Что хотел сказать Назарбаев

Интервью первого президента, которое опубликовал политолог Ашибмаев, производит неоднозначное впечатление. С одной стороны, даже грустно наблюдать, как оправдывается (а он местами именно оправдывается) когда-то всесильный Назарбаев. С другой, тональность и тезисы интервью говорят о том, что его эпоха все-таки закончилась. И первый президент это понимает, даже если этого не понимает его семья. Отрадный и важный для Казахстана факт.

Что любопытного можно вынести из этой беседы?

Во-первых, Назарбаев не хочет отказываться от своего нарратива, что все изменения произошли и происходят по его инициативе или как минимум с его позволения. Это, мягко говоря, не совсем так. Не зря смена президента в марте 2019 года вызвала такое воодушевление. И не зря переименование столицы такого энтузиазма, опять же, мягко говоря, не вызвало.

На самом деле январь расставил все на свои места, а не воля Назарбаева.

Во-вторых, у Назарбаева больше нет полномочий и ресурсов, чтобы защищать родственников. Сейчас уже не так важно, о чем он знал, что одобрил, а что от него скрывали. Важно, что он больше не в состоянии разруливать их проблемы, понимает это и согласен с тем, что активы сейчас возвращаются государству. До некоммерческих фондов дело тоже дойдет.

В-третьих, когда экс-президент вспоминает свой тур по дружественным странам после отставки, он намекает, что еще сохранил какую-то долю международного влияния. И тут можно сказать только одно. Пока мы не поняли, кто конкретно из иностранных государств помогал устроить хаос в январе, такого рода заявления добавляют статусу первого президента Назарбаева двусмысленности.

Резюмируя. Чтобы подчеркнуть свой статус простого пенсионера, можно было обойтись коротким и скромным заявлением о поддержке курса президента, референдума и работы следственных органов. А это интервью выглядит как политическое противоречие.

Земля — народу: что это означает на практике

Повестку стремительно уводят от самого важного — от референдума. Кто и как — поговорим на следующей неделе. А сейчас вернусь к поправкам, чтобы рассказать про еще одну очень важную. Даже более важную, нежели отзывный мандат депутатов Мажилиса.

Все, включая актрис и инста-блогерш, уже упоминали про поправку в 6 статью: земля, вода, недра после референдума будут принадлежать народу, а не государству. Государство будет осуществлять право собственности от имени народа.

Вроде бы декларация. На самом деле можно придать этой поправке реальное значение. В двух смыслах.

1) Если народ владеет всеми природными ресурсами, значит, важные и большие решения про распоряжение этими ресурсами тоже должен принимать народ. Референдум о правилах "Самрук-Қазына"? А почему бы и нет. Понятно, наши неолибералы-теоретики с MBA из правительства будут против, мол, это популизм, народ ничего не понимает в экономполитике.

Но Конституция теперь говорит, что это не главное. Повышайте экономическую грамотность, агитируйте, и пусть народ решает, куда девать, например, излишки нефтяных денег. Да, на Горке все пока кривят нос от идеи безусловного базового дохода. Но персональные именные паи на образование детей по аналогии с выплатами на детский сад — еще раз, почему бы и нет?

2) Известно, что разделение собственности на государственную и частную — неполное. Много где — от Скандинавии до Шри-Ланки — применяется еще и общественная (или общинная) собственность. Когда люди скидываются и вместе управляют чем-то не ради коммерческого интереса, а ради совместно блага. Экономистка Элинор Остром получила премию памяти Альфреда Нобеля по экономике в 2009 году за работы об эффективности общественной собственности.

Измененная 6 статья открывает путь к появлению такого вида собственности в ГКРК, вместе с муниципальной. А еще — к внедрению так называемого партиципаторного бюджетирования. Если народ владеет ресурсами, то он может распоряжаться частью средств местных бюджетов. На орошение, на дороги, в городах — на городскую среду. С глубиной проникновения интернета в РК реализовать это технически — нет проблем.

Будем надеяться, что поправки дадут Мажилису, партиям и правительству нужный импульс. Работать тут есть с чем.

Казахстанцы в "Лидерах России" — это хорошо или плохо?

В число победителей конкурса "Лидеры России", который проводит Сергей Кириенко, первый замрук кремлевской администрации, вошли граждане Казахстана.

Вроде бы — ну что плохого? Конкурс с пятилетней историей, учат руководить. Наоборот, хорошо. Как бы не так.

Во-первых, что это за казахстанцы, которые отметились в конкурсе, участников которого вербуют ехать в регионы, отнятые у Украины, чтобы работать там в органах оккупационной, де факто, власти? Когда сети облетело видео с якобы казахским экипажем российского танка на Донбассе, все написали, что дома, если это наши граждане, их ждет тюрьма, и сроки будут немалые. Тут что — лучше? Хуже, на самом деле. Представьте: казахстанец, пусть и этнический русский, сидит в администрации оккупированного Херсона.

Во-вторых, это же не просто конкурс. Все, кто имел отношение к работе с РФ, знают, что Кириенко — методолог. По сути, это такая же подрывная и деструктивная секта, как Genesis. Только с философской начинкой из Гегеля и советского философа Щедровицкого. На тренингах методологов людей сначала ломают, а потом собирают из них совсем другие личности. Все техники работы с так называемыми лидерами России взяты из арсенала методологов — и организационные игры, и все остальное.

В-третьих, ни о какой лояльности флагу и своей стране методологов речь не идет. Люди эти лояльны идее, которая "дольше жизни". Они строят новый русский мир, навроде СССР, а не помогают Казахстану.

Мы привыкли искать врагов в структурах "на дне" общества. В сетевых будто бы религиозных общинах, пирамидальных сектах. После января — еще и среди клиентов микрофинансовых организаций, особенно нелегальных. Но нужно учиться их искать и среди образованных молодых любителей российских кадровых конкурсов.

Зачем менять госсекретаря на госсоветника в Конституции

До референдума три дня, и я хочу поговорить одновременно на тему политическую и аппаратную. К тому же она имеет непосредственное отношение к поправкам в Основной закон.

Помимо прочего, среди изменений в 44 статью вносится и такое: «в подпункте 19 слово "секретаря" заменить словом "советника"». То есть государственный секретарь теперь будет государственным советником. Все, кто обратил внимание на эту небольшую правку, написали, что это понижение для Карина. Но я думаю, что это решение застарелой политико-конституционной проблемы двойственного статуса госсекретаря.

Госсекретарь — пятая по конституционному статусу должность в Казахстане. Чем должно заниматься лицо, которое замещает эту должность, решает президент. И заниматься оно может чем угодно.
Цель указа главы государства от 13 августа 2007 года № 379 заключалась в том, чтобы ответить на вопрос о конституционной природе полномочий и предметной области деятельности госсекретаря Республики. Однако вышло так, что Указ внес путаницу, а последующие поправки (2014, 2017, 2019 и 2022 годы) ее только усугубили.

Госсекретарь, согласно тексту Указа, имеет полномочия двух видов. Он от имени и «по поручению Главы государства представляет его интересы…» в различных областях — от внутренней до внешней политики. Но также госсекретарь уже самостоятельно, хотя и в интересах президента, вырабатывает «стратегические предложения в сфере внутренней политики» (формулировки по тексту Указа с поправками 2022 года).

То есть у госсекретаря как бы два измерения. Это может быть специальный порученец президента, специальный посланник, чиновник особого назначения. Но также это может быть и глава интеллектуального штаба при президенте, нечто вроде очень высокопоставленного директора think tank прямо внутри Акорды. Получается, госсекретарь может действовать от имени президента внутри политической системы и при этом самостоятельно определять, как должна выглядеть эта политическая система.

Тут я расхожусь в оценках с большинством комментаторов. Дело не в фамилии. Просто вне зависимости от амбиций, квалификации, клановой принадлежности госсекретаря сам рисунок его полномочий создает опасное напряжение на самой вершине власти.

Поэтому президент сделал выбор — в пользу советника. То есть в пользу идеолога, директора think tank'а. Который снабжает президента нужной экспертизой, но не должен больше сам руками играть в политику. Это вносит ясность и прозрачность в наш конституционный дизайн. А справится или не справится нынешний госсекретарь с таким новым, проясненным функционалом, покажет время.

Что происходит с российским рублем и чего от него ждать

Традиционно курс тенге тесно связан с российским рублем. А рубль в последнее время сильно трясло.

В конце мая он укрепился аж до 56-68 рублей за доллар. Последний раз такое наблюдали в 2014-2015 годах. Для укрепления было несколько причин.

Во-первых, на курс рубля сильно влияет торговый баланс РФ. Экспортеры продают на внутреннем рынке много валютной выручки. Сначала их обязали продавать 80%, потом на фоне слишком сильного укрепления снизили планку до 50%. Вдобавок на дворе налоговый период: компаниям надо продавать валюту, чтобы купить рубли и заплатить в бюджет.

Во-вторых, население от валюты тоже потихоньку избавляется. Особенно состоятельные россияне, которые боятся за свои долларовые депозиты. Доступа к таким активам можно лишиться в любой момент из-за возможного расширения санкций. Многие пытаются спрятать деньги в разных юрисдикциях, но значительная часть этой состоятельной тусовки возвращает капитал в РФ.

В-третьих, девать всю эту валюту особо некуда. Тратить — не на что. Только за апрель импорт сократился почти вдвое. А спрос продолжает сжиматься.

Сейчас власти пытаются простимулировать спрос (например, через снижение ключевой ставки, повышение пособий и пенсий) и надеются немного восстановить импорт. Поэтому рубль будет потихоньку слабеть. Большинство аналитиков уверены, что среднегодовой курс будет держаться в диапазоне 70-75 рублей за доллар.

А что же с курсом рубля к тенге? Тут надо помнить, что в РФ действуют лимиты на вывод валюты из страны. Но ограничений на вывод рублей нет. Поэтому рубли могут начать выводить в страны, которые открывают рублевые счета. В том числе и в Казахстан.

Если российских денег станет здесь слишком много, это повлияет на курс тенге к рублю. Хотя, учитывая нестабильность на рынке, пока лучше не дергаться и просто беречь резервы.

Беспартийный президент: почему в Казахстане нельзя как в Америке

Поправки в Конституцию, которые выносятся на референдум, налагают на президента новые ограничения.

Раньше главе государства не разрешалось быть предпринимателем и депутатом или занимать другие оплачиваемые должности. Теперь статья 43 дополняется пунктом 3. В нем говорится, что президент не должен состоять в политической партии. По крайней мере, на время исполнения полномочий.

Казалось бы, в чем проблема? В США, которые считают себя образцом демократии, президенты выдвигаются именно от партий. И вообще американская предвыборная гонка — это во многом борьба партий, а не кандидатов. Чем мы хуже?

Проблема в том, что партии в США и на постсоветском пространстве формировались совершенно по-разному. У американцев партийная система сложилась еще в XIX веке. С тех пор демократы и республиканцы постоянно соперничают друг с другом, сменяя друг друга на вершинах власти. Кто окажется наверху, зависит от поддержки избирателей и бизнеса.

У нас все было иначе. До 1990 года монополия на власть принадлежала КПСС, в составе которой функционировала Коммунистическая партия Казахстана. Главной задачей КПК была не забота о народе, а выполнение воли центра. Партия действовала как часть властной вертикали, которая работала сверху вниз, но никак не наоборот.

Хотя в 1990-х в Казахстане появились десятки новых общественных движений, крупнейшие партии все равно создавались на руинах КПК и стали если не формальными, то смысловыми ее преемниками. Механика их работы и представление о роли избирателей не очень-то поменялись. Решения по-прежнему принимаются сверху вниз, а конкуренция в партийном поле чисто символическая.

Если в партии власти состоит президент, это только закрепляет непродуктивные традиции. И пока у нас не появятся нормальные партии, которые обслуживают интересы избирателей и формируются снизу, главе государства лучше быть беспартийным.

Почему референдум — не плебисцит

Позанудничаю напоследок. Референдум — это не плебисцит, как его у нас часто называют. Это в юридическом смысле не синонимы, а тем более в политическом.

Плебисцит исторически описывает не конституционное действие народа, а политическое высказывание граждан за пределами конституции.

Летом 2020 года в РФ был плебисцит в полном смысле слова, потому что в их конституции никакого "общенародного голосования" не предусмотрено.

Президенту Назарбаеву в 2011 году хотели устроить именно плебисцит, а не референдум. Потому что в нашей Конституции ничего про замену выборов президента на что-то другое тоже написано не было.

А референдум — это процедура волеизъявления народа, прописанная в Конституции, которую проводят в строгом соответствии с Конституцией.

Поэтому у нас сейчас — референдум. А не плебисцит.

Итоги референдума: Часть 1 (политические)

Явка — за 70%, скорее с сильным плюсом. За — тоже за 70%. Можно спокойно подумать, что случилось.

Во-первых, январь, наконец, закончился. Символически референдум — это точка в вопросе, как мы попали туда, куда попали в начале января. Понятно, как попали.

Теперь шал, наконец-то, кет. Казахстан — не монархия и не банановая республика, и теперь это можно понять, просто прочитав нашу Конституцию. Там больше ни слова нет про то, что кто-то выше закона.

Политически КЖТ поставил точку в вопросе президентских полномочий. Политологи аптечными весами взвешивали, когда от этих полномочий отрезали больше, в 2017 году или сейчас. Не важно. Президент Токаев сказал, что добавлять полномочий президенту не надо. Их у него достаточно. И отдал часть из них, чтобы показать серьезность намерений.

Таким образом, Казахстан после референдума — это страна, которая избавилась символически и политически от наследства последних 10 лет. Можно пробовать что-то заново, с чистого листа.

Итоги референдума: Часть 2 (аппаратные)

С решением по референдуму тянули с 16 марта, оно было на столе не единственным, были альтернативы в виде Курултая, например. Многие не верили, что президент решится.

Когда решение им было принято, устраивать наш обычный цирк было уже поздно, это тоже была мудрая воспитательная мера со стороны КЖТ. Вот — реальное дело, в режиме реального времени. И аппарат справился. Причем справился лучше, чем если бы на подготовку был не месяц, а три.

За три месяца появились бы огромные бюджеты, желающие нажить на них, больные аппаратные фантазии и конфликты из-за разных представлений о прекрасном. Кто-то обязательно бы устроил второе издание "рухани жаңғыру". Важное и живое дело превратилось бы в очередной наш аттракцион "куда мы еще не пихали деньги".

А так — все было прилично, хотя и судорожно, и хаотично местами. И на ручном управлении. Но никто не скажет, что референдум залили деньгами или превратили в фарс.

КЖТ умеет удерживать аппарат и свою команду от административного фанатизма и угара. Это — важный итог. Диктата окружения при этом президенте не будет.

Как референдум повлияет на расстановку сил

Референдум радикально изменил кадровый баланс сил в политической системе.

1) Титул политика «номер два» в Казахстане был блуждающим. То рукап, то госсекретарь, то председатель КНБ. Теперь это супер важные, но сервисные позиции. Это команда президента, а не самостоятельные политические игроки, как бывало раньше. Последствия того, как бывало, нам известны. Больше так не будет.

2) «Номер два» теперь — это спикер Мажилиса, публичная открытая народу политическая фигура. У него — один из ключей к назначению премьера. У него ключи к партийной системе. И он работает с президентом в тандеме как проводник повестки главы государства внутри политической системы и в обществе.

3) Системе нужен новый сильный Мажилис, который не будет по привычке перекидывать любое политическое напряжение на главу государства. Который сможет в ближайшие годы, а не в 2026-м показать гражданам реальность нового справедливого подхода к формированию политической элиты. То есть, в сущности, модель Нового Казахстана.

Жизнь без диплома: почему не всем надо поступать в вуз

В этом году в казахстанских школах было рекордное количество выпускников — 170 тыс. человек. Многие из них, если не большинство, сейчас судорожно сдают тесты, пытаясь попасть в вузы хотя бы за деньги. И чаще всего им это удается.

Число студентов в 2021/2022-м учебном году было на 15% больше, чем в 2017/2018-м. Оно росло несколько лет подряд с перерывом на пандемию. Это понятно: все родители хотят дать детям высшее образование.

Но надо ли оно на самом деле?

Давайте посмотрим, где сейчас нужны кадры. Среди самых популярных у работодателей профессиональных областей — продажи, бухгалтерия, транспорт, строительство, производство и сельское хозяйство, рабочий персонал. То есть множество востребованных профессий можно получить и без вуза.

Уже необязательно быть чиновником или банкиром — в этих сферах спрос на кадры как раз стремительно падает. А стать успешным айтишником или управленцем без минимальных задатков вряд ли получится.

Часто слышу, что нормально зарабатывать можно только с вузовским дипломом. Однако грамотный сварщик, как выясняется, получает в несколько раз больше среднего юрисконсульта.

Конечно, есть еще и проблема со средним специальным образованием. Причем на всем постсоветском пространстве. В США студенты коммьюнити колледжей, которые обучаются рабочим специальностям, уже с первых курсов знают, на какое производство пойдут потом. У нас же колледжи и ПТУ все еще воспринимаются как шарашка для отстающих.

Но учитывая, как остро не хватает тех же продажников или грамотных рабочих, без дела они все равно не останутся. Так что если ребенок не хочет или не может поступить в вуз, может и не стоит его мучить. Получит среднее специальное — не пропадет.

Как кочевники управляли утонченной цивилизацией

Референдум закончился, и появилось немного времени на книги. Читаю «Историю Казахстана в западных источниках XII-XX веков» Рене Груссе. Здесь много интересных деталей и наблюдений о жизни Великой Степи, которые наталкивают на важные, как мне кажется, размышления.

Время от времени мы с вами слышим реплики о том, что у казахов якобы не было своей государственности. Чаще всего они звучат в ситуативных перепалках с представителями соседней страны.

На самом деле дискуссия несколько глубже и касается кочевых народов в целом. Британский историк Тойнби в своих трудах называл кочевников «обществом без истории». Он был уверен, что «некогда выведенная на свою годовую орбиту, кочевническая орда после этого вращается по ней и может продолжать вращение вечно», пока не вмешается оседлая цивилизация.

Как объясняют казахстанские историки (и я с ними согласен), Тойнби просто не мог поместить кочевые общества в свою модель цивилизационного развития. Поэтому вывел их за скобки.

В действительности же кочевники не просто были цивилизованными и имели свою специфическую государственность, но и управляли самыми цивилизованными своими современниками. Причем не ассимилируясь, а сохраняя собственные обычаи и привычки. Об этом как раз и напоминают нам западные источники XII-XX вв.

Например, оруженосец Чингисхана, военачальник Чормаган в течение 10 лет (с 1231 по 1241 год) управлял монгольской армией, которая стояла в Персии. Он любил проводить время в долинах Могана и Аррана в нижнем течении Куры и Аракса — крупных рек в Закавказье. Местная богатая растительность идеально подходила для выпаса военной кавалерии, пишет Груссе.

«По тем же причинам Моган и Арран стали одними из любимых мест пребывания монгольских ханов Персии, начиная с 1256 года. Именно с этих пастбищ на северо-востоке Азербайджана монголы правили в течение столетия древним оседлым Ираном и его уточненной городской цивилизацией».

Да, управляли жестко, иногда с перегибами и по первости разоряя поселения. Но власть удерживали вполне успешно и даже проводили реформы, чтобы восстановить хозяйство.

Кто платит за имперские амбиции на самом деле

В России продолжаются поборы в поддержку войны на Украине. Причем собирают деньги с не самых, мягко говоря, обеспеченных граждан. А именно, с работников образования и медиков.

Вчера стало известно, что сотрудникам Российского государственного университета предлагают отправить часть зарплат «в фонд помощи воинам СВО» (то есть так называемой специальной военной операции). Пока сборы как бы добровольные и речь идет о зарплате только за один рабочий день.

В мае на поборы жаловались сотрудники региональных образовательных ведомств. Формально все тоже было добровольно. Но у тех, кто отказывался, были неприятные разговоры с начальством.

Еще в апреле обязательные «пожертвования» в РФ собирали с медицинских работников. Суммы немаленькие: для медсестер — от 3,5 тыс. рублей (почти 26 тыс. тенге по нынешнему курсу), для врачей — от 7,7 тыс. (56 тыс. тенге). А живут российские медики и так не по-байски.

История показывает, что рядовые жители России всегда дорого платили за политику империи и попытки собственного государства кого-нибудь захватить. «Положение русского народа как народа метрополии континентальной империи означало, что на его плечи ложилось содержание и обеспечение кадрами огромной армии, полицейского аппарата, бюрократии, промышленности», — пишет историк Александр Каменский в книге «Российская империя в XVIII веке: традиция и модернизация».

То есть «господствующее положение русского народа было в реальности мнимым», подчеркивает историк. А народ метрополии «не извлекал из своего положения никаких выгод».

С тех пор ничего не изменилось. И все-таки хорошо, что Казахстан не играет в имперские игры. Между непомерными геополитическими амбициями и благополучием народа мы выбираем второе.

Ждать ли зернового кризиса в Казахстане

Мировой продовольственный кризис подбирается все ближе. Накануне генсек ООН Гутерриш предупредил, что война на Украине «грозит обернуться беспрецедентной волной голода и нищеты, социальным и экономическим хаосом».

Проблема, прежде всего, в зерне.
Из-за вооруженного конфликта украинское зерно оказалось в блокаде. Россия пока продолжает поставки на мировой рынок. Но экономисты не исключают, что РФ может начать настоящие «зерновые войны» и убрать с глобального рынка существенную долю зерна. В результате цены могут вырасти в разы.

В Казахстане сейчас действуют ограничения на экспорт зерна и муки. Пока — до 15 июня, но Минсельхоз готов продлить до 1 сентября. Казалось бы, все в порядке: в стране будет достаточно зерна, никто не останется голодным.

Но, во-первых, цены на хлеб и муку все равно вырастут. Во-вторых, собственного зерна у нас недостаточно. По оценке Всемирного банка, Казахстан, Армения, Грузия и Турция ввозят из России и Украины больше 75% пшеницы.

Вряд ли, конечно, Россия перекроет нам поставки. Все-таки есть много двусторонних обязательств, есть сотрудничество по линии ЕАЭС. Но нам пора бы подумать о том, чтобы начать снижать зависимость от российских поставок. Полагаться на вздорного соседа в вопросах продовольственной безопасности я бы не стал.

Назарбаева убирают в кокон: он больше не сможет защищать семью

Транзит власти закончился вместе с подведением итогов референдума. Но проблема осталась — семья первого президента по-прежнему хочет влиять на ситуацию и для этого готова использовать и самого Назарбаева. Слухи о его вылете в Москву вроде бы подтверждаются. И они скорее свидетельствуют о желании не участвовать в интригах остающейся в Казахстане родни.

Инициатива спикера Сената Ашимбаева, который как бы авансом заблокировал семье возможность говорить от имени первого президента, встраивается в русло договоренностей с самим Назарбаевым. Вокруг него, пока Назарбаев будет находиться в РФ, будет создан комфортный информационный кокон, отсекающий попытки использовать первого президента для защиты активов семьи или атак на повестку Токаева.

Даже если это была инициатива Ашимбаева, следует ее поприветствовать и задаться вопросом. Почему штатный игрок команды президента Токаева, которому по роду задач положено выступать с такими заявлениями в области внутренней политики, сам не выказал такую инициативу?

Европа разводится с Китаем: почему это происходит и при чем тут мы

Ситуация на Украине влечет за собой много разных последствий. Одно из них — развод Европы с Китаем. Об этом в Foreign Affairs пишет научный сотрудник Совета по международным отношениям (это think tank с более чем 100-летней историей) Ян Джонсон.

Пекин рассматривал страны Центральной и Восточной Европы как дипломатический плацдарм, отмечает Джонсон. Китайские чиновники думали, что могут использовать посткоммунистические государства как противовес влиянию США.

Европа в целом не противопоставляет себя Китаю, как это делают американцы. Поэтому здесь подход «бизнес выше политики» мог сработать. И до некоторых пор европейские лидеры и компании рассматривали КНР как перспективного партнера. А китайцы прикидывали, как бы обустроить свои заводы в бывших социалистических странах и заодно получить доступ ко всему европейскому рынку.

Но на практике сотрудничество не то чтобы давало умопомрачительные результаты. Часть обещанных Китаем инвестиций так и не материализовалась. А после начала вторжения России в Украину отношения Китая с европейскими странам резко пошли на спад. В ЕС встревожены укреплением связей между Пекином и Москвой и, видимо, расценивают это как молчаливую поддержку российской агрессии.

Чтобы исправить ситуацию, Пекин задумал серию встреч в Европе, в том числе в Будапеште, Праге, Риге и Варшаве. Но из этого ничего не вышло. Делегация получила несколько отказов, а в МИД Чехии встречу использовали, чтобы обсудить сотрудничество Китая с Россией.

Дело осложняет жесткая позиция Китая по Тайваню. Вдобавок еще до войны на Украине КНР поддержала призыв откатить границы НАТО к контурам 1997 года, а это сделало бы сразу несколько стран ЕС очень уязвимыми. Европейцы этого не простили, и партнерство с китайцами оказалось под вопросом.

От себя добавлю, что косвенно эта ситуация касается и Казахстана. Во-первых, не исключено, что теперь Пекин сместит внимание на Центральную Азию и будет усиливать влияние здесь. Во-вторых и главных, Казахстану нельзя повторять ошибок Китая.

10 машин ФСО для Назарбаева: что это значит

Прилет Назарбаева в Москву возбудил всех до крайности. Пишут, что русские слишком гостеприимны. Что 10 машин сопровождения ФСО, которые встречали Назарбаева в бизнес-терминале "Внуково", многовато для простого пенсионера. И что РФ пора определяться. С нами они или с Назарбаевым. Детский сад.

Для Путина это самый больной вопрос — как быть "бывшим". Он по-царски принял Януковича, приютил кыргызского Акаева, чтобы чисто из психологических мотивов сохранить им как "бывшим" достоинство и в то же время показать, что он — Путин — не бывший. И бывшим не будет. Ельцин, которого Путин фактически посадил под замок, тоже сидел в золотой клетке, по-царски.

Такой же аттракцион сейчас разыгрывается для первого президента РК. Путин самоутверждается за счет Назарбаева, упражняясь в щедрости и благородстве. Возможно, при этом Путин думает, что сможет так позлить президента Токаева. Напрасно.

Что на самом деле важно? Назарбаев живет в Москве в гостинице Утемуратова, а не в резиденции при посольстве и не в резиденции, где останавливался Токаев. Пребывание Назарбаева в РФ, которое, вероятно, затянется, это частное дело. И вне зависимости от размера кортежа оно останется частным.

Новый кадровый подход Токаева: все только начинается

Справедливо ставится вопрос о новом кадровом подходе Токаева. В высший эшелон власти приходят равноудаленные от кланов, не обязанные семье, обладающие несомненными компетенциями, молодые по нашим меркам специалисты.

Пусть пока и в ручном режиме, но merit system. То есть такая система, где должности раздаются за таланты и заслуги, а не за политические и семейные связи. Не сомневаюсь, что если указ о дебюрократизации будет исполняться, то на смену ручному режиму придет система рейтингов и KPI для руководителей областей и министров.

Закончен ли этот раунд кадровых перестановок? Нет.

Во-первых, подвешен вопрос о новом месте работы бывшего акима Алматинской области Бозумбаева, влиятельного и весового политика.

Во-вторых, предлагаю подождать итогов Курултая в Улытау. Еще несколько громких отставок и назначений могут случиться по его итогам.

Зачем Минобразования поделили надвое

Разделить Минобразования на два министерства — не просто логичный, но неизбежный шаг. В этой структуре были сосредоточены слишком разные по сути, хотя и одинаковые по важности вопросы.

С одной стороны, наука и ее развитие. Бюджет МОН на эти цели в прошлом году составил 52 млрд тенге. Этими средствами надо эффективно управлять, правильно распределять их и отслеживать результаты. А в идеале — еще и лоббировать рост финансирования. Даже с учетом остальных администраторов программы на науку уходит всего 0,13% ВВП. В развитых странах эта цифра составляет от 1%.

Недостаток внимания и финансирования хорошо виден по цитируемости казахстанских ученых. В 2020 году Казахстан занимал 183 место из 214 в рейтинге стран по уровню цитируемости. Кроме науки, есть еще и вопрос качества высшего образования. Зачистку "диплом хана", фабрик по продаже дипломов, которую начал Аймагамбетов, нужно продолжать, преодолевая сопротивление ветеранов ректорского лобби.

С другой стороны, проблемы дошкольного и среднего образования. Мы регулярно читаем про насилие в школах — то кого-то избили, то изнасиловали. Прибавьте к этому организационные и другие непростые вопросы. Например, по работе школьных столовых: цены на продукты завышены, в некоторых регионах детей кормят фастфудом.

Не может один министр отвечать за безопасность детей, школьные столовки и цитируемость ученых. Это принципиально разные проблемы, и решать их должны разные структуры и люди.

Что Назарбаев хотел от Путина

Назарбаев пробыл в РФ всего несколько дней — в четверг улетел, в воскресенье уже вернулся спецбортом в Алматы.

Что у простого пенсионера пошло не так в Москве?

Пишут, что Назарбаев летал к Путину, чтобы попросить выступить посредником между собой и президентом Токаевым. По факту же получилось, что Путин просто воспользовался нашим первым президентом.

Официального поздравления с Днем России от главы нашего государства не было. Но неофициально Путина поздравил Назарбаев, отчасти таким образом компенсировав личную обиду Путина от нашей взвешенной позиции.

Судя по обрывочным сведениям, Назарбаев якобы хотел не 15-минутную аудиенцию, а обстоятельный разговор и чуть ли не совместное с Токаевым посещение Питерского экономического форума.

Понятно, что это неприемлемо. Посредники для общения с гражданами своей страны нашему президенту не нужны. Согласись Путин на просьбу Назарбаева, и важнейшего для Москвы приезда Токаева на форум попросту бы не было.

Вопрос о посредничестве в защите собственности семьи Назарбаева в Казахстане также никто с РФ обсуждать не будет. Это дело нашего главы государства и народа Казахстана.

Так что единственное, на что Назарбаев мог рассчитывать и что он вроде бы получил — это гарантии, что внутри РФ все записанное на семью будет неприкосновенно. А что именно это может быть — поговорим чуть позже.

Что думают о Казахстане в мире после референдума

Авторитаризм поднимает голову во всем мире. Но Казахстан идет против течения и превращается в одну из ведущих демократий в регионе. Так об итогах нашего референдума пишет правозащитница и политический консультант Эмили Шредер в The Jerusalem Post.

Коррупция и антидемократические тенденции преследовали Казахстан с момента обретения независимости, ставит она в общем-то верный диагноз. И хотя Токаев у власти с 2019 года, олигархическая династия Назарбаева контролировала богатства страны, а правительство не работало в интересах народа. Так было до сегодняшнего дня.

Впервые в истории у Казахстана появляются надлежащие сдержки и противовесы. Отмена суперпрезидентской системы, усиление парламента и суда, упрощение регистрации партий, передача власти вниз, расширение прав молодежи и сельского населения, наконец, запрет на занятие должностей родственниками президента — это беспрецедентные шаги.

«Кто-то считает, что эти меры — просто косметические преобразования, призванные успокоить протестующих. Но такая точка зрения не выдерживает критики. Факт остается фактом: Токаев ликвидирует собственную власть и защищает демократические ценности. Токаев — не про слова. Он про дела», — пишет Шредер.

Она уверена, что январские события были попыткой «пережитков режима Назарбаева» повернуть время вспять. Токаев мог бы проигнорировать требования людей и продолжить авторитарный путь Назарбаева. А вместо этого он ограничивает собственную власть.

«Мужество Токаева невозможно переоценить. Особенно с учетом того, что он — продукт авторитарной советской школы мысли», — удивляется правозащитница.

Успех реформы будет заметен не сразу. Но их последствия станут значимыми не только для Казахстана, как двигателя экономики Центральной Азии, но для всего региона и многих стран за его пределами. Токаевские реформы показывают реальную альтернативу авторитаризму.

Здесь сложно что-то добавить. Не припомню случая, когда Казахстан ставили бы кому-то в пример. Уж точно не при Назарбаеве. Итоги референдума, безусловно, важны для развития республики и качества жизни граждан. Ради людей его и проводили.

Но реформы неожиданно стали, скажем так, инструментом продвижения Казахстана на внешнем рынке.