При абсолютно идентичной базе и практически одинаковых компонентах (0,05 в пользу Чок и Бейтса) французы проиграли ритм-танец в командном надбавками за элементы. Вернее – конкретный: ту самую хореосеквенцию, которая их уже подводила в этом сезоне.

Думаю, кстати, в личном турнире все будет так же: Фурнье-Бодри и Сизерон сильны именно произвольным. Главная задача – не отпустить американцев слишком далеко в ритмическом, а 1,2 балла – абсолютно отыгрываемое для них отставание.

Гиньяр и Фаббри, которые находятся в аналогичной ситуации, например, нужно отбить у Фир и Гибсона больше 3, при этом личный рекорд в сезоне круче у британцев. Но тут, возможно, гарантированное дальнейшее отсутствие последних в командном даже на руку Италии: бригада здесь щедрая, легко будет обновить свои лучшие баллы в отсутствие соперников.

Пока мы следим за тем, как Япония и США делят золото, а Италия и Грузия – бронзу, за попадание в произвольную вообще-то тоже разыгралась битва.

С одной стороны, в топ-5 командного турнира нет особого смысла – скорее, лишняя нагрузка на фигуристов, которым придется отпахать лишний раз без медального выхлопа. С другой – а вдруг в произвольной все рассыпятся настолько, что получится все-таки зацепить третье место…

Прямо сейчас Канада впереди на 2 очка. Но за нее короткую будет катать Гоголев, а за Францию – Эймоз. Последнее, в зависимости от настроения Кевина, может звучать и как спасение, и как проклятие.

Если ориентироваться на лучший результат сезона в короткой, топ-5 парней получится таким: США, Япония, Грузия, Италия, Франция. Это позволит американцам подтвердить лидерство, грузинам – сократить отставание от итальянцев на балл. А вот французы и канадцы сравняются по количеству очков: между Кевином и Стивеном при статистически идеальных прокатах встанет только Ча.

Если так случится, у обеих сборных посчитают сумму очков в двух их самых успешных видах. Например, у Франции это будут танцы и мужчины, а у Канады – танцы и пары. При таком раскладе Эймоз выведет свою сборную в произвольную.

Но вся эта математика работает, только если парни не придумают перемешаться как в Пхенчхане-2018.

Раз проблема с музыкой у Гуменника подтвердилась, давайте разберемся по пунктам с базовыми вопросами (хотя честно, на некоторые нет ответов, думаю, даже у большинства фигуристов).

Это антироссийский заговор, чтобы помешать Петру взять медаль?

Вряд ли. Только в этом сезоне жертвами правообладателей стали Мэдлин Скизас (Дисней запросил у нее «непомерную сумму» за старую программу под саундтрек из «Короля Льва» – потом канадская федерация все же смогла договориться), Стеллато-Дудек и Дешам (у них потребовали 50000 долларов за то, чтобы сделать кавер на Фила Коллинза), Лорье и Ле Гак (специально для Олимпиады переделали ритм-танец под Принса). Все они – канадцы, а не россияне.

Тогда как быть с сообщением мамы Гуменника о том, что разрешение не дали только ему?

Речь, вероятно, о том, что музыка из «Парфюмера» используется еще и американцами – Кристиной Каррейра и Энтони Пономаренко. В целом этот вопрос остается на усмотрение правообладателя: он действительно может разрешить взять композицию только конкретному человеку. Я уже рассказывала в другом посте, что наследники Принса, например, отказываются от любых коллабораций, но дали добро «Очень странным делам», потому что их фанаты активно стримят саундтрек.

Если банили персонально Гуменника, это, конечно, выглядит некрасиво, но законно. Если в последний момент Александр Селевко получит запрет на использование трека Принса, предлагаю им объединиться в борьбе.

Почему на одних турнирах выступать с программой можно, а на других – нет?

Самый логичный вопрос, потому что Петя катал «Парфюмера» на олимпийском отборе в Пекине, а многие фигуристы, которые оказались в аналогичной ситуации и тоже меняли программы перед Играми, вообще выступали чуть ли не каждый месяц.

Авторское право везде работает одинаково: дальше вопрос перестраховки. Американская федерация меняет музыку в записях прокатов даже на внутренних турнирах, видео с которых смотрит два человека. ISU в своих процедурах прописывает обязательное согласование всех треков, но прекрасно понимает, что если будет упираться, останется без огромного количества классных постановок. А это тоже инструмент продвижения спорта.

Тогда почему ISU никак не помогает с согласованием музыки?

В идеальной картине мира федерация и должна быть посредником между МОК, спортсменами и правообладателями. ISU вряд ли заинтересован в том, чтобы на Игры привозили сделанные наспех программы абы под какую музыку. Но пока федерация ограничилась тем, что сделала обучающий курс для спортсменов и привлекла в партнеры каталог ClicknClear.

Проблема в том, что там есть далеко не вся музыка. А еще некоторую можно брать для некоммерческого использования, но в трансляции ее нужно заглушить.

Разве нельзя сейчас просто поменять Гуменнику музыку на любую бесплатную? Или на русскую классику?

У Петра специфичная сюжетная программа, костюм и хореография в которой подстроены под сценарий конкретного фильма. Махать платком в цветочной блузе под условного Чайковского будет довольно странно.

Кроме того, брать классику – не панацея. Кроме прав автора произведения, есть права на конкретное исполнение. Например, американцев Книрим и Фрезйера четыре года назад пытались засудить за кавер на народную песню.

Почему МОК так ополчился на фигуристов в этом году?

Думаю, тут две причины. Во-первых, тренд на защиту авторских прав в целом увеличивается с годами (и здесь нет ничего плохого). Во-вторых, МОК явно не понравился тот самый иск к американцам и они хотят предотвратить такие истории в этом году.

Почему музыканты такие бесчеловечные? Что плохого в том, что о твоей песне узнает весь мир?

На самом деле, многие авторы наверняка были бы не против своих треков на Олимпиаде, только права могут принадлежать совсем не им. Например, тот же Коллинз продал права на свой каталог, а лейбл руководствуется финансовой выгодой. Принс умер – и лицензией стали владеть его наследники, которые хотят на ней зарабатывать.

Пете огромной удачи. Его сила не только в артистизме, но и в ударном контенте – а его не отберут никакие правообладатели.

Кажется, пора делать вторую часть вопросов и ответов по ситуации с «Парфюмером» Гуменника.

1. Можно ли в знак протеста откатать программу в тишине?

Нет, любая программа исполняется под музыку – это строго прописано в правилах ISU. Кроме того, соответствие музыке, разумеется, влияет на техническую оценку (попадание в акцент увеличивает надбавку за прыжок) и оценку за два компонента из трех.

2. Гуменник же айтишник, почему бы не написать похожую музыку с помощью ИИ?

Формально ограничений на использование ИИ нет. Более того, в танцах ISU это прямо приветствует в этом году, разрешая кататься под треки в стиле девяностых, сгенерированные нейросетью.

Вопрос исключительно в правильном промпте. Чешские танцоры Мразковы, например, не уследили за тем, что нейросеть вставила в их трек кусок текста реальной песни, из-за чего им пришлось менять часть музыки. Просто взять оригинальный саундтрек и чуть-чуть поменять аранжировку не получится – это тоже нарушение. В России такая история была недавно с ИИ-кавером на «Снегурочку» из «Ну, погоди».

3. «Мы всегда брали западную музыку и никогда не платили, потому что брали частями»

Татьяна Тарасова, комментируя историю Пети, сказала, что у нее таких проблем никогда не было, потому что она брала западную музыку частями.

Предполагаю, что во времена активной тренерской карьеры Татьяны Анатольевны с этим действительно было проще – в общем-то, даже до этих Игр подобные кейсы были единичными. Сейчас такой совет не работает. Более того, в своем музыкальном гиде МОК подчеркивает, что даже несколько секунд трека должны были согласованы.

4. Может ли британский пианист Бартлетт спасти Гуменника, отдав ему права на свое исполнение «Парфюмера»?

Хотя Бартлетт позже свое предложение удалил, оно бы все равно не спасло Петю. В профиле ISU музыка к его программе обозначена просто как саундтрек к «Парфюмеру», но по факту это четыре разные мелодии – The Girl With The Plums, Distilled, Meeting Laura и Laura’s murder (с произвольным Каррейры и Пономаренко, к слову, совпадает половина из них).

В базе ClicknClear указано, что композиторами являются Tom Tykwer (режиссер фильма), Reinhold Hell и Johhny Klimek, при этом конкретное исполнение создано Берлинским филармоническим оркестром.

Таким образом, оркестр в случае помощи от британца действительно можно было бы не спрашивать. Обойти авторов и правообладателя (Warner) не получится. Кстати, Warner была в числе компаний, судившихся с популярным сервисом ИИ-генерации музыки Suno из-за плагиата у реальных исполнителей.

Ситуация Пети, судя по всему, аналогична той, которая возникла у Сабате с «Миньонами» и Скизас с «Королем львом»: блокируют использование музыки не конкретные композиторы, а крупнейшие лейблы. Атака в соцсетях на Universal, как мы видели, помогла испанцу спасти постановку – но у Пети времени еще меньше.

МОК, кстати, в своем гиде предупреждает, что начинать нужно именно с лейбла. Более того, необходимо убедиться в том, что лицензия распространяется на все страны мира – иногда она доступна только в отдельных регионах (допустим, в США).

А вот интересная цитата из правил: «Вы должны быть готовы к тому, что автор откажет в одобрении вашего запроса. Кроме того, он может просто не успеть ответить на него. Вы должны заложить достаточно времени (недель, а не дней) на получение разрешения. Отказ более вероятен, если вы значительно перерабатываете музыку. По этой причине важно иметь запасной вариант трека, чтобы не остаться без программы».

Сайт ИСУ не выдержал наплыва фанатов Петра Гуменника и просто отвалился минут на пять. А эти люди еще хотели свою платформу с трансляциями…

Мне кажется, промежуточный финал истории с Петей неплохой. Лучшим, конечно, был бы официальный ответ от Warner – но пока их отдел коммуникаций вернется с выходных и прочитает комментарии, Гуменник уже выйдет на короткую программу.

Иронично, что международный сезон для Пети начался с такой же незапланированной музыкальной замены, когда сммщик ISU случайно запостил его прокат под Казку. Смотрелось, кроме шуток, тоже неплохо.

Для судей, конечно, весь этот скандал удобный аргумент, чтобы оправдать заниженную вторую оценку не стартовой разминкой и неправильным паспортом, а наспех измененной музыкой. С другой стороны – даже радикальные иностранные фанаты на стороне Гуменника, потому что бездействие ISU в вопросе авторских прав всех прилично достало. И следующим вполне может стать не Петр, а тот же Малинин или кто-то из топовых танцоров – как мы видим по этому сезону, от проблем не застрахованы ни чемпионы Европы, ни ученики звездных тренеров.

На месте Дайнеко и Гуменника я бы не меняла сейчас ни хореографию, ни костюм (последнее вообще малореально). Идеально «Парфюмера» подогнать под новую мелодию все равно не получится, поэтому подход должен быть сугубо утилитарным – отпрыгать. Контент у Пети сильный, харизма выдающаяся – а платочек пусть, как и раньше, отвечает за компоненты. Честно сказать, судьи тоже не знают саундтреки всех фильмов наизусть – пусть будет наша импортозамещающая версия.

Музыка мне нравится, кстати. В ней есть напряжение, есть драматичная часть для того самого кораблика – да, нет такой нагнетающей таинственности, как в оригинале, но будет маньяк слегка экзальтированный.

После Олимпиады я бы, конечно, послушала, кто занимался правами, было ли получено согласование изначально и, если да, – кем отозвано. Тот случай, когда виноватых нужно найти не ради того, чтобы поязвить в соцсетях, а ради, простите за пафос, будущих поколений. Не сделаем же мы скоростную замену музыки в программах нашим национальным спортом.