Читаю сборник эссе Карла Нильсена "Живая Музыка" (1925г.)
Нильсен - важный датский композитор, педагог и дирижер рубежа XIX-XX веков. Для Дании вполне себе национальная гордость, хотя в мировом масштабе фигура, разумеется, не перворядная... впрочем, не буду спешить с оценками, а то цифры на youtube могут мне возразить (сам слышал только 4ю симфонию, самую известную).
А книжка любопытная. Зацените:

"Тот, кто сегодня способствует очищению храма, едва ли дождется благодарности, но достаточным вознаграждением станет сознание того, что ты выводишь жульничество на чистую воду. Ибо живописец, который пытается ввести нас в заблуждение и очаровать красивыми стихами; скульптор, желающий оправдать себя метафизикой; певец, который обращает взоры к небу, вращает руками, дрожит от боли и хочет нанести удар в спину нашему здоровому вокальному чувству; дирижер, который всякими дикими жестами пытается внушить нам, что музыку можно видеть, — все они должны обязательно встретить со стороны всех честных художников сопротивление и отпор. Не через критику, но через усердную работу в противоположном направлении. И те, для кого искусство музыки является делом жизни, должны при каждом удобном случае провозглашать простую истину: музыка — это искусство, которое слушают, и для ее восприятия надо воспользоваться чувством, называемым слухом, а картины, цветы, жесты и философия не имеют к ней никакого отношения."

Схожие (вполе обоснованные) выводы можно встретить у Стравинского, Орлова, Асафьева, Ганслика, и много у кого еще. Интонация Нильсена, конечно, самая ультимативная, что делает чтение особенно захватывающим. Люблю резкие субъективные заявления, есть в них какая-то очень живая энергия заблуждения.

И знаете.. вот без имен (а они есть), но некоторым современным композиторам не грех бы на эту тему помедитировать.

Великолепно! Кликнул случайное видео "how to approach contemporary music". В конце молодой композитор дает самый важный совет)👍

Читаем большое и откровенное интервью с Копачинской на Кольте.

К слову, мне абсолютно до задницы насколько ее игра "дурновкусна" для блюстителей всяких там традиции исполнительства. Найдите мне еще одного современного скрипача, который играет концерт Бетховена так же живо и по кайфу - тогда поговорим.

http://m.colta.ru/articles/music_classic/15970

Я ни хрена не понял что тут случилось с обложкой, но начинать неделю с новой незнакомой книжки (на русском!) - эт бодрит.

Вот тут за 200 руб.

https://pda.litres.ru/darja-zhurkova/iskushenie-prekrasnym-klassicheskaya-muzyka-v-sovremennoy-massovoy-kulture/

Спасибо всем, кто не свалил.
Итак, я решил переосмыслить концепцию канала.
Месяц назад (до того как собсна замолчал) я подробно ознакомился с музыкой на PROMS (это такой модный смотр достижений современной академической музыки в г. Лондон), и знаете... по-моему, современный академический оркестровый саунд - это невероятно, НЕПОСТИЖИМО скучный и унылый пиздец, который не имеет ровно никакого отношения к тому, что происходит здесь и сейчас со всеми нами. Чуть позже это предательское для моей профессии ощущение распространилось почти на всю не прикладную (т.е. не OST или музыка к спектаклю, инсталляции и пр.) академическую музыку. Я просто не мог это слушать, настолько оно не резонирует ни со мной ни с жизнью за окном. А затем до меня дошло: а зачем собственно я должен заполнять наш эфир тем, что не живет с нами в одном дне, но лишь гальванизирует труп прошлого под разными предлогами? Канал называется "Счастливые Новые Уши". Именно что "НОВЫЕ". Потому и счастливые. Так давайте говорить о том нарождающемся культурном багаже, продукты которого дают этой новой, только-только начавшейся и почти никем не озвученной эпохе, свой новый язык. Быть свидетелем принципиально нового опыта и пережить его здесь, в СВОЕЙ эпохе - что может быть более охуительным?

Настолько заебало слушать, слышать и говорить о музыке, достоверность содержания которой зависит от достоверности воспроизведения известных моделей саунда, перфоманса, стиля и пр.! Не важно о ком речь. Это может быть современная академическая традиция, подъедающая остатки эмоциональных пиршеств прошлых веков, или русский пост-панк, которому выпало счастье на волне тренда имитировать оригинальный западный звук 30летней (!) давности. Или может электро-акустические эксперименты молодых композиторов, концептуально опоздавших лет на 40-50? Да хоть Pharaoh, кумир девятиклассников. Все одно. Нескончаемый жалкий косплей в трухе и танцы перед воображаемым зеркалом (размеры зеркала зависят от размеров эго имитатора). Эта костюмерная образцов как склад консерв без срока годности.
Нахер эту архивную работу. Вагнер умер 134 года назад, и я его, конечно, люблю. Но идти по его следам, в обратном направлении истории мне, в мои 27 лет, пока не хочется. Успеется. Современность под нашими ногами трясется под совсем другую музыку и на фоне совсем других эстетических открытий. Об этом и буду писать. Никуда не уходите.
...и да: нахер рецензии. Я их никогда не читаю, почти нигде. А вы? На жизнь я этим тоже не зарабатываю. Я не пишу стильно и емко, чтобы как-в-нью-йоркере. Не умею. (кстати, почитайте New Yorker или Tiny Mix Tapes). Многие музыкальные каналы в tg больше про буквы пишущего, чем собсна про звук и реакцию на него. Лишь единицы транслирую живую сиюминутную эмоцию и удивление, которые объединяют людей вокруг нового и неизвестного.

Продолжая работу над анамнезом.

Недавно один из моих учеников-подростков (я преподаю гитару в муз. школе) , в разговоре про хайп и русский реп пояснил мне за "байтеров" (от bite - "кусать"). Для всех тех нас, кому за 20 перевожу: "байтерами" нынешние школьники называют того, кто копирует чужие манеры, идеи, стиль. Что-то среднее между плагиатором и подражателем. Применительно к музыке, это звучит так: "да Pharaoh же просто байтер! он сбайтил все фишки у BONES!"

(nota bene: BONES - интересный, принципиально новый медийный феномен; Pharaoh - смоделированный по образу и подобию BONES обмудок)

Тут важно понимать, что если они (школьники) называют кого-то байтером, то это потому, что они оценивают отдельные движения и фишки исполнителя, а не содержание целиком. Это понятно, т.к. любой адекватный тинейджер в первую очередь занят своим уникальным (как ему должно казаться) имиджем и положением в иерархии тех подростковых тусняков, которые составляют основу его социального самоощущения. Тут и приходят на помощь внешние фишки любимых исполнителей и групп. Их школьник примеряет на себя. Повторяет и имитирует. В этом смысле, почти каждый подросток и есть «байтер». Процесс моделирования себя - это естественный социо-культурный компонент всякого взросления внутри общества. Но полезен ли такой вот «байтинг» для обновления культурного словаря эпохи, с ее модой на прошлое?

Байтинг и Ретромания (не путать с ностальгией) - два главных взаимосвязанных побочных эффекта ситуации общедоступного культурного архива. Когда вы можете уткнуться в любую музыку прошлого навечно. Настоящий яд в самом центре реальности 2.0.

Тут есть несколько сценариев, но сегодня мы поговорим о самом заебавшем, под названием «Россия для грустных».

Как это работает?

Исполнитель выбирает по какой конкретно стилевой эпохе он будет «скучать» (по биографическим ли причинам, или в порядке компенсации - не важно), и принимается воспроизводить характерные признаки саунда выбранной модели. Опыт современности запихивается в старую отцовскую перчатку. Обозначим этот сценарий как «батин видак» (по мотивам одноименного паблика на VK). Сюда можно отнести почти весь русский ПОП, собирающий свой звук и подачу вокруг феномена поп-музыки 90-х. Кассетные VHS фильтры, заброшенные пост-перестоечные городские ландшафты или помещения из детства в клипах (школа, детсад, разные вокзалы как символ перехода и пр. мудосрань.). В звуке это дешевый цифровой ревер, синтезаторные пэды как из игр на первой PS - в общем, вот это вот все. Как мы понимаем, большинство этих исполнителей либо в эти музыкальные 90е не жили вовсе, либо застали их совсем детьми, в обрывках смутных впечатлений от тех мелодий, гармоний и припевов, которые звучали из родительских колонок. Это тот случай, когда мифотворчество оборачивается катастрофой тупика с одной стороны и коммерческого цинизма с другой.

Важно! Я понимаю и принимаю всю ценность «автоархеологии» как личной терапии, когда человек как бы «раскапывает» свою личность через обрывки опыта «предыдущих версий себя самого», будь то отец, мать, прадед и т.д. Когда через интимные подробности прошлого транслируется что-то существенно, онтологически, блять, важное. На этом фундаменте покоится почти вся творческая энергия в принципе! Но, во-первых, все-таки, НЕ ВСЯ; во-вторых, терапия всегда есть средство преодоления и борьбы; а в-третьих ...камон гайз, в ракурсе таких исполнителей как «Луна» или группы «Буерак» мы в первую очередь говорим о прицельном успехе, обеспеченным соблюдением внешних стилевых признаков. Ну т.е. ровно потому, что первая «напоминает» саунд той-самой-русской-попсы-90-х, а вторые насилуют уже многократно мертвую личину пост-панка в антураже вашего последнего звонка на папиной кассете. На такую вот «чувствительную (в лучшем смысле) информацию» публика почти всегда реагирует признанием. Ведь где-то там действительно есть фантомная «кассета», а на ней Вы. И вуаля: Вот она! наша! новая! музыка!

И да, мне абсолютно насрать на творчество подобных коллективов, я не имею к ним никаких личных претензий (да с чего бы), только общекультурные.

Феномен «батиного видака» - это абсолютно новый фетиш эпохи 2.0., который нам еще предстоит преодолеть. И да, уже есть положительные результаты. Об этом в следующих постах будет обязательно.

Сочетание «байтига» и «ретромании» (фантомной, разумеется) мы можем обозвать термином «батинг» (чтобы от бати), а его 2.0. вариант пусть будет «е-батингом». Впрочем, это во мне уже дешевая версия Пелевина проговаривается...
...но знаете, если продолжить эту цепочку до новоизобретенного термина «е-бать копать» (я знаю-знаю..), то пожалуй я бы смог наконец-то сформулировать то главное ощущение гнетущего, беспросветного тупика, которое есть в большинстве музыкальных (и не только) проектов сегодня.

Ведь что такое «батина кассета»? Это сгусток неясной эмоциональной информации о нашем личном прошлом. Светло-грустный флешбек туда, где было «как раньше». Да, музыка всегда обладала удивительным свойством проносить сквозь время. Это нужно каждому из нас и здоровая ностальгия одно из самых благостных чувств вообще. Но воспоминания не должны превращаться в нежную репрессию и памятник самому себе. Никто не должен замуровывать себя в камень этого самого личного прошлого.

В 1998 году, группа Anathema выпустила альбом «Alternative 4», который был именно об этом и который still и по сей день, один из самых гнетущих, давящих и одиноких альбомов, из всех что я слышал. На его обложке изображен ангел в белых одеждах, он смотрит прямо на слушателя, но его лицо закрыто зеркальной маской. И в этом отраженном размытом взгляде виднеется фигура человека, копающего могилу в ночной черноте.

Вот же черт, до чего уебищное построение получилось!

Писать о музыке - дело гнилое. Читать тоже так себе. Писанина все портит. После нее почти невозможно слушать своими ушами.

Если для погружения в музыку вам необходимо мнение эксперта - это плохой звоночек. Если музыка нуждается в ценностном оправдании рецензента - это плохая музыка, она не стоит внимания. C музыкой все просто: либо она становится новой частью вас, сообщает вам что-то тайное на неизвестном языке, либо нет. Слова тут не нужны. Вся остальная разнообразная аналитическая заумь идет постфактум и исключительно для задротов [т.е. для нас с вами].

Говорить и писать сегодня нужно не об альбомах недели/месяца/года, а о распределении новой, неизведанной творческой энергии; о роли нового андеграунда в пространстве цифрового одиночества; о том, почему многим сегодня так хочется потеряться в звуке.

Необходимо забить хуй на культ референтности и перестать использовать конструкции типа «в музыкальной журналистике часто можно встретить выражение..». Нет никакой музыкальной журналистики, от нее остались только ебучие правила говорения о предмете. Сколько можно лимонить свою никому не нужную осведомленность и непредвзятость в текстах вроде "как этот_парень сделал вон_то и стал символом вот_того"? Расскажите лучше о том, как вы не можете подобрать слова к услышанному. Ведь если вы растерянны - значит таки наткнулись на что-то важное. Подлинное эстетическое потрясение всегда однобоко, абсолютно пристрастно и начинается с фразы «я ни черта не понял, но это было охуенно!». И дальше, в корявых попытках доказать почему оно охуенно, начнется музыкальная журналистика.

Сдедующий пост будет про группу Тальник. И я понятия не имею что о них писать.

Русский север прорезает слух к иррациональному. Это неизбежная географическая закономерность. Внутренний мир северного человека слишком тесно завязан на внешних обстоятельствах. Физическая изоляция, пустота пейзажа, болезненное ощущение оставленности, заброшенности и зацикленности всякого усилия - все это, в совокупности с индустриальной тоской местных моногородов, формирует нематериальный фундамент здешней творческой жизни. "Existential dread of getting stuck" - вот что такое русский север в культурном подсознании северного человека. Таким образом, фирменный отечественный экзистенциальный пиздец здесь переживается наглядней всего.

Как следствие, творческий поиск в таких условиях приобретает особый, предельно субъективный смысл. В удаленности от культурных настроений и эстетических трендов "материка", местный художник занят созданием своей личной, персональной космогонии, которая соберет его и окружающее воедино, все объяснит. Север - место рождения самого высокопробного художественного бреда. И не важно о ком идет речь: Сведенберг, Бергман, Д. Андреев или даже Н. Козырев - каждому из них - добровольно или не очень - "белое безмолвие" свернуло мозги по-своему. Возможно, это и есть чистое, не замутненное никакой искусственной необходимостью творчество. Возможно, я говорю это в самом лучшем смысле. Выжить, выразить и преодолеть - естественный путь творческой энергии здесь.

Материалом музыкального творчества в этих местах становится отраженное воображением время, остановившееся в обрывках фраз, мелодий, ритмов, стилей, специфических деталей саунда и текстур - все строго в вакууме субъективных воспоминаний и впечатлений, один на один со стихией. Только так получается, что в итоге современная русская музыка каждый раз докапывается до одного и того же гумуса. Просто на севере ей некуда спрятаться.

Музыка, как искусство во многом несемантическое выполняет одну очень важную функцию - она вносит порядок в отношения между человеком и временем (моментом). В ситуациях когда прошлое становится формой религии, а жажда нового все более подозрительна (это я про сегодня, да-да), такие беспощадно северные группы как Тальник могут помочь установить диагноз - наметить пути обновления.

Чем Тальник принципиально отличается от прочей заебавшей "грустной русской музыки"? Точностью эмоции. Их обглоданная до костей (= обрывков семплов, гитарных переборов, мотив и битов) музыка давит на какие-то совсем уж чувствительные участки российской коллективной музыкальной памяти. Я говорю о той душной, зацикленной на себе сентиментальности, которая и есть главная культурная примета сегодняшнего дня. Здесь парой гармоний или рифм, из глубин постперестроечного сознания поднимаются все возможные музыкальные скрепы: от феномена "лучших песен" Макса Фадеева (совершенно непостижимая для меня хуита) до ассоциаций с музыкой к "Брату 2" как части российского культурного кода - послушайте оттуда песню "Погляд". Мы по-прежнему слышим себя через прошлое. Мне достаточно одного мелодического мотива из «Белой Улыбки» и первой строчки про "сукровицу", чтобы провалиться в тот самозабвенный саунд рубежа тысячелетий, на фоне которого прошло мое музыкальное детство. И меня до усрачки пугает то, насколько быстро это происходит, и насколько мне там одновременно комфортно и невыносимо одиноко. Эту петлю необходимо преодолеть. Ибо это пиздец и ад.

Чуть больше месяца назад я писал о страхе перед прошлым, в текстурах которого так хочет потеряться российский музыкальный андеграунд. Вообще, я действительно боюсь, что (перефразируя таки Замятина) у русской культуры одно только будущее: ее прошлое. Так вот группа Тальник ценна в первую очередь тем, насколько наглядно эта хтоническая язва просвечивается через их творчество. Не в последнюю очередь потому, что ребята северные и другого выбора у них не было - знали они об этом или нет. (сейчас уже в Москве). Ну и талантливо сделано, чего уж - заслушаться можно. И сдохнуть нахуй.

p.s. на том пока заканчиваю гнетущие русские темы и перехожу к чему-то более воздухопроницаемому. уже боюсь.

https://www.youtube.com/watch?v=c0wqxVwA8K0

Метафагот, come forth!

Альбом борзых современных пьес для понятно-какой-дудки, со всякими электронными хитростями. Вопреки ожиданиям - звучит бодро и дико увлекательно. spatial and powerful. Редкий случай, когда академическая музыка не нуждается в оправдании за свою тягомотность.

Да и вообще солистка на обложке держит фагот так, будто это дробаш. Играет она так же.

https://newfocusrecordings.bandcamp.com/album/metafagote

«Гайдн. Опус 772. Квартет фа-мажор. Элегическая простота третьей части. В музыке Гайдна есть что-то очень наивное и трогательное. В нем нет того ума и силы, что отличает Бетховена и Моцарта. Он то печален, то радостен, всегда интересен, никогда не груб. Утонченная домашняя жизнь».

(Д. Фаулз. Дневники. 12 сентября 1950г.)

https://www.youtube.com/watch?v=6bgt9mD9taw

Таку Унами - неутомимый творец экспериментальной красоты и японской дичи, владелец уникального лейбла Hibari, мульти-инструменталист, композитор, импровизатор-дадаист, участник великолепных Hose и Dr. Divine Insect, любитель баскетбола, картонных коробок, джаза и блэк-метала, виртуоз игры на коровьей челюсти, дирижер ламината, хозяин на кухне, и по совместительству один из лучших звукорежиссеров на планете - выпустил новый альбом.

p.s. ..звучит он, конечно, как очередное свободное театрализованное издевательство. за то и любим.

https://hibarimusic.bandcamp.com/album/zymology

Сакамото и Alva Noto выпускают новый альбом Glass. Февраль 2018.
Рафинированная парочка записала воздушную электро-акустическую импровизацию в настоящем стеклянном доме (Glass House), построенном в 1955 году американским архитектором Филипом Джонсоном посреди загородной пасторали штата Коннектикут.

Совместное творчество этих двоих - всегда подлинное эстетическое наслаждение. "Four Seasons" в мире цифровых музыкальных деликатесов. Даже простую синусоиду они могут подать с таким изыском, что слушателю захочется заказать еще и бутылочку красного.
В то же время, мужики - академические профессионалы, их музыка не бывает навязчивой, высокомерной, а саунд никогда не скатывается в пошлый эмбиент "под настроение".

Сами музыканты альбом описывают так: “like a baby observing raindrops on a nocturnal window for the first time.” ..ох..

Если конкретней, то нас ждут разнообразные стеклянные резонансы, вибрации гонгов, бокалов, ваз и прочих емкостей, на фоне глубоких синтезаторных пэдов, постукиваний, пощелкиваний, похрустываний, потрескиваний..и звучания самого стеклянного дома. Все здесь шуршит, гудит и обволакивает.

26-минутный тизер-фильм для медитации:
https://vimeo.com/191205737

Персимфанс — Первый симфонический ансамбль без дирижера, основанный в Москве в 1922 году и, в созвучии с идеалами русской революции, исполнявший музыку, отказавшись от авторитетной фигуры дирижера. Социалистическая утопия в миниатюре, лаборатория музыкального коммунизма, успешно просуществовавшая в течение 10 лет.

14 декабря в Концертном зале им. Чайковского в Москве при поддержке Гёте-Института пройдет концерт современной инкарнации Персимфанса, наследующей традициям исторического состава: вместе с Дюссельдорфским симфоническим оркестром они исполнят посвященную юбилею Октябрьской революции программу, полностью состоящую из произведений, исполнявшихся Персимфансом в 20-е.

Читайте текст Ричарда Стайтса, опубликованный в журнале [Транслит], — полную историю советского Персимфанса и рассказ о радикальных эгалитарных принципах, на которых была построена его работа. Вместе с комментарием Владимира Раннева.

https://goo.gl/u9RHp6

Преподаватель музыки из Zion Lutheran School (Сан-Франциско) уже несколько лет предлагает ученикам младших классов особенное задание: сочинить, спеть и затем нарисовать "свою собственную ноту". Результат - вполне себе авангардное волшебство.
Важный педагогический факт: чем ниже возраст ребенка - тем более авангардно "звучит" рисунок.

Графические партитуры? Штокхаузен? Корнелиус Кардью, говорите? ..пфффф...

p.s. мой фаворит, разумеется - динозавр-гитарист

https://m.youtube.com/watch?v=O0yVYHV85dM

(Хотя, вот эту штуку в исполнении ребят я бы послушал:
https://m.youtube.com/watch?v=JMzIXxlwuCs)

Алекс Росс опубликовал список лучших релизов и мероприятий в мире академической музыки за 2017 год.
Для тех, кто не совсем в курсе, Росс - музыкальных критик журнала New Yorker, автор эпохальной книги "Дальше Шум" и будущей (уверен, не менее эпохальной) книги о феномене Вагнера, один из самых авторитетных и - чего уж там - талантливых авторов о музыке на планете.

https://www.newyorker.com/culture/2017-in-review/notable-performances-and-recordings-of-2017

Лично для меня важно, что в эту опись дважды попала Хая Черновин (Chaya Czernowin). И хотя я до сих пор не слышал ее последний диск "HIDDEN" (поделюсь обязательно), а мрачную электроакустическую психологическую оперу "Infinite Now" я слышал только жалкими кусками в трейлерах и интервью, могу однозначно провозгласить, что музыка Черновин - исключительное явление в современном академическом пространстве. Весь этот стрёкот, грохот, шум, мутации звучностей. То, что называется словом captivating.

Ну и в целом, список очень разнообразный, хоть и местами предсказуемый, если следить за индустрией (Моцартовское "Милосердие Тита" от Стелларса и Курентзиса, разумеется, прилагается).

Отдельно советую заценить трейлер к сверхъестественной экспериментальной опере "The Force of Things". Авторы - дуэт неких Ashley Fure (композитор) и Adam Fure (архитектор). Иммерсивный музыкальный театр без слов на тему "витальности материи" и "растущего гула экологической тревоги вокруг нас". Электроакустика с архитектурными искажениями. Не переживайте - звучит и выглядит очень круто. Трейлер ищите внутри статьи.

По дискам из списка Росса я пройдусь отдельно в следующих постах. Есть о чем поговорить.

Лучшая книга о музыке тут (а я догадывался!) - “Music After the Fall: Modern Composition and Culture Since 1989” (Tim Rutherford-Johnson). Кстати ее можно читать онлайн вот тут: https://ru.scribd.com/book/334360951/Music-after-the-Fall-Modern-Composition-and-Culture-since-1989
Подписка на ресурс стоит 9 долларов в месяц.

И вот вам (из того же списка наверху) аудио выступления вокального ансамбля Roomful of Teeth в помещении т.н. The Tank - огромного стального пожарного резервуара, расположеного в высокогорной пустыне штата Колорадо, в крохотном городке Рейнджели. The Tank - уникальное концертное пространство с магической реверберацией. Послушайте - красота несусветная.

Вот что об этом моменте пишет Алекс Росс: "Во время перерыва я вышел на улицу и обнаружил, что Одланд [Брюс Одланд - композитор, саунд артист, открыватель The Tank] нервно смотрит в небо. "Погода должна была быть ясной", - сказал он. Когда вспыхнула молния и поднялся ветер, он и несколько коллег спешно побежали передвинуть звуковое оборудование в безопасное от дождя место. Я зашел обратно и дверь захлопнулась с поистинне Малеровским лязгом. Roomful of Teeth начали петь "my heart comes undone" - сочинение Judah Adashi, композитора из Балтимора. Это восхитительная медитация, которая заимствует некоторые элементы из песни Бьорк "Unravel". Через мгновение, на улице глянул шторм. Порывы ветра ударяли по корпусу сооружения и создавали апокалиптический грохот; потоки дождя звучали как сто рабочих барабанов. Голоса солистов двигались в сумраке шума, порой исчезая в нем целиком, а иногда возвышаясь над ним. По мере того как стихала музыка, стихал и шторм. По моему опыту, музыка никогда не была так близко к природе"

Чтобы устроить внутри никому не нужного пожарного резервуара этот уникальный концертный зал, брат Одланда купил его за 10 долларов.

https://www.youtube.com/watch?v=E5e1U2Di23w