Forwarded from | П | O | Б | E | Г |
Бог находится в мире не как скала в осязаемом ландшафте, а как тоска в пейзаже на картине.
(Nicolás Gómez Dávila. Escolios a un texto implícit)
Илл.: К. Д. Фридрих. Кирасир в лесу / В лесу. 1814.
(Nicolás Gómez Dávila. Escolios a un texto implícit)
Илл.: К. Д. Фридрих. Кирасир в лесу / В лесу. 1814.
На всякий случай напомню, что распространение видеозаписи экспрессивного жеста одного там очень богатого человека вообще-то подпадает под пункт 4 статьи 282 УК РФ либо КоАП ст. 20.3
Узнала я на днях японскую сказку, которая хорошо описывает, как мне кажется , что у нас с вами происходит в масштабах человеческой цивилизации.
Один бедный крестьянин пошёл в горы за хворостом, встретил там демона Тэнгу, выменял у того за безделушку (игральные кости) волшебный веер: стукнешь по одной стороне — у того, кого ты загадаешь, нос вырастет, стукнешь по другой — уменьшится.
Поначалу всё развивается хрестоматийно: крестьянин пошёл в город, увидел посреди улицы принцессу в паланкине, отрастил ей веером нос, на другой день под видом лекаря привёл её внешность в порядок — получил и принцессу в жёны, и богатое приданое.
И вот лежит он под камфорным деревом в своём прекрасном саду возле обновленного чистого дома, смотрит в небо и думает: у меня полные кладовые белого риса, мяса ем сколько захочу, что ж скучно так.
А если, размышляет, я себе ради забавы нос увеличу немного? Постучал по вееру — нос подрос, но интереснее жить не стало. Крестьянин ещё постучал, и ещё, и ещё, нос вырос на два метра, потом с дерево и с гору Фудзи. Стало крестьянину наконец весело — однако, опасаясь утратить обретённую радость, он продолжал увлеченно бить по вееру.
Дорос нос до неба и проткнул небесный свод. А там сидел бог Грома, видит — морковка какая-то из неба торчит да ещё и растёт вверх корешком. Схватил бог морковку и потянул.
Тут крестьянин испугался и давай по обратной стороне веера колотить, так что нос у него начал стремительно уменьшатся. Да только бог Грома его нос держал в кулаке очень крепко и отпускать не собирался, а потому крестьянин скоро притянулся к самому небу и застрял. Там и висит по сей день.
fb Lea Tipisseva
Один бедный крестьянин пошёл в горы за хворостом, встретил там демона Тэнгу, выменял у того за безделушку (игральные кости) волшебный веер: стукнешь по одной стороне — у того, кого ты загадаешь, нос вырастет, стукнешь по другой — уменьшится.
Поначалу всё развивается хрестоматийно: крестьянин пошёл в город, увидел посреди улицы принцессу в паланкине, отрастил ей веером нос, на другой день под видом лекаря привёл её внешность в порядок — получил и принцессу в жёны, и богатое приданое.
И вот лежит он под камфорным деревом в своём прекрасном саду возле обновленного чистого дома, смотрит в небо и думает: у меня полные кладовые белого риса, мяса ем сколько захочу, что ж скучно так.
А если, размышляет, я себе ради забавы нос увеличу немного? Постучал по вееру — нос подрос, но интереснее жить не стало. Крестьянин ещё постучал, и ещё, и ещё, нос вырос на два метра, потом с дерево и с гору Фудзи. Стало крестьянину наконец весело — однако, опасаясь утратить обретённую радость, он продолжал увлеченно бить по вееру.
Дорос нос до неба и проткнул небесный свод. А там сидел бог Грома, видит — морковка какая-то из неба торчит да ещё и растёт вверх корешком. Схватил бог морковку и потянул.
Тут крестьянин испугался и давай по обратной стороне веера колотить, так что нос у него начал стремительно уменьшатся. Да только бог Грома его нос держал в кулаке очень крепко и отпускать не собирался, а потому крестьянин скоро притянулся к самому небу и застрял. Там и висит по сей день.
fb Lea Tipisseva
По пространству русской хтони синий трактор едет к нам. Богоматерь на иконе молча делает фейспалм.
Ад - это когда мне покажут мою жизнь, какой она была бы, если бы я не был таким говном, какое я есть.
Рай - это когда мне покажут мою жизнь как хорошую книгу, где каждая деталь - часть прекрасной цельной истории, у которой есть и эпиграф, и катарсис, и эпилог, и мораль, и даже слайды.
И нет ничего лишнего, недостающего или даже просто неважного.
Рай - это когда мне покажут мою жизнь как хорошую книгу, где каждая деталь - часть прекрасной цельной истории, у которой есть и эпиграф, и катарсис, и эпилог, и мораль, и даже слайды.
И нет ничего лишнего, недостающего или даже просто неважного.
"По непонятным причинам я с детства нежно любил Горлума. А когда стал взрослым, только отсутствие рядом подходящего Теодена помешало мне стать Гримой Гнилоустом. При том что нехватки Саруманов я не замечал никогда".
Грустное, хоть и не новое открытие: никакой психотерапией, никакими инсайтами и катарсисами, осознаниями, слезами, открытиями и встречами с глубиной проблемы не решаются.
Сверх того неизбежно придется РАБОТАТЬ
Сверх того неизбежно придется РАБОТАТЬ
Мне,честно говоря, вообще сложно понять проблему _психологического_ совмещения себя с любящим Богом. Ну вот вся это проблематика "спасен/не спасен", "грешен/оправдан", свиния в калу/тот за кого Творец Вселенной идёт накрест и тд
Как по мне этоединственное подлинно здравое самоощущение: не нечто определённое, а бесконечный полёт по орбитам двух полюсов, баланс на нитке над бездной, конфликт между долгом и чувством,между собой и собой же, вечное бегство и вечное возвращение, блудный сын, охреневающий от встречи, Петр, которого спрашивают "Любишь ли Меня", лопнули шарики, фейерверк - и вообще полюса создают планету.
Кароч., не вижу проблемы в смысле как так жить. Скорее уж проблема как жить иначе. И не вижу проблемы зачем это мозгом осмыслять и в концепцию пихать. Ежику же в тумане понятно, что без концепции оно тупо лучше работает.
(я что-то непонятное говорю, да?)
Все эти попытки утвердиться (раз доказано, то есть хоть за что держаться) в статусе посреди временного во всем бытия - ну право же, не так уж отличаются от попытки забыть что у в гробу карманов нет или всенепременно статть кандидатом наук. Ну несерьёзно как-то право слово.
Как по мне этоединственное подлинно здравое самоощущение: не нечто определённое, а бесконечный полёт по орбитам двух полюсов, баланс на нитке над бездной, конфликт между долгом и чувством,между собой и собой же, вечное бегство и вечное возвращение, блудный сын, охреневающий от встречи, Петр, которого спрашивают "Любишь ли Меня", лопнули шарики, фейерверк - и вообще полюса создают планету.
Кароч., не вижу проблемы в смысле как так жить. Скорее уж проблема как жить иначе. И не вижу проблемы зачем это мозгом осмыслять и в концепцию пихать. Ежику же в тумане понятно, что без концепции оно тупо лучше работает.
(я что-то непонятное говорю, да?)
Все эти попытки утвердиться (раз доказано, то есть хоть за что держаться) в статусе посреди временного во всем бытия - ну право же, не так уж отличаются от попытки забыть что у в гробу карманов нет или всенепременно статть кандидатом наук. Ну несерьёзно как-то право слово.
Умер поэт Вадим Жук. Это его стихотворение.
Потому что бежит меж гранитов родная река
Потому что не знаю английского языка
Потому что не выбрал какого надеть пиджака
Потому что Одетта когда-то войдёт в фуэте
Потому что назло выходящей в фавор гопоте
Потому что про это шепнул мне один на кресте
Потому что здесь Герман Алёша был ласков ко мне,
Потому что Стругацкий смеялся написанной мною херне
Потому что картошка в кастрюле а цветок на окне.
Потому что меня обнимала и глядела в глаза
Потому что чердак и вино а снаружи гроза
Потому что ребёнок слеза и вся эта буза.
Потому что смотрел Смоктуновского в «Арсе» кино
Потому что всплывал на поверхность толкнувшись о дно
Потому что кому суждено уж тому суждено.
Потому что оделся и вышел на улицу в дождь проливной
Потому что мы выпили в рюмочной к двери спиной
Потому что «Со мной?» я сказал ты сказала «Со мной».
Потому что там чуть ли не больше чем здесь
Потому что не весь я умру а умру я не весь
Потому что повисла над полем алмазная взвесь
Потому что три четверти века держу на весу
Потому что пусть сумрачен лес но я вырос в лесу,
Потому что я маме в ладони лисичку несу.
Потому что бежит меж гранитов родная река
Потому что не знаю английского языка
Потому что не выбрал какого надеть пиджака
Потому что Одетта когда-то войдёт в фуэте
Потому что назло выходящей в фавор гопоте
Потому что про это шепнул мне один на кресте
Потому что здесь Герман Алёша был ласков ко мне,
Потому что Стругацкий смеялся написанной мною херне
Потому что картошка в кастрюле а цветок на окне.
Потому что меня обнимала и глядела в глаза
Потому что чердак и вино а снаружи гроза
Потому что ребёнок слеза и вся эта буза.
Потому что смотрел Смоктуновского в «Арсе» кино
Потому что всплывал на поверхность толкнувшись о дно
Потому что кому суждено уж тому суждено.
Потому что оделся и вышел на улицу в дождь проливной
Потому что мы выпили в рюмочной к двери спиной
Потому что «Со мной?» я сказал ты сказала «Со мной».
Потому что там чуть ли не больше чем здесь
Потому что не весь я умру а умру я не весь
Потому что повисла над полем алмазная взвесь
Потому что три четверти века держу на весу
Потому что пусть сумрачен лес но я вырос в лесу,
Потому что я маме в ладони лисичку несу.
Автора зовут Константин Победин.
Кто гоголем, кто демагогом бесстрашно встречает рассвет, кто ежевечерние ноги влачит своей тени вослед, кто блеском ума помрачает бессмысленный солнечный день, кто блин как младенца качает на масляной сковороде, кто водки для храбрости выпил и новые туфли надел, кто выпил и губы не вытер, и ветром в трубе загудел, кто Божию голосу внемлет, кто гордо трясет головой и перхотью сыплет на землю, как вьюгой метет снеговой, кто силою бранного слова, кто деепричастной рукой себя пресекает сурово, тот знает, зачем он такой. А кто-то живет бестолково, как будто есть в дури покой.
Кто бреется ржавою бритвой в суровых декабрьских штормах, кто брови сдвигает над битвой, как шторы в веселых домах, кто шрамы уже не считает на морде бывалой давно и зеркалу предпочитает про Грязного Гарри кино, про грязного Гарик которых как грязи полно.
Кто скачет блохою по рынку, кто в белой горячке орет, кто, будто плохую картинку, судьбу свою в рамку берет, кто чавкает, кто укоряет гостей за плохой аппетит, сам, может быть, не понимает, какого он хрена хотит, кто сызмальства тихим отитом малейшего слуха лишен, кто в старости старшим бандитом коллегами провозглашен, тот знает, что плохо и типа того, что ништяк, хорошо. Увы нам, торгующим липой, лажовой ушною лапшой!..
Кто в долгие годы застоя до дули сточил свой кинжал, кто Льва, извините, Толстого за бороду как бы держал; кто черную женщину в белых чулках никогда не имел, кто, папку по имени "Дело" завидев едва, индевел; кто белую женщину в черных чулках в сновидениях мял, кто годы в курилках ученых на вольные темы вонял; кто плов из плевков приготовил, кто сам же его и сожрал, кто Льва, извините, Толстого за бороду не удержал, кто верил в конкретные факты, кто верил в абстрактный народ, кто сам перенес два инфаркта, а может, и наоборот: два дюжих инфаркта в халатах, нахально схватив за мослы, бестрепетно, неаккуратно клиента в момент унесли из все еще теплой постели под скальпель прозектора в морг, чтоб в физике твердого тела никто усомниться не мог...
Кто гоголем, кто демагогом бесстрашно встречает рассвет, кто ежевечерние ноги влачит своей тени вослед, кто блеском ума помрачает бессмысленный солнечный день, кто блин как младенца качает на масляной сковороде, кто водки для храбрости выпил и новые туфли надел, кто выпил и губы не вытер, и ветром в трубе загудел, кто Божию голосу внемлет, кто гордо трясет головой и перхотью сыплет на землю, как вьюгой метет снеговой, кто силою бранного слова, кто деепричастной рукой себя пресекает сурово, тот знает, зачем он такой. А кто-то живет бестолково, как будто есть в дури покой.
Кто бреется ржавою бритвой в суровых декабрьских штормах, кто брови сдвигает над битвой, как шторы в веселых домах, кто шрамы уже не считает на морде бывалой давно и зеркалу предпочитает про Грязного Гарри кино, про грязного Гарик которых как грязи полно.
Кто скачет блохою по рынку, кто в белой горячке орет, кто, будто плохую картинку, судьбу свою в рамку берет, кто чавкает, кто укоряет гостей за плохой аппетит, сам, может быть, не понимает, какого он хрена хотит, кто сызмальства тихим отитом малейшего слуха лишен, кто в старости старшим бандитом коллегами провозглашен, тот знает, что плохо и типа того, что ништяк, хорошо. Увы нам, торгующим липой, лажовой ушною лапшой!..
Кто в долгие годы застоя до дули сточил свой кинжал, кто Льва, извините, Толстого за бороду как бы держал; кто черную женщину в белых чулках никогда не имел, кто, папку по имени "Дело" завидев едва, индевел; кто белую женщину в черных чулках в сновидениях мял, кто годы в курилках ученых на вольные темы вонял; кто плов из плевков приготовил, кто сам же его и сожрал, кто Льва, извините, Толстого за бороду не удержал, кто верил в конкретные факты, кто верил в абстрактный народ, кто сам перенес два инфаркта, а может, и наоборот: два дюжих инфаркта в халатах, нахально схватив за мослы, бестрепетно, неаккуратно клиента в момент унесли из все еще теплой постели под скальпель прозектора в морг, чтоб в физике твердого тела никто усомниться не мог...
"Для меня все комнатные растения делятся на фикусы, крокусы и кактусы. На крокусах цветы, на кактусах иголки, остальное фикусы"