Топ вопросов, которые волнуют зрителей командного турнира по прыжкам.

6. Куда дели чемпионский раунд и целый час трансляции?
5. Почему участникам самим пришлось бороться за свои права – как например, Петросян, которая спорила за лишнее разминочное время?
4. Какой смысл в челлендже прыжков с самым необычным положением рук, если достаточно сделать риппон, являющийся для большинства абсолютно типичным и зачастую только помогающим группировке?
3. Как режиссер трансляции умудрился проспать вторую удачную попытку четверного акселя Дикиджи? Уж за Владом на прыжковом турнире точно следовало закрепить отдельного оператора.
2. Почему команды получились настолько неравнозначными? Упертость Кондратюка и Петросян (кстати, я бы вручала отдельные спецпризы за наибольший вклад в медаль), а также плохой слух Лутфуллина, который завершал финальный раунд, немного раскачали интригу, но вообще формировать сборные по регионам странно. Сильнейшие пара и парни находятся в Петербурге: если первая практически не влияет на результат, то бороться с Семененко, Дикиджи, Гуменником и компанией силами Попова, Самсонова и Мозалева почти бесполезно.
1. Зачем разулся Алексей Ягудин? Возможно, это и был чемпионский раунд, конечно.

Сам турнир прошел бодрее индивидуального – была нужная для динамики постоянная смена участников и их задач; отлично зашел раунд с параллельными прыжками – одинаково интересно было смотреть и на триксели Попова и Петросян, и на тройные Гущиной и Фроловой с идеальной синхронизацией на заходах. Рада, что квад-аксель Дикиджи все-таки случился – пусть он никак не повлиял на исход соревнований, для уверенности Влада и повышения его узнаваемости за рубежом попытка точно сработает в плюс.

Меня давно не удивляет наша федерация, на ходу меняющая регламент отбора на важные старты, а потом занимающаяся откровенным газлайтингом, пытаясь убедить в том, что предыдущая версия правил всем приснилась. Меня поражает, что в комментариях находятся люди, готовые это оправдывать тем, что все выброшенные из финала Гран-при фигуристы все равно не борются ни за медали, ни за Олимпиаду, а значит, не огорчатся, завершив сезон досрочно.

Изменение регламента – это плевок не в отдельных Мозалева, Ветлугина и Даниеляна, а в наше фигурное катание в целом. Во всю сборную, которая постоянно должна держать в уме, что ни одно решение федерации не окончательное, и твое право ехать на турнир могут отнять в последний момент. В тренеров (Рукавицын, на секундочку, потерял сразу 2 спортсменов), которые зря писали планы и подводили спортсменов к стартам. В фанатов, заранее купивших билеты ради любимых фигуристов – не все, в конце концов, болеют только за призеров чемпионата России.

Может ли Дикиджи брать билеты в Пекин на отбор, если выиграет финал Гран-при? Конечно, нет, ведь за 3 недели до его предполагаемого отъезда в Китай появится Коган и достанет из кармана документ, в котором будет написано, что баллы участников последних Игр умножаются на 10, так как это важный международный старт. Или сообщит, что в регламенте всегда было написано, что в сборную не берут Владиславов. Давно от России на Олимпиаде были люди с таким именем? Вот поэтому и не было.

О свою новую придумку – Лигу чемпионов – федерация тоже вытерла ноги. «Сивучи» и «Тигры» ничего не потеряли, поскольку место выбывшего Даниеляна занял Самсонов, Мозалева – Попов, а вот «Леопарды» безвозвратно лишились Ветлугина. Стоит ли тогда удивляться слухам о снятии с финала Гран-при всех призеров ЧР в танцах на льду: если федерация так легко подставляет команды, то почему их участникам должно быть не все равно?

Наконец, есть грустный символизм в том, что вся обнулившаяся троица – представители того самого компонентного катания, с которым у нас в последнее время проблемы. Да, они нестабильны в результатах, не сильны в прыжках и точно не впишут себя в историю четверным акселем. Но у них есть честная вторая оценка – сейчас им в очередной раз указали на то, что никакое катание ничего не стоит, если ты не выехал минимум 3 квада в произвольной.

Если в прокатах в лесу для Плющенко в 2014-м еще можно было найти какой-то глубинный смысл и общественный интерес в виде потенциального командного золота, то зачем федерация сейчас меняет задним числом регламент – непонятно.

Тренеры от этого ничего не выигрывают: Тутберидзе потеряла Мозалева, но приобрела Самсонова, который весь сезон мучается с травмой; Плющенко формально в плюсе благодаря Игнатову, но не догадывался о таком подарке заранее, судя по тому, что отпустил Макара в отпуск. Главным бенефициаром выглядит Ирина Смирнова, но вряд ли она успела стать серым кардиналом федерации.

Условный рейтинг фигуристов после первой половины сезона кардинально не поменялся: в лидерах Дикиджи, в догоняющих – Семененко, Кондратюк, Лутфуллин и Гуменник. Основные претенденты на путевку в любом случае очевидны, и важны будут даже не прокаты в Красноярске (хотя валить нельзя ни Владу, ни Жене), а закулисные консультации с ISU по поводу «благонадежности» кандидатов.

Версия о том, что федерация ошиблась и опубликовала в начале сезона некорректную редакцию документа, тоже сомнительная. Финал Гран-при, будучи калькой с международной серии, подразумевает отбор по результатам этапов, а не произвольных стартов. Это независимое от чемпионата России мероприятие, где все начинается с нуля. И даже если планы объединить турниры были, технические ошибки в регламенте нужно исправлять в следующем сезоне, а не в середине года.

Федерация пытается сделать дураков из журналистов, якобы невнимательно прочитавших правила, спортсменов, недостаточно хорошо выступивших в Омске, зрителей, почему-то болеющих за фигуристов, не попавших в десятку ЧР, но на самом деле превращается в посмешище сама. Неутешительный вывод за месяц до подачи заявок на олимпийский отбор.

Следим за «нашими» спортсменами в каждом виде. Особое внимание Анастасии Губановой, Диане Дэвис с Глебом Смолкиным и Никите Володину с Минервой Хазе.

Действующая чемпионка Луна Хендрикс досрочно завершила сезон и не примет участия в турнире. Сможет ли Губанова после серебра прошлого года вновь подняться на первую ступень?

За золотую медаль у мужчин поборются французы Адам Сяо Хим Фа и Кевин Аймоз. Удастся ли Адаму победить в третий раз подряд, или же эмоциональные прокаты Кевина помогут ему впервые стать чемпионом Европы? А может быть, обоих опередит итальянец Даниэль Грассль, который ярко вернулся в этом сезоне?

Мировая фигурка только в Okko: https://okko.tv/s/mqu

Новость о том, что чешские танцоры Мразкова и Мразек сменили музыку к произвольному из-за проблем с ее создателем, вписывается в тренд на постепенное закручивание гаек борцами за авторские права. Что обидно, минута в гугле в межсезонье могла бы спасти постановку, потому что композитор оказался из тех, кто регулярно отслеживает такие нарушения и не впервые сталкивается с фигурным катанием.

Керри Маззи – автор музыки к популярному сериалу Glee, американским танцевальным шоу, современному балету и документальным фильмам. Несколько лет назад он узнал о системе, позволяющей правообладателям отслеживать использование произведений на Youtube, и обнаружил не меньше 20000 видео на свои треки. Люди брали их для эдитов с любимыми героями, свадебных роликов, рекламы, а главное – телевизионных сюжетов. Последнее напрягло Маззи больше всего, потому что от крупных корпораций он ожидал большего уважения к его интеллектуальной собственности.

Одним из главных нарушителей оказалась сеть китайских телеканалов: они вставляли музыку американца и в шоу, и в фильмы собственного производства. До этого Маззи уже писал претензию в другую китайскую организацию – ролики та удалила, но вся денежная компенсация ушла на оплату юридических услуг.

Композитор стал отправлять жалобы на обнаруженные видео, и тогда телекомпания, испугавшись блокировки канала, сама вышла на контакт. По словам Маззи, они привели целый ряд довольно смешных причин для незаконного использования его музыки: например, заявили, что нашли ее на торренте в подборке «эпичные треки».

Спустя 9 месяцев переписки китайцы пошли на уступки и выплатили американцу вознаграждение, сумму которого он не раскрывает. По словам Маззи, на претензионную работу у него в последние годы уходит не меньше 50 процентов времени – столько же, сколько на само творчество.

О произвольном танце Мразковых композитор знал уже осенью: тогда ISU пришлось заглушить музыку в трансляции из-за страйка, а канал, который вел стрим Tallinn Trophy с участием чехов, заблокировали. Два года назад с принципиальностью Маззи столкнулась финская одиночница Оунасвуори: Youtube удалил все видео с ее прокатами под The Secret History.

В итоге чехи от греха подальше взяли для нового танца проверенную Rain, in Your Black Eyes, а для всех остальных получилось хорошее напоминание перед олимпийским сезоном: он традиционно активирует борцов за авторские права.

UPD. По поводу первого места все не так однозначно

Разбираемся в том, могла ли Нина Петрыкина проиграть малое золото после короткой из-за ошибки ввода судьи №9: та случайно поставила ей за мастерство катания 0,75 балла. Вопрос важный: итоговая разница между эстонкой и Настей Губановой составила всего 0,05.

Судя по другим баллам словенки для Нины, за скольжение планировалось поставить 7,75 – таким образом, из протокола по-прежнему вылетают 8,50 (самый высокий балл) и 7,50 (самый низкий). Средняя оценка по этому критерию компонентов действительно увеличивается – но всего лишь до 7,79. Если добавить это число к двум другим и умножить сумму на коэффициент 1,33 для женской короткой, получится 31,5476. При округлении это дает 31,55, что на 0,06 больше того, что получила Петрыкина в протоколе. А значит, первой становится Нина.

Адекватного инструментария у ИСУ для таких ситуаций по сути не существует. Невозможно задним числом установить волю судьи – а вдруг она хотела поставить не 7,75, а 6,75? Спрашивать уже после публикации протоколов неправильно: знание итогового результата может повлиять на решение.

А выход искать точно необходимо: в сезоне такая ситуация на ключевых стартах повторяется как минимум второй раз. В короткой программе финала Гран-при украинская судья Ирина Медведева поставила Вакабе Хигучи за скольжение 0,5 балла: на распределение медалей это не повлияло, но зачем ждать первого прецедента?

В прямом сравнении двух роботизированных произвольных – французского и итальянского – видно, насколько все-таки Гиньяр и Фаббри промахнулись с постановкой в этом сезоне. А еще заметно, как Марко хочет лежать в гамаке на даче, а не крутить твиззлы до Милана-2026.

С темой олимпийского ритм-танца итальянцам, конечно, не повезло: не сядут на них ни Леди Гага, ни Ариана Гранде с Гарри Стайлсом – они из эпохи немного других дискотек. Я бы на месте Барбары переслушивала уже сейчас альбом Future Nostalgia Дуа Липы – он весь построен на отсылках к старым хитам и их вплетении в современную музыку.

Лайла и Льюис, наоборот, словно весь цикл готовились к этой теме в ритм-танце. Их сегодняшняя бронза на Евро проблема не постановки под Бейонсе, а скорее странной неуверенности, которая в них зародилась еще в финале Гран-при. Да, они не мастера скольжения и сильно проигрывают (партнерша, прежде всего) в этом аспекте итальянцам и французам, но до текущего сезона арбитры никогда не ставили им это в упрек. И не ставят сейчас, например, Юлии Турккиле, которая во владении коньком, пожалуй, похуже Фир.

Арбитры, судя по протоколам, в растерянности: разброс между худшей оценкой (и да, это снова Принс) и лучшей у британцев составил почти 20 баллов. За азербайджанским судейским монитором сидел, похоже, Канье Уэст, потому что Charlene and Marco, I am really happy for you and I will let you finish, but Beyonce Lilah and Lewis have one of the best free dances of all time.

Что реально вызывает у меня вопросы, так это вкусы Йеруна Принса на этом турнире. Первое место для финнов (причем с гигантским отрывом от итальянцев – они выиграли у него даже в компонентах) – весьма специфичный выбор.

На финале Гран-при победит добро!

А как иначе, если в Красноярске нас ждет запуск проекта Добробаллы от благотворительной программы ДоброFON?

В фойе «Кристалл Арены» разместят специальную интерактивную зону – две станции помогут болельщикам почувствовать себя настоящими спортсменами и заработать Добробаллы. Еще там можно получить гарантированный приз и эксклюзивную фотографию в импровизированной зоне «Kiss and Cry», ну а трое лучших поклонников фигурного катания станут обладателями подарков от фигуристов-амбассадоров проекта.

Затем Добробаллы суммируют с баллами, полученными спортсменами на льду, конвертируют в рубли и направят на благотворительность. Все, кто в эти дни будет в Красноярске, не забудьте поучаствовать в большом добром деле!

И не проходите мимо зоны ДоброFON (рядом с 10-м сектором в фойе арены): там будут проходить автограф-сессии с любимыми спортсменами – Анастасией Мишиной и Александром Галлямовым (14 февраля, 19:10), Анной Фроловой (15 февраля, 18:20), Станиславой Константиновой (16 февраля, 17:20).

Ну что, вы готовы к главному турниру года?

Честно сказать, не понимаю этих перфомансов Козловского в микст-зоне, каким бы обиженным он ни был на ошибки Бойковой.

Я не знаю, какую цель он преследует, постоянно делая акцент на срывах Саши и отправляя ее саму «решать свои вопросы» − превентивно снять с себя ответственность за слабый прокат или замотивировать партнершу работать иначе. Если последнее, то способ выбран плохо, потому что проблемы Бойковой сейчас не в технике, а в постоянном страхе перед новой неудачей. Когда к нему добавляется еще и боязнь очередного язвительного панча Козловского, это вряд ли идет на пользу психике.

Публичным выяснением отношений Дима делает хуже прежде всего самой паре. Даже если вопрос с кандидатом на Игры формально решен (хотя есть ощущение, что Мишина и Галлямов, к сожалению, первые, к кому захочет придраться ISU хотя бы ради уступок федерациям, уже кружащим вокруг потенциального миланского золота), от статуса запасных отказываться глупо. Но захочет ли его давать федерация людям, которые весь сезон ведут себя так, будто они мечтают наконец отдохнуть друг от друга, пусть и в прессе это отрицают?

Парадокс в том, что Бойкова и Козловский, окажись они вдруг единственным дуэтом из сборной в Милане, наверняка смогли бы собраться на два отличных проката, потому что ничто не демотивирует их так, как фамилии Мишиной и Галлямова в стартовых списках. И, конечно, наличие у них международной зачетки наверняка заслонит перед федерацией проблемы, рвущиеся из каждого кисс-энд-края. Но я бы не забывала, что на стороне тех же Хабибуллиной и Княжука играет достаточно амбициозный тренер, который прекрасно знает, как преподнести свою пару и в чем уколоть конкурентов. И эти конфликты Саше и Диме точно припомнят.

Новый «Каток» уже в сети!

В день всех влюбленных в гости к Жене Медведевой, Илье Авербуху и Роме Нагучеву заглянула красивая пара – Алена Косторная и Георгий Куница.

Обсудили финал Гран-при, изменения в регламенте турнира в Красноярске и прояснили, стоит ли ждать возвращения на лед Алены и Гоши. Илья Авербух в эфире позвонил Антону Сихарулидзе, а еще, кажется, случайно огласил состав на Олимпийские игры.

Смотрим: https://youtu.be/JC8vbgpZu78

Прокаты парней в финале Гран-при – не только огромный подарок для публики (которая вообще-то привыкла, что глобальные цели наших парней обычно придавливают, а не окрыляют), но и первая серьезная задача для Антона Сихарулидзе как президента федерации. Если до 15 февраля все шло к выбору между двумя кандидатами – Владом Дикиджи и Женей Семененко – то сейчас их как минимум трое. Оставляя за скобками фильтры ISU – все четверо.

Как правильно написала Елена Вайцеховская, федерация, до последнего молчавшая о критериях отбора, загнала себя в угол: вслед за скандалом со сменой регламента неминуемо последуют обвинения в ангажированности и необъективности. А дальше – тройная проверка решения на прочность: сначала от комиссии ISU, затем – на пекинском и миланском льду.

Семененко – по-чиновьичьи понятный и безопасный выбор. Его легко обосновать и за него просто спрятаться перед Минспорта даже в случае провала на Играх: олимпийский опыт, неплохая по меркам нашего мужского катания стабильность, мощный тренер.

Другое дело – Дикиджи. Чемпион России, но для главы федерации – особенно недавно вступившего в должность – рискованная ставка. Здесь не прикрыться медалями прошлых международных турниров или именем тренера, а это сразу повышает ответственность.

Да, у арбитров пока нет ни одной причины ставить ему высокие компоненты – ни убедительных программ, ни впечатляющего конька. Но железные выезды с прыжков и холодная голова Влада – куда более надежное оружие против скептицизма бригады и давящей олимпийской атмосферы.

Процент чистых прыжков Дикиджи действительно впечатляет: за два сезона – ни одного падения на тройном акселе, четверных лутце и флипе, лишь одна серьезная ошибка на сальхове – на мемориале Панина-Коломенкина, где он выступал сразу после болезни.

Любое место Влада в тройке в финале Гран-при, скорее всего, устроило бы чиновников на фоне предыдущих полутора стабильных сезонов. Даже победа все того же Гуменника с чуть менее совершенным прокатом, вероятно, сохранила бы шансы Дикиджи на прежнем уровне – все же статистика личных встреч за последние два года остается в его пользу.

Прокат Гуменника поражает не суммой баллов, а раритетным сочетанием топовой сложности, солидной второй оценки и исполнительской харизмы. Редкий для такого контента нюанс – Петр не потерял в произвольной ни одного уровня даже на непрыжковых элементах. У него образцовый, что крайне нетипично для такой сложности протокол – первый в произвольной по компонентам, технической оценке и даже вращениям.

Красноярскими прокатами Гуменник заставил вспомнить, что он – идеальный российский фигурист на экспорт. Достаточно сбалансированный, чтобы иметь приличные компоненты даже при нулевом рейтинге, и спокойно проходящий через жесткое фильтрационное сито ISU.

Для федерации это все еще рискованный выбор. Петру явно не хватает стабильности Влада, опыта Марка и Жени, а высокий рост обеспечивает не только вау-эффект на квадах, но и повышенный риск травм. Неудачный старт сезона – следствие одной из них.

И если зрителям на красноярских трибунах можно позавидовать, то Сихарулидзе прямо сейчас – точно не стоит.