Люблю Олимпиады в том числе за то, что о фигурном катании начинают говорить и за пределами спортивных СМИ и фан-групп.

Написала большую колонку для "Сноба" о том, почему до Олимпиады доехали только Петросян и Гуменник, с чем они там столкнулись, и откуда на миланском льду взялось столько русских фамилий.

Олимпиада закончилась, а вот добро всегда возвращается – как в одноименном проекте благотворительной программы «ДоброFON» и Камилы Валиевой ❤️

Сейчас они совместно выпустили лимитированную коллекцию фигурок, посвященных спортсменке. Всего представлено четыре разных образа – «Камила в Корпорации Добра», «Камила-фигуристка», «Камила в Доброкофте» и «Камила с Лёвой».

Чтобы получить свой экземпляр (и заодно сделать мир добрее), участвуйте в благотворительном онлайн-аукционе в телеграм-канале ДоброFON. Все собранные средства будут направлены на лечение людей с редкими (орфанными) и генетическими заболеваниями.

Sportico написал интересный материал про предвзятое судейство на Олимпиаде. Поводом стал все тот же танцевальный турнир и последовавшая за ним реакция американской федерации.

«Из 36 судей, работавших на коротких программах, 30 оценили своих соотечественников более благосклонно, чем остальных фигуристов. В среднем арбитр из страны спортсмена ставит ему на 1,93 балла выше, чем другие». В произвольной предвзятость ощущается сильнее: надбавка за гражданство подрастает до 3,34. Из 100 случаев, когда фигуриста оценивал свой судья, в 49 он выставлял ему самую высокую или следующую за ней оценку за компоненты.

Наиболее предвзятыми, согласно исследованию, оказались арбитры из Италии: на Олимпиаде они завысили своим спортсменам оценки примерно на 7,09 балла. Самые справедливые – японцы, которые в среднем даже менее благосклонны к соотечественникам, чем остальная бригада.

При этом поддержка своего – только один из способов повлиять на оценки, вычислить который проще всего. Понятно, что параллельно ничего (ну, кроме совести) не мешает топить его соперников и вступать в разной степени долговечности союзы с коллегами по панели.

Боюсь, пока ISU не превратит судейство из хобби в работу, глобально ничего не поменяется. Ну и от коллизий, когда арбитр одного претендента на медали попадает на обе программы, а другого – только на одну или вовсе не назначается на турнир, надо избавляться: при близких баллах это почти всегда будет вызывать споры о результатах.

🚫 Ввести публичные судейские разборы самых обсуждаемых соревновательных итогов
🚫 Использовать Skating Scores для систематического выявления предвзятых арбитров и исключать их назначение на турниры с участием соотечественников
🚫 Платить судьям нормальную зарплату и сделать это из хобби работой
🚫 Отслеживать технические нюансы с помощью датчиков на коньках, большего количества камер или инструментов ИИ
🚫 Разделить бригаду на техническую и компонентную, чтобы вторую оценку реально пытались выводить по отдельным критериям, а не ставили нечто среднее, привязанное к флагу, зачетке и стартовому номеру
🚫 Разрешить платные протесты на действия техбригады прямо во время турнира.

✅ Отстранить Россию, из-за которой якобы существуют все скандалы в судействе
✅ Увидеть, что ничего не изменилось, и задуматься о введении артистической программы, чтобы не утопать в постоянных претензиях к несправедливо проставленным недокрутам и ребрам, потому что нет прыжка – нет проблемы
✅ Запретить фигуристам и тренерам критиковать судейство.

Сутки формулировала, что меня смущает в высказывании Алексея Ягудина о том, что в нашей стране учат не катанию, а прыжкам. Напомню для начала полную цитату:

«Просто в нашей стране не учат катанию. Вот и все. А учат прыгать, прыгать и прыгать. У нас акцент на прыжки. Это подмечал и президент Федерации фигурного катания на коньках России Антон Сихарулидзе.

Нужно смещать акцент с прыжковой части на скольжение, вращения, соединительные шаги. Не буду называть фамилии тех людей, которые говорят, что Аделия, что Петя все практически по центру и гораздо медленнее, на более низких скоростях, чем все остальные».

А потом поняла – Алексей же сам это катание всегда критиковал. Критиковал и отправлял на пенсию Коляду – однозначно, самого компонентного среди российских мужчин в этом веке. Критиковал Брауна за то, что он «выходит и задирает ноги» вместо четверных прыжков. Зато восхищался при этом Грасслем и его полным набором старших квадов – несмотря на специфическую технику.

Техническое усложнение неизбежно в сборных с высокой конкуренцией. Это ее побочный эффект: невозможно обыгрывать соперниц, которые выучили ультра-си, одним лишь эталонным скольжением и классными программами. По крайней мере, в нынешней системе координат, где вторая оценка неформально привязывается к первой.

Косторная добавила тройной аксель не потому, что не умела кататься – ей в этом не было равных в ее поколении. Но она вышла на контрольные прокаты в свой первый взрослый сезон и поняла, что ей просто нечем крыть.

Коляда был великолепен с одним четверным тулупом и ничуть не уступал в настроении Лью – я всегда горячо рекомендую его короткую на дебютном ЧМ в Бостоне. Но потом все его стабильность и расслабленность пали жертвами лутца, трех квадов в произвольной и других чрезмерных технических амбиций. Кстати, не по этой ли причине Алиса не торопится вставлять в свою программу якобы давно готовый тройной аксель?

Почему сейчас тот же путь проходит Ветлугин? Потому что чистый прокат с квадами – как на последнем чемпионате России – его единственный шанс зацепиться за сборную. И мы все знаем, что окажись Матвей вдруг сейчас на международном турнире, он бы с треском проиграл вторую оценку Малинину.

Да, есть страны, где действительно преобладают фигуристы с классным коньком – Канада и Япония. Но в итальянской сборной сочетаются катальщик Риццо и джампер Грассль. За США одновременно выступали Чжоу и Браун. Во Франции были Амодио и Жубер. Сила – всегда в разнообразии, а не в том, чтобы участвовать в массовом косплее условной Алисы Лью.

Когда Ягудин кивает на Сихарулидзе, а тот, в свою очередь, на российских тренеров, недостаточно поработавших над компонентами, мне хочется спросить, зачем федерация занималась самообманом весь последний цикл.

Почему у Мозалева с выдающимся выступлением в короткой на последнем ЧР (кстати, самом вайбовом в тот день, если мы оперируем такими категориями после победы Лью) компоненты были всего на балл выше, чем у Дикиджи с падением? К чему были щедрые 46,75 для Гуменника – выше на ЧМ-2025 стояло только у Кагиямы (правда, всего на 0,3)? Как Ветлугин, подняв зал лучшим в карьере прокатом произвольной, на весь свой протокол насобирал всего одну девятку?

В чем я точно согласна с Ягудиным, так это в том, что в России дефицит хороших программ. Есть сильные постановщики – и у Авербуха, и у Глейхенгауза (особенно в тандеме с Тутберидзе или его покойной мамой), и у Михайлова были классные работы – но количество задач превышает ресурс идей. И это нормально. Правда, в оценках шедевры и проходные варианты отличаться не будут.

Та же Ше-Линн Бурн гениально упаковала недостатки Чена и Малинина, превратив их в достоинства. Представляете, что бы она вытащила из Гуменника?

Тарасова и Морозов в пхенчханской произвольной под «Candyman» и в «Болеро» времен Зуевой – две разные пары, хотя в их катании ничего не менялось. Все тот же Ягудин от мема про летающую табуретку эволюционировал в исполнителя культовой «Зимы», хотя ему не пришлось ради этого отказываться от прыжков – его просто смогли правильно подать.

Тогда зачем эта подмена понятий?

Вышел один из моих любимых выпусков «Чистого хвоста» за последний год – с Игорем Порошиным. Он перестал писать о фигурном катании еще после Олимпиады в Сочи, как зритель тоже изрядно сократил объемы его потребления – и загорелся снова, когда включил прокаты в Милане.

В итоге получился очень живой разговор о Петербурге в катании Гуменника (его, кстати, Игорь назвал своим кумиром) и Шайдорова, величии Сизерона и конкуренции с Моиром, итальянской красоте Косторной, рок-н-ролле Малинина и его сходстве с Ягудиным. Это выпуск не о миланской Олимпиаде, а о том, чем фигурное катание жило последние 12 лет, и в какой точке оказалось сейчас.

В сериале «На льду» есть сцена, в которой соперница подсыпает главной героине стекло в коньки перед самым прокатом. И если вы думаете, что это художественный вымысел – к сожалению, нет, не он.

Про аналогичную подставу в своей карьере рассказывала еще Ирина Роднина, а уж испорченные лезвия и шнурки – нередкая ситуация и на юниорских турнирах. В конце концов, даже сюжет «Тони против всех» срежиссировала сама жизнь – включая знаменитый эпизод с нападением на Нэнси Керриган.

Глеб Лутфуллин буквально воспринял идею ISU обязать фигуристов ставить по две новые программы, чтобы зрители не скучали, а также тренд на многосерийные постановки.

Начало сезона: короткая под саундтрек из сериала «Жизнь по вызову».
Конец сезона: «И похабничал я, и скандалил // Для того, чтобы ярче гореть» в футболке с иконой.

Но, кстати, я еще на стадии, когда программа была просто показательным, отмечала, что это самый раскрывающий Глеба номер. В целом, если для прокачки артистизма ему нужен Малинин (не тот), я только за.

Есть ощущение, что нехарактерные для Мишиной и Галлямова две ошибки на выбросах – следствие недавней работы над четверным. Который им математически не сильно нужен с учетом его невысокой стоимости и того, что оба тройных у пары старшие и обычно с очень приличными надбавками.

Но смысл в этом элементе, на мой взгляд, был не в попытках выгадать гипотетические несколько баллов или щелкнуть по носу Бойкову и Козловского, чтобы не выпендривались со своим сальховом. Работа над ультра-си помогла им отвлечься от крайне неудачной первой половины сезона – постоянно заклинивающих поддержек и последующих бурных срывов Саши в кисс-энд-крае.

С точки зрения результатов выхлопа никакого – финал Гран-при все равно забрали соперники. А вот психологически новая общая цель, как мне кажется, заставила немного сменить фокус и сбросить напряжение.

В межсезонье, надеюсь, таким объединяющим вектором станет постановка программ. Понятно, что дефляция в компонентах в случае допуска неизбежна, но ее можно и нужно пытаться компенсировать удачными стилистическими находками. Причем идет-то им, на самом деле, разное – если бы я составляла свой топ их постановок, я бы включила туда «Эсмеральду», «Метель» (без склейки с «Время вперед») и показательный под Maneskin. Хорошая задача для нового цикла.

Если бы сейчас снова был Новый год, ей-богу, я бы потратила желание на то, чтобы Гуменник сохранил до нашего разбана такую форму и такую нервную систему.

По поводу судейства (во всех видах сразу). Невозможно одной рукой писать жалобы на то, что Петра придержали на Олимпиаде, а другой – по тем же принципам оценивать на внутренних российских турнирах. Видимо, поэтому от Антона Сихарулидзе в Милане возмущений не было – правда, забавно, что вторая оценка Гуменника в произвольной выросла на 10 баллов, как только он вернулся в Россию.

Чтобы не сидеть на двух стульях, есть два варианта – принимать правила игры или начать с себя. Только второй позволяет сохранить лицо, критикуя международных судей.

Но, на самом деле, сложившаяся годами практика оценивания за тренера / флаг / зачетку / статус в сборной просто удобна для всех. Те, кто переживают такую судейскую «дедовщину», в итоге в какой-то момент сами становятся ее бенефициарами, продвинувшись в очереди, примелькавшись арбитрам или сменив группу. Не, все, конечно, потому что у кого-то сзади может быть fast track в виде все тех же неспортивных критериев.

Послушала Антона Сихарулидзе в «Катке». Сложилось странное ощущение: с одной стороны есть здравые мысли, с другой – странно их воспринимать от президента федерации, который в том числе несет ответственность за то, что он сейчас с упоением обличает. За оторванное от реальности судейство, за устаревший подход к программам, за непонимание спортсменами и тренерами правил или практики их применения.

«И вот на финале один спортсмен за короткую программу получил 99 баллов. Ну я им говорю: чего ему тут сидеть-то? Пусть он выигрывает у Малинина за короткую программу, в щелчок вот так. А спортсмен на самом деле совсем без катания. Я гарантирую, что на международных турнирах он получит 67-68».

На роль «одного спортсмена» есть только 3 кандидата – Угожаев, Дикиджи и Семененко – которые набрали в короткой от 98,52 до 99,53 баллов. Вряд ли речь о Жене, поскольку его коридор оценивания международными судьями примерно известен.

Во-первых, кто бы ни имелся в виду, он наверняка был бы рад посоперничать с Малининым, вот только к Илье его не пускают. Потому что вместо выбивания допуска (что получилось у тех же лыжников в CAS – но Сихарулидзе почему-то ориентируется на неудачную практику хоккея и бобслея) президент федерации выясняет отношения с «чуваком из Люксембурга» на конгрессе ISU.

Во-вторых, если инфляция в оценках так велика, что составляет примерно 30% от всех баллов, почему она вообще допускается? Все семь судей финала Гран-при не разбираются в своей работе? Включая корифея бригады Аллу Шеховцову (у нее, кстати, оценка за компоненты у Дикиджи и Угожаева получилась абсолютно одинаковой – 41,75)?

В-третьих, нет, ни у того, ни у другого таких баллов на международных турнирах за конкретную короткую бы не было. Ни 99, ни 67. Угожаев только базой набирает 48,50 за счет двух старших квадов – сколько он должен был бы получить второй оценкой, чтобы сбылся прогноз Сихарулидзе? 20 баллов, даже если проставить ему нулевые надбавки за все прыжки и вращения?

Антон недоволен спортсменами, которые нашпиговывают программы квадами в ущерб второй оценке. Но как тем же Мозалеву и Ветлугину бороться даже не за топ-3, а хотя бы за сборную? Матвей с идеальными прокатами на чемпионате России был шестым по компонентам в короткой и четвертым в произвольной. Где бы он оказался, катая более скромный контент по совету президента федерации?

Да, сам посыл в вакууме верный – большое количество ультра-си имеет смысл только при их уверенном исполнении. Но судейство все еще движется по старым рельсам – логично, что спортсмены будут подстраиваться под него, а не под абстрактные идеалы Сихарулидзе, который сам признается, что не может давить на арбитров. Какой-то массовый заговор российского фигурного катания против президента федерации.