«...Были минуты и были часы, когда мне приходилось совсем забывать свою прикосновенность к театру и чувствовать себя просто человеком среди толпы таких же зрителей; в эти самые ценные и не поддающиеся никакому учету минуты и часы мне приходилось как бы выходить из себя, забывать окружающее и жадно слушать и смотреть и по-настоящему наслаждаться искусством, быть убаюканным и обманутым искусством, как принято говорить, или быть перенесенным в действительность и правду искусства, как, может быть, следует говорить. За эти минуты и часы позвольте мне, как зрителю, знающему, как трудно искусство, принести всем вам глубокую и нелицемерную благодарность».

В 2006 году театр пригласил на постановку «Васса Железнова» режиссера Сергея Яшина — эмоционального, темпераментного, увлекающегося человека. Компания собралась именитая: Светлана Крючкова, Андрей Толубеев, Геннадий Богачев, и мы, молодые артисты, только что пришедшие в труппу (Ирина Патракова, Варвара Павлова, Алексей Винников, Федор Лавров). По сути, это была наша первая большая работа рядом с народными, известными актерами.

Первая репетиция: мы уселись за длинный стол, чтобы познакомиться с режиссером и его видением. Он занял центр, по обе стороны — народные артисты, а мы замыкали союз. Настроение было приподнятое. Режиссер взял на себя читку, и мы слегка расслабились.

Название, описание героев — и вот пошли первые строки пьесы. После спокойной, мягкой первой страницы режиссера внезапно прервал громкий крик. Мы все подпрыгнули. Оказалось, что так эмоционально он передает свои идеи. Через двадцать минут — еще крик, потом снова, и всегда в самых неожиданных местах. К концу репетиции кто-то предложил принести валерьянку.

Так прошла неделя, а иммунитет к «громкости» так и не появился. Порой он вскрикивал прямо за спиной — даже взрослые артисты пару раз оборачивались с ошарашенными глазами. Конечно, режиссер не делал этого специально — он просто очень увлекающийся человек.

В какой-то момент пошли шутки, что валерьянка нужна уже не нам, а ему — «подлить в чай». Но шутки шутками, а подпрыгивали мы синхронно.

И вот на очередной читке я замечаю: мы снова вздрагиваем, а Андрей Толубеев — нет. В перерыве спрашиваю, не принял ли он валерьянку. Он улыбается, поворачивает голову и показывает ухо. В левом ухе — аккуратно вставленная беруша. Гениально! На следующий день прием взял на вооружение Геннадий Богачев. Так и остальные, кто периодически хватался за сердце, нашли решение: одно ухо слышит режиссера, другое защищает.

На премьере мы рассказали Яшину о нашей хитрости — он посмеялся.