ТАСС уполномочен заявить 😊

Лукашенко заявил, что Трамп предлагает ему встретиться во Флориде.

Президент Белоруссии также анонсировал "большой договор" с США, который включает не только вопрос освобождения ряда заключенных.

Публичные заявления А. Лукашенко означают, что вероятность названных событий можно считать достаточно высокой.

Осторожное внимание к этой теме российского экспертного сообщества означает, что единой позиции сверху еще не спущено. Это, в свою очередь, означает, что инициатива Лукашенко является достаточно автономной. А уже этот факт свидетельствует о том, что Лукашенко не утратил способности и возможности вести свою собственную политическую игру.

Боги маркетинга...

Как повысить число владельцев сувенирного паспорта с 500 до 515? Легко! Плюс можно будет совершенно бесплатно принять участие в голосовании в КС! Серьезное решение и серьезная помощь.

АПК і ОСЦ прынялі рашэнне: палітвязні, дэпартаваныя з краіны і пазбаўленыя рэжымам пашпартоў, змогуць атрымаць нацыянальныя пашпарты бясплатна. Рашэньнем выбарачнай камісіі, уладальнікі нацыянальных пашпартоў змогуць прыняць удзел у галасаванні за спісы кандыдатаў у дэлегаты Каардынацыйнай Рады IV склікання.

Хоть бы не путали экс-политзаключенных. Этот документ НЕ паспорт и во избежание неприятностей НЕ может использоваться в качестве документа, удостоверяющего личность. А то ведь кто-нибудь еще покажет в банке, и начнутся вопросы.

Переговоры с США: оценка результатов

Результаты переговоров с делегацией США на прошлой неделе следует рассматривать как важный промежуточный успех в работе по нормализации отношений между Минском и Вашингтоном.

При этом следует обратить внимание на следующие детали:

1. Переговоры не были отложены, несмотря на нападение США на официально дружественный Минску Иран (являющийся к тому же стратегическим партнером «старших братьев» — России и Китая), и выросший градус напряжения между Москвой и Вашингтоном.

Более того, Лукашенко еще и вплел иранскую повестку в переговоры, явно использовав в своих интересах стремление Трампа найти общий язык с новыми властями Ирана. Хорошая иллюстрация принципа «Never let a good crisis go to waste», когда-то сформулированного Черчиллем.

2. Санкции были сняты не только с Белкалия и БКК, но и с Минфина и двух банков, используемых для привлечения иностранных инвестиций и кредитов.

Это открывает дверь для осторожных инвестиций американского капитала, например, в удобрения, а Минску теперь проще использовать в расчетах доллар.

Учитывая приглашение к покупке рудника, это явно важный вопрос для Минска. США всегда оберегают свои инвестиции, их наличие улучшает политическое равновесие, а равновесие = стабильность.

3. Посещение США отнюдь не снято с повестки. Несомненно, визит в Мар-а-Лаго является следующей важной вехой нормализации, на пути к которой, однако, имеется ряд объективных сложностей.

Можно и без визита, но в плане привлечения инвестиций это не то, так как доверия слишком мало.

К тому же в США можно встретиться например с Маском. Маск вечно в поиске новых мест для своих заводов с льготным налогообложением и доступом к квалифицированным кадрам и очень уважает советскую научную мысль. Just saying.

4. Политзаключенных в первый раз оставили в Беларуси. Это важно не только в плане прав самих политзаключенных, но и как сигнал изменений в заскорузлой и неэффективной социальной политике, приведшей к демографическому кризису и недостатку рабочей силы.

Разумеется, здесь еще надо многое поменять, но важно, чтобы сначала изменился сам подход с «кругом враги» и «как бы чего не вышло» на более креативный.

5. Политический нарратив Минска и конкретно А.Лукашенко в целом выглядит более зрелым и выверенным, чем раньше, провластные СМИ же, наоборот, делают много странных и даже нелепых движений, и я не про Азаренка.

Передачи, целые циклы, посылы тратятся впустую, на непонятную аудиторию. В информационной политике все еще превалируют «старые» эмоции, интонации и установки.

6. Оппозиция тоже «нормализуется».

Грешный соблазн задним числом выдавать любое событие за свой план и победу слишком силен и играет дурную службу для сторонников «давления ради давления». В результате любое «Только не в терновый куст!» со временем превращается в «Терновый куст — мой дом родной!» Это банкротство, и оно не остается незамеченным.

В заключение отмечу, что успехи на американском треке не могут быть напрямую конвертированы в подвижки в отношениях с ЕС, как себя убеждают белорусские власти. Здесь у Минска по-прежнему слабая позиция и, судя по всему, неэффективные планы на будущее.

Об этом я напишу отдельно.

Европофобия Минска: причины и парадоксы

Если в отношениях с США, Минск добивается определенных успехов, то с ЕС у него не ладится. Этому есть несколько причин.

Во-первых, Минску повезло с Трампом. Будь на его месте любой другой президент, ситуация была бы иной — вне зависимости от талантов Рыбакова. Идея улучшить отношения с А. Лукашенко обсуждалась в Вашингтоне и при Байдене, но только он смог придать ей какое-то подобие стратегического трека. «Подобие» — потому что для Трампа все равно первична Россия и большие политические уравнения, а не перетягивание Беларуси за стол «хороших парней».

При этом спецпосланник Трампа Коул не скрывает, что процесс перетягивания проходит не беспроблемно. Ему приходится отвлекаться, например, на метеорологические шары, летящие то Литву, то в Польшу. Характерно раздражение в этой связи Коула, который вынужден задавать в Минске вопросы «Что с тобой не так? Ты можешь прекратить это дерьмо?» Шары, дроны, акты саботажа существенно усложняют Коулу поставленную перед ним задачу.

А теперь представьте, какое впечатление эта манера создавать проблемы, а потом предлагать их решение в качестве «жеста доброй воли» оказывает на Польшу и Литву. С их точки зрения, Минск либо недоговороспособен, либо не заинтересован в деэскалации — что бы ни заявляли публично А. Лукашенко и М. Рыженков. Дела важнее, чем слова. В целом это выглядит так, будто белорусские власти всеми силами стараются поддержать тот имидж, который создает ей оппозиция. Такой вот забавный, но иррациональный парадокс.

Однако, есть в этой истории как минимум два рациональных момента, которых я коснусь ниже.

Первый — это плохая экспертиза по ЕС. Например, перед выборами в Бундестаг в феврале 2025 года А. Лукашенко предсказывал, что канцлером станет лидер партии AfD Алиса Вайдель, которая тут же начнет покупать газ у России.

А уже в 2026 году Минск явно увлекся версией СВР о том, что «демократизаторские структуры, агентства и фонды США, Великобритании, ФРГ, Польши и других европейских государств», хотят добиться смены конституционного строя в Беларуси. Вот пример, где со страстью говорят про «интервенцию», «подкуп недовольных среди элит» и т.п.

Проблема этих рассуждений в том, что они выглядят логичными только в вакууме. Если же их поместить в геополитический контекст сегодняшних интересов стран ЕС, о которых в Минске, видимо, знают немного, то логика мигом испаряется. Еще меньше логики в рассуждениях на счет возможной опасности для Беларуси со стороны США.

Да, США вспомнили и активно применяют старую «теорию безумца» Никсона, однако окружение Трампа (за исключением Рубио) продолжает придерживаться курса на соглашение с Россией. Это большая игра, которой никто не будет рисковать из-за Беларуси.

Второй аспект напрямую связан с первым — ошибки стратегического планирования. Судя по всему, Минск исходит из того, что «показать силу» важнее, чем показать сговорчивость, потому что время на стороне белорусских властей. По коридорам власти гуляет мысль о том, что надо просто дождаться ухода нынешних властей ЕС и лидеров стран ЕС и прихода к власти «правых прагматиков» — и тогда все сложится.

Это неплохой, хотя и далеко не гарантированный расчет для Кремля, но неверный — для Беларуси. Кто эти «правые прагматики», которых с нетерпением ждут в Минске? Это Барделла во Франции, Вайдель/Хрупалла в Германии — люди, которые возродят старую политику в стиле Бисмарка: осторожное равновесие с Россией через голову всех остальных.

Да, их будут мало волновать проблемы, например, прибалтов, но еще меньше — какой-то Беларуси, которую легко отпишут в исключительную зону влияния России. Никакой самостоятельной внешней политики в отношении РБ у этих товарищей не будет. Raison d'État этого просто не позволит.

И вот тут Беларусь на сто процентов вкусит все прелести многополярного мира, теорию которого авторства Дугина, разумеется, тоже никто толком не читал перед тем, как начать за нее агитировать. Это второй парадокс — вместо того, чтобы действовать, Минск азартно ждет у моря ситуации, в которой его варианты могут быть серьезно ограничены.

Люди, которые нас удивили (за прошлую неделю)

1. Замминистра иностранных сил Польши Владислав Теофил Бартошевский заявил на праздновании Дня воли в Варшаве следующее:

«Вы маеце прадстаўнікоў, якія дзейнічаюць вельмі спраўна і робяць асноўную рэч — аб'ядноўваюць беларускую эміграцыю».

Главную для кого? Объединять беларусскую эмиграцию — зачем? Что им делать — объединенным? Диаспора — это сетевая структура, множество кружков по интересам: бизнес, культура, спорт и т.д. В ней обычно существует и несколько политических кружков. Эти кружки могут лоббировать интересы Беларуси. Однако основная масса беларусов в эмиграции интегрируется в жизнь тех стран, в которых они находятся, и в единую «партию эмиграции» вступать не будут, потому что в этом нет смысла.

«Вы цяпер маеце вялікі прывілей, бо вы не самотныя, вы маеце сяброў у Польшчы. Таксама вы маеце АПК, які паказвае вам кірунак. І тым кірункам вы мусіце ўсе ісці, не разыходзіцца па баках, нават калі не з усім пагаджаецеся».

Разговоры про «привилегию» — это такое «сверху вниз». Мол, как вам повезло, что у вас есть мы.

ОПК, «показывающий» направление, которым все «должны идти», — это еще ярче: что-то маоцзедуновское, великий кормчий все такое. Даже не похоже на дипломата со стражем.

Если бы ОПК был политической звездой, люди сами за ним бы потянулись. Но они точно не потянутся за кабинетчиками потому, что об этом сказал польский замминистра.

2. Светлана Тихановская сказала на Дне воли следующее:

«Мы выходзім, таму што нельга не выходзіць. <…> Мы выходзім сёння за нашых палітвязняў. І мы будзем выходзіць, пакуль кожны і кожная не апынецца на волі».

Шествия могут быть формой политической борьбы, если принуждают власти к изменению политики. Например, власти не могли не реагировать на протесты 2020 года. Шествия в Варшаве, напротив, имеют исключительно ритуально-праздничный характер, они не несут угрозы для Минска, но помогают людям почувствовать единение, почувствовать важность исторического момента. Поэтому говорить, что это такое супер-средство борьбы за выход политзаключенных, мягко говоря, некорректно. Post hoc ergo propter hoc. Хотя, когда политзаключенные выйдут, несомненно, кто-то скажет, что «это все мы».

«Сёння ў беларусаў той жа вораг, што і 108 год таму».

Есть в теории социального управления такое понятие: «раскол общества». Раскол рассматривается как серьезное препятствие для достижения социальной интеграции, консенсуса и эффективного управления. Одна из самых больших ошибок белорусских властей заключается между прочим в том, что они с этими расколами играли вместо того, чтобы устранить их.

Сейчас С. Тихановская пытается сделать то же самое, игнорируя ту часть населения, которая не видит в России врага.

Это усиливает разделение общества по двум полюсам, а в перспективе приведет к новому социальному конфликту, который наши западные и восточные соседи с удовольствием назовут «борьбой за независимость», хотя по сути это будет лишь попыткой самоубийства беларусского общества.

Поездка за туманом: игра Мацкевича

Недавно «Реформ» опубликовал, а «Наша нива» перепечатала резко критическую статью на тему организационно-деятельностной игры (ОДИ), которую организует Владимир Мацкевич. Ситуация интересная, поэтому напишем пару слов.

Что такое ОДИ?

Это форма активного обучения и/или коллективного решения проблем, разработанная методологом Г. Щедровицким в конце 1970-х годов. ОДИ моделирует реальные ситуации, где участники, разбившись на группы, под руководством ментора-игротехника через рефлексию и дискуссии вырабатывают новые подходы, стратегии и проекты развития.

Именно в разработке конкретных, прикладных решений в сфере управления обществом и состоит весь смысл «методологии», если абстрагироваться от нарочито заумной надстройки про «мыследеятельность».

Что не так с этой историей с точки зрения журналистов? Их основные претензии следующие:
1. «Нелегитимность» игротехника-лидера, которого «не выбирают» и который «никого он не представляет».
2. Мацкевич является лидером одной из политических групп в демдвижении и, соответственно, подозревается в желании промыть мозги оппонентам.
3. План ОДИ Мацкевича очень похож на практики тоталитарной секты тоталитарной секты, где главное — «вытолкнуть участника на психологические качели «унижение-одобрение», которые вызывают мощные приливы дофамина и жесткую зависимость».

Читая все это, можно подумать, что Владимир Мацкевич — какой-то страшный человек. На самом же деле речь идет о передергивании фактов.

Во-первых, Мацкевич не лидер и вряд ли им будет. Судя по всему, ему нравится роль пророка-мага (этакий Тим-волшебник из «Монти Пайтон и Священный Грааль»), который раз в полгода выходит из пещеры, крикнет нечто многозначительное urbi et orbi, и понимай как знаешь. Пророков и магов не выбирают, а их легитимность — это их компетентность.

Во-вторых, «промыть мозги» лидерам белорусской оппозиции нужно было уже давно. Мы много и детально писали о том, что политические планы лидеров оппозиции нереализуемы. Вот Мацкевич и взялся отрегулировать это, правда, пропустив несколько сезонов сериала. Он, видимо, еще не понял, что «лидеры» прекрасно знают о несбыточности своих планов, просто им это не мешает.

В-третьих, обвинения в манипулятивных приемах в той же мере могут относиться к любым семинарам «с глубоким погружением» в безлюдном месте и коучем-демиургом. Сейчас это обычная практика в политике, бизнесе, психологии.

И все же, есть ли толк в этой игре? На наш взгляд немного — в данном конкретном контексте.

Объясним свою точку зрения.

Первая проблема в участниках. Игры Щедровицкого оказались ко двору в СССР и постсоветской России по простой причине: они позволяли скрещивать узкие специальные знания участников (чиновников, ученых и т.д.) с тренированной логикой и специальным социологическим опытом, которого у этих спецов не было вообще. Возьмем в качестве примера ОДИ «Методы и содержание подготовки инженеров широкого профиля» (Ульяновский филиал МГУ, УПИ и Авиацпромкомплекс). Здесь Щедровицкому не нужно было учить профессионалов их работе. Его задачей было смоделировать процесс и проверить его общую логику под тем углом, который обозначил клиент.

Так вот, в ОДИ под условным названием «Беларусская оппозиция пытается понять себя» не будет политических профессионалов, которым надо помочь взглянуть на их процессы со стороны. Там будут случайные люди, не имеющие ни желания, ни ресурсов для борьбы за власть. Что там настраивать?

Вторая проблема в отсутствии клиента. Методологи, вообще говоря, наемные специалисты: приехали, поработали над обозначенной проблемой, уехали. Veni, vidi. vici. Этот внешний статус позволяет им претендовать на четкость и объективность оценок. Однако в рассматриваемом случае Мацкевич сам является и заказчиком, и участником, а в будущем еще, возможно, и имплементатором, поэтому и совпадение субъекта и объекта здесь больше желаемого, и конфликт интересов тоже.

Эти проблемы не решаемы методологически, они относятся к рамочным условиям, в которых работает методолог.

Науседа снижает уровень требований

Науседа сегодня заявил следующее:

«Напротив, я бы сказал, мы должны очень конкретно заявить: если в ближайшие несколько недель, четыре недели, не будет воздушных шаров, не будет нелегальных мигрантов, все политические заключенные благополучно вернутся в Литву, и режим действительно продемонстрирует усилия по нормализации отношений или хотя бы не будет создавать напряженность для соседа, мы расценим это как знак доброй воли и, возможно, начнем такой диалог».

Это заявление заслуживает внимания.

Литва максимально подозрительно относится к белорусским властям и традиционно генерировала прогнозы грядущей эскалации и выступала против переговоров, упорно выдвигая откровенно нереалистичные условия их начала. Так, еще совсем недавно министр иностранных дел Литвы Кейстутис Будрис на Мюнхенской конференции по безопасности говорил о таких «предварительных условиях» и «жестах доброй воли», как вывод российских подразделений и оружия из РБ и прекращение репрессий.

Минск, напоминаем, настаивает на переговорах без предварительных условий:

«В Минске неоднократно и предельно ясно заявляли: мы готовы обсуждать любые проблемные вопросы без каких-либо предварительных условий».

Теперь же Науседа, обычно позиционирующий себя хардлайнером, сформулировал куда более скромные условия. Если говорить о шарах и мигрантах, то это даже «псевдо-условия», так как официально Минск не управляет ни теми, ни другими.

Это значит, что если ни мигрантов, ни шаров не будет, Минск может пожать плечами и сказать, что он тут ни при чем и никаких предварительных условий не выполнял.

Единственный ощутимый жест доброй воли в новых условиях Литвы — это благополучное возвращение «всех политзаключенных» в Литву. Однако если речь здесь идет о литовцах типа Мирославаса Троцкиса, то, опять же, это задача, не требующая особых усилий и вполне решаемая в рамках освобождения следующей партии политзаключенных. В конце концов Минск в свое время начал процесс освобождения именно с иностранных граждан.

В целом же выражения типа «или хотя бы не будет создавать напряженность для соседа» явно свидетельствуют о том, что Литва де-факто согласилась с позицией Минска.

Однако возможный выход на официальные переговоры — это относительно простая часть пути к деэскалации, так как реальная труднопреодолимая проблема — это отсутствие доверия, взаимопонимания и общей, реалистичной повестки.

Удобрения, петродоллары, доверие

Блокада Ормузского пролива меняет окружающий мир не менее сильно, чем война в Украине. Общий вектор изменений тот же — обнажение слабости Запада и уязвимостей глобализованной экономики.

Связь между различными аспектами экономики и безопасности в глобализованном мире удивительна. Казалось бы, что общего между петродолларами, американской кукурузой и катарским газом? Между тем она есть.

Кукуруза и соя являются ключевыми сельскохозяйственными культурами США. Кукуруза требует больших объемов азотных удобрений, соя — нет. Азотные удобрения производятся из природного газа, доступ к которому ограничен блокировкой Ормузского пролива. В связи с этим цена азотных удобрений растет. Поэтому прямо сейчас, когда в США начинается посевной сезон кукурузы, ее посевные площади уменьшатся, а площади сои увеличатся.

При этом полного замещения выпадающих объемов кукурузы не произойдет, в связи с чем ожидается рост цен на кукурузу как корма для крупного рогатого скота, свиней и птицы. В результате к началу 2027 года цены на мясо, молочные продукты и яйца в США вырастут на 10–25 процентов. Это вызовет рост стоимости продовольственной корзины в США и обеднение населения, хотя критического недостатка продуктов питания пока не ожидается.

Однако этот недостаток на фоне блокады Ормузского пролива уже возникает в странах Персидского залива. Пока все проблемы решают деньги, но надолго ли? Перед союзниками США вырастает очередная угроза национальной безопасности наряду с непредсказуемым Ираном и падением доходов от продажи энергоресурсов.

Одновременно блокада Ормузского пролива ставит под удар гениальную петродолларовую систему США, суть которой в том, что мировые цены на нефть устанавливаются в долларах США, а страны-экспортеры ОПЕК используют полученные доллары для покупки американских активов. Система поддерживает высокий глобальный спрос на доллар, обеспечивая ему статус главной резервной валюты и финансируя дефицит бюджета США, — в обмен на военную помощь, поставки вооружений и гарантии безопасности со стороны США.

Для обеспечения бесперебойности торговли США, имея самый мощный флот в мире, обеспечивали свободу судоходства в Ормузском проливе и Персидском заливе. До недавнего времени. Теперь же вполне закономерно встает вопрос о том, будут ли ближневосточные монархии столь же рьяно выполнять свою часть сделки, если США, по сути, саботируют ее. Иран, кстати, чувствует момент и всеми силами пытается подтолкнуть дедолларизацию, например, путем установки расчетов за проход по Ормузскому проливу в юанях.

На этом фоне примечательно, что в период с июля 2025 года по январь 2026 года Франция вывела 129 тонн золота из Федеральной резервной системы США в Париж. Германия проделала ту же операцию в период с 2013 по 2017 год. Это решение объясняется исключительно финансовыми мотивами, однако в это трудно поверить, особенно на фоне того, как США активно используют для войны с Ираном оружие, которое было произведено американским ВПК для других стран и уже оплачено ими (Patriot PAC-3, корабельные системы ПВО, Tomahawk и т.д.). Разумеется, оружие вернут. Когда-нибудь потом.

Супер-стабильность экономической системы США объясняется одним ключевым словом: доверие. К американской валюте, гособлигациям, гарантиям правительства США. Дональд Трамп явно посчитал, что поддержка этого доверия стоит слишком дорого и решил заменить доверие на куда более дешевый аргумент — страх. Однако принцип «А куда вы денетесь?» уже не работает.

Венгрия перед выборами: параллели с Беларусью — часть 1

Завтра парламентские выборы в Венгрии, которые имеют большое значение не только для Венгрии, но и для геополитических раскладов в мире. Связано это вовсе не с политико-экономическим весом самой Венгрии, а со специфической политической позицией руководства этой страны, которое активно позиционирует себя как удобную точку входа в ЕС для лоббирования интересов внешних политических акторов.

Так, Орбан имеет замечательные отношения с Трампом, по сути являясь главным проводником интересов MAGA в ЕС. Здесь Венгрия уверенно оттеснила на задний план Польшу и особенно Прибалтику, которые ранее считались главными лоббистами Вашингтона в ЕС.

Орбан также прочно дружит с Китаем. Отношения официально называются «всепогодным всесторонним стратегическим партнерством нового типа» (такой или похожий уровень имеют лишь около 10 стран во всем мире). Венгрия участвует в проекте «Пояса и Пути», активно привлекает китайские инвестиции.

Орбан дружен с Кремлем. Здесь на первом месте энергетические выгоды: дешевая нефть и газ, а также ядерное топливо.
По сути, это такой геополитический шпагат — и нашим, и вашим.

Знакомо, не правда ли?

И это не единственное сходство между Венгрией и Беларусью. Например, у обеих стран схожая демография:

Население: Беларусь — ок. 9 миллионов, Венгрия — 9,5 млн (в обоих случаях тренд отрицательный)

Уровень рождаемости: в Венгрии сейчас, как в Беларуси в 2020 году (8,5–9 на 1000)

Более того, в Венгрии у власти в течение 20 лет с перерывами находится Орбан (1998–2002, 2010–2026), самый долгоиграющий лидер в ЕС, когда-то бывший также самым молодым премьер-министром в ЕС (в 35 лет). В Беларуси — 32 года у власти А.Лукашенко (пришел к власти в 39 лет).

Орбан и его партия «Фидес» прочно стоят на консервативно-изоляционистских позициях, позиционируют себя защитниками «простых венгров», дотируют сельское хозяйство, активно контролируют финансовые потоки информационное пространство в стране. В целом это классическая политика сильной руки, которая рассчитана на/пользуется поддержкой преимущественно консервативного населения Венгрии. И здесь тоже все очень похоже на Беларусь.

В 2022 году, на прошлых парламентских выборах, эта поддержка выглядела, как принято говорить в Минске, ошеломляющей: «Фидес» набрала 53% голосов, вся объединенная оппозиция — лишь 35%. По итогам выборов Орбан заявил: «Мы одержали победу, которая видна даже с Луны. И уж точно видна из Брюсселя».

Однако сегодня, спустя всего четыре года и за день до новых парламентских выборов, соцопросы указывают на возможный проигрыш Орбана. Частично результаты опросов могут быть предвзятыми, но дело в том, что в этот раз поражение Орбану пророчат и те ресурсы, которые четыре года назад очень точно предсказали его победу.

Венгрия перед выборами: параллели с Беларусью — часть 2

Каковы основные признаки падающей поддержки Орбана?

Во-первых, он полностью утратил поддержку молодежи. За «Тису» (главная оппозиционная партия) готовы голосовать 75% избирателей младше 30 лет и 63% людей в возрасте от 30 до 40 лет. Поддержка «Фидес» в этих двух возрастных группах составляет всего 10 и 17%соответственно.

Во-вторых, Орбан утратил поддержку образованного населения: 75–80% людей с высшим и полным средним образованием выбирает «Тису» и лишь 20–25% — «Фидес». Среди выпускников профтехучилищ немного выше поддержка «Фидес» и лишь в группе с образованием восемь классов и ниже преимущество Орбана значительное: 49% за «Фидес» против 29% за «Тису».

Таким образом, средний класс, интеллигенция настроены к Орбану негативно, и даже бывший «его» электорат со средним образованием демонстрирует лишь средний уровень поддержки.

Во всех трех случаях (молодежь, люди с высшим или полным средним образованием) оппозиция имеет намного лучшие показатели, чем перед выборами 2022 года.

А теперь главный вопрос: почему начала сыпаться народная поддержка «Фидес»?

Причин несколько:

1. Эксперты называют в качестве главной причины «усталость». Я бы назвал ее иначе: неверие в изменения к лучшему при Орбане. Для политика легко быть молодым и динамичным, нетрудно — взрослым и помудревшим, сложно быть старым и заезженным. Уже неважно, что ты обещаешь, люди не верят.

2. Ключевая причина для молодежи — отсутствие возможностей самореализации в связи с политизацией соцлифтов и отсутствием молодежной повестки в риторике Орбана, который настойчиво эксплуатирует темы, важные для возрастного, консервативного населения.

3. Орбан ставит на разъединяющие нарративы: диктатура Брюсселя; власть — это мир, оппозиция — это война; Зеленский — враг Венгрии и так далее. Если бы оппозиция действовала зеркально, клеймя Орбана как автократа и противопоставляя либеральные ценности консервативным, то Орбан бы победил.

Однако оппозиция теперь ставит на внутренние темы, релевантные для всех: бедность в регионах, коррупция, проблемы образования и здравоохранения. На этом фоне провоцирующие ролики «Фидес», снятые явно по заветам спецов из MAGA (видео, где расстреливают венгерских солдат), а также плакаты со смеющимся Зеленским на остановках скорее раздражают, чем убеждают электорат.

4. Мобилизация сторонников. Здесь раньше преимущество имел Орбан, который ставил на наиболее дисциплинированную часть электората. Однако в этот раз именно оппозиции удалось мотивировать малоактивные слои населения, что чревато рекордно высоким участием в выборах — не в пользу Орбана.

5. Один сильный кандидат у оппозиции вместо рыхлой «коалиции» с беспорядочными мессиждами, как это было в 2022 году.

6. Высокая и профессиональная активность в соцсетях привлекательного и коммуникативного кандидата от оппозиции Петера Мадьяра, который позиционирует себя как молодая и лучшая версия Орбана. При этом «Фидес» активно использует опыт России и MAGA (вкл. ботов, фейковые профили, troll farms и AI-контент), однако вирусный эффект низкий, по сравнению с Джорждеску в Румынии.

А теперь выводы на основе сказанного выше:

1. Сплочение вокруг флага дает лишь временный эффект и в перспективе проигрывает позитивной повестке. Отсутствие реалистичной позитивной повестки ведет к разрушению социального договора и является приговором в конкурентной политической среде.

2. Общий тренд: правые изоляционисты переигрывают левых глобалистов, однако проигрывают своим же правым конкурентам с более конструктивной повесткой.

3. Приемы пропаганды плохо работают на молодежь и образованную часть населения.

4. Попытки использования дизруптивных нарративов, манипулятивных приемов (40:60, гнилая селедка, AI-фейки и т.д.) не гарантируют успеха — или даже ухудшают ситуацию (как в случае шантажа Петера Мадьяра интимным видео) — и не заменяют общения с выборщиками в соцсетях. Мадьяр имеет показатель вовлечения в три раза выше, чем Орбан.

Абсолютно все сказанное выше имеет прямое отношение к Беларуси и будущим политическим событиям в Беларуси.

Переговоры США и Ирана: замена ролей

США с Ираном не договорились по ключевому вопросу. Иран отказался отдать обогащенный уран, считая, что он молодец.

В результате Трамп объявил следующее:

1. С сегодняшнего дня военно-морские силы Соединенных Штатов, лучшие в мире, начнут процесс БЛОКАДУ любых судов, пытающихся войти в Ормузский пролив или покинуть его.

2. Я также дал указание нашему военно-морскому флоту искать и задерживать каждое судно в международных водах, которое заплатило пошлину Ирану. Никто из тех, кто платит незаконные пошлины, не получит безопасного прохода в открытом море.

3. Мы также начнем уничтожать мины, установленные иранцами в проливах. любой иранец, который откроет огонь по нам или по мирным судам, будет взорван к чертовой МАТЕРИ!

Говоря простым языком, Трамп показал, что в эту игру (блокаду Ормузского пролива) можно играть вдвоем.

Это вполне изящный ответ уверовавшим в собственный гений иранцам по следующим причинам:

1. Сами США несут лишь косвенные потери в связи с блокировкой пролива. Ресурсов у них предостаточно, но на них растут цены.

2. Основным проигравшим от полной блокировки пролива будет Китай как крупнейший получатель ресурсов через пролив (37,7% всех потоков из Ормуза). Также весьма уязвимы Индия, Япония и Южная Корея.

3. Иран продает более 80% своей нефти Китаю. Месяц блокады — и у Иран начнется валютный голод, возникнут серьезные проблемы с импортом (лекарства, зерно, запчасти для промышленности и армии), курс риала станет еще слабее, инфляция ускорится, возможны перебои с продовольствием и топливом внутри страны.

Дополнительно Трамп пригрозил Китаю новым 50%-ным тарифом, если он будет поставлять оружие Ирану.

Таким образом, если новая блокада будет реализована в полной мере, то она ударит и по Ирану, и по его главному спонсору — Китаю, заставляя его выйти из тени (пока что он действует через Пакистан) и включиться в мирные переговоры. Эффективное давление на Китай является особенно важным вопросом для Трампа на фоне приближающейся встречи с Си Цзиньпином, от которой много зависит.

Венгрия: ожидаемая победа и плохая экспертиза

Подождал точных результатов голосования в Венгрии. Итак, на данный момент подсчитано 98,8% голосов. Результат следующий:

Tisza: 45 мест по партийным спискам, 93 места по одномандатным округам. Итого: 138 мест в парламенте.
Fidesz: 42 места по партийным спискам, 13 мест по одномандатным округам. Итого: 55 мест.
Mi Hazank (мелкие крайне-правые): 6 мест по партийным спискам, 0 мест по одномандатным округам. Итого: 6 мест.

Таким образом, Tisza получает решающее большинство в две трети мест в парламенте (нужно иметь не менее 133 из 199), что обеспечивает ей возможность вносить любые изменения в законодательство.

Отмечу очень точную работу социологов Median, на которых я ссылался в предыдущей публикации. Их прогноз: Tisza — 138–142 мест в парламенте, Fidesz — 49–55 мест, Mi Hazank — 5–6 мест.

Однако самое интересное для меня в моменте — это предвыборные прогнозы ведущих российских политологов. С пятницы по воскресенье они настойчиво убеждали аудиторию в том, что «не все так просто» и что Орбан очень даже может выиграть ввиду специфики парламентских выборов в Венгрии (смешанная система выборов с бонусом для крупных партий).

Так, например, Е. Минченко (директор Центра исследований политических элит ИМИ МГИМО) опубликовал прогноз, где у Орбана 93–100, а у оппозиции — 91–98%, за счет предположительного подавляющего преимущества Fidesz в одномандатных округах.

М. Баширов (профессор ВШЭ с грамотой от ВВП) заявил, что рассуждать в парадигме соцопросов значит ничего не понимать в специфике венгерской избирательной системы. По его мнению, Орбан вполне может набрать 50+1 голос опять же за счет одномандатных округов, а также: формирования коалиции, "административного ресурса", "нерешившихся" (Баширов откуда-то взял, что аж "три четверти избирателей отказывались отвечать социологам") и сельского населения ("городов в Венгрии не так уж и много").

Так вот, в реальности все вышло точно наоборот: за счет одномандатных округов победил не Орбан, а Мадьяр, причем разрыв здесь огромный — 80 мест. При этом основную роль в победе сыграли вовсе не всемогущий админресурс и "глубинный народ" (которого в умеренно урбанизированной Венгрии, кстати, всего ок. 28%), а именно те факторы, которые отлично подсветили соцопросы, — потеря Орбаном части своего "ядерного электората" и высокая активность "спящего электората".

Неэффективность политических раскладов от российских политологов в очередной раз подчеркивает проблему сервильный аналитики и недостатка компетенций по вопросу западного политикума и социума. Эта проблема не менее ярко выражена и в Беларуси и чревата опасными стратегическими просчетами, о чем я неоднократно писал ранее.

Не только трампист

Путин не собирается поздравлять с победой Мадьяра, победившего на выборах в Венгрии. Песков заявил в этой связи следующее:

Мы недружественным странам поздравления не отправляем. А Венгрия — недружественная страна, она поддерживает санкции против нас.

Между тем Лукашенко сделал ровно наоборот и оперативно поздравил Мадьяра:

Убежден, традиции дружбы и взаимовыгодного сотрудничества, которые сложились за многие годы между Минском и Будапештом, должны продолжаться.

Спецтрибунал Совета Европы: победа или самореклама?

Сегодня в инфопространстве разнесся слух об очередной победе беларусской оппозиции — приближающемся запуске Специального трибунала по преступлению агрессии против Украины. Понятно, что это продукт сотрудничества Украины и ЕС, направленный против России. Однако П.Латушко например предрекает, что «ответственность Лукашенко все ближе». В связи с этим вспомним нашу старую рубрику «Мифы недели» и объясним, почему это информационная пустышка.

Для начала припомним историю вопроса.

Итак, беларусская оппозиция с 2020 года пыталась добиться осуждения А. Лукашенко по следующим трекам:

1. Национальный. Например, в 2021 году в Германии были поданы жалобы против него и представителей режима по универсальной юрисдикции (за пытки и преступления против человечности), но дело не дошло до приговора в отношении самого Лукашенко. Глава государства обычно обладает иммунитетом от иностранной юрисдикции, пока находится у власти.

2. Международный уголовный суд. При этом, как мы писали еще летом 2025 года, Международный уголовный суд в Гааге не является эффективным инструментом для целей беларусской оппозиции.

Причин, напоминаем, три:

- МУС не может выносить решения по преступлениям агрессии, если ответчик не подписал Римский статут (РФ и РБ не подписали). Правда, это не касается военных преступлений и преступлений против человечности. В их случае достаточно, что преступление совершено на территории страны, подписавшей статут. Как раз за такое преступление (депортацию украинских детей) и был выдан ордер в отношении Путина.

- МУС не имеет своих собственных исполнительных органов. Его решения — это просто бумажка, которую по идее должны реализовывать страны, подписавшие Римский статут.

- На практике ордера МУС просто игнорируются. Вот недавний пример (декабрь 2025):

«В Варшаве надеются, что премьер-министр Израиля приедет в Польшу на юбилей освобождения Освенцима. Правительство Польши пообещало не арестовывать его, несмотря на ордер Международного уголовного суда».

Так вот, беларусская оппозиция хотела, чтобы МУС выдал ордер в отношении А. Лукашенко по обвинению в депортации детей (как в отношении Путина), и долго ехала на этой теме. Потом тема иссякла, но появилась новая: преступления против человечности в связи с депортацией и преследованием через депортацию на политических основаниях. Недавно МУС начал следственные действия против беларусских властей в связи с этим обвинением. Тут надо годик подождать (ордер против Путина был выдан после года следствия).

Тогда зачем еще этот Специальный трибунал? — спросите вы. Может, это оружие помощнее?

Да нет. Организуется Специальный трибунал Советом Европы. Это такой совещательный орган, который даже не является частью ЕС и очень любит тему прав человека. И организует он Специальный трибунал не потому, что он мощнее, чем МУС, а потому, что такой трибунал может вынести приговор по обвинению в преступлении агрессии, чего, как мы сказали выше, не может сделать МУС. Вот и все. Европейцам очень важно юридически оформить признание самого акта агрессии России. Что касается исполнение решений Спецтрибунала, то там все ровно так же, как в случае МУС (см. выше), даже хуже.

«Настоящие» международные трибуналы организовались ранее а) странами-победителями (Нюрнбергский и Токийский трибуналы) или б) Советом Безопасности ООН (Руанда и Югославия). И работали они эффективно исключительно потому, что были итогом военной победы (страны «оси», Югославия) или организовывались по просьбе официальных властей (Руанда). В этом их принципиальная разница по сравнению со Спецтрибуналом Совета Европы или МУС, которые имеют исключительно символическое значение. Эдакий демократический символизм.

Хотя мы не исключаем, что в Минске кто-то может заподозрить, что это такое хитрое основание для агрессии.

При большом желании можно, например, провести аналогию с Венесуэлой, где Мадуро и его жену официально не похитили, а именно арестовали по американскому ордеру как наркоторговцев.

В Беларуси ведь не просто так недавно проводилась беспрецедентная проверка боевой готовности, в рамках которой в высшую степень боевой готовности приводились комплексы С-300. Но ЕС не США, и такие практики здесь невозможны ни с технической, ни с идеологической точки зрения.