Потрясающий инструмент (возможно, крупнейший в мире, если не начинать занудствовать про всякие симфонии гудков). Сталактитовый орган. Идея предельно проста— как любой музыкант однажды выстукивал на бокалах до-ре-ми-до-ре-до, так и тут по разного размера сталактитам ударяет молоточек. Эффект впечатляет даже на видео. Правда, я бы вместо Лунной сонаты, конечно же, хотел бы услышать на этом инструменте "Суицид в самолете" Лео Орнштейна, но сейчас не об этом.

Ура, стартуем с продажей билетов и срываем маски с наших бесстрашных гостей!

Богдан Королёк: помощник худрука Урал Балета, балетный сценарист, концертный куратор и ведущий, писатель о музыке и балете, человек многих трудноопределяемых талантов

Ольга Бочихина: композитор, междисциплинарный художник, педагог, автор статей о современной музыке, куратор творческих и образовательных проектов, специалист по миражам и звуковым игрищам

Антон Изгагин: композитор, участник шоу Танцы на ТНТ, но не в качестве танцора. Человек-дюпонизм. Поэтизирует когнитивный диссонанс

Анастасия Ким: научный сотрудник Московской консерватории, бывшая преподавательница сольфеджио, мисс КВН Камчатка 2015 финалистка регионального конкурса по общему фортепиано и троекратная обладательница грамоты участника всероссийской олимпиады по русскому языку «Русский медвежонок»

Кира Вайнштейн: училась на музыкального критика, но в итоге сама стала писать музыку. Специализируется на джинглах для подкастов и саунд-дизайне для умных устройств

Вячеслав Уваров: бывший театровед, бывший режиссёр, бывший сотрудник Большого театра, человек широких взглядов без определённых занятий


21 января, 20:00, Дом поэтов на Пушкинской. Билетов немного, успевайте попасть на нашу премьеру!

О Тамаре Николаевне Левой знаю не только по ее научным трудам и конференциям, но и по восторженным рассказам студентов из Нижнего Новгорода разных лет, да и их успехи говорят сами за себя. Невероятная утрата для нашего музыкального мира.
Георгий Ковалевский точно сказал: Быть короЛевой

Три слова про «Ванессу» (1958) Сэмюэля Барбера в Новой Опере

1. Искренне рада приходить на качественный продукт, в который активно вкладываются разные действующие силы, начиная от авторов идеи поставить оперу малоизвестного в России американского композитора, до отдельно взятых музыкантов в оркестровой яме. Оговорок может быть сколько угодно, но это работа по-честному, без дураков, я это всегда люблю и горячо поддерживаю. Послушать и посмотреть есть кого и что, обсудить тоже, а это в наши времена уже огромная победа.

2. Режиссер Дмитрий Волкострелов работает с чистым концептом на уровне идеи и формы, но на территории музыкального театра концепту бывает неуютно: он как твердая клетка зажимает в тиски все остальное. Дальше уже могут быть разговоры: цепляет ли вас этот концепт, готовы ли вы мириться с жертвами ради него и в каком объеме. Обычно меня концепт привлекает своей стерильностью в визуальном искусстве и современной музыке, а вот с постпуччиневской эмоцией Барбера он вязался сложно, и последствия засовывания в клетку общей задумки были заметны.
Правда уже после спектакля подумала, что зато идея работает в долгую, застревает в голове и прорастает новыми мыслями и измерениями.

3. Спектакль про людей, застрявших в прошлом, не живущих свою жизнь, зависших в бесконечном ожидании. На днях летела в самолете и смотрела фильм «Ноэль» на подобную тему, очень трогательный. В «Ванессе» трогательность отодвинута на дистанцию, слушателям не дают подойти слишком близко, как раз во имя идеи — в ожидании жизни нет, а значит мы можем наблюдать за переживаниями героев только сквозь пелену и на расстоянии. Действие вроде сильно нагружено — нужно следить сразу за тремя линиями, а вроде ничего не происходит, все линии про одно и тоже, героини мощно страдают, но по факту действий (=жизни) у них почти нет. С точки зрения смысла — все кристально, с точки зрения музыки — спорно.
На верхней части сцены нужно высматривать певцов сквозь киноэкраны, на которых вторым слоем транслируется та же история о «Ванессе» в духе стильного, черно-белого немого кино. Нижний ярус скрывается за камерой, так как идет процесс киносъемки на все тот же сюжет в ретроспекции, от конца к началу — то ли Хиндемита вспоминать с его «Туда и обратно», то ли Нолана с «Доводом». Структура четкая и симметричная, все как мы любим.

P.s. Выводы делайте сами! Добавлю только, что в музыке были прям гипнотичные эпизоды, поразительно, что понадобилось почти 70 лет после премьеры, чтобы опера, наконец, прозвучала в России.

Что делает с виолончелью Юлия Мигунова мы узнаем совсем скоро, 31 января буду с ней общаться на концерте-презентации.
А уже через несколько минут начинается особенно масштабный в этом году фестиваль Биомеханика, изучайте программу , смотрите трансляции (их наверняка опубликуют на канале ЦЭАМ), а еще лучше - увидимся на концертах!

Вчера на Биомеханике CEAM Artists исполнили пьесу Vanitas Пьера Жодловски. Люблю эти непрямые соединения, ассоциации, игру с нашим восприятием.

Два года назад вышло мое интервью с композитором, где он упоминал эту пьесу, с тех пор ждала ее исполнения.

В предверии сегодняшнего биомеханического концерта изучаю проект SOMA Laboratory и прямо залипаю. Вдохновляет поэтика вокруг: вроде бы это всё электронные девайсы, а внутри про природу, сознание, медитации. К примеру, их инструмент «Квантовый Океан» находится «на стыке электричества и шаманизма, науки и духовности». Но делюсь другим видео, сразу с тремя инструментами, особенно мне нравится дизайн TERRA, словно металлические грибочки на пеньке под солнечным светом.

Сегодня на паблике-токе моделирую беседу с создателями этого проекта!

А на самом концерте можно увидеть созданный инженерами ЦЭАМ инструмент — из 15 ламп, по проекту композитора Симона Лёфлера. И игру в «шахматы» Коли Попова с Олегом Макаровым!
В общем, приходите в ДК Рассвет или ловите трансляцию на канале ЦЭАМа!

Люблю на симфонических концертах ощущать себя внутри грандиозных звуковых волн, прокатывающихся по залу. На недавнем концерте «Другого пространства» было именно так.
Но главное событие вечера, конечно, Скрипичный концерт Владимира Горлинского, захвативший скорее самим пространственным действом и слуховыми загадками. Меня всегда удивляло у него количество идей на квадратный метр, неповторимая причудливость, гибкость и звукозатейливость. Про этот концерт я написала текст, о перформативном «театре звука» проскользнула буквально по поверхности.
Но! Владимир 22 февраля в 14 часов задумал онлайн-семинар, чтобы поговорить о пьесе подробно, ответить на все интересующие вопросы.

От сердца советую, потому что его концерт — всем концертам концерт!

Задавая себе вопрос об идентичности скрипичного концерта, Горлинский добрался до его подсознательного уровня, вытаскивая оттуда причудливые аллюзии и фантасмагоричные сны, со странными трансформациями.

Невероятно, но факт: сходила на все концерты «Биомеханики» в этом году! Искренне пыталась выбрать, каким пожертвовать, но так и не смогла. И не жалею! Замечаю, что у фестиваля есть рост не только в плане масштаба (в этом году восемь концертов/презентаций + показы «Свадебки»), но и во внутренних деталях. На первом же концерте попала под очарование голосового помощника: сам по себе он уже традиция концертов ЦЭАМ и регулярно рассказывает гостям полезную инфу, но тут прям отдельная пространственная пьеса, которую интересно послушать. Сами программы вечеров укладываются в компактные форматы, после которых выходишь заряженный, а не отдав последние силы. Лично на меня отдельные концерты сработали прямо от и до, а где не так — то не меньше половины пьес. Считаю, это прям большой процент для фестиваля! Было много мною любимого: перформативные вещи со всякими придумками, жестами, световыми решениями, смешные пьесы, а иногда такие зубодробительные, только что дым из ушей не идет.
Видео, кстати, часто было не только от композиторов, но часто достраивалось вместе со светом: некоторые пьесы вышли прямо вау, как арт-композиции (говоря на полях, даже вытянули пару пьес). Несколько моих знакомых попросили познакомить их с авторами визуала — Сашей Бединым и Игорем Павловым, чтобы лично им передать свои восхищения. Работа звукоинженеров и звукорежиссеров не так очевидна со стороны, зато видно на репетициях: на одну небольшую пьесу уходит несколько дней по несколько часов музыкант(ы)+инженеры, это не считая предварительной подготовки всех участников процесса. Столько там разных нюансов, о которых не думаешь во время концерта! Уж не говоря о пьесах, для которых выстраивают отдельный объект/ инструмент.
В общем, если вы пропустили, то специально для вас подготовили подборку всех трансляций фестиваля! Не обещаю, что в записи будет тот же эффект, что в залах, но попробовать стоит!
А команду ЦЭАМ поздравляю с завершением!

Из ближайших концерт особенно трепетно жду проект Димы Мазурова Hauntology 6 марта — призрачную мистичность и трогательность. Дима наводит мосты между культурами, как будто и мостов там вовсе не нужно, границ никаких нет. Винтаж, дыхание ретро, бережная электроника и мерцания. Лично я особенно предвкушаю несомненный хит самого Димы из балета «Синяя борода», который «красиво и больно», и хрупкую пьесу Жерара Пессона La lumiere n'a pas de bras pour nous porter, давно мечтала услышать ее вживую. Но там много всего другого, с отзвуками меланхолии, пронзительности и британскими вайбами.
В общем, вы поняли, must see — Hauntology в ДК Рассвет. Никакие записи и трансляции этот концерт не передадут, надо идти, пользоваться промокодом GHOSTY.

Все чаще впечатляет, какие программы идут в Московской филармонии, причем не внутри одного абонемента, а как сосредоточие разных действующих сил, пересекающихся на территории КЗЧ. Завтра очередной прекрасный проект Musica sacra nova, где все три пьесы — эксклюзивные и мощные. Редкая радость — слушать симфонические опусы Николая Корндорфа, вдохнувшего пантеистический свет в минимализм. Еще реже звучит музыка Алемдара Караманова, сама почти не сталкивалась, любопытно! К появлению Алексея Сысоева в КЗЧ мы, грешным делом, начинаем привыкать, но с каждым разом ждем только больше. Думаю, его «Реквием. Территория печали» — это про каждого из нас.
Завтра, 1 марта, в 19:00 — в зале или трансляции!

Пожалуй, мое самое сильное впечатление от музыки Владимира Раннева — Серенада на текст Льва Рубинштейна. Структура и концепт поэтического текста о бесконечной тоске, волнах и нашей жизни, с максимальной естественностью вошли в музыкальную драматургию, надавили на запрятанную болевую точку внутри. Слушала Серенаду дважды вживую, оба раза долго не могла выйти из ее состояния, бесконечно напевая о бесконечной тоске.

Чудесный Ваня Бушуев поделился на своем канале записью, где было первое исполнение этой пьесы. Там же прозвучала и мировая премьера Вани «...пытаюсь вообразить себе человека, который сказал бы Шекспиру: расслабься!» на текст Андрея Монастырского, с совершенно крутейшей тембровой работой. Когда увидела ссылку на этот концерт — буквально запрыгала от счастья. Бросаем дела, расчехляем vpn — и слушаем. И подписываемся на Ваню, конечно!