Послушала Антона Сихарулидзе в «Катке». Сложилось странное ощущение: с одной стороны есть здравые мысли, с другой – странно их воспринимать от президента федерации, который в том числе несет ответственность за то, что он сейчас с упоением обличает. За оторванное от реальности судейство, за устаревший подход к программам, за непонимание спортсменами и тренерами правил или практики их применения.

«И вот на финале один спортсмен за короткую программу получил 99 баллов. Ну я им говорю: чего ему тут сидеть-то? Пусть он выигрывает у Малинина за короткую программу, в щелчок вот так. А спортсмен на самом деле совсем без катания. Я гарантирую, что на международных турнирах он получит 67-68».

На роль «одного спортсмена» есть только 3 кандидата – Угожаев, Дикиджи и Семененко – которые набрали в короткой от 98,52 до 99,53 баллов. Вряд ли речь о Жене, поскольку его коридор оценивания международными судьями примерно известен.

Во-первых, кто бы ни имелся в виду, он наверняка был бы рад посоперничать с Малининым, вот только к Илье его не пускают. Потому что вместо выбивания допуска (что получилось у тех же лыжников в CAS – но Сихарулидзе почему-то ориентируется на неудачную практику хоккея и бобслея) президент федерации выясняет отношения с «чуваком из Люксембурга» на конгрессе ISU.

Во-вторых, если инфляция в оценках так велика, что составляет примерно 30% от всех баллов, почему она вообще допускается? Все семь судей финала Гран-при не разбираются в своей работе? Включая корифея бригады Аллу Шеховцову (у нее, кстати, оценка за компоненты у Дикиджи и Угожаева получилась абсолютно одинаковой – 41,75)?

В-третьих, нет, ни у того, ни у другого таких баллов на международных турнирах за конкретную короткую бы не было. Ни 99, ни 67. Угожаев только базой набирает 48,50 за счет двух старших квадов – сколько он должен был бы получить второй оценкой, чтобы сбылся прогноз Сихарулидзе? 20 баллов, даже если проставить ему нулевые надбавки за все прыжки и вращения?

Антон недоволен спортсменами, которые нашпиговывают программы квадами в ущерб второй оценке. Но как тем же Мозалеву и Ветлугину бороться даже не за топ-3, а хотя бы за сборную? Матвей с идеальными прокатами на чемпионате России был шестым по компонентам в короткой и четвертым в произвольной. Где бы он оказался, катая более скромный контент по совету президента федерации?

Да, сам посыл в вакууме верный – большое количество ультра-си имеет смысл только при их уверенном исполнении. Но судейство все еще движется по старым рельсам – логично, что спортсмены будут подстраиваться под него, а не под абстрактные идеалы Сихарулидзе, который сам признается, что не может давить на арбитров. Какой-то массовый заговор российского фигурного катания против президента федерации.

И давайте чуть подробнее про допуск.

Мне кажется, худшая стратегия, которой может придерживаться большой чиновник – плыть по течению. Не иметь собственного мнения, а ждать, пока ситуация разрешится сама собой – когда-то же это случится.

«Как я и говорил, в том документе, который нам прислала ISU, все было очень четко прописано. И мы с ним согласились. У нас не было другого варианта. Раз согласились, значит, играем по этим правилам. Вот мы и сыграли. Они 50 процентов ребят допустили, 50 процентов убрали. Слава богу, что хоть 50 процентов получилось. Поэтому это был такой договор по этим документам».

Так Сихарулидзе объясняет отказ наших фигуристов от обжалования своего недопуска на Олимпиаду. Но если документ был настолько четким, почему в заявке оказались кандидатуры, заведомо не проходящие фильтры?

Основная проблема критериев отбора на Игры как раз состояла в их максимальной расплывчатости. Мишина / Галлямов и Степанова / Букин очевидно были отсечены по политическому пункту – но относились ли их фото на президентских мероприятиях к его нарушению?

Нельзя дружить с кем-то только по вторникам и четвергам. Если мы в хороших отношениях с ISU, почему никакой неофициальной коммуникации по олимпийским спискам не было? А если в плохих, то стоит ли за них держаться, боясь испортить обращением в CAS?

«Причем я практически уверен, что это ничего бы не решило. Ну, то есть суть в чем? Просто для того, чтобы ты написал, что подал в суд, и какой-то пиарчик себе хапнул. Но у нас не такая система работает. А если по делу: послушай, вы подписали документ, в котором говорится о правилах игры, а теперь вы подаете в суд. Ну, молодцы».

Хорошо, допустим, парами и танцорами пожертвовали ради лояльности к одиночникам (Гуменник тут бы посмеялся, но он хотя бы доехал на Игры). Что мешает обратиться в CAS сейчас, когда уже есть успешная практика других федераций, рекомендации МОК о допуске юниоров с флагом и, что скрывать, крайне удобный политический фон, на котором бан России выглядит странным даже в глазах иностранных фанатов?

Неужели компоненты Угожаева или Дикиджи настолько разочаровывают, что лучше оставить их еще на 4 года собирать игрушки на скорость на Кубке Первого канала?

Костюм – важнейшая часть образа в фигурном катании. С его помощью можно сделать программу еще эффектнее, устроить настоящую модную революцию (как Катарина Витт) или на долгие годы стать мемом, если что-то пошло не так.

Когда Лайла Фир и Льюис Гибсон решили воссоздать кадр из культового «Болеро» других британских танцоров – Джейн Торвилл и Кристофера Дина – они даже не думали пытаться делать это в любых других нарядах, кроме оригинальных. Те самые костюмы из восьмидесятых были выставлены в Национальном ледовом центре Ноттингема, поэтому пришлось организовать их доставку в Монреаль и, конечно, получить разрешение у самой пары.

Так как прически у дуэтов сильно отличаются, для максимального сходства воспользовались париками. Лайла рассказывала: «Кажется, я случайно надела детский, поэтому он сильно давил на голову и выглядел не очень. Зато Льюис получился потрясающим: блондин с многослойной укладкой. Может быть, это его будущее?»

Кстати, преемственность поколений 40 лет назад сработала и в отношении самих Торвилл и Дина. Костюмы для них придумал британской танцор Кортни Джонс – четырехкратный чемпион мира, соавтор двух паттернов и член Зала славы фигурного катания. Больше всего Кристофера впечатлил цвет ирисов – романтичный и достаточно редкий для льда.

А еще любой образ может спасти или испортить парфюм. Чтобы точно не прогадать с идеальным вариантом, перед покупкой полноразмерного флакона лучше воспользоваться миниатюрой. Еще ее удобно брать с собой – можно даже разложить несколько по разным сумочкам.

На Randewoo с 23 по 25 марта как раз проходит классная акция: скидки до -55% на миниатюры ароматов. А если соберете заказ на 2500₽ или больше, получится еще применить промокод 10BILMAN, который суммируется со всеми акциями.

Реклама. ООО “Мегаперфюме” ИНН: 7715489209, Erid: 2W5zFHbzq21

Интервью, после которого мне пришлось гуглить ассемблер и функциональную схемотехнику…

Специально для «Сноба» поговорила с Петром Гуменником о физике и физкультуре, Москве и Петербурге, комиках и злодеях. Ну и, конечно, о том, как сохранять спокойствие, когда перед вылетом на Олимпиаду у тебя нет то визы, то музыки для короткой.

«Вообще этот сезон мне показал очень важную вещь: если правильно выстроить стратегию, сделать это умно и с мотивацией и целый год работать — результат будет обязательно. До этого я постоянно сомневался: мне казалось, сколько ни тренируйся, соревнования — это что-то непредсказуемое, где не знаешь, чего от себя ждать».

А еще там очень красивые фотографии, сделанные специально для этого номера.

Мы с Петром проговорили для «Сноба» больше часа, и многое не вошло в финальную версию. Но не оставлять же в столе беседу о пятерных, программах под техно и о том, на чьих прокатах лучше обучать судейскую нейросеть?)

Ответы Пети ниже, от меня одно условие (даже требование) – загляните в наше полное интервью, почитайте и оцените очень крутую фотосессию.

– Как программист, что бы вы изменили в правилах, чтобы сделать фигурное катание менее субъективным?

– Сейчас часто возникают споры насчёт судейства некоторых технических моментов. Можно использовать компьютерное зрение, которое бы оценивало объективные параметры: с какого ребра сделан прыжок, сколько оборотов скручено. Передать это искусственному интеллекту и снять ответственность с людей.

Компоненты можно оставить судьям: мы, фигуристы, стараемся создать какую-то красоту, и пока непонятно, может ли компьютер это воспринять. Если в бригаде сидят 10 арбитров, разброс в оценках нивелируется, при этом красоту всё же оценивает живая душа.

– Нейросети тренируют на конкретных примерах. На чьих прокатах вы бы обучали вашу?

– Важно брать количеством, и чтобы это были очень разносторонние спортсмены. Я бы показал Нейтана Чена – это мой любимый фигурист. Еще Юдзуру Ханю: у него свой стиль, который отличает его от остальных. Патрик Чан – очень аутентичный фигурист. Я называю тех, кого смотрел уже в сознательном возрасте в прямом эфире или вживую.

Все трое – большие мастера именно в компонентах. Нейтан Чен делал очень сложный контент, но на самом деле и катался он не хуже.

– Что лично вы хотели бы успеть сделать в фигурном катании?

– Поставить программы энергичные, мастерские. Еще, мне кажется, круто было бы выучить элемент, который мало кто исполняет – четверной аксель. Но подозреваю, это будет слишком сложно, и не стоит того.

Пятерной прыжок в моем исполнении, наверное, нереален. Но если смотреть на Илью Малинина, уже возникают сомнения. Есть вещи, которые лично для меня выглядит невозможными, но Илья как раз делает то, что казалось невозможным другим.

И бонус. – В ваших наушниках, как известно, обычно играет метал. Есть шанс услышать его на льду?

– Я об этом думал, но пока пожалел зрителей. Решил, что они к этому не готовы. Возможно, возьму когда-нибудь Black Metal в инструментальном исполнении без скрима.

Я бы попробовал что-то вроде техно. Очень хочется развиваться в разных направлениях: катаю образ Онегина второй год и понимаю, что уже начинаю у зрителей ассоциироваться с ним, а он – со мной. И хотя мне в этой программе приятно и комфортно, не хочется в ней застрять.

Всё-таки ISU Skating Awards каждый год удивляет меня некоторыми своими номинациями. В лонг-лист из 16 претендентов не попал «Кит» Фурнье-Бодри и Сизерона (их проигнорировали и в других категориях – единственных из всех олимпийских чемпионов), а до финальной тройки не добрались «Гага» Эймоза и «Принс» Селевко. А еще организаторы включили в список на голосование произвольный литовцев (откровенно говоря, проходной) вместо прорывного ритмического.

Напомню на всякий случай, что термин «entertaining» в названии не должен вводить в заблуждение: он не означает, что постановка обязана развлекать и веселить. Организаторы сами поясняют, что имеют в виду оригинальность, выразительность, выбор музыки и современную реализацию.

В финальной тройке вопросов нет, пожалуй, только к Кагияме. Наличие в ней коротких Гленн и Малинина – скорее следствие доминирования американской аудитории, о чем пишет и сам ISU: почти четверть голосов была оттуда. У Эмбер и Ильи неплохие постановки, но точно ли лучшие в сезоне?

Жаль, что Урманова даже не рассматривали как лучшего тренера: лонг-лист он точно заслужил. И дело вряд ли в том, что у него нет сейчас известных учеников, кроме Шайдорова: вся тройка сложилась из людей, которые работают с одним топом – Гленн, Лью или Кагиямой.

Номинация «Самый ценный фигурист» год назад превратилась просто в «Фигурист года». Если изначально ее скорее присуждали за популяризацию спорта (тут статуэтка бы точно досталась Алисе), то сейчас планируют вручать за «баллы, начисляемые по ходу сезона». Все еще ничего не мешает отдать ее Лью, но, возможно, тут притаился приз для кого-то из танцоров, чтобы хотя бы немного усилить представительство по видам. А вообще в 2025-м было сразу два победителя (Малинин и Чок / Бейтс), и, скорее всего, этим сценарием снова воспользуются.

ЧМ только начался, а у нас уже есть расписание следующего (в Финляндии) – и судя по всему, там не будет показательных. ISU последние несколько лет отказывался от них на некоторых этапах Гран-при, при этом на Олимпиаде билеты на Гала были самыми дорогими.

Вместо этого для фанатов проведут Meet and Greet с участниками ЧМ – причем с возможностью выйти вместе на лед. Такая смесь автограф-сессии и мастер-класса.

Идея неплохая (да и не очень новая), но непонятно, почему она встала в расписание вместо показательных, а не в дополнение к ним. Телевидению такой формат вряд ли интересен, продать много билетов не позволят правила безопасности и вместимость арены – получится такой междусобойчик для VIP-фанатов. Логичнее тогда было бы пускать зрителей на ISU Skating Awards – там проще организовать толпу, и нет входного фильтра по умению стоять на коньках.

Наташа Марьянчик сделала большой разбор статистического отчета Международного агентства тестирования (ITA) о практике терапевтических исключений в разных видах спорта. Разумеется, там нет фамилий, разбивки по странам, а данные от некоторых федераций представлены только за последние годы: например, цифры от ISU существуют лишь за 2025-ый.

Общие тенденции таковы: резкий рост запросов на ТИ после окончания пандемии (логично, так как восстановился соревновательный график), минимальное количество отказов (чуть больше 2% от общего числа заявок – правда, четверть отзывали сами спортсмены) и огромная популярность препаратов класса S6, которые назначаются при СДВГ. Авторы отчета, правда, указывают, что это соответствует трендам во всей популяции: другими словами, диагностировать заболевание в целом стали чаще во всем мире, а не только у атлетов. Причем если в 2019-м на долю лекарств этой категории проходилось 29,6% заявок, то в 2025-м – 44%.

Подробнее можно прочитать у Наташи, а я сделала выборку строго по фигурному катанию.

Всего за прошлый год спортсмены запрашивали ТИ 14 раз: 3 заявки были отозваны, 2 – в ожидании рассмотрения, остальные согласованы. Из 9 одобрений 8 выданы на препараты того самого класса S6, еще одно – на гормон роста (ITA отмечает, что это редкая категория лекарств, потребность в ней возникает у атлетов с эндокринными нарушениями). На рассмотрении находятся запросы на тестостерон и глюкокортикоид (гормональный препарат, который, например, назначается при аутоиммунных заболеваниях).

Из забавного – в октябре кто-то из фигуристов делал заявку на мельдоний, но отозвал. Он, как мы помним, распространен больше на территории бывшего СССР, при этом за рубежом есть его аналоги, не включенные в список WADA.

Еще 5 ТИ выдано в синхронном катании: четыре на пресловутый класс S6 и одно – на диуретик, который запрещен, поскольку теоретически позволяет быстрее вывести из организма запрещенные вещества.

Какие выводы можно сделать? С одной стороны, ТИ в фигурном катании не слишком распространены: в синхронном плавании, например, в прошлом году тоже одобрено 9 заявок, в биатлоне – 22, столько же у лучников.

С другой, перекос в сторону стимуляторов очевиден: популярность препаратов класса S6 в 2 раза выше, чем в среднем по всем видам спорта. Хотя и это не максимум: в американском футболе (без учета флаг-футбола) 100% ТИ выдано на лекарства от СДВГ.

А моя новая римская империя – количество ТИ в конном спорте. Сейчас заявок уже меньше (хотя все еще больше, чем в фигурном катании), но в 2019 году их было 105. Удивительное сочетание высочайшего порога входа в вид и такой потребности в фармподдержке.

Я думаю, что первый пятерной, разрешение на четверные в женских коротких и даже разбан российской сборной случатся раньше, чем ISU начнет автоматически фиксить ошибки ввода

POV: вы стали первой парой Америки

Эрик Хемптон катком прошелся по всем возможным конкурентам Зингас и Колесника: и по околотоповым дуэтам, и по текущим лидерам. Пощадил только Дэвис / Смолкина и Лопареву / Бриссо:

● -2,5 балла от средней оценки для Гиллес и Пуарье и -4 – для Фир и Гибсона;

● в итоговом протоколе разница между Фурнье-Бодри / Сизероном и Зингас / Колесником составляет 8,63 балла. По версии американца – меньше 2;

● Смарт / Дик и Лажуа / Лага, в одной категории с которыми соперничали Вадим и Эмилия в начале сезона, тоже задвинуты на самые дальние места в сравнении с протоколами остальной бригады.

Но если в лоббировании Зингас и Колесника есть хотя бы какой-то смысл (во-первых, американцам крайне важно сохранить три квоты, во-вторых, начинается репутационная борьба за следующий цикл), то патриотизм литовского арбитра Краузине, которая считает, что Рид и Амбрулевичюс были сегодня третьими, не поддается логике. Ошибка ввода, кстати, принадлежит ей же.

Символично, что день начался с кадров трансляции IHeartRadio Music Awards, где Алиса Лью награждала Тейлор Свифт, а закончился четвертой победой Каори Сакамото на ЧМ. Очень по-разному две медалистки Олимпиады провели этот месяц (я бы тоже выбрала Тейлор).

У одной – огромное количество светских мероприятий, спонсорских активностей и интервью большим медиа. У другой – подготовка к турниру, который она выигрывала уже трижды. Нынешний ЧМ, конечно, тоже был важен, но не столько из-за очередного титула, сколько из-за необходимости поставить красивую точку в карьере.

Победа Каори – еще одно доказательство того, что нет никакого метода Лью. Чилл и кайф могут выиграть, но это не значит, что побеждают всегда они. У меня нет вопросов к золоту Алисы в Милане, но мне не нравится то, что ее подход пытаются признать единственным верным.

Получать удовольствие от соревнований можно по-разному: наслаждаться уверенностью в своих силах и огромным техническим запасом как Нейтан Чен в Пекине; вживаться в крутую постановку как Александр Селевко в «Принсе» и Саулюс Амбрулевичюс в ритм-танце; просто любить кататься как множество не претендующих ни на что фигуристов из первых разминок. Экстраверсия и раскованность Лью подкупают, но их отсутствие у спортсменов совершенно другого психотипа – Ханю, Ким, Пападакис – вовсе не делает их спортсменами хуже.

Сакамото – тоже не из тех, кому легко отпустить себя. После проигрыша ЧМ в прошлом году она рассказывала, насколько изнуряющим вышел для нее весь сезон, а начиная с февраля, полтора месяца она чувствовала только тревогу. Тренировалась больше, чем когда-либо, но вообще не прибавляла в уверенности.

Пик разочарования пришелся на вечер после произвольной на ЧМ, который она проиграла Алисе: «Я спрашивала себя о том, когда перестану плакать, но что бы ни смотрела – все равно плакала. Я плакала, пока не уснула».

Каори, по словам всех, кто видел ее за пределами соревновательной арены – обаятельная хохотушка, жизнь которой вовсе не сводится к прыжкам и вращениям. Но она тревожится, боится, сомневается в себе – и это не менее искренне и нормально, чем умение Алисы себя отпустить.