В очередной раз оказалась в Париже и в очередной раз не могу сдержать эмоций из-за разницы в уровне дизайна. Студенты местных школ уже после выпускных коллекций работают в кутюрных домах, их вещи сразу снимают крупнейшие журналы.
Параллельно я готовлю две съёмки: одну в Париже, другую в Нью-Йорке, и контраст между ними поразительный. В Нью-Йорке действительно интересных вещей почти нет - уровень и качество одежды американских студентов заметно уступают, до такой степени, что иногда даже не хочется делать запросы.
Ситуацию осложняет и то, что для этих editorial я сознательно выбрала неочевидных героев — не моделей, а персонажей, — из-за чего многие крупные бренды не подтверждают участие. В результате вместо того, чтобы просто наслаждаться Парижем, я буквально охочусь в интернете за хоть чем-то по-настоящему интересным для нью-йоркской съёмки. Не исключено, что в итоге придётся обращаться к аренде винтажных вещей.
Параллельно я готовлю две съёмки: одну в Париже, другую в Нью-Йорке, и контраст между ними поразительный. В Нью-Йорке действительно интересных вещей почти нет - уровень и качество одежды американских студентов заметно уступают, до такой степени, что иногда даже не хочется делать запросы.
Ситуацию осложняет и то, что для этих editorial я сознательно выбрала неочевидных героев — не моделей, а персонажей, — из-за чего многие крупные бренды не подтверждают участие. В результате вместо того, чтобы просто наслаждаться Парижем, я буквально охочусь в интернете за хоть чем-то по-настоящему интересным для нью-йоркской съёмки. Не исключено, что в итоге придётся обращаться к аренде винтажных вещей.
❤8
Недавний Перформанс в Сеуле Бьянки Цензори сравнивают с работами Аллена Джонса - его скульптурами женщин как мебели из 1960-х. Отсылка прямая: тело как поверхность, объект, фетиш, контроль.
Только разница - в контексте.
Аллен Джонс был радикален, потому что создавал шок до появления языка феминистской критики. Его работы провоцировали дискуссию.
Перформанс же Бьянки существует уже внутри готового дискурса и повторяет знакомые коды объективации без нового поворота.
Тело здесь используется не как инструмент сопротивления, а как носитель уже навязанного нарратива. И в этом смысле перформанс выглядит не подрывным, а симптоматичным, он не ломает структуру власти, а эстетизирует её.
Только разница - в контексте.
Аллен Джонс был радикален, потому что создавал шок до появления языка феминистской критики. Его работы провоцировали дискуссию.
Перформанс же Бьянки существует уже внутри готового дискурса и повторяет знакомые коды объективации без нового поворота.
Тело здесь используется не как инструмент сопротивления, а как носитель уже навязанного нарратива. И в этом смысле перформанс выглядит не подрывным, а симптоматичным, он не ломает структуру власти, а эстетизирует её.
❤7👍1
Дизайнер команды Chanel Haute делится фото своей коллекции в ИГ, советую подписаться https://www.instagram.com/gonzalogmarina?igsh=aXkxY2k5cWU3cDl4
❤6
Очень классная съемка с первой леди Нью-Йорка Rama Duwaji которую сфотографировал буквально сказочный фотограф, новый Тим Волкер - Szilveszter Mako для новой обложки The Cut. Как классно, что она согласилась на такую достаточно творческую и необычную съемку, хотя неудивительно, ведь Rama, сама художница по профессии.
PS. Продюсировала, моя хорошая знакомая Катя Варзар, которая уже работала с Сильвестром на другом классном секретном проекте. Ждем!
PS. Продюсировала, моя хорошая знакомая Катя Варзар, которая уже работала с Сильвестром на другом классном секретном проекте. Ждем!
❤9
Ушла из жизни Брижит Бардо.
В 15 лет - ученица Парижской консерватории и обложка Elle. В 1956‑м — «И Бог создал женщину», фильм, который вывел её на международную сцену и сделал её именем женской свободы.
Ещё один важный фильм — Le Mépris (1963) Жан‑Люка Годара. Сюжет о том, как работа над кино о «Одиссее» разрушает отношения мужа и жены, снимался на Капри, и съёмки постоянно срывались из‑за папарацци, преследовавших Бардо, самой большой звездой того времени.
На Le Mépris её пригласили отчасти потому, что продюсер хотел использовать её известность и сексуальный образ для коммерческого успеха,
а Годар снял это в начале фильма почти как сатиру на саму киноиндустрию - сцена, где Камилла переспросит о каждой части своего тела, одновременно обнажённая и закрытая, поднимает вопросы объективизации и контроля.
В 15 лет - ученица Парижской консерватории и обложка Elle. В 1956‑м — «И Бог создал женщину», фильм, который вывел её на международную сцену и сделал её именем женской свободы.
Ещё один важный фильм — Le Mépris (1963) Жан‑Люка Годара. Сюжет о том, как работа над кино о «Одиссее» разрушает отношения мужа и жены, снимался на Капри, и съёмки постоянно срывались из‑за папарацци, преследовавших Бардо, самой большой звездой того времени.
На Le Mépris её пригласили отчасти потому, что продюсер хотел использовать её известность и сексуальный образ для коммерческого успеха,
а Годар снял это в начале фильма почти как сатиру на саму киноиндустрию - сцена, где Камилла переспросит о каждой части своего тела, одновременно обнажённая и закрытая, поднимает вопросы объективизации и контроля.
❤4