А что подумал кролик никто не узнал, потому что кролик по жизни был ссыкло
Дух дышит где хочет, а не там, где ему повелели Типикон, Томос, Кормчая, каноны, уставы и Окружное Послание. Гамалиил на суде над апостолами был прав.
"Пиздец - вполне себе концепция. Он заслуживает того, чтобы быть воплощённым в эманации"
"Нельзя сказать, что "Бог меня понимает", потому что то, что Бог делает со мной, не описывается человеческим слово "понимание" и вообще человеческим языком"
Сегодня я пью с чайным мастером, командиром карусели и начальницей танцев.
А до того пил с абсолютно здоровым человеком и Люсей, которая просто очень.
Здесь обрывается письмо к Бланш Деларю от лейтенанта Бенца
А до того пил с абсолютно здоровым человеком и Люсей, которая просто очень.
Здесь обрывается письмо к Бланш Деларю от лейтенанта Бенца
Утром в тонком сне явился голос, рекший густым басом
Зайку бросила хозяйка
Потому что пидор зайка
Зайку бросила хозяйка
Потому что пидор зайка
На свете есть люди, употребляющие на совершенно серьезных щах слово "епуправление"
(кто далек от дел церковных - "епархиальное управление")
Дети уходят из города
к чертовой матери.
Дети уходят из города каждый март.
Бросив дома с компьютерами, кроватями,
в ранцы закинув Диккенсов и Дюма.
Будто всегда не хватало колючек и кочек им,
дети крадутся оврагами,
прут сквозь лес,
пишут родителям письма кошмарным почерком
на промокашках, вымазанных в земле.
Пишет Виталик:
«Ваши манипуляции,
ваши амбиции, акции напоказ
можете сунуть в…
я решил податься
в вольные пастухи.
Не вернусь. Пока».
Пишет Кристина:
«Сами учитесь пакостям,
сами играйте в свой сериальный мир.
Стану гадалкой, ведьмой, буду шептать костям
тайны чужие, травы в котле томить».
Пишет Вадим:
«Сами любуйтесь закатом
с мостиков города.
Я же уйду за борт.
Буду бродячим уличным музыкантом.
Нашел учителя флейты:
играет, как бог».
Взрослые
дорожат бетонными сотами,
бредят дедлайнами, спят, считают рубли.
Дети уходят из города.
В марте.
Сотнями.
Ни одного сбежавшего
не нашли.
(Дана Сидерос)
к чертовой матери.
Дети уходят из города каждый март.
Бросив дома с компьютерами, кроватями,
в ранцы закинув Диккенсов и Дюма.
Будто всегда не хватало колючек и кочек им,
дети крадутся оврагами,
прут сквозь лес,
пишут родителям письма кошмарным почерком
на промокашках, вымазанных в земле.
Пишет Виталик:
«Ваши манипуляции,
ваши амбиции, акции напоказ
можете сунуть в…
я решил податься
в вольные пастухи.
Не вернусь. Пока».
Пишет Кристина:
«Сами учитесь пакостям,
сами играйте в свой сериальный мир.
Стану гадалкой, ведьмой, буду шептать костям
тайны чужие, травы в котле томить».
Пишет Вадим:
«Сами любуйтесь закатом
с мостиков города.
Я же уйду за борт.
Буду бродячим уличным музыкантом.
Нашел учителя флейты:
играет, как бог».
Взрослые
дорожат бетонными сотами,
бредят дедлайнами, спят, считают рубли.
Дети уходят из города.
В марте.
Сотнями.
Ни одного сбежавшего
не нашли.
(Дана Сидерос)
Наша работа кончена, точнее сказать - провалена.
Укажи в заключении: "Объект безнадёжно жив".
Не надо терзаться - помни, мы действовали по правилам.
Промой инструменты спиртом и сдай протокол в архив.
Укажи в заключении: "Объект безнадёжно жив".
Не надо терзаться - помни, мы действовали по правилам.
Промой инструменты спиртом и сдай протокол в архив.