого выходишь из театра немного другим человеком. Особо рекомендую сходить моим друзьям из синагоги.
🔥8❤5
Вдогонку кладу ссылку на свою лекцию про великих польских режиссёров — Тадеуша Кантора, которого упоминала в предыдущем посте, и Ежи Гротовского.
https://www.youtube.com/watch?v=lb10jKnU1U4&t=1s
https://www.youtube.com/watch?v=lb10jKnU1U4&t=1s
YouTube
Polski Teatr. Akcja
Drugi wykład Anastazji Kamieńskiej o polskim teatrze.
W języku Rosyjskim
W języku Rosyjskim
❤8👍1👏1
Смотрю футбол Испания-Австрия. Включила и думаю: почему среди болельщиков Австрии нет болельщиков в парике как у Моцарта и в камзоле. Только подумала — сразу показывают такого болельщика. Уже два раза его показали
😁16
Ещё не понимаю, почему среди австрийских болельщиков нет никого в костюме кенгуру...
😁14💯4👏1
Сегодня играют Австралия и Египет. Среди болельщиков Австралии тоже ни Моцарта ни кенгуру. Совсем люди разучились перформансы устраивать...
😁10💯2
Иду сегодня по улице, вижу — стоит машина, что-то вроде «Газельки». На лобовом стекле табличка «Ритуал», и на капоте тоже надпись «Ритуал». Думаю: ну да, ритуальная машина. Серенькая такая.
Прохожу мимо и вдруг замечаю, что на боковой дверце у них английскими буквами написано: Wind Turbine.
То есть кого-то кремируют, а прах потом развеивают с помощью турбин.
Идея для стартапа.
Прохожу мимо и вдруг замечаю, что на боковой дверце у них английскими буквами написано: Wind Turbine.
То есть кого-то кремируют, а прах потом развеивают с помощью турбин.
Идея для стартапа.
❤7
Узнала, что сегодня день рождения у Далай-ламы. Я не очень-то верю в гороскопы, но почему-то всё равно приятно, что Далай-лама одного знака зодиака со мной :)
⚡8❤5
Внезапно наша история с тем, чтобы собираться на стадионе просто побегать, превратилась в историю про футбол. Несколько раз в неделю мы видимся на стадионе с Никитой и пинаем мяч. Сказать, что я люблю футбол — это ничего не сказать. Надеюсь, что когда я стану старушкой, буду так же выходить на поле, соберу дружину старпёров, будем играть потихоньку.
В следующий раз думаем собраться в пятницу часов в 11, если позволит погода. Потом — в воскресенье. Если хотите к нам, милости просим.
В следующий раз думаем собраться в пятницу часов в 11, если позволит погода. Потом — в воскресенье. Если хотите к нам, милости просим.
🔥15❤7
Любителям искусства: на Венецианской биеннале этого года павильон Люксембурга целиком посвящён какашке !
И на открытии министр культуры Люксембурга сказал, что он горд этим павильонам и тем, что павильон даёт свободу высказаться художникам, а не давит на них своей бюрократической мощью.
А проект, на самом деле, очень классный — напоминает нам, что мы не состоим только из прекрасного, что есть многое, о чём говорить стыдно и не принято, и что легко заиграться, начать ходить в белом пальто и забыть, что у нас у всех есть своикакашки .
Вы знаете, какую реакцию я жду на это пост :)
И на открытии министр культуры Люксембурга сказал, что он горд этим павильонам и тем, что павильон даёт свободу высказаться художникам, а не давит на них своей бюрократической мощью.
А проект, на самом деле, очень классный — напоминает нам, что мы не состоим только из прекрасного, что есть многое, о чём говорить стыдно и не принято, и что легко заиграться, начать ходить в белом пальто и забыть, что у нас у всех есть свои
Вы знаете, какую реакцию я жду на это пост :)
💩16🦄1
Невероятно полезное произведение искусства. Никаких сил не хватает, чтобы людям объяснять, сколько воды уходит на охлаждение серверов, которые хранят наше старые ненужные электронные письма... А ведь это настоящая экологическая проблема.
❤3
Forwarded from Bulatov Dmitry (Dmitry Bulatov)
Проект немецкой художницы Юлии Фолльмер “Испытать боль ради мысли” предлагает в буквальном смысле почувствовать материальную сторону искусственного интеллекта. Обычно мы взаимодействуем с ИИ через экранный интерфейс и не замечаем, что за каждым нашим запросом стоят вполне конкретные вычисления и расход энергии. Именно поэтому часто говорят о “физическом” ИИ – несмотря на нематериальные образы, его работа всегда опирается на реальную инфраструктуру.
В инсталляции Фолльмер зритель вводит запросы для генерации изображений с помощью тяжелой металлической клавиатуры. Она соединена медной пластиной с графическим процессором (GPU), который выполняет вычисления. С каждым новым запросом клавиши становятся все горячее, и тепло от работы компьютера ощущается кончиками пальцев. Чтобы получить изображение, зрителю приходится испытать последствия собственной цифровой активности (жжётся, блять!). Так художница делает осязаемой обычно невидимую цену работы искусственного интеллекта. Видеодокументация – здесь.
В инсталляции Фолльмер зритель вводит запросы для генерации изображений с помощью тяжелой металлической клавиатуры. Она соединена медной пластиной с графическим процессором (GPU), который выполняет вычисления. С каждым новым запросом клавиши становятся все горячее, и тепло от работы компьютера ощущается кончиками пальцев. Чтобы получить изображение, зрителю приходится испытать последствия собственной цифровой активности (жжётся, блять!). Так художница делает осязаемой обычно невидимую цену работы искусственного интеллекта. Видеодокументация – здесь.
❤9
Попутку нашли, мышо уехало в Москву, дали ему игрушек мягких, чтобы обнимал в дороге и не нервничал.
❤22